All That We Miss / Все, чего нам не хватает

И все вокруг нее — это серебряное море света.

Люди, окружающие ее, чувствуют себя привилегированными.

Это успокаивает тебя,

Она пленяет тебя, и ты уже у нее на ладони.

‘Suddenly I See’ — KT Tunstall

*✧*

      Гермиона проснулась в шесть утра от звона будильника, чувствуя себя на удивление хорошо отдохнувшей после четырех часов сна. Солнце проникало сквозь мансардное окно на покатой крыше. Она улыбнулась, любуясь ярко-голубым клочком неба над головой. Она выбрала эту квартиру именно из-за окна. Поначалу это место показалось ей похожим на все остальные, которые она уже успела рассмотреть в Клеркенуэлле — просто очередной лофт в здании, переоборудованном из бывшей фабрики. Но потом ведьма заметила, как солнце, теплое и золотистое, заглядывает в окно над мезонином, и сразу же приняла решение о покупке. Было что-то завораживающее в том, чтобы просыпаться под солнечными лучами и засыпать под звездами. Во всяком случае, под тем их количеством, которое можно было увидеть в центре Лондона.       Насколько сильно Гермиона любила свою квартиру, почти точно так же Рон ненавидел ее. С самого момента переезда он постоянно твердил, что это не более чем хорошо распиаренный склад со слишком большой площадью. Грейнджер была озадачена подобным заявлением: в ее представлении, чем больше в доме было места, тем лучше. Ей нужно было где-то расставить все свои книги, и также ей нравилось аккуратное, неброское спокойствие минималистического дизайна лофта. Рон, напротив, предпочитал уютные, заставленные мебелью дома, полные волшебного очарования. Он вечно пытался придать ее квартире то, что называл «обжитым» видом. Гермиона же называла это беспорядком.              Именно это уже и поджидало ее внизу. Как только Грейнджер ступила на лестницу, она увидела в гостиной настоящий хаос: к кофейному столику, заваленному пустыми бутылками и остатками еды, взятой вчера навынос, тянулся шлейф из разбросанной одежды. Рон лежал в одних боксерах, уткнувшись лицом в диван и свесив ногу на поднос с недоеденным кебабом. На полу, со стороны его головы, стояла кастрюля, от которой исходил довольно-таки характерный запах.              Зажав нос, Гермиона поспешила поскорее спуститься. По взмаху палочки рвота в кастрюле исчезла. Еще один взмах — и контейнеры с остатками еды поплыли к кухонному островку, где начали быстро мыться в раковине. Затем она осторожно стянула одеяло со спинки дивана и накрыла им Рона. В знак благодарности он громко захрапел.              Гермиона вздохнула. Это был уже четвертый раз за неделю, когда он приходил домой в подобном виде. Уборка рвоты стала частью ее утренней рутины.              Она прошла на кухню, где уже чистые контейнеры стояли на сушилке. Боже, ей так хотелось выпить чашку хорошего чая. Однако, когда она подошла к холодильнику, чтобы достать оттуда молоко, ее ждало разочарование: он был почти пуст, если не считать банки тамариндового чатни и пакета увядшего шпината. Очевидно, Рон не сходил в супермаркет. Опять. Гермиона глубоко вздохнула и вылила чай без молока в раковину.              «Нет никаких причин расстраиваться», — сказала она себе. Она могла позавтракать и по пути на работу. В этом не было ничего страшного.              Если не считать того, что часть ее очень хотела закричать.              Вместо этого она приняла расслабляющий горячий душ, надела свой самый строгий костюм и броги и собрала волосы в аккуратный хвост. У нее впереди был важный день, и после вчерашнего успеха ее достижения, несомненно, будут освещены в прессе. Перед тем, как выйти из квартиры, она поставила перед Роном стакан воды и пузырек с антипохмельным зельем (она взяла за правило варить его большими порциями и даже довела до совершенства приятный аромат бекона и яиц). Рядом она положила короткую записку:              «Ушла на работу! Надеюсь, у тебя будет отличный день. Не мог бы ты сходить в магазин сегодня? Извини, что ворчу, просто у нас совсем нет еды. Спасибо х»              Бросив последний взгляд на парня, Гермиона схватила свой портфель и поспешила к двери. Не успев открыть ее, гриффиндорка заметила, как Живоглот проскользнул внутрь через кошачью щель. Кот уже должен был состариться, но он оставался все таким же бодрым и хитрым, как и всегда. Он замурлыкал, потираясь о ее ноги, оставляя рыжую шерсть на брюках.              — Ты голоден, Глотик-Котик?              Она почесала ему за ушком, и кот жалобно мяукнул, как бы говоря: «Я совершенно точно умру, если ты меня сейчас же не покормишь».              Гермиона наполнила его миску, хотя и знала, что в этом не было необходимости. С тех пор как они переехали в большой город, Живоглот полюбил упражняться в ловле мышей и приносить их хозяйке, что она не очень-то ценила.              Оставив кота завтракать, она отправилась на поиски еды уже для себя. К счастью, недалеко от ее работы находился «Прет-а-Манже». Грейнджер взяла сэндвич и большую порцию чая, а затем прошла через Сент-Джеймсский парк и направилась прямиком в общественные туалеты на улице Уайтхолл. Она аккуратно положила свой завтрак в портфель, расширенный при помощи заклинания, спустила воду в унитазе и вышла из камина в Атриум Министерства Магии.              Как только Гермиона ступила на черный мраморный пол, ее ослепили вспышки камер. Она моргнула от внезапного яркого света. Рой журналистов столпился вокруг нее, каждый выкрикивал какой-то вопрос, и в конечном итоге их голоса превратились в бессловесный гам. Ведьма подняла руку, чтобы утихомирить возникший хаос.              — Пожалуйста, по одному, — любезно улыбнулась она.              — Мисс Грейнджер, — Вэрити Спиннер, харизматичная редактор новостей «Ежедневного Пророка», склонилась ближе к ней, — правда ли, что вчера вечером Вы спасли известного комментатора Финнеаса Витта от потенциальных убийц?              — Во-первых, я никогда не работаю одна, — терпеливо ответила Гермиона. — У меня есть невероятная команда высококвалифицированных специалистов, занимающихся розыском пропавших без вести, которая работала день и но…              — Да, да, — перебила Вэрити, — но правда ли, что Вы в одиночку пробились через охрану в самое сердце убежища негодяев?              — Как я уже сказала, я и моя команда успешно вызволили мистера Витта из рук его похитителей. Вместе мы сняли несколько защитных заклинаний, чтобы проникнуть в здание.              — Сюда, мисс Грейнджер! Логан Оглтри из «Эдинбургского вестника». Есть ли какие-то основания полагать, что похитители мистера Витта являются сторонниками Пожирателей Смерти?              — Улики указывают на то, что они могли быть связаны с Волдемортом в годы войны…              — Они хотят отомстить за то, что мистер Витт описал Сами-Знаете-Кого в своем биографическом бестселлере «От тайны до праха: взлет и падение фанатика»?               — Да, мы считаем, что он стал мишенью для нападения из-за своей писательской деятельности.              Драматичное «ох» раздалось сразу с нескольких сторон, а за этим последовали новые вспышки камер. Если репортеры что-то и любили, так это захватывающие истории о коллегах-журналистах.              — Мисс Грейнджер? — вмешался более мягкий голос.              Гермиона начала вглядываться в толпу и с облегчением заметила милую улыбку Чо Чанг. Она была старшим репортером в «Лондонском Оракуле», новом конкуренте «Ежедневного Пророка». По мнению гриффиндорки, Оракул превосходил Пророк как по честности публикуемой информации, так и по интеллектуальности статей. И кроме того, в нем был отличный зашифрованный кроссворд.              — Да, Чо? — сказала Гермиона.              — Не могли бы Вы прокомментировать, насколько сильны оставшиеся Пожиратели? — спросила Чанг; Прытко Пишущее Перо зависло у нее над плечом. — Столкнемся ли мы с очередной волной антимаггловских настроений?              — Нет, этого не будет. Несколько бывших Пожирателей остаются активными, но Департамент магического правопорядка делает все возможное, чтобы обезвредить их и перевоспитать. Нет никаких причин для паники.              — Но что насчет старых сем… — снова вмешалась Вэрити Спиннер.              — Это все на сегодня, у меня больше нет времени, — сказала Гермиона, решительно шагая сквозь толпу. — Пожалуйста, направляйте любые другие свои вопросы в мой офис.              Она поспешила прочь из Атриума. Оказавшись в безопасности в переполненном лифте, ведьма достала из портфеля свой чай и сделала большой глоток освежающего напитка. Если бы кто-то сказал ей десять лет назад, что ее жизнь в двадцать пять будет вот такой, она никогда бы в это не поверила. Все это казалось немного абсурдным. И все же она была здесь, возглавляла Оперативную группу по розыску пропавших без вести и была настоящим магнитом для папарацци. Порой она не понимала, действительно ли пресса ценит ее работу или просто охотится за сплетнями о Золотой Девочке, как ее по-прежнему называли. Гермиона не питала иллюзий относительно переменчивой природы новостного цикла. Если сегодня ее вознесли на пьедестал, это не значит, что завтра она не окажется втоптанной в грязь.              — Второй уровень, — холодно объявил громкоговоритель, установленный в кабине лифта. Департамент магического правопорядка включал в себя Отдел по борьбе с неправомерным использованием магии, Штаб-квартиру Авроров и Оперативную группу по розыску пропавших без вести.              Гермиона протиснулась между остальными сотрудниками, чтобы выйти из лифта. Оперативная группа занимала старые офисы Визенгамота, который был распущен после войны. Вообще, после войны много чего было расформировано. Сегодняшнее Министерство было совсем не похоже на то жалкое подобие Правительства, которое позволяло таким людям, как Долорес Амбридж, безнаказанно терроризировать детей. Прошли те времена, когда заискивание перед нужными людьми могло принести власть и влияние. Скатертью дорога, подумала Грейнджер. Волшебному миру было крайне необходимо извлечь несколько уроков из истории, если он хотел избежать появления еще одного Волдеморта.              Все шло своим чередом, когда гриффиндорка прибыла в офис. Он был большим и светлым, на задней его стене висела красочная схема протокола рассмотрения дела. Это место мало походило на старые кабинеты Министерства. Предшественница Гермионы — легендарный аврор Айлинг Каллиган — позаботилась о том, чтобы помещение было профессиональным и в то же время уютным. Во время войны, когда Оперативная группа еще только создавалась, Каллиган знала, что предстоящая работа будет трудной, и людям понадобится поддержка, чтобы пережить тяжелые дни. Гермиона взяла принципы ее работы за основу и поэтому регулярно проверяла каждого агента, работающего в Группе.              — Привет, Альфи. — Она помахала рукой стажеру, сидящему за стойкой регистрации. — Как твоя мама?              — О, эм, намного лучше, спасибо. — Альфи нервно улыбнулся, откидывая упавшие на глаза пряди волос. — Вчера врачи выписали ее из больницы Святого Мунго. Теперь почти и не видно, куда ее укусила Огневица.               — Радостно это слышать. Уверена, теперь она будет внимательнее следить за своим Волшебным Огнем.              — Надеюсь на это. — Альфи выглядел неубежденным. — Моя мама, она... немного вспыльчивая.              — Что ж, давай отправим ей цветы. Может, это поднимет ей настроение.              — Ей это понравится. Спасибо, Гермиона.              Ведьма оставила его листать каталог «Причудливых цветов Фиона». Альфи был милым ребенком, у него все еще был добродушный взгляд человека, только что закончившего школу. Порой она не могла поверить, что выросло уже целое поколение студентов Хогвартса, которым ни разу не пришлось столкнуться с вмешательством Волдеморта в их образование. Это заставляло ее тосковать по мирной жизни, которой у нее никогда не было, по той, в которой самым серьезным испытанием были экзамены в конце года.              Она прошла дальше по кабинету с открытой планировкой и остановилась, чтобы поболтать с несколькими коллегами по вчерашней спасательной операции. Естественно, она посоветовала им поскорее закончить с бумажной работой и взять выходной; в конце концов, вызволение заложников совсем не похоже на прогулку по парку.              В задней части офиса располагался короткий коридор, за которым находились комната ожидания и личный кабинет Гермионы. Ева, ее сильно беременная помощница, уже сидела за своим столом. Завидев начальницу, она протянула ей толстую папку с делом.              — Доброе утро, босс, — сказала Ева. — Вот информация по делу Юн Да Бина, которую Вы просили. Я уже положила вчерашние заметки на Ваш стол.              — Отлично, спасибо. — Гермиона взяла папку, которая оказалась на удивление тяжелой. — Как прошел твой осмотр сегодня утром?              — С количеством пальцев на руках и ногах все в полном порядке, — кивнула помощница, ласково похлопывая себя по огромному животу. — Он будет просто прекрасным малышом.              — До срока ведь осталось совсем недолго?              — Четыре недели. Ребенок уже размером с буханку хлеба, представляете?              — Вполне. Ты выглядишь так, словно вот-вот лопнешь.              — Не буду врать, босс, мои лодыжки уже готовы взорваться.              Гермиона строго напомнила ей почаще поднимать ноги, возможно, даже класть их на стол. В тишине своего кабинета она принялась за чтение почты, которая представляла собой шквал межведомственных записок вперемешку с открытками и письмами от благодарных друзей и родственников (или, как их коротко называли в ведомственной стенографии, ДиРы). Там же лежала коричневая бумажная посылка с характерной печатью Хогвартса. Внутри была старая потрепанная книга и аккуратный рулон пергамента, развернув который, Грейнджер обнаружила знакомый витиеватый почерк:              «Дорогая Гермиона,              Я нашла это сокровище в Запретной Секции и подумала, что она будет гораздо полезнее для тебя, нежели для какого-нибудь глупого студента, которому в голову придет очередная блестящая идея. Я оставила закладку на интересном заклинании слежения.              Надеюсь, у тебя все хорошо, и ты не забываешь заботиться о себе.              С самыми теплыми пожеланиями,              Минни»              Ведьма улыбнулась. Она сделала мысленную пометку навестить профессора МакГонагалл и выпить с ней по чашечке чая. Директриса Хогвартса была неуловима, но, как было известно, во время летних каникул она могла приехать и в Лондон, если ее соблазнить отменным виски и хорошим пирожным.              Внезапно снаружи раздался шум голосов. Гермиона поспешила к двери своего кабинета. Ева, высунув шею из-за угла, потягивала имбирный чай и наблюдала за происходящим.              — Что здесь происходит? — спросила Грейнджер.              — О, просто несчастный ДиР, — объяснила Ева. — Он уже все уши прожужжал Альфи о своей пропавшей жене.              — Даже если его жена исчезла, это не повод быть задницей.              Гермиона подошла к стойке регистрации, где темноволосый мужчина в черном костюме возвышался над Альфи, вцепившись руками в рубашку испуганного парня.              — Отпустите его сейчас же! — крикнула она, выхватывая из кармана палочку и направляясь к ним.              Мужчина посмотрел на нее. Гермиона успела увидеть пронзительный взгляд голубых глаз, прежде чем он снова повернулся к Альфи, но уже ослабив хватку на его рубашке.              — Прошу прощения, — хрипло сказал мужчина. — Я не знаю, что на меня нашло.              — Эм, все в п-порядке, сэр, — заикаясь пробормотал Альфи.              Гермиона настигла их, ее палочка все еще была направлена на человека в черном костюме.              — Что, во имя всего святого, — начала она, пытаясь сдержать свой гнев, — как Вы думаете, дает Вам право так обращаться с людьми?              Мужчина наконец-то повернулся к ней лицом, его глаза смотрели на нее с едва скрываемым презрением.              Ведьма чуть не выронила свою палочку.              — Малфой?              — Грейнджер, — усмехнулся Драко.              — Какого черта ты здесь делаешь?              — Это Группа по розыску пропавших без вести?              — Да, но почему ты здесь?              — Ты же умная ведьма, Грейнджер, сама-то как думаешь?              Гермиона уставилась на него в ответ. Некоторые вещи явно никогда не менялись: разговаривать с Драко Малфоем было все равно что вырывать зубы. И все же он стал выглядеть по-другому: он не только избавился от своих фирменных светлых волос, но и все его лицо казалось более острым, кожа стала еще бледнее, а черты лица — угловатыми. Под его глазами залегли синяки, словно он не спал годами. Если бы он не стоял перед ней в самый разгар светового дня, она с легкостью могла бы принять его за вампира.              — Если ты пришел заявить о пропаже человека, — сказала она, — тебе нужно заполнить форму.              — Я не хочу заполнять бесполезный кусок пергамента, который никто и никогда не прочитает, — огрызнулся Драко. — Я хочу, чтобы вы предприняли хоть что-нибудь.              Он разочарованно провел рукой по волосам. Его взгляд метнулся дальше по коридору, туда, где Ева сидела и настороженно наблюдала за происходящим.              — Это кабинет Главы? — спросил Малфой.              — Это…              Драко сорвался с места и помчался прямиком в кабинет Гермионы.              — Ой! — крикнула Ева, с трудом поднимаясь на ноги. — Босс, мне так жаль, эти чертовы лодыжки…              — Сиди, не волнуйся, — сказала Грейнджер, поспешив следом за Драко. — Я сама справлюсь с Малфоем.              Как только Гермиона вошла в кабинет, его лицо исказилось.              — Я требую разговора с Главой Оперативной группы, — настаивал он.              Она прошла мимо него и села в большое кресло за своим столом.              — Говори. Я внимательно тебя слушаю.              — Ты здесь главная?              — Не то чтобы это было секретом, Малфой. Любой, кто читает «Ежедневный Пророк», знает это.              — Я не обращаю особого внимания на пустые сплетни.              — И, по-видимому, на правила.              — Ты всегда была ужасной паинькой, — усмехнулся он, а затем выдохнул и покачал головой. — Слушай, неприятно это признавать, но так получилось, что мне нужен кто-то с твоим интеллектом.              — Потому что твоя… жена пропала? — спросила Гермиона. Ей было трудно представить Драко женатым мужчиной.              — Невеста, — поправил он. — Она исчезла два дня назад. Мне срочно нужно ее найти.              — Мне правда жаль это слышать, но ты не можешь просто ворваться сюда и выдвигать свои требования. Ты не единственный человек в мире, которому нужна моя помощь.              — И все же я единственный, кто стоит здесь прямо сейчас и просит об этом. Неужели ты посмотришь в глаза убитому горем человеку и скажешь ему, что не собираешься спасать любовь всей его жизни?              Гермиона снова уставилась на него. Он не выглядел особо-то расстроенным. С другой стороны, она не знала его достаточно хорошо, чтобы понять, как выглядит убитый горем Драко Малфой. Возможно, эти темные мешки под глазами были признаком человека, измученного бессонницей и беспокойством.              Она задумалась. Часть ее хотела сказать: «У меня нет времени на твою невесту, ты, эгоистичный, неуважительный, маленький хорек». Но другая, более чуткая часть понимала, что, если бы все перевернулось, и именно она потеряла жениха, она никогда бы не успокоилась, пока не нашла его.              — Ты что, умрешь, если попросишь вежливо, Малфой? Я не твоя служанка.              — Прекрасно. — Он склонился над ее столом, тон его голоса сочился сарказмом. — Мисс Грейнджер, пожалуйста, не могли бы Вы помочь мне найти мою пропавшую невесту?              — Если это удержит тебя от нападения на членов моей команды, то хорошо, я помогу.              Она ожидала, что на его лице отразится облегчение. Обычно ДиРы были вне себя от радости, когда у них появлялась хоть малейшая надежда отыскать своих близких. Однако Малфой, хладнокровный слизеринский принц, просто кивнул.              — Хорошо, — сказал он так, словно они только что заключили деловую сделку.              С этими словами он развернулся на каблуках и выскочил из ее кабинета; его темные волосы развевались за спиной, будто в рекламе шампуня. Гермиона поспешила за ним.              — Постой! Тебе нужно записаться на повторный прием!              Но Драко уже был далеко впереди, оставив в воздухе лишь облако дорогого одеколона.              Грейнджер вздохнула. Она догадывалась, что еще сто раз пожалеет о своем сострадании.              — Ева? — ведьма повернулась к своей помощнице. — Не могла бы ты записать Мал… то есть, мистера Малфоя на завтра на полдень? И отправь ему совой записку с назначением, ладно?              — Будет сделано, босс, — кивнула Ева, ее рука уже лежала на стопке чистых карточек.              Гермиона потерла лоб, чувствуя, как усиливается от напряжения ее головная боль. Ей понадобится чашка очень крепкого чая, чтобы пережить остаток этого бурного утра.