All That We Miss / Все, чего нам не хватает

Посредине есть брешь,

Брешь, где мы встречаемся,

Где заканчиваюсь я, и начинаешься ты.

‘Where I End and You Begin’ — Radiohead

      

*✧*

             Гермиона и Драко последовали за метрдотелем через главный обеденный зал «Il Tesoro». Как гриффиндорка и предполагала, это место определенно было элитным. Несколько люстр, расположенных под потолком, отбрасывали на столы из темного дерева и красные кожаные диваны теплый свет. Тихая джазовая музыка сливалась со звуками разговоров и звоном бокалов. У барной стойки на золотых табуретах сидела и флиртовала хорошо одетая пара, попивая Негрони.              Метрдотель прошел мимо бара и повел их вниз по винтовой лестнице на цокольный этаж. Нижний обеденный зал был гораздо более интимным. Здесь не было люстр, лишь свечи, уютно расположившиеся на каждом столике, и резные бра, отбрасывающие на стены замысловатые тени. Мужчина проводил их к угловой кабинке в форме полумесяца, подальше от других посетителей.              — Это место вам подходит? — спросил он, вручая каждому меню в кожаном переплете.              — Да, спасибо, — сказал Драко и уселся в кресло.              — Отлично, сэр. Могу я предложить что-нибудь выпить, пока Вы просматриваете меню?              — Бутылку Кьянти, пожалуйста. Но только не 2000-го года – сегодня мне не хочется играть в винную рулетку.              — Мудрое решение, сэр, — кивнул метрдотель, а потом повернулся к Гермионе. — А для Вас, мадам?              — Просто воду из-под крана, спасибо, — ответила она.              — Серьезно? — Драко удивленно вскинул бровь. — Можешь заказывать все, что хочешь. Я плачу.              — А я работаю. Я не хочу пить.              Малфой выглядел неубежденным. Метрдотель вежливо кашлянул.              — Я попрошу кого-нибудь принести ваши напитки как можно скорее, — сказал он и поспешил прочь.              Как только он оказался вне пределов слышимости, Гермиона накинулась на Драко.              — Это маггловский ресторан, — прошептала она.              — А в чем проблема? — ухмыльнулся Малфой. — Ты вдруг стала противницей магглов?              — А когда ты вдруг стал их сторонником?              Малейшее веселье в тот же миг исчезло с лица Драко.              — Человек может измениться, — фыркнул он, разглядывая меню перед собой.              Гермиона не была уверена, что ей следует ответить, поэтому тоже перевела взгляд на меню, хотя ее мысли витали где-то далеко. Малфой, казалось, развил в себе способность удивлять ее.              — Я бы рекомендовал тебе попробовать Паппарделле аль Чингьяле , — сказал он уже более непринужденно. — Это фирменное тосканское блюдо. Дичь также очень хорошо сочетается с Кьянти — хотя, конечно, тебе это не понравится.              — Не помню, чтобы просила твоих советов, — ответила Гермиона. — Я закажу то, что захочу. Тем более, что ты платишь.              Драко снова приподнял бровь, но спорить не стал. Вскоре после этого появилась официантка с напитками. Это была симпатичная брюнетка с длинными ресницами, которые слегка затрепетали при виде Малфоя.              — Кьянти, сэр? — она улыбнулась ему.              — Спасибо, — Драко одарил ее очаровательной, немного кривоватой улыбкой.              — Пожалуйста.              Девушка наполнила его бокал вином, а затем молча передала Гермионе воду. Гриффиндорка, позабавленная этим очевидным фарсом, постаралась скрыть ухмылку, отпивая большой глоток из стакана.              — Вы готовы сделать заказ? — спросила официантка, обращаясь только к Драко.              — Я буду Флорентийский бифштекс. С кровью, пожалуйста.              — А для Вашей… девушки?              Гермиона поперхнулась.              — Я… не… его девушка! — пролепетала она.              — Ой, мне так жаль, мадам! — девушка поспешно протянула ей шелковую салфетку, выглядя при этом искренне встревоженной. — Мне не стоило предполагать такое. Все нормально? Хотите, я позову медбрата?              — Я в порядке! — Гермиона смущенно отмахнулась от нее. — Могу я просто заказать… — она взглянула на меню, выбирая первое попавшееся на глаза блюдо. — Тестароли с соусом песто. Пожалуйста.              — Сию минуту, мадам. Еще раз, пожалуйста, примите мои извинения.              Официантка поспешила прочь, вся дрожа. Очевидно, она нечасто имела дело с клиентами, которые давились собственными напитками. Гермиона промокнула лицо салфеткой. По крайней мере, она не пролила воду на рубашку. Это было бы крайне унизительно.              Когда она наконец подняла глаза, то увидела, что Драко наблюдает за ней с выражением лица, которое можно было бы назвать близким к беспокойству.              — Ты можешь дышать, Грейнджер? — спросил он.              — Совершенно прекрасно, спасибо.              — Хорошо, — ответил Малфой, его фирменная ухмылка снова появилась на лице. — Объяснять причину твоей смерти было бы немного неловко.              Гермиона проигнорировала его. Она потянулась к своему портфелю, вытаскивая начатый ранее бланк и шариковые ручки, которые всегда носила с собой на всякий случай. При ее работе нельзя было быть уверенным в том, когда может возникнуть необходимость делать заметки.              — Давай уже покончим с этими вопросами, — сказала она, возвращая их диалог в профессиональное русло.              — Если это так необходимо, — проворчал Драко.              — На чем мы… Ах, да. Можешь рассказать мне о привычках Астории?              — Она не курит, если ты об этом спрашиваешь.              — Вообще не об этом, — Гермиона закатила глаза. — Я имею в виду, как она проводит свое свободное время? Есть ли такое место, куда она регулярно ходит? Кто-то, с кем она общается?              — Астория держится особняком. В основном она сидит дома. Думаю, из-за состояния ее здоровья.              — Она больна?              — Полагаю, что да.              — Это серьезно?               — Похоже на то.              — Ну, она хотя бы поправится?              — Понятия не имею.              — То есть ты хочешь сказать, что твоя невеста серьезно больна, а ты даже не знаешь, что с ней?              Драко уставился на нее. Гермиона ответила ему не менее свирепым взглядом. Ее мнение о слизеринце ухудшалось с каждой секундой, пока он хранил молчание. Она была уже почти готова арестовать его по подозрению в чем-то — она не была уверена, в чем, но его поведение определенно было странным — как вдруг Малфой вздохнул и провел рукой по волосам.              — Послушай, — сказал он. — Вот тебе вся правда. Астория и я… мы едва знаем друг друга. Наши родители дружили, поэтому всю жизнь она была рядом со мной, но всегда на заднем плане. И мы не… влюблены. Наша помолвка была спланирована.              — Спланирована, — повторила Гермиона, пытаясь переварить подобное откровение. — Кем?              — Нашими матерями. Они очень близки, особенно теперь, когда наши отцы мертвы.              Гермиона была потрясена. Она слышала о том, что древние семьи организовывали браки между своими детьми, чтобы «сохранить чистоту крови», но думала, что это осталось в прошлом. По крайней мере, казалось, что так и должно быть.              — Но, — наконец смогла сказать гриффиндорка, — ты... хочешь пожениться?              — Сама-то как думаешь? — горько усмехнулся Драко, делая глоток вина. — Это зависит не от меня. У моей матери грандиозные планы.              — Какие?              — Мировое господство.              — Ты сейчас серьезно? Потому что если да, то мне придется подать об этом рапорт.              — Ну конечно же, я не серьезно, — Малфой бросил на нее тяжелый взгляд. — Моя мать относительно безобидна. Для мира в целом, во всяком случае.              — Тогда чего же, черт возьми, она может хотеть так сильно, чтобы заставить своего сына вступить в брак по расчету?              — Она хочет вернуться к прежней жизни, — пробормотал Драко, не отрывая глаз от своего бокала. Он выглядел несчастным. — Статус. Богатство. Нам не нужны деньги – у нас полно маггловских, но для нее они не существуют. Она хочет, чтобы хранилище в Гринготтсе ломилось от галлеонов. Она хочет, чтобы имя Малфоев снова появилось в прессе, и уже не в негативном контексте. И она думает, что я – ее обратный билет в высшее магическое общество.              Малфой казался смущенным своей неожиданной вспышкой откровенности.              — Но это не твое дело, — подытожил он.              Мозг Гермионы разрывался от вопросов. К сожалению, она не успела задать ни один из них, так как к ним подошла официантка и принесла блюда. На этот раз брюнетка не стала задерживаться: она поставила тарелки и практически отпрыгнула от столика, прежде чем кто-то вновь успел подавиться. Драко с ухмылкой посмотрел на Гермиону.              — Кажется, ты вселила в нее страх смерти, — сказал он.              — Заткнись и ешь свой стейк, Малфой.              Драко хмыкнул, но действительно замолчал. Гермиона тоже принялась за еду, перед этим решив посмотреть, что же она все-таки заказала. Это оказалась ромбовидная паста, утопающая в соусе песто и пармезане. Пожалуй, это была лучшая паста, которую гриффиндорка когда-либо пробовала. Хотя, по правде говоря, она не могла вспомнить, когда вообще в последний раз ее ела. Казалось, ее рацион состоял почти исключительно из перекусов, съеденных в спешке, поскольку на обеденный перерыв ей никогда не хватало времени.              — Итак, — сказал Драко, — теперь, когда боггарт в лице моей помолвки уже выскочил из шкафа, могу ли и я задать тебе несколько вопросов?              — Зависит от того, что ты хочешь спросить.              — Начну с самого простого: как ты?              Вопрос застал Гермиону врасплох. В теории, он был достаточно простым, но она никогда не знала, как ответить на него подобающим образом. Тем более, когда спрашивал Драко Малфой.              — Я в порядке, — ответила она, пожав плечами.              — Просто в порядке? Как интересно.              — На самом деле, лучше, чем просто в порядке, — предприняла еще одну попытку Гермиона, решив не быть скучной. — У меня отличная работа, в которой я хороша, и более того, она приносит пользу обществу. Мне никогда не надоест воссоединять людей с их ДиРами – прости, я имею в виду, с друзьями и родственниками.              — Уверен, это очень жизнеутверждающе. А как ты проводишь время вне работы?              — Ну, в последнее время я была очень занята обязанностями подружки невесты.              — Кто женится?              — Гарри и Джинни.              Драко чуть не выронил вилку.              — Поттер женится? — сказал он. — На Уизлетте?              — Клянусь богом, Малфой, — Гермиона направила на него кончик ножа, — если ты скажешь хоть одно плохое слово о ком-либо из них, я прокляну тебя прямо здесь, в этом ресторане.              — Не нужно быть такой жестокой, Грейнджер, — Драко примирительно поднял руки. — Я просто удивлен. Не думал, что они сильно долго продержатся после выпуска из Хогвартса.              — Ты был не прав. Они идеально подходят друг другу.              Некоторое время они ели в полной тишине. Гермиона была бы вполне счастлива, если бы все так и осталось, но, похоже, после небольшого количества еды и вина Драко был решительно настроен поговорить.              — Похоже, все вокруг решили пожениться, — начал он. — Когда же настанет твой великий день?              — Это абсолютно не твое дело.              — Ты одинока, не так ли?              — Вовсе нет, — огрызнулась Гермиона. — Если тебе так интересно, то я встречаюсь с Роном. И у нас все очень серьезно.              — Погоди, — сказал Драко, его лицо озарила удивленная ухмылка, — ты встречаешься с Уизлби?              — Его зовут Рон.              — О, Мерлин, это просто потрясающе!              — И что же тебя так рассмешило?              — Без обид, Грейнджер, — еле выговорил Малфой, вытирая выступившие на глаза слезы. — Но Уизли не совсем... дотягивает до твоего уровня, тебе так не кажется?              — Это совершенно не так! — рассердилась Гермиона. — Может, он и не самый умный, но он хороший человек. И он помог спасти мир, а это больше, чем я могу сказать о некоторых людях.              Эта фраза тут же стерла улыбку с лица Драко. Он взял нож и стал с остервенением резать окровавленный стейк. В годы учебы в Хогвартсе Гермиона получила бы небывалое удовольствие от того, что заставила Малфоя дуться. Став взрослой, она и близко не была так довольна собой.              Они закончили обед в гробовой тишине. Грейнджер отставила тарелку в сторону и посмотрела на часы.              — О боже! — воскликнула она, лихорадочно закидывая бумаги обратно в портфель.              — Что тебя так взволновало? — спросил Драко.              — В три часа у меня назначено совещание по рассмотрению дела, — объяснила Гермиона. — Это очень важно; там будут Главы всех Отделов. Ох, черт побери, не могу поверить, что опоздаю!              — Успокойся, у тебя есть еще пятнадцать минут.              — Да, и мне нужна как минимум половина этого времени, чтобы вспомнить, какое гребаное дело мы рассматриваем!              Драко покачал головой, но тем не менее достал из пиджака бумажник. Он вытащил изящную черную банковскую карточку и помахал ею проходящему мимо официанту, который тут же поспешил за счетом.              Как только Малфой расплатился, Гермиона в ту же секунду взлетела на первый этаж, словно ее ужалил Соплохвост. Она слышала лишь стук ботинок Драко у себя за спиной, пока практически бежала через главный обеденный зал и зону ресепшн. Ведьма с грохотом влетела в парадную дверь, и в тот момент, когда она ступила на парадную лестницу, ее тут же ослепила яркая вспышка. Ведьма споткнулась и затормозила, грудь Драко врезалась в ее спину.              — Мерлинова борода, Грейнджер, — проворчал он. — Ты же могла угробить меня.              Гермиона проигнорировала его, ища источник вспышки. Из-за куста появился невысокий парень с большой камерой, на его куртке поблескивал значок «Ежедневного Пророка». Она не узнала его; должно быть, он был новеньким. Юноша определенно выглядел молодым и энергичным.              — Мисс Грейнджер! Мистер Малфой! — закричал репортер. — Что привело вас сюда сегодня?              — Без комментариев. Спасибо, — Гермиона заставила себя вежливо улыбнуться.              — О, да ладно, скажите хоть пару слов?              Она пронеслась мимо парня, игнорируя выкрикиваемые им вопросы. К счастью, он не стал их преследовать, пока они спешили скрыться за углом.              — Как, во имя Слизерина, этот идиот нашел нас? — прорычал Драко.              — Полагаю, это место не настолько конфиденциально, как ты думал, — пожала плечами Гермиона. Она не могла тратить свою энергию на то, чтобы злиться всякий раз, когда кто-то внезапно фотографировал ее, иначе она злилась бы постоянно.              Драко пробурчал что-то о том, что Гермиона — подхалимка, и пошел прочь.              — Почему ты так расстроен? — спросила она, следуя за ним. — Это просто сплетни, в этом нет ничего страшного.              — Может, для тебя. О тебе пишут только хорошие сплетни, Золотая Девочка.              — А о тебе они пишут что-то... неприятное?              — Какое вопиющее преуменьшение.              Они свернули на пустынную улочку. Драко остановился; на его лице внезапно отразилась смертельная усталость.              — Разве тебе не нужно идти на совещание? — вздохнул он.              — Да, да, я уже иду. — Гермиона достала свою палочку из портфеля. — Я свяжусь с тобой, если найду Асторию.              — Подожди, и это все? — Малфой нахмурился. — Ты думаешь, что я просто буду сидеть и ждать твою сову?              — Конечно. Ближайшие родственники нужны только на этапе сбора разведданных, и поскольку ты ничего не знаешь о своей будущей жене, то, вероятно, больше мне не понадобишься.              — Это неприемлемо. Я хочу помочь расследованию.              — Ну, ты не можешь этого сделать. Это будет считаться нарушением протокола.              — Да к черту твой проклятый протокол.              — Его нельзя нарушать, Малфой!              — Ты и правда невыносимая паинька, ты же знаешь это?              — Уж лучше так, чем быть угрюмым маленьким хорьком!              — Смотри, — Драко впился в нее взглядом, — это не подлежит обсуждению. Астория – моя невеста, неважно, по расчету или нет, поэтому я буду с тобой, пока мы не вернем ее. Это понятно?              Прежде чем Гермиона успела возразить, он с громким треском исчез. Раздосадованная, она так и осталась стоять посреди улицы, пытаясь успокоиться. Боже, она и забыла, насколько раздражающим Малфой может быть. Ведьма сделала глубокий вдох, сосредоточила мысли на своем любимом переулке и аппарировала обратно в Вестминстер.