Voices in my head

ILLENIUM & All Time Low – Back To You

В прошлом у них уже был плохой период. Тогда казалось, их будущее висело на волоске, готовом оборваться в любой миг. Группе грозил распад, ещё и ситуация с травмированным плечом стала катастрофической. Он помнил, как однажды просто не смог поднять руку. В тот день по-настоящему испугался того, что всё вот-вот может закончиться, и придётся учиться жить заново, с нуля. Узнавать себя без налёта звания "тот самый SUGA из BTS" и наконец-то открыть, кто такой "просто Мин Юнги". С ярко горящим прошлым, туманным будущим и неопределённым настоящим. Had a bad dream on the operating table Приснился плохой сон на операционном столе, I tried to scream, but I wasn't able Я пытался кричать, но не мог. They replaced my veins with cables Они заменили мои вены кабелями, Now I'll never be the same again Теперь я никогда больше не буду прежним. Операция предстояла довольно-таки рядовая, но всё же… Что угодно могло пойти не так. Был шанс, пусть и крохотный, что он не проснётся, что его больше не будет в этом мире. Он боялся не собственного исчезновения. Он боялся за других, за тех, кто останется. За того, кто останется один. I can't recharge your spirit Я не могу поднять твой дух, I can see a light, but I can't get near it Я вижу свет, но не могу приблизиться к нему, Echoes of your voice, but I can't quite hear it Эхо твоего голоса, но я не могу его услышать. How did we end up here? Как мы здесь оказались? Как некстати, они тогда вдрызг разругались. Причины забылись, слова стёрлись из памяти, оставив только эмоции. Собственную ярость и боль в Его глазах. Чимин тогда просто развернулся и ушёл, зная, что Юнги нужно время, чтобы остыть и прийти в себя. Не впервые, но первый раз так сильно. Юнги думал тогда, что это — конец. Что не только история их группы, но и их личная история вот-вот завершится. Вдохнёт, последний раз пропоёт высокую ноту и навсегда утихнет. Этого не случилось тогда, но кто знает, сколько они протянут. I spent a lifetime lost Я провёл потерянную жизнь, A generation letting go Поколение в попытках отпустить, Another day that I can't break through Ещё один день, который я не могу пройти, It's a long way back to you Этот долгий путь назад, к тебе. Another two years gone Ещё два года прошло, I spent forevеr letting go Вечность в попытках отпустить, And I don't wanna face the truth И я не хочу смотреть правде в глаза, It's a long way back to you Это долгий путь назад, к тебе. Чимин заслуживал и до сих пор заслуживает большего. Парня получше, более заботливого, умного, красивого… Ничто не могло и до сих пор не может поменять его мнение. Это не неуверенность в себе, нет, ни в коем случае. Это — попытка сделать лучший выбор именно для Чимина. Но Чимин всегда выбирал Юнги. Сломанного, сложного, с кучей проблем, тёмных мыслей и недостатков. Со срывами и месяцами самозаточения в студии. Редко проявляющего истинные чувства, редко демонстрирующего настоящую привязанность. Он будто всегда знал, видел глубину эмоций, скрытую под маской отчуждённости, и оставался рядом. Now thе days slowly fade into sleepless nights Сейчас эти дни, медленно тускнеющие в бессонные ночи Lie awake, empty spaces and wasted time Без сна, пустые места и потраченное впустую время. Push and pull, give and take, couldn't make you mine, no Толкать и тянуть, давать и брать, не могу сделать тебя моим, нет. Он помнил, как метался по опустевшей квартире, скрипя зубами и сжимая кулаки. Как всё не мог успокоиться, не успев вывалить все страхи, превратившиеся в лютую злость, на ни в чём не повинного Чимина, так неудачно подвернувшегося под руку… Стало противно от самого себя. Каким ничтожным он был тогда, как просто разбрасывался обидными словами, не задумываясь о последствиях. Не мог спать, есть, пить. Часами смотрел в одну точку, варясь в жалости и отвращении к самому себе. Хотелось упасть на колени и молиться, нет, молить о прощении. И уже совершенно не важно, кто виноват, или они просто не поняли друг друга. Лишь бы он вернулся, только бы не оставлял наедине с совестью — кислотой, растворяющей без остатка. And I just wanna recharge your spirit И я только хочу поднять твой дух, I can see a light, but I can't get near it Я вижу свет, но не могу приблизиться к нему, Echoes of your voice, but I can't quite hear it Эхо твоего голоса, но я не могу его услышать. How did we end up here? Как мы здесь оказались? Они увиделись через несколько дней после ссоры, за час до операции. Грустный, уставший, он мягко улыбнулся тогда и положил ладонь на плечо Юнги. Сказал только, что будет рядом, и чтобы Юнги ничего не боялся. Что всё будет хорошо. Дал понять, что не забыл о боли, которую Юнги причинил, но разрывать отношения не собирался. Юнги помнил, как от такого простого касания тепло разлилось под кожей, от плеча до самого сердца. И так невыносимо захотелось расплакаться, то ли от чувства вины, то ли от невероятной благодарности. I spent a lifetime lost Я провёл потерянную жизнь, A generation letting go Поколение в попытках отпустить, Another day that I can't break through Ещё один день, который я не могу пройти, It's a long way back to you Этот долгий путь назад, к тебе. Another two years gone Ещё два года прошло, I spent forever letting go Вечность в попытках отпустить, And I don't wanna face the truth И я не хочу смотреть правде в глаза, It's a long way back to you Это долгий путь назад, к тебе. Восстановление шло тяжело. Боль, как Юнги ожидал, не ушла, наоборот, будто стало сильно хуже. Физиотерапия выматывала последние нервы, чудом сохранившиеся после всех пережитых проблем. Чимин просто был рядом всё свободное время. И Юнги, отчасти, только поэтому не сдавался. Он отчаянно желал доказать себе, что справится. Что Чимин в нём не ошибся. Раз уж не смог отпустить, стоило постараться. Ради него. Когда Юнги более-менее пришёл в себя, они долго и обстоятельно говорили. Много, несколько часов. Настроение Юнги тогда скакало от "всё прекрасно" до "всё тлен" за секунды, но Чимин, казалось, был готов ко всему. Он никогда раньше не замечал в младшем столько спокойствия и мудрости. А потом осознал: они дополняли друг друга всегда. Когда Юнги тих, Чимин мог шуметь и веселиться. Но в тот важный, ключевой момент они поменялись ролями: Чимину пришлось быть сосредоточенным и серьёзным, сдерживая эмоциональный шторм, неумолимо засасывающий Юнги в бездну отчаяния. If everything heals with time Если все заживает со временем Then why is our flame dying? Тогда почему наше пламя угасает? If you don't want to get this right Если ты не хочешь понять это правильно Then why are we still tryin'? Тогда почему мы все еще пытаемся? Тогда они выстояли, выдержали и это испытание. Вместе. Но сейчас Юнги не был уверен, что они смогут выдержать это снова. Воздух полнился озоном, тучи опять сгущались, грозя разразиться катастрофой грандиозного масштаба. * Матрас прогибается, а на плечо опускается взъерошенная голова Чимина, щекоча кожу влажными после душа волосами. Он забирает один наушник, в очередной раз присоединяясь к прослушиванию как раз на моменте, когда в лирике бесконечно продолжают повторяться вопросы: "Почему наше пламя угасает?.. Почему мы все еще пытаемся?" — Как ты? — негромкий голос прорезает тишину комнаты. Юнги сглатывает и тяжело вздыхает, приходя в себя. — Устал. Кажется, эти репетиции никогда не кончатся. — Волнение это нормально. Всё-таки, твой первый тур. — Да, — он неловко ёрзает, а потом перекидывает руку за плечи Чимина и прижимает ближе. — Так странно будет выступать одному. Чимин поднимает голову, заглядывая в глаза. — Намджун-хён справился, и у тебя получится. — Он же не ездил в тур… — Но давал концерт. Тоже один, без группы, — Чимин говорит уверенно. — И у него отлично получилось. — А вдруг билеты не раскупят, а вдруг никто не придёт, или я сфальшивлю… — Тише, — Чимин останавливает бессвязное бормотание Юнги коротким поцелуем. — Всё будет хорошо. И все билеты давно проданы, ушли в солд-аут за считанные минуты. Юнги стонет, поворачивается на бок и утыкается носом в шею Чимина. — Ещё хуже, будет огромная толпа, все будут снимать, как я позорюсь перед всем миром… — Эй, — Чимин зарывается пальцами в волосы на затылке Юнги, успокаивающе поглаживая. — Ты — прекрасный рэпер, ты отлично справился с выпуском альбома и теперь великолепно выступишь. Твои песни уже слушают все. Только представь, как весь многотысячный стадион будет подпевать. — В Америке никто не знает язык… — И всё равно будут подпевать. Наши АРМИ помогут, они давно выучили все наши песни наизусть. Ласковые поцелуи протягиваются от виска до щеки. Юнги расслабляется, выдыхая скопившееся напряжение, а затем всё же решается открыться, поделиться мыслями. — Я просто вспомнил, как мы поссорились тогда, перед операцией. Я так виноват перед тобой, прости меня. — Отпусти это, Юнги. Забудь. Мы прошли через это, я давно простил, и ты это знаешь. — Я знаю, но не могу… — слова даются с трудом. — Не хочу, чтобы это повторилось. Пытаюсь бороться, но иногда это так трудно. — Я знаю, — терпеливо повторяет Чимин. — Не думай об этом. Сосредоточься на работе. Наши отношения всё выдержат. Мы справимся. Юнги замирает, пытаясь осмыслить эти слова. Он очень хочет иметь такую же уверенность, как у Чимина. Непоколебимую веру в силу их любви. Эхо его голоса звучит в голове. "Мы справимся…" Действительно, справимся? Юнги предстоит долгий путь, но его цель ясна. "Это долгий путь назад, к тебе"