Краденое сердце

Следующее утро ознаменовалось молчаливостью уже не Индиры, а Сат. Девушка хмурилась, но была скорее задумчива и немного рассеянна. Наемница не пыталась узнать причину. Главное, что она больше не устраивает проблемы. Да, самое главное… Сат сидела на лошади, спиной чувствуя близость Индиры, и думала. Вчера, согревшись, она уже задремала и в первый миг решила, что ей снится. Но нет, это было правдой. Индира притронулась к ее щеке, на которой сама же и оставила опухший синяк, и… Сат не строила напрасных предположений, но казалось, что наемница обругала себя за сделанное. Может ли это быть правдой? Небеса ее знают. Но точно одно — прикосновение было слишком бережным, мягким, почти нежным. Сат не знала, что чувствует по этому поводу. Поэтому молчала и почти не смотрела на Индиру. Погода благоприятствовала, дорога была спокойной. День обещал быть хорошим. Когда на пути попалась деревенька, наемница остановилась у продовольственной лавки и спросила Сат: — Хочешь что-нибудь вкусное? Сат от неожиданности растерялась. — Я? Мы же недавно ели. — Это не еда, а угощение, — проворчала Индира. — Не хочешь — так и скажи. — Хочу, — замешкавшись еще всего на мгновение, сказала Сат. В итоге они купили яблоки в меду, завернутые в вощеную бумагу, и поехали дальше. Сат аккуратно жевала яблоко и думала, что же такое происходит. Неприятности нагрянули неожиданно, когда они въехали на широкую лесную тропу. Лошадь вдруг дернулась, заржала, встала на дыбы. Индира едва успела ухватиться одной рукой за поводья, а другой придержать Сат. — Ну! Что еще?! — прикрикнула она, озираясь. Лошадь затопталась на месте, мотая головой и фыркая. За спинами девушек мелькнула тень, и Индира вдруг схватилась за плечо, выругавшись сквозь зубы. На землю полетел выдернутый из руки дротик с черным оперением. Индира спрыгнула на землю, выхватила меч. — За лошадь спрячься, — приказала она Сат и развернулась спиной к кобыле. — Эй, выходи! Я видела тебя в кустах! Никто не появился, зато в воздухе свистнул еще один дротик. Индира успела отшатнуться, и игла застряла в броне, не пробив толстую кожу. Наемница перехватила меч удобнее и кинулась в заросли. Сат, спрятавшись за лошадью, успокаивающе поглаживала ее по шее и пыталась разглядеть, что происходит в кустах. Оттуда слышался шум боя или, скорее, потасовки. Потом раздался короткий вопль, и все стихло. Сат вытянула шею, силясь что-нибудь разглядеть. Из кустов на дорогу вышла Индира. Она, кажется, не была ранена, но выглядела плохо: пошатывалась, едва не роняя меч, и как-то побледнела. — Собрат вылез, — с трудом проговорила наемница. — Меня какая-то гильдия заказала. И тебя хотел… перехватить. Недоумок… Индиру сильно повело в сторону, она упала на колено, еще пытаясь опираться на меч. Сат бросилась было к ней, но замерла на полпути. «Шанс сбежать… Это шанс сбежать!» — Что с тобой? — спросила она вместо этого. — Дротики… Он их… мажет… Индира покачнулась и рухнула на землю. Рядом с глухим звоном упал меч. Сколько она провалялась в забытьи, наемница не знала. Еще не очнувшись до конца, она почувствовала, как ей скверно, ощутила слабость во всем теле. Во рту стоял отвратительный привкус. Индира открыла глаза, прищурилась на бледное красноватое небо. Закат? Рассвет?.. «Императрица». Индира попыталась рывком сесть, чтобы осмотреться, но сил хватило только на то, чтобы приподнять голову и тут же уронить обратно. Ужасно замутило. А потом рядом раздался мягкий голос: — Тише, тише. Мы в безопасном месте, с дороги его не видно. Все хорошо. Индира медленно повернула голову. Сат сидела рядом, что-то перемешивая в маленьком походном котелке. — Как себя чувствуешь? Отвар должен был уже подействовать. — Сколько прошло? — сипловато спросила Индира. — Сейчас закат. — Почему ты еще здесь? Императрица продолжала задумчиво мешать варево. — Потому что ты очнулась только сейчас. — Я валялась без сознания. Ты могла сбежать. — И бросить тебя? Хорошего же ты обо мне мнения. Я не могла так сделать. — Ты… — наемница даже не нашлась, что сказать. — Индира, хочешь или нет, но ты — часть моего народа. Я могла помочь и сделала это. В детстве я научилась делать кое-какие простые снадобья против отравления и перепоев. Такое бывает в деревне. То детишки не тех ягод наелись, то какой-нибудь крестьянин перебрал выпивки, а то и змея цапнет. Всякое бывает. Яд в дротике, видимо, был несмертельным. Повезло. Индира не отвечала, молча сверля Сат взглядом. Та усердно перемешивала содержимое котелка, потом протянула его Индире. — Вот. Кружки нет, пей через край. Он давно остыл. К рассвету наверняка встанешь на ноги. Наемница потянулась к котелку, но руки дрожали и плохо слушались. Сат, заметив это, подсела ближе и сама напоила Индиру горьковатым отваром. Та только зажмурилась. Ей было дико от этой заботы. За что? С чего эта девушка печется о ней? Сат отставила пустой котелок в сторону и снова уселась, сложив руки на коленях. Рядом тихо потрескивал крошечный костерок, слабо освещая лица девушек. — Ты хочешь спать, Индира? — Нет, — отозвалась наемница, глядя в сторону. — Хорошо. Я хочу поговорить с тобой. — И о чем? — Почему ты стала такой? Индира помедлила. Потом изобразила усмешку. — Такой бесполезной? Из-за дротика, вот почему. — Не притворяйся. Почему ты стала наемницей? Что заставило тебя выбрать этот путь? Я пыталась понять, но… Мне сложно представить. Снова воцарилось молчание. Индира не смотрела на Сат, затем глухо спросила: — Ты ведь не отстанешь, да? — Верно. А ты никуда не денешься от меня. — Зачем тебе это? — Я хочу понять. Индира помолчала еще немного. — Так вышло, потому что я всегда была странной, — все же негромко сказала она. — Отец хотел, чтобы я выучилась хорошо вести хозяйство, а я хотела драться. Тайком обучалась у одного мечника. И… девушки. Меня хотели удачно выдать замуж. А я закрутила с одной соседской девчонкой. Красивая была. Отец узнал. Крику столько… — Индира на мгновение плотно сжала губы. — Сказали, я неблагодарная эгоистка, я… иду против природы и позорю семью. Сказали, постараются замять эту «ужасающую историю» и все-таки пристроить меня. Куда-нибудь подальше от дома. Чтобы… не вспоминать об этом. Сат молча смотрела на Индиру. На лице наемницы отражались, кажется, те же эмоции, что и много лет назад. «Я хотела, чтобы она снова это пережила? Нет, просто узнать… Мне это нужно. И, может быть, ей?..» Спустя пару минут Индира заговорила вновь. — Я сбежала. Обидно было. А потом случилось… много чего. Дурного. Я поняла, что вернуться уже не смогу. Меня заметила одна шайка в городке, где я воровала. Мне было тринадцать. Училась сначала кражам, потом остальному. Попала в другую банду, покрупнее и пожестче. Разное было, и я не всем горжусь. А потом начала брать заказы. Вот так и стала. — А шрамы? — тихо спросила Сат. — Да я разве помню, откуда… — Я про те, что на спине. Индира покосилась на Сат. — Это к вопросу не относится. — Расскажи. Наемница тихо, но тяжело вздохнула, прикрыла ненадолго глаза. — Это было после моего первого убийства. В каком-то городе очень глупо попалась на краже. Притащили на площадь, а там кто-то вспомнил, что уже слышал про меня и мои похождения. Хорошо, что не про убийство… Тогда, наверное, на месте бы и прикончили. А так… Высекли и бросили там же, только в переулок немного оттащили. — За воровство тогда полагалось, кажется, двадцать ударов… — Так ведь мне и прошлые грехи припомнили, — кривовато усмехнулась Индира. — Не помню уж, сколько били, но хорошо, если дело обошлось семью десятками. — Семьдесят?.. — растерянно переспросила Сат. — Кто же помог тебе оправиться? — Никто. Я сама. Чуть не сдохла, но выкарабкалась, назло всем выжила, — неожиданно резко ответила Индира и отвернулась. Сат, прикусив губу, обдумывала только что услышанное. Теперь ей отчетливо представились девочка в мальчишеской одежде, осужденная семьей, попавшая в руки плохих людей, поверившая в жестокость мира и ожесточившаяся в ответ. «А она ведь выглядит очень уверенной…» — Ты сказала, что я не оставлю детей на растерзание разбойникам. Сат вздрогнула, вынырнув из мыслей. Индира все еще не смотрела на нее, но императрице казалось, она хорошо представляет выражение лица наемницы. — Что? — Я была ребенком, которого оставили. Много раз. Всем плевать. Всем, кроме тебя. Откуда ты вообще взялась, а? Девчонка из глуши… — в голосе Индиры вдруг зазвучали горечь и непонятная обида. — Неужели ж ты правда думала о благе людей и обездоленных детишках, надевая свою корону? — И продолжаю думать, — тихо ответила Сат. — Мне только жаль, что я родилась слишком поздно. И слишком поздно смогла что-то изменить. — Как ты еще жива-то до сих пор… — пробормотала Индира. — Есть те, кто хочет мне помочь. Защитить. — И что они находят в тебе? — Не знаю, — Сат слегка пожала плечами. — Говорят, что веру. Снова ненадолго воцарилось молчание. — Тебе нужно поспать, — сказала Сат. — А утром тебя уже не будет, — еле слышно ответила Индира с бессильным отчаянием и закрыла глаза. Чужая ладонь мягко погладила ее по голове. Индира зажмурилась крепче. «Если мне только показалось, я не хочу об этом знать». А потом наступило утро. И Индира увидела рядом Сат, свернувшуюся калачиком под плащом.