Нежеланный дар

      Старший дознаватель Имперской Канцелярии Алоиз Кюнх ненавидел аристократов. Особенно таких, как этот. Молодой, еще и 28 лет не исполнилось, но уже баснословно богатый наследник огромной провинции, из тех про кого говорят «родился в золотой колыбели». Его надменный и в тоже время снисходительный вид бесил, и хотелось сказать, что-нибудь такое, что сотрет это брезгливое выражение холеного самца с лица.       - Скажите, господин князь, знакомы ли вы с маркизом Лавалем?       - Да.       - Насколько близко?       «Он что, думает, что я признаюсь в любовной связи с маркизом?»       - Если обмен ударами мечом на Большом турнире считается близким знакомством, то да, достаточно близко. Ровно на длину клинка.       - Как давно вы его видели?       - Этой весной маркиз Лаваль навестил проездом мой замок.       По здравом размышлении было решено не скрывать приезд маркиза в Горную Крепость. По пути все равно не уберешь все следы, а исчезновение отряда сразу после пересечения границы поместья вызовет больше подозрений. Потому и решено было рассказывать максимально подробно о бесчинствах маркиза и его солдат, подобрав некоторые из неприглядных дел и втиснув в один день.       - С какой целью?       - Видимо решил сэкономить на ночлеге.       - Поясните, господин князь.       - Я не беру плату с гостей. Маркиз и его отряд провели ночь в моем замке бесплатно.       - Когда они отбыли и куда?       - К обеду следующего дня. Куда, мне неизвестно. В этот раз наши отношения были дальше, чем длина клинка и я не интересовался его дальнейшей дорогой.       Кирх сжал зубы, чертовы аристократы! Пара фраз и ты чувствуешь себя грязью под их ногами.        - Вы знали, что маркиз Лаваль путешествует по поручению императора?       - Да, маркиз сначала показал мне подорожную.       - Зачем?       - Видимо решил, что я не позволю ему войти.       - Почему вы так думаете, господин князь?       - Маркиза не принимают во многих домах.       - Вам известна причина?       Еще бы не было причины, маркиз состоял на службе в Имперской канцелярии. И знали об этом многие, хоть о таком не говорят вслух. Кирх знал все о делах маркиза, по долгу службы, известны были и причины, по которым многие двери были закрыты перед Лавалем.       - Нет, я не интересуюсь сплетнями Высшего света. Это все?       - Я бы хотел побеседовать с вашим младшим супругом.       Князь прищурился, подставлять юношу, и так перенесшего много за визит маркиза не хотелось. Но если он откажет этой хитрой крысе, допрос пройдет по их условиям. Закон это позволял, вплоть до применения силовых методов.       - Только в моем присутствии, – твердо проговорил Лиан. – Я пошлю за ним слугу.       В ожидании Райни, князь смотрел сквозь дознавателя, вызывая у того неконтролируемую ярость.       - Господин?       В дверях стоял стройный юноша, прикрытый по обычаю платком.       Кирх привычно осмотрел его и отметил очень хорошую одежду, не новую и видно, что давно привычную. И дорогой головной платок, с богато расшитой каймой и изящными заколками. И спокойный, уверенный вид. То как младший обратился к своему мужу, уважительно и без тени страха говорило о многом.       Кирх, как никто другой знал, какие надежды возлагал на замужество именно этого своего сына император. И в какой ярости потом был, когда узнал, что герцогство уплывает из казны. Судя по приказу найти, куда исчез маркиз, и кто виновен в этом, император кое-что знал. И теперь хотел разом решить эту проблему. Для самого Кирха это дело могло стать как вершиной карьеры, так и ее полным крахом. И он намеревался грызть землю, лишь бы доказать вину князя и посмотреть, как стечет с его лица аристократическая спесь.       Алоиз поймал взгляд князя и внезапно понял, что тот, будто читает его мысли и резко вскинул голову. Здесь и сейчас, императорский дознаватель был выше любого аристократа. И даже уважение к длинному перечню предков не могло поколебать стремления найти истину.       - Мой младший супруг Райни Лидис…       «Нежеланный… как ты ж назвал его! – ликуя, подумал Кирх, – на этом можно сыграть, если с мальчишкой обращались неуважительно… Нужно подумать, как раскрутить щенка на откровенность». Так уж совпало, хотя зная императора, вряд ли это была случайность, но именно Кирх был куратором мальчишки. Он вел его в течение жизни, отслеживал его связи и присутствовал на еженедельном отчете у старшего группы. Алоиз помнил тихого ребенка, заикающегося от любого строгого слова и принимающегося плакать, стоило только надавить. И теперь не сомневался, что трусливый и слезливый мальчишка выложит все и сразу.       - Скажи-ка, знал ли ты маркиза Лаваля? - задал он вопрос, сверля проницательным взглядом Райни.       Но тут его поджидало серьезное разочарование. Во-первых, юноша не смотрел на него, а во-вторых, неожиданно сам дознаватель получил резкую отповедь от князя, отчеканившего ледяным тоном:       - Господин императорский дознаватель, перед вами младший супруг князя, я требую должного обращения с ним, иначе вам будет отказано в беседе!       Это было серьезное заявление, и Алоиз, с досадой прикусил губу, тем более, что был виноват сам. Следовало всячески подчеркнуть новый статус мальчишки, а не обращаться с ним как с одним из многочисленных обитателей императорского питомника.       - Прошу прощения, господин князь, кири Райни… я не хотел ни в коем случае обидеть вашу милость.       - Извинения приняты, - надменно проговорил Лиан, надеясь, что эта сцена помогла собраться с силами его младшему.       - Итак, кири Райни, знакомы ли вы с маркизом Лавалем?       - Я был представлен ему во время визита в замок моего супруга, князя Лидийского, – негромко ответил Райни.       - Видели ли вы его еще раз?       - Да, в тот день, когда он покинул замок.       Кирх помолчал, он слишком хорошо знал мальчишку, чтобы быть уверенным в том, что тот не солгал ни единым словом. Тут больше ловить было нечего, но он решил продолжить, вдруг щенок где-нибудь проговорится.       - Чем вы занимались во время пребывания в замке маркиза?       - Своими обычными делами, господин дознаватель.       - Перечислите.       - Я занимался с наследником моего господина, прислуживал моему старшему и занимался личными делами.       - Какими?       - Простите, но это личные дела. Могу уверить вас, что в это время я не встречался с маркизом.       - Хотели бы вы с ним познакомиться ближе?       - Нет, у меня есть старший супруг. Я не собираюсь общаться с посторонними мужчинами. Это может нанести урон чести моего господина.       Кирх постучал пальцами по столу. Дело, такое ясное, пока он ехал сюда, разваливалось на глазах. Ясно было, что мальчишка ничего не скажет, кроме того, что позволил старший. Придется его отпустить.       - Я больше не смею занимать ваше время, господин князь, кири Райни. Будет очень любезно с вашей стороны, если вы пришлете ко мне управляющего. Мне нужно опросить прислугу.       - Непременно. ***       Райни вошел в спальню и повернулся к мужу. Неожиданно даже для себя прижался к нему и прошептал:       - Я так испугался, очень сильно!       - Не стоило. Ты молодец, подобрал очень правильные слова.       - Но ведь это чистая правда! Я лично встречал маркиза всего дважды.       Лиан подумал, что юноша действительно не солгал ни единым словом и подивился изворотливому уму супруга. Это следовало поощрить и старший нежно поцеловал Райни.       - Я все больше считаю, что брак с тобой одна из самых больших удач в моей жизни!       Младший покраснел от удовольствия. Во многом, изменившееся уважение со стороны мужа, поддерживало его сегодня во время допроса. ***       Кирх отшвырнул в сторону очередной допросный лист. Слуги как сговорились, повторяя одно и то же, в разных вариациях. Самым говорливым был управляющий. Он долго и красочно рассказывал, как напился гость, как он буянил, как сражался в пьяном угаре с мифическими врагами, и в каком ужасном состоянии были выделенные покои утром.       - Представляете, господин дознаватель, - возмущался Дарген, – он разбил три вазы! Три ценных парисских вазы! А ведь каждая стоила не меньше трехсот золотых. Их привезла еще старая княгиня, бабушка нынешнего князя, да пошлют Духи долгую жизнь ему, его супругу и детям.       - Вы видели отбытие маркиза?       - Да глаза бы мои его не видели! Теперь-то я знаю, почему его не пускают в дома! Если он везде так напивается и буянит, кому нужен такой гость?       - Так видели вы или нет, как маркиз покинул замок?       Вот это уж точно Даргон видел. И он охотно поделился.       - Видел, а как же! Как нагостились, так сразу и отбыли!       И опять дознаватель не заметил фальши в словах.       Люди возмущались поведением маркиза, некоторые отказывались говорить о его пребывании в замке, объясняя тем, что были посланы на подготовку к севу в ближайшие деревни. А на вопрос всегда ли такое происходит, один из слуг, простодушно ответил:       - Да почитай кажный год. Господин наш, князь, дай духи ему здоровьичка, завсегда нас посылает. А мы и рады помочь.       - Почему? – тупо спросил замотанный ненужными подробностями Кирх.       - Дак девки в деревнях справные, доступные.       - И что, прямо такие доступные?       - А тож! Ведь господин наш за кажным ребенком приданое дает. Вот и опосля отряда даст. Оне же тож с девками нашими ну того… этого… теперича любая себе хорошего мужа найдет. И дите есть и денег господин наш князь не жалеет. Я и то присмотрел себе невесту. Ай девка! Какая девка! Огонь, а не девка!        - Можешь идти, – прекратил излияния слуги Кирх, и не заметил, как блеснули довольно глаза тупого с виду парня. ***       Кирх уже третий день находился в Горной Крепости, чутьем опытного дознавателя чуя, что не все тут чисто, слишком ухоженно выглядит двор, слишком новая штукатурка, слишком разговорчивые слуги. Правда, не все. Кухарка, невысокая крепкая женщина с ярко рыжими волосами и усыпанным веснушками лицом, сходу начала ругаться на дознавателя, обвиняя его в том, что ввалился в грязных ботинках в святая святых, господскую кухню. А няня наследника поджав губы, просто отказалась отвечать, мотивируя тем, что ее дело ребенок, а не приезд гостей.       Все это время помощники Алоиза рыскали по всему замку, ища улики.       И наконец, казалось, им повезло. В темном сыром месте, один из них обнаружил большую кучу глины, в которой явно и не так давно рылись. На первый взгляд сначала была выкопана яма, а затем закопана. Но и потом, несколько раз кучу беспокоили, и теперь оставалось только выяснить, какие тайны скрывает это место.       Торжествующий Кирх приказал пригласить туда князя и велел в его присутствии начать раскапывать кучу.       Недоумение на лице князя показалось Алоизу наигранным, а когда лопата заскрежетала по чему-то, дознаватель возликовал. Казалось, еще несколько минут, и надменный аристократ будет взят под стражу, допрошен с пристрастием, лишен звания и казнен на площади. Кирх уже видел, как покатилась голова князя, когда из ямы стали доставать кости. Радость Кирха продолжалась ровно до того момента, пока на свет не появился лошадиный череп.       А глянув внимательно на кости, дознаватель вынужден был признать, что им самое малое год. Важная находка обернулась пустышкой.       - Но кто-то же копался в этой куче глины! – от отчаяния Кирх готов был цепляться к любому факту.       - Да, это был я, - раздался тихий голос и все повернулись в сторону его обладателя.       Им оказался, ну кто бы сомневался - младший муж князя.       - Зачем? – с удивлением спросил Лиан.       «А ведь он и в самом деле не знает зачем», - мелькнула мысль у Кирха.       - Я… лепил.       - Что ты делал?       - Лепил, простите, господин. Я лепил всяких зверей.       - Зачем вы это делали, кири Райни?       - Я… мне нравится…       - И где они? – уцепился за его слова Кирх, а вдруг это ниточка и она куда-нибудь приведет?       - Тут, рядом. Я покажу. Только их мало осталось. Солдаты из отряда господина маркиза много побили. Мой господин не мешал им проводить время в саду. А они были… пьяные.       И опять чистая правда. Это уже привычно бесило дознавателя, пока он шел следом за князем и его супругом по парку.       Фигурки разных зверей обнаружились на небольшом солнечном пятачке в глубине сада. И там же доказательства пьяных выходок солдат маркиза - несколько сколов на камнях и ссадин на коре деревьев.       - Похоже, солдаты весело провели здесь время, – заметил Кирх.       - Не сомневаюсь, – поджал губы князь, – часть резвилась в ближайшей деревне, часть в замке. Я был очень рад, когда они покинули мой дом. К сожалению, сам маркиз Лаваль вел себя не лучше своих солдат. Покои после него пришлось отделывать заново. ***        Кирх трясся в седле и злился. На унылого мерина, выделенного князем, на круговую поруку в замке, на исчезнувшего маркиза, на жару. Вдали показалось кладбище, и дознаватель решил заехать туда, не заметив промелькнувшей тревоги в глазах князя. Они уже второй раз объезжали ближние деревни и пока безуспешно. Во-первых, стояло лето, и селяне были поголовно заняты. Отвечать на вопросы императорских сыскарей они отказались, и только когда во второй раз с Кирхом поехал князь, дело сдвинулось с мертвой точки. Но и тут Алоиза поджидало горькое разочарование. Все ответы сводились к «не знаю», «не видел» и «как таких земля носит». Последний вариант обычно произносили женщины.       Дознаватель прошел по кладбищу, разглядывая могилы. По старинному обычаю, на алтарь молодых девушек укладывали венки. И теперь Кирх подумал, что довольно много здесь лежит девиц и невзначай спросил об этом старосту деревни.       - Ну дык… - старик покосился на князя, – тут солдаты поозоровали, девок того… этого… а князюшка наш, хоть и завсегда брюхатым помогал, тут не успел.       - Куда не успел? – всем телом повернулся к старосте Алоиз, чувствуя что-то важное.       - Ну дык сказать, что денег даст. Он завсегда дает, как родит кто. А девки дуры, не верили, что ежли от чужих понесет все равно дите не виновато. Ну и удавились.       - Что все? – опешил Кирх, краем глаза заметив помрачневшего князя.       - Неееее, две только. Еще одна от лихоманки померла. А Руська ногу порезала, да никому не сказала. Сгорела в одночасье.       Кирх нахмурился, неоправданно большое количество девичьих смертей имело обычные причины.       Лиану было не по себе, именно тут, у леса и были спрятаны тела маркиза и его отряда. И сейчас дознаватель смотрел именно туда.       - А почему там кладбище огорожено? – вдруг спросил дознаватель.       Наемников не стали хоронить в одной яме, а вырыли длинную канаву, повторяющую очертания кромки леса. Умные селяне сняли предварительно дерн и прикрыли им получившийся длинный холм. А поверху еще и каменный забор поставили, перенесли его со старого загона. Аккуратно так перенесли, не поломав, да еще и камни кое-где бросили, будто сами упали.       Князь с интересом рассматривал забор, прекрасно зная, что его здесь не было, и ждал ответа с не меньшим интересом. Он уже понял, что и здесь Кирх ничего не найдет и расслабился.       - Ну… дык коровки-то ходют. Им же не скажешь, коровкам-то… вот оне венки и того… едят. А родня обижается.       Кирх отвернулся от заинтересовавшего его места и взгромоздился на мерина. И здесь пустышка. Впереди была еще одна деревня и Большой Тракт. А там следы отряда найти вообще нельзя.       И тут ему подвернулась удача. У одного из голопузых ребятишек на шее висел золотой перстень, который Кирх по рассмотрении, опознал как собственность маркиза Лаваля.