Da reparatione

♤

♠

Октябрьские улицы Ростова не могут похвастаться тем же теплом, которое характерно, например, началу сентября. Прохладный ветер делал своё дело, заставляя всякого оказавшегося на улице несчастного прохожего зябнуть. Выросшая из ниоткуда тень всем видом гласила о том, что чья-то размеренная жизнь скоро подойдёт к концу. Честно говоря, стоило всё-таки оставить армейскую куртку. Может быть, она и не вписывалась в гардероб, но была хотя б тёплой, в отличие от лёгкой кожанки, накинутой на футболку. Нужно быть либо самоубийцей, либо очень самоуверенным человеком, чтобы так одеваться в середине второго месяца осени

***

Двойная дверь открывается чуть ли не перед лицом вахтёрши, надеявшейся уйти в подсобку за чаем. — Молодой человек, — деловито произносит пожилая хранительница общажного покоя, —вообще-то, комендантский час наступил уже как два часа назад. У Вас есть справка от работодателя? Пропуск? — А я по особому пропуску.

***

— Ну гаси ты его, гаси! Еблан, ты ульту кинуть не можешь, блять? — полные недовольства наглые слова летели в микрофон с явной целью задеть человека по ту сторону экрана, — Ты даун? Твоё дело одно - ульту прокастить! Даже с такой хуйнёй не можешь справиться? Удаляй дот... Поток оскорблений был прерван твёрдым стуком по дереву. — Тима раков, я ливаю, — снимая наушники проговорил зеленоволосый юноша. Гора мусора, равномерно рассыпанная по всему полу, мешала достигнуть двери. Было тяжеловато передвигаться, несмотря на то, что Валера уже привык поднимать ноги чуть выше, чем обычно, чтобы случайно не зацепить очередную недопитую банку газировки, стоящую где-то в неизвестном закоулке. — Ну и кто посмел припереться в лачугу короля? — всё же добравшись до двери и прислонившись к ней щекой уверенно спросил он, не ожидая никакого ответа. Валера уверен - пока он пробирался сквозь свой же мусор, ожидающий в коридоре человек должен был уже уйти. Наверняка, это соседи-хиппи пришли снова отчитывать дотера по поводу криков, или какая-то девушка из жалости покушать принесла, а может вообще, за дверью его ждал Серёжа с рассказами о том, как у него прошёл день. Вальяжно открытая дверь продемонстрировала парня среднего роста. Он точно не казался высоким, но в то же время был куда выше открывшего. Иссиня-фиолетовые волосы незваного гостя выделялись сильной лохматостью, которая была парадоксальна, по крайней мере, для его весьма коротких волос. — Чего встал? Дай пройти, — всё ещё стоявший на пороге незнакомец заставил Валеру неосознанно сжаться, посмотрев на того холодным взглядом. Коротко стриженый оценочно осмотрел комнату. Обои имели противный зелёный цвет, почти больничный, где-то они были подраны, пол не виден под слоем мусора. Рабочий стол выглядел довольно чисто, контрастируя с закиданной одеждой кроватью, стоявшей рядом. Единственное более-менее чистое место в комнате всем видом кричало о кибер-вовлечённости проживающего в ней человека. На поверхности стола располагалась целая куча техники, названия некоторых предметов даже не были известны новоприбывшему. — Мда, ну и свинарник, — сделал вывод мужчина, поставив чемоданы возле свободной кровати, — запустил же ты комнату. — Запустил?! — начал возмущаться кудрявый, — Да кто ты вообще такой? — Я Ключник Павел, а ты мой новый сосед. В отличие от истеричного тона Валеры, тон Паши звучал спокойно и чётко, тем самым указывая на нахождение контроля ситуации в руках второго. Обладатель коротких волос свысока смотрел на недовольное лицо соседа. Ему казалось, что Валера сейчас от недовольства начнёт топать ножкой, бессвязно что-то лепеча. — Д-да я,..., — оправдал ожидания соседа тот, — да ты! Короче, пока! Низкорослый человек вырвался из комнаты, громко хлопнув дверью.

***

Если немного напрячь ухо, то можно услышать, как на разных этажах общежития звучит разнотонное "Ну и быдло".

***

♤

♡

♥

Бледно-розовые обои и свежий, не вписывающийся в рамки общежития ремонт, встречали Серёжу последние два месяца каждый день. Он просыпался в окружении красивой мебели, и засыпал, думая о том, как прекрасно протекает его жизнь. Всё прямо так, как было в мечтах: он дружит с каждым на его потоке, имеет друзей в общежитии, у него комната, превышающая все возможные ожидания, и терпимый сосед. Если открыть дневник Серёжи, а потом пролистать на сентябрь, то первой же бросившейся в глаза записью будет запись о соседе. "Рома хороший человек, просто немного эксцентричный. И в быту с ним трудновато. Но Рома - старшекурсник, а ещё он нравится многим людям, а значит - классный." — Сижу себе значит, — вещает сидячий на ковре Валера, пока блондин, лёжа на своей кровати на животе, и мотая ногами из стороны в сторону, что-то пишет в вышеупомянутом дневнике, параллельно делая вид, будто он слушает рассказ, — в доту играю... — А, ну понятно, — перебивает кудрявого мужчина, выбирающий рубашку возле полноростового зеркала, — лучше бы девушку себе нашёл, было бы хоть чем занять себя в холодный осенний вечер. — Да меня от этих твоих девушек тошнит, нахуй баб. Глаза Ромы переводят внимание с зеркала на зеленоволосого парня. Он закусывает губу, после чего издаёт звук, похожий на "уля-ля". Когда до Валеры доходит, как же всё-таки звучала его фраза со стороны, он моментально краснеет и делает ремарку о том, что тошнит его от девушек "не в этом плане", и вообще, он "маму Ромки и тута и тама и здяся". Закончив оправдываться, Горошкин прокашливается и продолжает свой рассказ. — Так вот, сижу, играю в доту. Приходит какой-то чёрт с горы. Хлебало у его такое недовольное, будто он безмамный. Страшный он до жути. Ещё и кулаки так сжимает, будто щас въебёт, но... — Но тебе не привыкать получать по лицу? — вновь перебивает монолог розоволосый. — Ром, тебе чё, делать нечего? Дай пожаловаться! — возмущается в который раз перебитый. — К твоему сведению, друг мой сердечный, я в ожидании дамы, — Рома кладёт наконец подобранную рубашку на кровать, а затем берёт гантелю, лежащую возле всё того же зеркала, — она тренер в местном фитнесклубе, просто невероятной красоты девушка. — Ага, — усмехается обиженный Валера, — как и все твои предыдущие. Второй год общаемся, а ничего не меняется, Ромео, — издевательски тянет последнее слово он. — Что я могу поделать, если все девушки вокруг невероятно красивы! — радушно вскрикивает мужчина, проигнорировав провокацию. В разговор встревает Серёжа, к которому, вообще-то, Валера и пришёл. Нет, конечно, Рома неплохой друг для совместных тусовок, но слушатель из него никакой, слишком уж он зациклен на себе. Не так сильно, как "Легендарный Валера Горошкин", известный в дотерских кругах под никнеймом "Вару228", но самовлюблённость Ромы время от времени даёт о себе знать. Серёжа легкомысленный, и свои мысли ему внушить относительно легко, если не злить. Валера по чужим правилам играть не любит, но возможность заиметь ещё одного приятеля была взаимовыгодной: у Валеры есть свободные уши для жалоб, у Серёжи есть ещё один друг. — Да ладно тебе, Валерчик, — блондин закрывает дневник, кладя тот в шкафчик прикроватной тумбочки, — человек просто в активном поиске, тут нет ничего такого. — Так блин, давайте вы, сладкие мальчики, не будете уводить тему от страданий великого меня к облизыванию друг друга, — издевательским тоном произносит кудрявый, будто это не он готов был расплакаться от притеснения своего эго всего полчаса назад, — все и так поняли, что дам в этой комнате могут только ждать. — Вару! — Серёжа спрыгивает с кровати, прямо на Валеру, начиная щекотать того, — Возьми слова назад, возьми слова назад! Тело Валеры билось в конвульсиях от смеси страха перед щекоткой и смеха от этой же щекотки. — Ну хватит! Хватит, — похрюкивая выдавил из себя он. Сжалившись над другом, Рома прожестикулировал рукой, давая соседу понять, что пора бы прекратить. — Ну, — розоволосый сел на кровать блондина и закинул одну ногу на другую, — так как зовут твоего соседа? — Э, — протянул запыхавшийся парень, — Саша вроде, Ключкин. — Какая знакомая, однако, фамилия, — мужчина сощуривает глаза, будто погружаясь в мысли, — может быть не Ключкин, а Ключник? Лицо Горошкина искривляется в непонимании. — Да какая, блин, разница, если он ведёт себя как быдло! Пришёл, поворчал, а его вообще-то никто не звал! — зелёноволосый вскочил с пола, желая выровнять взгляды, а не смотреть на собеседника снизу вверх. — О, дорогуша, разница большая, — Рома скрестил пальцы, кладя кисти рук под подбородок, — возможно твой сосед - мой бывший одногруппник, Паша Ключник. Тип ещё тот. Из армии вернуться в этом году должен. Валера нервно сглатывает, в отвращении дрожа после услышанного слова. Армия... — Вам староста не говорила, что у вас должен быть новый одногруппник? — Валера хватает розоволосого за плечи. Сученко берёт дотера за запястья, заставляя того отпустить смятые руками участки рубашки. — Валера, милый, откуда я знаю что там говорила староста, — Ромео встаёт с кровати, намереваясь уйти на свою половину комнаты, — я на занятиях в последний раз был, когда Паша ещё сессию сдать пытался. А это, друг мой, было очень, очень давно... Серёжа прерывает разговор своих друзей громким "блин", хватает свою чашку с котиком с рабочего стола, и второпях вылетает из комнаты. — Эй! И куда это он? — недовольно смотрит на дверь через зелёные линзы очков Валера. Роме лишь остаётся многозначительно пожать плечами.

***

♠

♦

♢

— Вот у нас в армии, — звучит немного роботизированный голос из телефона, — такого беспорядка не было. Постель не заправлена - старшина тут как тут. — Порядок - удовольствия разума, но беспорядок - наслаждение воображения. — Что это вообще может значить? — начинает злиться Паша. Даня делает глоток чая из пиалы, восседая на полу в белом банном халате. Через экран телефона можно увидеть странное зеркало в форме веера, какое-то национальное одеяние и самое главное - сандали, прибитые к стене. Даня как будто специально расположил телефон так, чтобы старый друг мог узреть японские атрибуты. — Может быть твой сосед крайне творческий человек, не суди книгу по обложке, — спокойно отвечает на вопрос рыжий. — Дань, он дотер. — Сочувствую, — мужчина отпивает ещё немного чая, прикрывая глаза в блаженстве — приходи, посидим, обсудим. Всё же, ничто так сильно не сближает людей как чашка тёплого чая. Раздаётся стук. — Что, так быстро пришёл? — приоткрыв глаз, он косится в сторону двери. — Иди открывай, с меня хватит общения на сегодня, — Паша первым отключается от видеозвонка, отбирая у Дани возможность попрощаться лично. — Bonum Nocte. Мужчина громко произносит "войдите", ленясь встать с удобного места. В такое время он гостей не ждал, однако предполагал, что это мог быть его сосед. В прошлом году сосед Ожоги закончил ВУЗ, отучившись всего четыре курса. Даня посчитал это верхом глупости, ведь лишь человек небольшого ума будет отказываться от студенческих подписок на сервисы, однако промолчал. В этом году он не видел соседа с самого сентября. Сначала Даня подумал, что ему повезло, и его комната каким-то образом не попала в лист на вселение первокурсников, но в середине сентября он понял, что это не так, когда на полках, предназначенных для сожителя, появились зубная щётка и паста. Его сосед ввозил вещи, когда сам мужчина был в университете. Лично же он никогда не разговаривал с Даней. Они вообще никогда не пересекались. — Здравствуйте? — тонкий высокий голос заставил Даниила открыть глаза. — О, так это же ты - Нечитайло! — мужчина расплывается в улыбке, давая понять, что новому соседу в этой комнате рады. — Я Вопрошалов, — неловко произносит Олег, снимая шапку. — Случайности не случайны, Олег Фёдорович, присаживайтесь. Надеюсь, Вы приготовились к истории, — рыжий наливает чай в пиалку, приглашая гостя... нет, соседа... за стол. Заиметь в соседах человека, что больше всех первокурсников трудится на твоих парах было замечательным раскладом дела. — Никто не может ничему научиться у человека, который не нравится, — делает вывод Даниил, — судя по Вашим академическим успехам, Вопрошалов, мы поладим.

***

♡

♧

Феликс проверяет время на смартфоне, убеждаясь в том, что он опоздал почти на восемь минут, заслушавшись разговорами своих друзей. Безусловно круто, когда дружеская беседа так увлекательна, что поток времени не чувствуется от слова совсем, но не круто опаздывать. От комнаты Ромы и Серёжи до комнаты Захара не так много расстояния, чтобы оправданием послужила долгая и извилистая лесная дорога, полная разбойников. — Так, ладно, Феликс, просто зайди и всё, это же наш Зонтик, он не будет ругаться, — делая вдох, юноша кладёт руку на ручку двери, которая открывается с внутренней стороны. Феликс одёргивает руку и видит перед собой друга, который, очевидно, услышал монолог. — Проходи, — Зонтик держал в руке небольшую белую чашку из, видимо, фарфора. Комната Серёжи и Ромы была красивой, но точно не такой уютной, как у Захара. Неизвестно что придавало этой бетонной коробке такого домашнего шарма. Может быть дело было в кухонном гарнитуре, почти как дома, а может быть всё самое домашнее в эту комнату приносил сам факт существования в ней Серебрякова. — Это даже хорошо, что ты опоздал, — заверял друга Захар, — чай успел настояться. Теперь ягодный аромат раскрыт лучше, чем двадцать минут назад, когда я его заварил. Парни расположились по две стороны выступающего за пределы стены гарнитура, формирующего своеобразную барную стойку. Захар разлили чай по кружкам, выпуская приятный запах чего-то среднего между земляникой и смородиной. Нелепая желтая чашка с приветливым мультяшным котиком выглядела чересчур контрастно на фоне аккуратного чайного набора Захара, но несмотря на этот контраст внешних видов, чувствовалась своеобразная связь между хозяевами изделий. — Ну так, — начал разговор после паузы, лишённой неловкости, блондин, — как тебе живётся? — Необыкновенно хорошо, — бирюзовые волосы, обычно заправленные за уши, лежали по обе стороны от лица юноши, они были немного растрёпаны, чему Феликс несказанно рад - Зонтик ему теперь доверяет так, что ему не стыдно не расчесаться перед визитом друга, как это было всего месяц назад, — я чувствую себя живым, — взгляд Серебрякова устремился в отражающую поверхность чая, на его лице расцвела скромная улыбка. Феликс многозначительно вздыхает, чем настораживает приятеля. — Честно, Зонтик, я тебе очень завидую, — такие вещи обычно говорят без видимой радости на лице, но натянутая улыбка покидала лицо Серёжи только в самые критические ситуации, — у меня всё далеко не так гладко как у тебя. Полагаясь на эмпатичность одногруппника, Юсупов не стал объяснять причину своего дискомфорта. — Это из-за соседа? Захар видел Рому всего два раза: в первый раз они пересеклись на кухне, где последний флиртовал с комендантом, пытаясь загладить вину за невыполненное дежурство, второй раз они виделись непосредственно в комнате Феликса, куда Захар принёс конспект. Оба раза оставили не лучшее впечатление о соседе друга. — Ну, Рома правда славный. Хотел бы я быть таким же потрясным старшекурсником как он, но... — в один момент Захару показалось, что он мог увидеть в зрачках блондина звёзды, которые тут же разбились, стоило Феликсу перечислить все бытовые проблемы, которые возникли за текущий месяц.

***

Закончив чаепитие, Феликс оставил свою чашку, уходя кидая непримечательное "ну, пусть пока у тебя постоит". Ровно так же он когда-то сказал про некоторые учебники. И про большую мягкую игрушку, на которой теперь иногда спит, оставаясь ночевать. И про шампунь. Захара конечно радовало, что у него есть друг, но новый сосед ему точно не нужен был. Хотелось лишь узнать, где обитает актуальный. Сосед точно был, судя по обилию книг по основам экономики, идеально застеленной постели, и по наличию некоторых предметов быта, например, посуды. Но куда же он пропал?