Толпа малолетних нигилистов

I’ve never been a natural,  All I do is try, try, try. Цунаде не шутила. Новое расписание вступало в силу на следующий день и обещало продлиться до первой крови. По столовой прокатился ропот. Наруто негодующе тараторил, Сакура вжала голову в плечи, как черепаха и застыла, пока Киба с Хинатой сверлили взглядом Ино, заставляя её невнятно отшучиваться. Тен Тен спрятала улыбку, саму собой расползающуюся по лицу. И это для них всех наказание? Ха! Тен Тен приняла новость с едва сдерживаемым восторгом. Больше часов! Больше пройденного материала! Больше шансов затащить вступительные в Тодай! И всё это бес-плат-но! Она украдкой оглядела столовую, выискивая тех, чьи семьи, как и её, влезли в долги ради места в Конохагакуре-но-Сато. Их глаза глаза блестели таким же разгоряченным азартом: перед глазами тоже маячила финишная лента. Тен Тен чуть не рассмеялась от радости. Три года назад семья Тахакаши продала свой деревянный домик в Саппоро, что на Хоккайдо, и обустроилась в Икетахаре, спальном пригороде на западе от Токио. Ими двигало намерением во что бы то ни стало обеспечить поступление единственной дочери на Медицинский факультет Токийского Университета, что в их глазах означало билет в один конец в счастливое будущее. Школьных подруг, сосновый воздух и походы на рыбалку пришлось обменять на часовые поездки на метро, толкотню на улицах и постоянное напоминание о том, что она — провинциалка. Но Тен Тен воспитывали бойцом и она, хоть и тосковала по Хоккайдо, не поддавалась грусти и думая о дне, когда найдет своё имя в списке поступивших в Тодай. Чтобы поддерживать боевой дух, она распечатала мотивирующие картинки и повесила её перед своим рабочим столом. Вечерами за учебниками, когда текст перед глазами начинал плавиться в свете настольной лампы, она понимала глаза и перечитывала: The Future depends on what you do today. Мама регулярно находила её утром спящей прямо на столе, среди дешевых маркеров и библиотечных учебниках с облезлыми корешками в чужих пометках (новые – дорогое удовольствие для семьи Тахакаши). В метро, прижатая к стеклу, она бубнила выученное накануне. Полтора часа беззвучного шевеления губами, вдыхания воздуха, густого и влажного от дыхания толпы. И так каждый день: Keep your eyes on the prize. О способности Тен Тен преодолевать трудности лучше всего говорило то, что в прошлом году по результатам годовых экзаменов она оказалась на втором месте в параллели школы. Выше неё был только Ками-сама и Саске Учиха.   Она поступила сюда после обычной муниципальной школы, а не из частной, как большинство, и из репетиторов у неё были лишь видео на Ютубе. Момент объявления результатов тех экзаменов оставлся в Тен Тен её главным триумфом. Именно поэтому увеличившаяся нагрузка не пугала её, а только подначивала — даже когда ноги стали гудеть от недосыпа, а синяки под глазами не скрывал даже дорогущий консилер Ино. Ей не терпелось повторить свой прыжок выше головы. Проверочная работа по химии легла на стол с кровавым штампиком. Комок подкатил к горлу. Тен Тен снова посмотрела на цифру, надеясь, что ей показалось.  67. У Тен Тен в жизни не было ничего ниже 80… На глаза сами собой навернулись слезы, Тен Тен замерла, уставившись на кляксу рядом с оценкой. Она напоминала сердце, раздавленное ботинком.       — А у тебя что, Саске? — раздался голос одноклассника. Он донесся приглушенным, как будто из-под воды. Ну вот, тону, — подумалось Тен Тен.       — 89, ксо… Рассчитывал на сотку.       — Ты только не плачь!  Предательская слеза скатилась по щеке Тен Тен, и она поспешила незаметно утереть её манжетом школьной блузки. Ну конечно. Саске Учиха опять лучше всех. Как могло быть иначе? Саске у не надо насиловать себя — ему комфорт предоставлен со всеми блестящими излишествами. Личный водитель в машине с кондиционером, где он может повторять в тишине комфорте по пути до дома. Свежая рыба с рынка Тоёсу пять раз в неделю ведь "омега-3 так важен для работы мозга". И за тонкой стенкой никто не ругается из-за ипотеки. Звонок с урока прозвенел издевательски долго. Тен Тен зажмурилась как от мигрени: продлился бы он хоть долей секунды дольше, её голова бы точно взорвалась. Она продрала глаза, с легким огорчением осознав, что этого не произошло. Придется жить дальше и думать, как исправлять химию. Тен Тен сгребла учебники в сумку, где их уже ждали контейнер с вчерашним рисом с зеленым горошком и пустая бутылка от энергетика.

      ***

Шел второй час урока, который по законам физики должен был длиться сорок пять минут. Все в классе А выглядели усталыми. Откуда-то снаружи доносился шум, который отвлекал даже Анко-сенсея. Она то и дело сбивалась и начинала объяснять свою мысль заново. От всего этого у Тен Тен цудовищно гудела голова. Она тупо глядела на экран ноутбука, в углу которого мигал чат класса, и ждала конца этой пытки. Затем домой, полтора часа на метро — и можно будет от души поплакать.

      — Непрочитанные сообщения—

[Шикамару]: Кто-нибудь тоже слышит этот чавк? [Саске]: Узумаки ест свой массонаборный обед. За стенкой.       Тен Тен нравился Наруто, но она зло подумала: “Чтоб он подавился…”.  За спиной послышался шум: Сидящий на последней партой Шикамару высунулся в окно, и разглядев Наруто у окна в соседнем классе, швырнул в него скомканный лист бумаги.        — ЭЙ! Из-за стены донесся взрыв смеха и волна несмешных острот.        — Я не виноват, что не успеваю нормально поесть за эту микроперемену! Я спортсмен, мне нужно питаться даттебайо!  За стеной снова захохотали, и Какаши-сенсей вяло призвал к порядку.               — Ттебайо, кто будет школу представлять на соревнованиях?!.. Тен Тен захотелось взвыть.              — Идиоты, — пробормотал Саске. Его тетрадь, айпад и пенал лежали идеально параллельно краю стола и друг другу. Тен Тен давно подозревала у него ОКР.               За стеной снова зачавкали.               — Мендокусе, чем в него надо кинуть, чтобы он понял, что мешает? На часах было 15:40. В висках загудело, Тен прикрыла глаза и закрыла их просидев так сполчаса, а открыв, увидела перед собой абсурдное 15:41. Тогда она сделала открытие: Время отныне текло иначе, бросая вызов законам природы. Не было понятно, где минуты урока, а где года, потерянные из-за людей за стеной. Тех, чье поступление в престижный универ определилось еще при зачатии.       В классе Б к нововведению в расписанию относились как к досадной неприятности. Даже Какаши-сенсей смотрел на усилившиеся уроки как на что-то, что его самого не касается. Он перелистывал учебную методичку с видом человека, который вот-вот заснет. Ино, поймав его отсутствующий взгляд, поняла, что скрываться нечего и беззастенчиво положила телефон на прямо парту. На полированном стекле экрана не было ни царапины, ни отпечатка, как будто устройство только что распаковали.       [Хината]: В кино после уроков?       [Ино]: Ага. Наруто и Киба тоже идут.       [Хината]: Саске тоже будет?       [Ино]: Родители не отпускают. Опять какие-то дополнительные занятия.       [Хината]: Мм, а Тахакаши?  Ино задумалась. С тех пор как интенсивное расписание вступило в силу она все чаще забывала её существовании.        [Ино]:Ее теперь вообще никуда не вытащишь. Сидит дома и превращается в нейросеть. Телефон завибрировал от уведомления. Паблик со сплетнями опубликовал новый пост.

— Непрочитанные сообщения—

@gg_honoha: Всем отвратительного дня, потому что только теперь только такие! Сами знаете кому сказать за это спасибо. Ни для кого уже не секрет, что Сакура Харуно со второго курса выкрала варианты грядущих экзаменов. Мы это знаем, она это знает, все это знают. Но Цунаде необходимы железобетонные основания для отчисления. И поэтому мы хотим попросить всех неравнодушных: Если кто-то что-то видел самое время это вспомнить. Присылайте свои воспоминания, обещаем помочь скоординироваться. Чем нас больше, тем легче получится убедить Цунаде. Надеемся на вас, котята. 

По крассу С разошелся шепот. Каждый взгляд, брошенный в сторону Сакуры, казался ей обвинением. Она сидела, сгорбившись над тетрадью, но буквы расплывались перед глазами. Они все думают, что это я.       — Сай… — прошептала она. Он оторвался от тетради, где его ручка выводила дракона, обвивающему гору учебников. Его глаза, всегда такие ясные и спокойные, встретились с её взглядом.       — Мм?       — Они… Они правда думают, что я украла варианты экзаменов. Сай нахмурился, как будто она сообщила ему, что дважды два — пять.       — Но ты же не крала.       — Нет.       — Значит, не о чем переживать. Он сказал это так просто, так логично, будто объяснял, почему небо голубое. Он даже улыбнулся — одобрительно, как учитель, похлопывающий младшеклассника по плечу за правильный ответ.       — Если они сговорятся... меня выгонят.  Сай открыл тетрадь на новой странице. Медленно, тщательно, он начал что-то писать. Сакура наблюдала, как его пальцы выводят ровные строки. Хотелось верить, что сейчас он просто напишет решение всех её проблем. Но он закончил и протянул ей листок:       «Доказательства в пользу Сакуры Харуно - 1. Ключи от учительской хоть и иногда даются на руки старостам, всегда в присутствии старшего. Нара Шикамару подтвердил, что они ходили туда только вдвоем.  2. Она написала каждый из вступительных экзаменов на высший балл. Предположение, что кража вариантв экзаменов ей выгодна — большое допущение.  3. Сакура честная. 12 сентября нашла и вернула мой утерянный проездной.  4. Сакура умеет врать. У неё кривится лицо, когда она пытается успокоить меня на счет моих чувств к Яманака Ино.  Внизу аккуратной подписью: Сай. Свидетельствую.» Сакура почувствовала, как в горле застрял ком. Это было... мило. Даже трогательно. И совершенно, абсолютно, бесяче бесполезно.       — Спасибо. Сай скупо кивнул, и чувством выполненного долга вернулся к рисунку. Рядом кто-то засмеялся.

      — Комментарии к публикации—

      @suspisiousapple: Мне кажется, что я мог видеть Сакуру одним вечером закрывает дверь в учительскую.        @kodawari : Я думаю, что я тоже это помню…

      ***

Туалет третьего этажа пах дезинфекцией и отчаянием. На стене над раковиной кто-то вывел маркером: FUCK HARUNO — буквы расплылись от брызг крана. Четверо старшеклассниц, рассевшись в приоткрытых кабинках к кабинкам, скучающе листали тиктоки. Их смех гулко отражался от кафеля. Сакура замерла на пороге, сжимая в руках пропуск в уборную — некоторые учителя на них настаивали, другие отпускали на честном слове. За ее спиной топталась первокурсница с перекошенным лицом, теребящая подол юбки.
       — Мне… очень нужно… — пропищала та, почти не слышно.        — Эй, тут кому-то реально в туалет надо, — прикрикнула Сакура. Из ближайшего туалете показалась старшеклассница. К её дизайнерским кедам налип влажный кусок розовой туалетной бумаги.
             — Очередь! Подождете, не маленькие, —грозно сказала она и хлопнула дверью кабинки. Тен Тен, глядя на образовавшуюся очередь, стиснула зубы. Немыслимо хотелось в туалет, и она нервно вертела в руках пропуск и фиксировала взглядом настенные часы: 17:46. Еще четыре минуты — и учитель физики начнет вычитать баллы за опоздание.              — А ну, на выход все! — прогремел голос Цунаде, — Думаете я не слышу, что вы в телефонах сидите? Старшеклассницы освободили помещение, и Сакура рванула к освободившейся кабинке, но не успела — вперед протиснулась рыдающая первокурсница. Тен Тен, спускаясь по лестнице, посмотрела на наручные часы. 17:51. Она опоздывает. Она всегда будет опоздавшей.

      ***

      — Меня абсолютно точно выгонят, — простонала Сакура на следующий день. Они с Ино остались вдвоем в коридоре после уроков.  Сакура устало запихивала библиотечные книги из шкафчика к себе в сумку, которая явно не вмещала все добавившиеся домашки. Ино вздохнула, не отрываясь от телефона. Она щелкнула языком, листая фотографии с вечеринки, где она смеялась в золотых конфетти.       — Ты вообще слышишь меня, Лобастая? Я в этой школе полтора года. Пьяные дебоши, секс на крыше, рейв в спортзале. Тут и не такое стерпят! А ты мне про какую-то флешку.  Этот разговор у них случался по меньшей мере раз в четвертый. До обеих уже дошло, что убедить друг друга в чем либо не получится, и они обреченно продолжали приводить одни и те же доводы. В детстве Сакура видела передачу про горных баранов, часами на пролет проводящими за боданиями, и удивлялась, как им не лень.  А вот как, оказывается.              — Но то было не при Цунаде! — разозлилась Сакура, — Меня со дня на день отчислят.       — Никто с тобой ничего не сделает. Не в этой школе.   Цепочка вновь замкнулась. На каждую кроху отчаяния Сакуры у Ино находилось сполна оптимизма человека, который в жизни ничем и никогда по настоящему не рисковал. Сакура тихо всхлипнула и усилием воли заставила себя разозлиться.       — Всё моё будущее под угрозой. Ни в одну нормальную школу меня после такого скандала не примут, я не смогу поступить в университет… Ино тряхнула волосами и насмешливо покачала голвой.        — Ты из-за этой Цунаде превращаешься в страшную зануду. Сакура сжала кулаки. В горле встал ком: Ино просто не способна понять тех, кому не посчастливилось родиться Ино Яманака. Всё, что доносится до её ушей — это белый шумом.              — Ты когда-нибудь боялась, что вдруг произойдет что-то, что разрушит всю твою жизнь? — спросила она тихо. Ино наконец подняла глаза от экрана. В её взгляде мелькнуло что-то вроде любопытства,б будто Сакура вдруг заговорила на неизвестном языке.       — Ты о чем?       — Да именно об этом, — Сакура устало отвернулась к окну. За стеклом ливень превратил школьный двор в мутное пятно. — Ты даже вопроса не поняла… Холодность её тона застала Ино врасплох. Она стала крутить прядь волос вокруг пальца — единственная нервная привычка, которую школьной принцессе так и не удалось искоренить.       — Ты живешь в мире, где проблемы решаются одним звонком. А я там, где одна чья-то гадкая ложь — и все твои мечты и планы превращаются в одно огромное "ни-ког-да"! Потому что никому до тебя нет никакого дела. Сакура смотрела на дождь за окном и не могла видеть, как лицо Ино вспыхнуло, как от пощечины. Она вновь подумала об Асуме и о жизни, которую у него украла не понеся за это никакого наказания. Начала задыхаться, открыла рот, чтобы ответить — но вдруг её телефон завибрировал. Уведомление от модного дома: "Ваше место в очереди на сумку Kelly успешно забронировано!". Сакура увидела это, обернувшись. Время вдруг замедлилось, и Сакура ошеломленно наблюдала как дрожащие пальцы Ино автоматически потянулись к кнопке "Подтвердить". Она издевается. Она это ведь не серьезно, да? Как сейчас, в такой момент ей хватает духу думать о шмотках? Что у неё вообще в голове?!       — Ладно, я пойду, — буркнула Сакура, повернувшись к выходу.              — Подожди! — Ино вдруг дотронулась до её плеча. — Я же... Ино несколько мгновений колебалась. Уже открыла рот, чтобы что-то возразить, но так ничего и не сказала. Сакура натянуто улыбнулась, мягко убрала её руку.       — Всё в порядке. Я разберусь как-нибудь сама. Правда.  Она ушла под дождь без зонта, накрыв голову школьным пиджаком. Ино осталась стоять у шкафчика, с телефоном в одной руке и не высказанным ответом в другой. На экране высветилось новое уведомление: "Спа-день для VIP-клиентов! Забронируйте сейчас!". Ино страшно захотелось вызвать рвоту. Горло уже горело знакомым кислым привкусом. Она сглотнула слюну, ощущая, как желудочный сок поднимается по пищеводу — слишком частое последствие «исправлений» после ужинов. Ища успокоения, она снова посмотрела на телефон и машинально нажала "Записаться".

***

По вторникам перед большой переменой Наруто задерживался, чтобы принять душ после физкультуры, так что распаковывать свои бенто Сакура и Саске начинали без него. Узумаки явно было не в восторге от необходимости оставлять их наедине, и однажды он даже прибежал в столовую не помывшись. Саске одним движением бровей показал ему, что так делать не стоит, и Сакура поняла, что, вероятно, даже к родители не имели на него такого влияния, как Саске. Сакура открыла контейнер с бенто, Саске развернул сендвич с хлебом бриошь и оторо, надкусил и начал черкать что-то в тетради. Без Наруто разговора не клеилось. Неприятно уколола догадка, что он в прицнипе воспринимал её лишь как приложение к Узумаки. Подумаешь, потерпеть за столом какую-то девочку. Мелкая подачка очередной романтической блажи лучшего друга.                — Что пишешь?       — Пытаюсь решить последнюю задачу из теста по химии.        — Нужна помощь? — сорвалось прежде, чем Сакура успела подумать. “Такая умная и такая дура”, сказала бы Ино. Но Ино нельзя было знать, что это её парню Сакуре так отчаянно хочется понравится.  С губ Саске слетел колючий смешок. Помочь — мне? Его это предложение явно позабавило, он наконец оторвал глаза от тетради.       — А ты на сколько написала?       — 98, — Сакура чуть выпрямилась на стуле. —Я целую неделю готовилась. Тонкие брови Саске едва заметно приподнялись: для него это было равносильно изумлению. В прошлом году он был на первом месте в рейтинге параллели в общем зачете. Редко кто-то получал больше баллов, чем Саске Учиха, и уж тем более он не ожидал такого достижения от девочки, всю жизнь проучившейся на домашнем где-то на Занзибаре.       — Почти 100, — произнес он нарочито нейтрально. — А сама ещё просила объяснить на прошлой неделе.       — Хорошо объяснил, значит, — улыбнулась Сакура. Саске смерил её долгим внимательным взглядом, уголок губ дерзко изогнулся.        — И ты ещё успеваешь пианино преподавать. Далеко пойдешь.        Щеки Сакуры загорелись. Она еще ни разу не слышала чтобы он кого-то хвалил.        — А ещё меня тут со дня на день из школы выгоняют, — сказала она напустив на себя насмешливый вид, и вдруг застыла.  Как Ино. Она усмехается совсем как Ино.        — Ты здорово держишься, кстати. Большинство людей в твоей ситуации слегли бы с нервным срывом, а ты ничего. И даже 98 баллов взяла. Саске затих и задумчиво посмотрел куда-то в пустоту.       — Ерунда, — сказала Сакура.              — Просто скажи «спасибо».               — Спасибо.  Уголок его губ снова дрогнул — получилась почти улыбка. Ладонь на мгновение приподнялась от учебника, словно он собирался чем-то эмоционально поделиться, но так и застыла в воздухе, прежде чем неуверенно опуститься обратно.       — Я не знаю, долго ли ещё смогу вывозить, — призналась Сакура неожиданно для самой себя. По лицу Саске скользнула какая-то мысль, но вслух он ничего не сказал. Сакура безуспешно разгадывала её несколько долгих мгновений.  При их разговорах время всегда расширялось и лопалось, текло в непонятном направлении. Проходили секунды, дни, десятилетия, а они всё сидели, сидели, сидели...              — Если бы ты действительно могла не вывезти, то рухнула бы сразу, — наконец сказал Саске многозначительно. — А не держалась так долго сама по себе.              — Я же не одна. Есть Ино, Наруто, Шикамару с Темари…       «Ты», — чуть не сорвалось.              — Мы все сами по себе, — сказал Саске.               — Хороша философия, — усмехнулась Сакура, смущенная его неожиданным откровением. — Хоть сейчас в могилу ложись.              — Это не философия. Просто…              — Генма ещё одно эссе по философии задал что ли, ттебайо?! Голос Наруто, как сигнал тревоги, заставил их резко выпрямиться. Они даже не заметили, как сблизились за разговором. С его приходом всё моментально вернулось на свои места. Болтовня, смех, зерна риса и клочки нори, налипшие к столу. Только Саске до конца перерыва казался особенно задумчив. И пару раз — Сакура могла поклясться — его взгляд украдкой задерживался на ней.

***

       Ино не хотела признавать, что тоже паникует. Но знаки были.       — Кем Цунаде вообще себя возомнила, Муссолини? — затараторила она, оставшись вдалеке от посторонних глаз. Они стояли внизу лестничного проема у запасного выхода, который выходил на маленький сад. Здесь, в компании друзей, Ино Яманака могла хоть ненадолго побыть обычной школьницей, которой так стыдилась быть на людях.       —  Психопатка поехавшая… И всё из-за каких-то семестровых! Ладно бы итоговые, но в этих-то какой смысл? Это же просто цифры напротив твоей фамилии!               — Может, ей просто давно не… — Киба щелкнул языком, изображая неприличный жест, — …или ботокс в мозг мигрировал.              — Я сразу понял, что у неё деменция, ттебайо.               — Она просто делает свою работу, — деликатно вступилась за директрису Хината, за что Наруто одарил её умиленной улыбкой. Киба закатил глаза. Тен Тен сглотнула ком, застрявший где-то между горлом и грудью. В ушах пульсировало от бессонных ночей. Она машинально провела пальцем по шраму на ладони — старый ожог от паяльника, когда помогала отцу чинить проводку в их старом доме на окраине Саппоро.               — Что с тобой, Тен Тен? — спросила Ино, — Тебя в последнее время вообще не узнать.              — Я думаю, что Цунаде права.       Друзья переглянулись. Наруто обеспокоенно покрутил пальцем у виска, и Киба развел руками.               — У меня, если хотите знать, прямо перед вступительными в Коноху умер дядя. Он нас с двоюродными братьями все детство возил в лес. Учил рыбалке, ставить палатки… — Тен Тен поморщилась и зажмурила глаза. Короткий вздох и тон стал безучастным, почти протокольным.       — Он всю жизнь проработал на стройках. Годами мучился со спиной из-за своей работы, и умер там же, упав с третьего этажа. Родители улетели на похороны, а я не смогла. Мне надо было готовиться к поступлению в Коноху. Я осталась и зубрила через слезы. Чтобы поступить сюда по гранту.              —  Так не поступила ведь, — сказал Киба, — так хоть с родственником по-человечески бы попрощалась.        — А я и не сомневалась, что ты не поймешь, Инузука, — огрызнулась Тен Тен и вновь посмотрела на Ино, — Мне всего одного балла не хватило… Учись бы я здесь по гранту, моей семье бы пришлось сейчас намного легче. Ино подажала губы и стоически глядела на Тахакаши.       —  Вы ведь ни о чем таком даже и не задумывались, так ведь? Вы, чьи родители запросто могут заплатить за школу, потом способствовать поступлению в топовый универ. Какое вам дело, что кому-то один несчастный балл может изменить всю жизнь? Один единственный балл, понимаешь, Ино? Вот, что это за «дурацкие цифры напротив твоей фамилии». Наруто смутился и рассыпался в извинения. Киба потупил взгляд, слегка покраснев, бросил «извини» и легонько тронул Тен Тен за плечо.               — Не надо так заводиться, — наконец сказала Ино невозмутимо, — Я просто сказала, что Цунаде перегибает.              — А я вот так не думаю. Если кто-то сдает экзамены обманом, то пусть Цунаде хоть публичную порку устраивает, — сказала Тен Тен твердо, перехватив взгляд Кибы.       — Тот, кто жульничает — хуже вора. Он же всю последующую жизнь у кого-то крадет.   Наблюдавшая молча за этой сценой Сакура ожидала, что Ино отшутится, попутно обвинив Такахаши в излишнем в драматизме. Но вместо этого она выглядела так, будто ей на грудь опрокинули что-то очень тяжелое.               — Высказалась, Тен? Пойдем на урок теперь.  Сакура заметила, как Тен Тен впивается ногтями в ладонь, оставляя красные полумесяцы на коже. Она вдруг сжалась, притихло, но казалось, еще мгновение — и из нее вырвется крик, рыдание или что-то ещё хуже. Тен Тен наконец кивнула, поправила ремень сумки, протертый до белых ниток, и первая направилась к лестнице. Ино шла следом, высоко подняв подбородок. Каблуки её балеток отбивали дробь: «топ-топ-топ» — ровный метроном, под который Тен Тен невольно подставила шаг. Только Сакура заметила, как Ино на секунду прижала ладонь к солнечному сплетению, будто гася там внезапную боль.