Гарри Потер переписана история

Большой зал с четырьмя длинными факультетскими столами и преподавательским столом на возвышении был, как обычно, украшен парящими в воздухе свечами, в свете которых тарелки на столах сверкали и переливались. Но у Гарри все расплывалось в глазах, и он видел только какое-то неясное мерцание. Он шел так быстро, что успел миновать стол Пуффендуя, прежде чем на него начали оглядываться, а когда несколько человек вскочили на ноги, чтобы лучше видеть, он уже высмотрел Рона и Гермиону, рванулся вперед и втиснулся на скамью между ними.       — Где ты был? Ух ты, что это у тебя с лицом? — спросил Рон.       — Ты весь в крови! — ахнула Гермиона. — Повернись-ка сюда… Она взмахнула волшебной палочкой, сказала: «Тергео!» — и засохшая кровь мигом втянулась в волшебную палочку. После чего она поцеловала его в то место где еще только что была кровь.       — Спасибо, и я не против продолжения поцелуя. — сказал Гарри и заметил лёгкую улыбку на лице Гермионы. — Как выглядит мой нос?       — Нормально, — ответила Гермиона с тревогой. — А как он должен выглядеть? Гарри, что случилось, мы тут чуть не умерли со страху!       — Потом расскажу, — коротко ответил Гарри.       — Но… — сказала Гермиона. Гарри нежно взял ее за руку и спокойно повторил.       — Не сейчас, Гермиона.       — Ты и распределение пропустил, — сообщил Рон и потянулся к огромному шоколадному торту.       — Шляпа говорила что-нибудь интересное? — спросил Гарри, положив себе пирога с патокой.       — Да, в общем, то же, что и всегда… Советовала объединиться перед лицом врага и так далее.       — Дамблдор что-нибудь говорил про Волан-де-Морта?       — Нет пока, но сейчас будет, — сказала Гермиона и посмотрела на преподавательский стол. Там Дамблдор поднялся на ноги. Разговоры и смех в зале почти мгновенно стихли.       — Самого доброго вам вечера! — Дамблдор с широкой улыбкой раскинул руки, как будто хотел обнять всю школу.       — Что у него с рукой? — охнула Гермиона. Не она одна обратила на это внимание. Правая рука у Дамблдора была такая же почерневшая, безжизненная.       — Не о чем беспокоиться, — сказал он беспечно. — А теперь… нашим новым ученикам — добро пожаловать, наших старых учеников — с возвращением! Вас ожидает еще один год обучения волшебству…       — Она у него такая была, когда я видел его летом, — зашептал Гарри на ухо Гермионе. — Только я думал, он ее уже вылечил… Или мадам Помфри могла ему помочь.       — Она как будто омертвела, — сказала Гермиона, болезненно поморщившись. — Некоторые травмы невозможно исцелить… Древние проклятия… А бывают еще яды, для которых не существует противоядий…       — …а школьный смотритель, мистер Филч, просил меня объявить о категорическом запрете на любые шуточные товары, приобретенные в магазине под названием «Всевозможные волшебные вредилки». Желающие играть в команде своего факультета по квиддичу, записывайтесь у деканов факультетов, как обычно. Кроме того, нам требуются новые комментаторы, желающие пусть также записываются у деканов. В этом году мы рады представить вам нового преподавателя. Профессор Слизнорт (Слизнорт встал, сверкая лысиной в свете свечей, его обтянутый жилетом живот отбрасывал тень на весь стол) — мой бывший коллега, согласился снова преподавать у нас зельеварение.       — Зельеварение? — хором повторили Рон и Гермиона, уставившись на Гарри. — А ты говорил…       — Тем временем профессор Снегг, — Дамблдор повысил голос, перекрывая ропот в зале, — возьмет на себя обязанности преподавателя по защите от Темных искусств.       — Нет! — сказал Гарри так громко, что сразу несколько голов повернулись к нему.       — Гарри, ты же говорил, что Слизнорт будет вести защиту от Темных искусств! — сказала Гермиона.       — Я так думал! — отозвался Гарри. — Одно хорошо, — сказал он с бешенством, — к концу года мы избавимся от Снегга.       — В смысле? — не понял Рон.       — Эта должность проклята. Никто еще не продержался на ней больше года… Квиррелл так и вообще погиб. Я лично буду держать скрещенные пальцы — может, еще кто помрет…       — Гарри! — укоризненно воскликнула шокированная Гермиона.       — Может, он просто в конце года вернется к своим волшебным зельям, — рассудительно заметил Рон. — Вдруг этот Слизнорт не захочет остаться надолго. Грюм вот не захотел. Дамблдор прокашлялся.       — Далее… Как известно всем присутствующим в этом зале, лорд Волан-де-Морт и его сторонники снова действуют в открытую и собирают силы. Мне хотелось бы всячески подчеркнуть, насколько опасна сложившаяся ситуация и насколько важно, чтобы каждый из нас заботился о безопасности Хогвартса. Магическая охрана замка за лето была усилена, у нас появились новые, более мощные средства защиты, но тем не менее все мы, и ученики, и преподаватели, должны быть крайне осторожны и не допускать ни малейшей беспечности. Поэтому я прошу вас, в целях безопасности соблюдайте все ограничения, о которых будут говорить вам учителя, пусть даже это покажется вам обременительным, и в особенности строго выполняйте правило о запрете ученикам выходить после отбоя из своих спален. Заклинаю вас — если заметите что-нибудь необычное или подозрительное в замке или за его пределами, немедленно сообщайте об этом кому-либо из преподавателей. Я верю и надеюсь, что вы будете постоянно помнить о своей безопасности и о безопасности других учеников. Голубые глаза Дамблдора обвели взглядом зал, и он снова улыбнулся.       — Но сейчас вас ждут уютные, теплые постели, какие только можно пожелать, и главная ваша задача на данный момент — хорошенько выспаться перед завтрашними уроками. А потому давайте скажем друг другу: «Спокойной ночи! Пока!»       — Гарри, я должна пойти показать дорогу новичкам, а ты жди меня в гостиной вечером и не смей идти спать пока я не узнаю где ты был.       — Хорошо, — она поцеловала его в щеку. Как всегда, с грохотом начали отодвигаться скамьи, сотни учеников потянулись из Большого зала по своим спальням. Гарри не спешил — ему совсем не хотелось идти в общей толпе, где на него будут таращиться все, кому не лень, да еще, чего доброго, оказаться рядом с Малфоем, дав ему возможность лишний раз разыграть в лицах историю со сломанным носом. Он притворился, будто завязывает шнурки на кроссовках, дожидаясь, пока основная масса гриффиндорцев уйдет из зала. Гермиона унеслась выполнять обязанности старосты — показывать дорогу новичкам, а Рон остался с Гарри. После того как все ушли, они пошли к себе в комнату. Через два часа Гарри с Роном спустились в гостинную и сели возле камина.       — А теперь говори что у тебя на самом деле было с носом? — спросила Гермиона которая, зашла в гостиную и села возле Гарри.       — Пока вы делали все свои дела старостов я решил пойти у вагон где был Малфой, чтобы услышать о чем он там говорит и потом мы немного подрались… ну это не самое интересное. Лучше послушай, о чем он болтал, пока не знал, что я там… Гарри ожидал, что они будут потрясены его рассказом. Но они остались вполне равнодушны.       — Ладно тебе, Гарри, он просто хотел покрасоваться перед Паркинсон… Ну какое такое важное задание Сам-Знаешь-Кто мог ему поручить?       — Откуда ты знаешь, может, Волан-де-Морту нужен свой человек в Хогвартсе? Это был бы уже не первый раз…       — Но он же явно просто выпендривался перед Паркинсон, правда? — сказал он еще раз смотря на Гермиону.       — Ну-у, — неуверенно протянула она, — не знаю… Вообще-то похоже на Малфоя — пытаться придать себе больше важности, чем есть на самом деле… Но выдумать такое…       — Вот именно, — сказал Гарри.       — Гарри, давай мы просто будем за он следить и смотреть есть еще что-то странное и все. Не можешь ты просто так на него напасть с претензиями.       — Но…       — Гарри, ты мне обещал.       — Хорошо. Рон засмеялся с довольным видом.       — Наконец-то мы эту тему закончили быстро, а то Малфой мне скоро будет сниться. Эх хорошо быть шестикурсником! Да еще у нас в этом году будет свободное время. Целые уроки, когда можно просто сидеть и расслабляться.       — Это время нам дано для самостоятельных занятий, Рон! — сказала Гермиона.       — Только не в эту неделю, — возразил Рон. — У нас будет полная лафа.       — Гарри, я забыла спросить почему ты не включил в заявку зельеварение для учебы? Ты ж мечтал стать мракоборцем?       — Для этого нужно получить «превосходно» на экзамене.       — Так оно и было, когда зельеварение преподавал профессор Снегг. А профессор Слизнорт с удовольствием принимает для подготовки к ЖАБА учеников с оценкой «выше ожидаемого».       — Да, — удивленно сказал Гарри, — но я не купил учебники, ингредиенты и все остальное…       — Я уверена, что профессор Слизнорт сможет одолжить тебе все необходимое.       — Да, ты сам говорил что он хочет тебя в свою коллекцию поэтому он поможет, — сказав Рон.       — Я забыл вам еще сказать что меня назначили капитаном команды в квиддич, — от этой новости у Гермионы появилась улыбка и она бросилась к Гарри, чтобы обнять.       — Я рада за тебя, наконец-то хорошая новость, — она поцеловала его в щеку. — Теперь ты можешь пользоваться ванной для старост и не только.       — Ну да, в этом есть плюс.       — Только не говорите мне, что вы будете там что-то делать. Потому, что я хочу и дальше принимать там ванну, — сказал Рон и посмотрел на друзей.       — Рон! — недовольно сказала Гермиона.       — Пока вы не поссорились хочу еще сообщить, что я должен назначить отборочные испытания для команды.       — О это супер, меня можешь ждать, — сказав Рон.       — Хорошо, теперь давайте спать, завтра нужно пойти на зельеварения, хочу чтобы вы двои выспались. И, пожалуйста, не сделайте завтра никаких проблем, — сказала Гермиона.       — Это твой парень их всегда делает, я просто возле него нахожусь, — сказал Рон и пошел первый. Гермиона посмотрела на Гарри.       — Спокойной ночи, — она нежно поцеловала его в щеку.       — Спокойной ночи, — он ее обнял и тихо сказал на ухо. — Слова про ванну старост мне понравились. Он улыбнулся ей и его рука с талии скользнула ниже, взявши Гермиону за ягодицы и притянув к себе.       — Нас могут увидеть, — сказала она и озиралась по сторонам, — ее руки были к него на груди.       — Ты моя девушка, я имею право так делать. А другие пусть смотрят.       — Дурак ты, — она поцеловала его. — Давай пойдем спать.       — Вместе?       — Нет, — Гермиона ударила Гарри по плечу и пошла в сторону лестницы. — Хотя если ты что-то интересное придумаешь, то может и вместе. Она пошла в свою комнату, а Гарри продолжал стоять в гостиной и смотреть на место где только что стояла Гермиона. Он уже знал как ее удивить.

***

В подземелье непривычно клубился разноцветный пар и витали удивительные запахи. Гарри, Рон и Гермиона с интересом принюхивались, проходя мимо огромных котлов, в которых что-то кипело и булькало. Четверо слизеринцев уселись вместе за один стол, другой заняли четверо когтевранцев, а Гарри, Рону и Гермионе осталось сесть с Эрни.       — Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте учебники «Расширенный курс зельеварения» — сказав профессор.       — Сэр! — Гарри поднял руку.       — Гарри, мой мальчик?       — У меня нет учебника, и весов, ничего нет… И у Рона тоже… Понимаете, мы не знали, что нам можно будет продолжить курс…       — Ах да, профессор МакГонагалл что-то упоминала… Не волнуйтесь, не волнуйтесь ни о чем, мой милый мальчик. Сегодня вы можете взять ингредиенты из моего шкафа.       — Ну-с, так, для интереса, знаете ли. Такого рода зелья вы должны будете уметь готовить к экзамену ЖАБА. Вы наверняка о них слышали, даже если пока еще ни разу не варили. Кто-нибудь может мне сказать, что это за зелье? Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех, Слизнорт указал на нее.       — Это сыворотка правды, жидкость без цвета и запаха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, говорить правду, — сказала Гермиона.       — Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слизнорт. — А теперь… — Он указал на котел возле стола когтевранцев. — Это зелье также широко известно… В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках… Кто знает?.. Гермиона снова быстрее всех подняла руку.       — Это Оборотное зелье, — сказала она.       — Отлично, отлично! Ну, а это… Да, моя дорогая, — сказал Слизнорт, слегка ошарашенный активностью Гермионы, которая снова подняла руку.       — Это Амортенция!       — В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясенный Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует?       — Это самое мощное приворотное зелье в мире! — сказала Гермиона.       — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску?       — И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и еще оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и… Тут она слегка порозовела и не закончила фразу.       — Позвольте узнать ваше имя, моя дорогая? — спросил Слизнорт, будто не замечая смущения Гермионы.       — Гермиона Грейнджер, сэр.       — Грейнджер… Грейнджер… Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагворт-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное Общество Зельеварителей?       — Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов.       — Ага! «Моя лучшая подруга — из семьи маглов и учится лучше всех на нашем курсе»! Полагаю, это и есть та подруга, о которой ты говорил, Гарри?       — Да, сэр, — сказал Гарри.       — Очень хорошо, мисс Грейнджер, примите заслуженные двадцать очков в пользу Гриффиндора. Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно сфабриковать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе.       —Ну а кто сделает лучше всех той получит в подарок от меня весьма любопытное зельице под названием «Феликс Фелицис». Насколько я понимаю, — с улыбкой повернулся он к Гермионе, которая громко ахнула, — вы знаете, как действует «Феликс Фелицис», мисс Грейнджер?       — Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла Гермиона. — Оно приносит удачу!       — Совершенно верно, еще десять очков Гриффиндору. Да, забавное это зелье, «Феликс Фелицис», — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться… по крайней мере пока длится действие зелья. Дальше Гарри делал все что писали в книге, только не все здесь знали что у него была книга которая, была дописана его прошлым владельцем. И благодаря этой книге Гарре приготовил идеальное зелья.       — Безусловная победа! — воскликнул он на все подземелье. — Отлично, отлично, Гарри! Боже праведный, вижу, вы унаследовали талант своей матери. Лили была великой мастерицей по зельям! Ну, вот вам приз — один флакончик «Феликс Фелицис», как обещано, и смотрите используйте его с толком! Гарри сунул крошечный пузырек с золотистой жидкостью во внутренний карман.       — Как это ты ухитрился? — шепотом спросил Рон у Гарри, когда они вышли из подземелья.       — Повезло, наверное, — ответил Гарри, потому что рядом шел Малфой. Но во время обеда, когда они устроились за гриффиндорским столом, Гарри все им рассказал. С каждым словом лицо Гермионы становилось все строже.       — Ты, наверное, считаешь, что я сжульничал? — закончил Гарри, расстроенный ее реакцией.       — Ну, ведь, строго говоря, нельзя сказать, что ты справился с заданием самостоятельно? — сказала она сдержанно.       — Он просто выполнял другие инструкции, только и всего, — сказал Рон. — Могло выйти ужас что, правильно? Но он рискнул, и риск оправдался. — Рон тяжело вздохнул. — Слизнорт мог бы дать этот учебник мне, так нет же. Мне достался тот, в котором никто ничего не записывал. Судя по виду пятьдесят второй страницы, на него кого-то стошнило, но не более того…       — Постойте-ка, — произнес чей-то голос над левым ухом Гарри, и вдруг на него повеяло тем самым ароматом, который померещился ему в подземелье у Слизнорта. Он оглянулся и увидел Джинни. — Я правильно расслышала? Ты выполняешь какие-то инструкции, написанные в книге неизвестно кем, Гарри? Она была встревожена и сердита. Гарри сразу понял, о чем она думает.       — Это ничего, — успокоил он ее, понизив голос. — Совсем не то, что тогда, с дневником Реддла. Это просто старый учебник с чьими-то пометками.       — Но ты выполняешь то, что там написано?       — Всего-навсего попробовал несколько советов, записанных на полях. Честное слово, Джинни, тут ничего такого нет…       — Джинни права, — немедленно встрепенулась Гермиона. — Нужно проверить, нет ли тут какого подвоха. Я хочу сказать — какие-то подозрительные инструкции, кто их знает?       — Эй! — возмутился Гарри, когда она выдернула из его сумки «Расширенный курс зельеварения» и занесла над книгой волшебную палочку.       — Специалис ревелио! — произнесла она и резко ударила палочкой по обложке. Ничего не случилось. Книга так и лежала, как была, грязная и потрепанная, с загнутыми уголками страниц.       — Закончила? — сварливо спросил Гарри. — Или еще подождешь? Глядишь, книжечка сделает сальто-мортале или пройдется для тебя колесом.       — Вроде все в порядке, — пробормотала Гермиона, все так же подозрительно глядя на книгу. — Похоже, это действительно учебник, и ничего больше.       — Замечательно. Так я могу его взять? — Гарри схватил книгу со стола, но она выскользнула у него из рук, шлепнулась на пол и раскрылась. Эта книга является собственностью Принца-полукровки.       — Кто это может быть? — спросила Гермиона.       — Не знаю, но лучше никому не знать, — Гарри взял книгу и спрятал ее.

***

Всю неделю Гарри на уроках зельеварения продолжал выполнять рекомендации Принца-полукровки, даже если они расходились с указаниями Либациуса Бораго. В результате после четвертого занятия Слизнорт был в неописуемом восторге от способностей Гарри и без конца повторял, что ему редко приходилось обучать такого талантливого ученика. Рон и Гермиона воспринимали все это более чем прохладно. Хотя Гарри готов был делиться с ними своим учебником, но Рон с трудом разбирал почерк прежнего владельца, а просить Гарри прочитать ему вслух не мог, это выглядело бы слишком подозрительно. Гермиона же продолжала неукоснительно следовать, как она выражалась, «официальным» инструкциям, вот только настроение у нее все больше портилось, поскольку результаты неизменно оказывались значительно хуже, чем у Принца. Гарри иногда рассеянно задумывался о том, кто такой был этот Принц-полукровка. Из-за дикого количества домашних заданий не хватало времени прочитать «Расширенный курс» до конца, но он пролистал книгу и убедился, что Принц практически ни одной страницы не оставил без своих замечаний, причем не все они относились к приготовлению волшебного зелья. Местами попадалось что-то похожее на описание заклинаний, которые Принц явно придумал сам.       — Или сама, — раздраженно буркнула Гермиона. — Может, это была девочка. По-моему, почерк скорее женский.       — Его зовут Принц-полукровка, — напомнил Гарри. — Ты знаешь много принцев-девочек? Гермиона не нашлась что на это ответить.Гарри посмотрел на часы.       — Без пяти восемь, мне, наверное, пора, а то опоздаю к Дамблдору, — Гарри поцеловал Гермиону в губы.       — Удачи тебе!       — Надеюсь, все будет нормально, — сказал Рон. Они провожали Гарри взглядами, пока он не выбрался через портретную дверь.

***

      — Кислотные леденцы, — сказал Гарри. Горгулья отпрыгнула в сторону, стена за ней разошлась, и показалась движущаяся винтовая лестница. Гарри ступил на нее и начал плавно подниматься кругами к двери с медным молотком, которая вела в кабинет Дамблдора. Гарри постучал в дверь.       — Войдите, — раздался голос Дамблдора.       — Добрый вечер, сэр, — сказал Гарри, входя в кабинет директора школы.       — А, добрый вечер, Гарри. Садись, — сказал с улыбкой Дамблдор. — Надеюсь, ты приятно провел первую неделю учебного года?       — Да, спасибо, сэр.       — Итак, Гарри, — деловито заговорил Дамблдор, — тебе, конечно, любопытно узнать, чем я намерен заниматься с тобой во время этих… скажем, уроков, за отсутствием более подходящего слова?       — Да, сэр.       — Видишь ли, я решил: раз уж ты теперь знаешь, почему лорд Волан-де-Морт пытался убить тебя пятнадцать лет назад, пришло время поделиться с тобой кое-какой информацией.       — В прошлом году вы говорили, что расскажете мне все, — сказал Гарри, не сумев скрыть нотку упрека в голосе. — Сэр, — прибавил он.       — И я все рассказал, — благодушно ответствовал Дамблдор. — Я рассказал тебе все, что знаю. Дамблдор поднялся на ноги, обошел вокруг письменного стола, прошел мимо Гарри, который быстро повернулся в кресле, провожая Дамблдора взглядом. Дамблдор наклонился над шкафчиком у самой двери. Когда он выпрямился, в руках у него была знакомая широкая каменная чаша с вырезанными по краю таинственными знаками. Он поставил Омут памяти на стол перед Гарри.       — Тебя что-то беспокоит? Гарри и впрямь смотрел на Омут памяти с изрядной тревогой.       — Куда мы отправимся, сэр?       — На прогулку по аллее воспоминаний Боба Огдена, — ответил Дамблдор, вынимая из кармана хрустальный флакон, в котором кружилось, завиваясь, серебристо-белое вещество.

***

Как и предсказывала Гермиона, свободные уроки оказались для шестикурсников не временем блаженного безделья, на что так надеялся Рон, а единственной возможностью худо-бедно справляться с чудовищным объемом работы, которая на них навалилась. Мало того что по всем предметам каждый день задавали столько, будто на завтра назначены экзамены, так еще и сами уроки стали намного труднее, чем прежде. Гарри не понимал и половины объяснений профессора МакГонагалл, и даже Гермионе раз или два пришлось ее переспрашивать. Неожиданно для всех и к огромному неудовольствию Гермионы самым успешным предметом для Гарри стало зельеварение, и все благодаря Принцу-полукровке. Из-за громадного количества домашних заданий и многочасовых изнурительных тренировок по невербальным заклинаниям Гарри, Рон и Гермиона все никак не могли выкроить время, чтобы навестить Хагрида.       — Надо сходить к нему, поговорить, — вздохнула Гермиона, глядя на большущее пустое кресло Хагрида за преподавательским столом.       — У нас сегодня утром отборочные испытания по квиддичу! — сказал Рон. — И еще нужно отрабатывать это несчастное заклинание Агваменти для Флитвика! И вообще, о чем тут говорить? Как мы ему объясним, что ненавидим его дурацкий предмет?       — Мы его не ненавидим! — возмутилась Гермиона.       — Говори за себя. Я до сих пор не могу забыть соплохвостов, — сказал Рон мрачно. — Я тебе говорю, мы еще дешево отделались. Послушала бы ты, как он разливается насчет своего безмозглого братца — того и гляди, заставит учить Грохха завязывать шнурки на ботинках.       — Мне не нравится, что мы не видимся с Хагридом, — расстроенно сказала Гермиона.       — Пойдем к нему после квиддича, — пообещал Гарри. — Но отборочные могут занять все утро, столько народу записалось! Даже не знаю, с чего это квиддич стал таким популярным.       — Да ну тебя, Гарри, — с неожиданным раздражением ответила Гермиона. — Это не квиддич популярен, а ты! Никогда еще к тебе не было такого интереса, и, честно говоря, ты никогда еще не был настолько привлекательным! Теперь все знают, что ты все это время говорил правду, так? Волшебный мир вынужден был признать, что ты оказался прав насчет Волан-де-Морта, что он действительно вернулся и что ты на самом деле дважды сразился с ним за прошедшие два года и оба раза сумел спастись. А теперь ты еще и Избранный — ну разве непонятно, почему все тобой восхищаются? Ко всему прочему тебе еще пришлось пережить травлю Министерства, когда тебя пытались выставить ненормальным вруном. У тебя до сих пор остались отметины после того, как эта мерзкая колдунья заставляла тебя выписывать строчки собственной кровью, но ты все равно не отступился… Гарри смотрел на нее и не мог сказать и слова.       — У меня тоже до сих пор остались отметины после того, как те мозги в меня вцепились в Министерстве, вот, посмотри, — сказал Рон, закатывая рукава.       — …да еще ты за лето вырос чуть ли не на целый фут, это тоже тебя не портит, — закончила Гермиона, не слушая, что говорит Рон.       — Я довольно-таки высокий, — сказал Рон.       — Поэтому будь осторожен когда будешь где-то.       — Я и так осторожен тем более что со мной может случиться здесь? Тем более я все время возле тебя.       — Я не про то что ты подумал, а про девушек которые здесь есть. Клянусь Гарри если я тебя увижу хоть с одной, даже если вы просто говорите у тебя будут проблемы.       — Да друг, жалко мне тебя, — сказал Рон.       — И еще тебе ж пришла новая книга с зельеварения почему ты не вернешь ту исчирканную книжонку.       — С ума сошла? — возмутился Гарри. — Я ее не отдам! Слушай, я все продумал… Он вытащил из сумки старый учебник, коснулся обложки волшебной палочкой и прошептал:       — Диффиндо! Обложка отвалилась. Гарри проделал ту же операцию с новеньким учебником. Затем Гарри поменял обложки, коснулся каждой из книг по очереди и сказал:       — Репаро! И вот перед ним лежит экземпляр Принца, замаскированный под новый учебник, а рядом — свежий экземпляр от «Флориш и Блоттс», похожий на старую зачитанную книгу.       — Верну новый учебник. Слизнорту не на что жаловаться, он девять галеонов стоил. Гермиона поджала губы с сердитым и осуждающим видом.       — Не смотри на меня так, ты сама хотела чтобы я начал учится.       — Но я не это имелла ввиду. Я хотела чтобы ты сам начал учится.       — Гермиона, самое главное я учусь. А теперь нужно идти, Рон ты готов?       — Да.       — Я потом подойду чтобы посмотреть, — Гермиона поцеловала Гарри в щеку. — Посмотрю сколько девушек пришло чтобы попасть в команду.       — Хорошо, ревнивица ты моя. — Гарри еще раз поцеловал Гермиону.       — Гарри, я не пошутила по поводу девушек.       — Я тебя понял, но никто с них меня не интересует. Только одна нравится и только одну я люблю.       — Можете продолжить потом, — сказал Рон и взял Гарри за плечо, чтобы утащить от Гермионы. — Давай идем.