Ревность
13 декабря 2022 г., 16:30
На следующее утро первым уроком у Гарри была травология. Он вместе с друзьями шел в сторону теплицы.
— Как прошла последняя вечеринка у Слизнорта? — спросил Гарри.
— На самом деле там было довольно весело, — ответила Гермиона. — То есть он, как обычно, нудно бубнил про своих знаменитых учеников, и к тому же он без ума от Маклаггена и от его высокопоставленных знакомых, зато угощал разными вкусностями и познакомил нас с Гвеног Джонс.
— Гвеног Джонс? — Глаза Рона расширились. — Та самая? Капитан «Холихедских гарпий»?
— Точно, — подтвердила Гермиона. — Мне лично она показалась немного зазнайкой. Но это не важно, Слизнорт устраивает прием по случаю Рождества, Гарри, и уж на этот раз ты не отвертишься, потому что он специально просил меня уточнить твое расписание, чтобы назначить вечеринку на тот день, когда ты наверняка сможешь прийти.
Гарри застонал.
— Очередная вечеринка только для любимчиков Слизнорта, так?
— Да, только для членов Клуба Слизней, — сказала Гермиона.
— «Клуб Слизней», — повторил Рон. — Просто плакать хочется! Ну, надеюсь, вы приятно проведете время. Ты там попробуй закадрить Маклаггена, может, тогда Слизнорт объявит вас королем и королевой Слизней, смотря на то что Гарри постоянно не приходит.
— Давай ты не будешь лезть ко мне со своими советами.
— Ну, а что чем тебе не идеально? Гарри и так занят, а так вечером не будет скучно.
— Гарри, ты так и будешь молчать? — Гермиона посмотрела на него. Гарри просто не хотел отвечать на глупые слова Рона. — Ладно если ты молчишь тогда может мне и правда нужна «закадрить Маклаггена».
Гарри стоял в шоке и понимал что Рон только пошутил, но для Гермионы это было не так. Гермиона оставила парней одних и зашла в теплицу.
— Я не знаю как ты выдерживаешь с ней.
— Когда ее не злить она даже милая бывает, — они двое засмеялись и зашли в теплицу.
— Ты ж не думаешь, что она будет…
— Гарри, она тебя так ревнует, что у нее не будет времени на другого парня.
***
Кэти Белл все еще держали в больнице святого Мунго и выписывать пока не собирались, а значит, многообещающей команде гриффиндорцев, которую Гарри так старательно тренировал с самого сентября, не хватало одного охотника. Гарри все откладывал поиски замены для Кэти в надежде на ее возвращение, но матч против команды слизеринцев, первый матч сезона, неумолимо приближался, и в конце концов Гарри пришлось смириться с мыслью, что Кэти не успеет вернуться до игры. Гарри чувствовал, что не вынесет еще одних полномасштабных отборочных испытаний. Со стесненным сердцем он однажды после урока трансфигурации отвел в сторонку Дина Томаса. Класс уже почти опустел, только под потолком еще кружили несколько щебечущих желтеньких птичек — результат творчества Гермионы; никому, кроме нее, не удалось сотворить даже перышка. — Тебя еще интересует возможность сыграть за охотника? — Чего? А ну да, еще бы! — разволновался Дин. — Тогда считай, что ты в игре, — сказал Гарри. — Тренировка сегодня в семь. — Понял, — сказал Дин. — Ура, Гарри! Ух ты, скорей расскажу Джинни! Он вылетел из комнаты. В гостиной гриффиндорцев многие ворчали, что Гарри взял в команду уже двух своих однокурсников. Гарри это не особенно беспокоило — за время учебы ему случалось слышать о себе кое-что и похуже, но все же такие разговоры сильно давили на психику. Матч со слизеринцами нужно было выиграть во что бы то ни стало. Гарри знал, что, если Гриффиндор выиграет, все тут же забудут свои критические настроения и будут готовы клясться, что всегда знали, какая у них великолепная команда. А вот если проиграет… Ну что же делать, невесело думал Гарри, ему приходилось слышать о себе кое-что и похуже… В тот вечер Гарри не пришлось пожалеть о своем выборе: Дин отлично сработался с Джинни и Демельзой. Загонщики, Пикс и Кут, с каждой тренировкой играли все лучше и лучше. Единственной проблемой оставался Рон. Что Гарри ему ни говорил, толку не было. За обедом Гарри продолжал всеми средствами внедрять в Рона уверенность, но Рон ничего не воспринимал. Ему было не до того — он дулся и рявкал на Гермиону. Вечером в гостиной Гарри возобновил свои попытки. Гарри очень не хотелось проиграть предстоящий матч. Это был его первый матч в должности капитана команды, а кроме того, он твердо решил побить Драко Малфоя в квиддич, раз уж не получается доказать свои подозрения против него. Но если Рон будет играть, как на последних тренировках, шансов на победу у них совсем мало… Завтрак на следующее утро, как всегда в день матча, проходил бурно. Как только кто-нибудь из гриффиндорской команды появлялся в Большом зале, слизеринцы начинали громко свистеть и улюлюкать. Гарри бросил взгляд на потолок и увидел ясное голубое небо — хороший знак. Гриффиндорцы в красном с золотом встретили Гарри и Рона дружными приветственными криками. Гарри, улыбнувшись до ушей, помахал рукой. Рон через силу скривил лицо и покачал головой. — Держись, Рон! — крикнула ему Лаванда. — Я знаю, ты сыграешь блестяще! Рон не реагировал. — Чаю? — предложил ему Гарри. — Кофе? Тыквенного сока? — Все равно, — угрюмо ответил Рон и хмуро надкусил гренок. Через несколько минут Гермиона остановилась возле них по дороге к своему месту — она так устала от постоянного хамства Рона, что завела привычку просто не говорить во время завтрака. — Как настроение, мальчики? — осторожно поинтересовалась она. — Отличное, — сказал Гарри, пододвигая Рону стакан тыквенного сока. — Держи, Рон. Выпей. Рон поднял стакан к губам, но тут вдруг Гермиона резко сказала: — Рон, не пей! Гарри и Рон оглянулись на нее. — С чего это? — спросил Рон. Гермиона смотрела на Гарри, словно не верила своим глазам. — Ты что-то добавил в стакан! — Что ты сказала? — спросил Гарри. — Что слышал! Я видела, ты что-то подлил в сок. Пузырек и сейчас еще у тебя в руке! — Не понимаю, о чем ты говоришь, — буркнул Гарри и быстро сунул флакончик в карман. — Рон, я тебя предупреждаю, не пей! — повторила Гермиона в тревоге, но Рон схватил свой стакан и залпом проглотил сок со словами: — Нечего тут командовать, Гермиона! Гермиона смотрела на них, потрясенная до глубины души. Наклонившись к уху Гарри, она зашипела. — Тебя за такие дела надо бы исключить! Не ожидала от тебя, Гарри! — Кто бы говорил, — шепнул он в ответ. — Давно ни к кому не применяла заклятие Конфундус? Гермиона в гневе зашагала прочь. — Уже почти пора, — с блаженной улыбкой заметил Гарри. Заиндевевшая трава похрустывала под ногами, когда они шли на стадион. — Удачная сегодня погода, правда? — сказал Гарри. — Ага, — отозвался Рон. Он был бледен и, похоже, его подташнивало. Джинни и Демельза дожидались в раздевалке, уже одетые в спортивные мантии. — Погодные условия идеальные, — сказала Джинни, не глядя на Рона. — Представьте себе, слизеринский охотник Вейзи вчера на тренировке получил бладжером по голове и теперь не может играть! А еще того лучше — Малфой тоже заболел! — Что?! — Гарри круто повернулся, уставившись на нее. — Заболел? Что с ним такое? — Понятия не имею, но для нас-то это здорово, — радостно ответила Джинни. — Вместо него выпустят Харпера, он на том же курсе, что и я, полный идиот. — Странно как-то, правда? — тихо спросил Гарри Рона. — То, что Малфой не играет? — Я бы сказал, удачно, — слегка оживился Рон. — И Вейзи не будет, он у них лучший бомбардир. Я и не надеялся… Эй! — воскликнул он вдруг и замер, не натянув до конца вратарские перчатки и вытаращив глаза на Гарри. — Что? — Я… ты… — Рон понизил голос; вид у него был одновременно испуганный и взбудораженный. — Мой стакан… Тыквенный сок… Ты же… Не может быть?! — Обувайся живее, через пять минут начинаем.***
Раздевалке остался только Гарри, он уже собирался уходить, когда сюда вошла Гермиона. Она нервно теребила гриффиндорский шарф, вид у нее был расстроенный, но решительный. — Гарри, мне нужно с тобой поговорить. — Она глубоко вздохнула. — Зря ты так поступил. Ты же слышал, что сказал Слизнорт, это незаконно. — Ты о чем? — Ты прекрасно знаешь о чем! — пронзительно вскрикнула Гермиона. — Ты за завтраком добавил Рону в стакан зелье, приносящее удачу! «Феликс Фелицис»! — Не-а, не добавлял, — сказал Гарри. — Нет, ты добавил, Гарри, поэтому все и шло так замечательно, и у слизеринцев двое игроков заболели, и Рон брал все мячи! — Ничего я туда не наливал! — сказал Гарри, улыбаясь во весь рот. Он сунул руку в карман и достал флакончик, который Гермиона видела у него утром. Флакончик был полон золотистой жидкости, и залитая воском пробка была нетронута. — Я хотел, чтобы Рон подумал, будто я так сделал, вот я и притворился, когда увидел, что ты подходишь. Гарри снова спрятал флакончик в карман. — Ну что, пойдем на праздник? — Гермиона подошла к Гарри и поцеловала его. — Ты поступил правильно, но больше не обманывай меня. Я всю игру не могла спокойно смотреть. — Больше и не нужно. Рон теперь верит в то что может победить. Команде лучше от этого всего. — Ну тогда можем идти к всем, чтобы праздновать, — Гермиона поцеловала Гарри еще раз. — Но сначала мне нужно в одно место. — Тогда я с тобой. — Нет, я пойду одна, а ты иди к другим. Ты у нас теперь капитан и должен быть с командой. — Но я хочу с тобой, — он обнял ее за талию. — Гарри, значит когда я хочу чтобы ты уделил внимание, то у тебя не времени. А теперь когда мне нужно идти, то ты сразу хочешь со мной. — Ну сейчас у меня на одну проблему в плане Рона стало поменьше, поэтому я буду с тобой. — Я этому рада, но давай потом, — она страстно его поцеловала. — Я скоро приду. Гермиона вышла из раздевалки и оставила Гарри одного. Гарри не увидел Гермиону в гостиной. Когда он вошел, празднование было в самом разгаре. Его встретили новым взрывом приветствий и аплодисментов. Скоро Гарри обступила толпа гриффиндорцев, наперебой поздравлявших его. Гарри хотел пойти поискать Рона, но для этого нужно было сперва отвязаться от братьев Криви, требовавших немедленного подробного разбора сегодняшней игры, и от группы девчонок, неустанно хлопавших ресницами и громко смеявшихся самым несмешным его репликам. Пытаясь прошмыгнуть к столу с напитками, Гарри столкнулся с Джинни. — Ищешь Рона? — спросила она, злорадно усмехаясь. — Вон он, гнусный лицемер. Гарри посмотрел, куда она показывала. В углу, на виду у всей комнаты, стояли Рон и Лаванда Браун. Они так плотно сплелись в объятиях, что трудно было сказать, где чьи руки. — Он как будто съесть ее хочет, правда? — бесстрастно заметила Джинни. — Ну, наверное, ему нужно на ком-то отрабатывать технику. Хорошо сыграли сегодня, Гарри. Она похлопала его по руке. Гарри отвернулся от Рона, явно не собиравшегося в ближайшее время выныривать на поверхность, и успел увидеть, как закрылся проем в стене. Со сжавшимся сердцем он заметил, как в проеме метнулось и исчезло что-то очень похожее на непослушную гриву каштановых волос. Гарри бросился вперед, вильнул в сторону, обходя Ромильду Вейн, и распахнул портрет Полной Дамы. В коридоре никого не было видно. — Гермиона? Он нашел ее в первой же незапертой классной комнате. Гермиона сидела на учительском столе, совсем одна, только над головой у нее кружила стайка щебечущих желтеньких птичек, которых она, по-видимому, только что создала прямо из воздуха. Гарри невольно восхитился тем, как четко она выполняет заклинания даже в такую минуту. — А, привет, Гарри, — сказала она ломким голосом. — Я тут решила поупражняться. — Ага… ну да… они… э-э… здорово у тебя получаются, — сказал Гарри. — Почему ты здесь одна? — Просто хотела побыть одна. — Гермиона, скажи правду. Если ты об Ромильде думаешь, то можешь быть уверена что там ничего не было и не будет. Да она была очень близко возле меня, но это все глупости… — Я знаю. — А что тогда? — Просто меня достал Рон со своими издевательствами. Я устала что все хотят возле тебя быть и девушки не отводят взгляд, а каждый удобный момент спрашивают не собираемся ли мы расстаться. — Ого, я даже не знал… почему ты не говорила раньше? — он подошел к ней и взял за две руки, и посмотрел в ее глаза. — Потому что, с Роном я уже привыкла и не хочу чтобы ты с ним ссорился. Но иногда я хочу твоей поддержки. Хочу чтобы ты его остановил. — Это я понял и от теперь я не буду во время ваших ссор молчать, а тебя защищать. Это не только потому что ты моя девушка, но так же из-за того что ты всегда бываешь права. — Спасибо, только не ссорьтесь с ним. — А с другими девушками, я тоже знаю как решить. — И как? — Просто твое правило не целоваться часто при всех пропадает. Я буду тебя целовать когда захочу и все. Пусть даже не думают что мы расстанемся. Я никогда не брошу тебя. — Гарри потянулся к ней, чтобы поцеловать, но она его остановила и посмотрела на дверь. Дверь у них за спиной с грохотом открылась. В класс вошел Рон, он со смехом тянул за руку Лаванду. — О, — сказал он, остановившись на всем ходу при виде Гарри и Гермионы. — Ой-ой! — сказала Лаванда. — Привет, Гарри! А я все думал, куда ты запропастился. — Я думаю здесь уже занято, давай пойдем в другое место, — Лаванда взяла Рона за руку и они вышли с комнаты. — Ну теперь и у Рона появилась девушка, это хорошо. — посмотрела Гермиона на Гарри. — Вопрос на долго ли? Гарри посмотрел на Гермиону и раздвинул ее ноги и стал между ними. Руки его были у нее на талии. Он находился так близко, что она чувствовала его запах. Он был такой теплый, что она хотела окунуться в него и больше не отпускать. — Гарри, если кто-то зайдет то неправильно, поймет. — А может я этого и хочу, — он улыбнулся и поцеловал ее. — И куда ты уходила? — У меня для тебя кое-что есть, — Гермиона достала с кармана небольшой пакетик. — Я купила когда, узнала что ты стал капитаном и хотела подарить после первой победы. Гарри взял пакетик и открыв его увидел что внутри лежали запонки форме золотого снитча. — Гермиона, они прекрасны, — он улыбнулся и поцеловал ее. — Рада, что тебе понравилось. — А теперь посмотри на меня и пообещай что не будешь больше расстраиваться из-за других. — Хорошо, но только скажи о чем вы говорили с Ромильдой? Почему она была так близка к тебе? — И еще пообещай что больше не будешь ревновать. — Ну за это не могу обещать, — они двое улыбнулись и поцеловались. — И еще у меня для тебя кое-что есть. Гермиона начала медленно снимать курточку, а потом сняла и футболку. От этого Гарри был шокирован ведь не ожидал такого. На Гермионе был бюстгальтер красного цвета с кружевами. Он идеально подходил под ее грудь. Гарри не хотел все время смотреть на ее грудь, но не мог не обратить внимания на нее. — Победите в конце сезона и получите кубок, тогда я знаю идеальное место чтобы его снять, — Гермиона смотрела на Гарри и наблюдала за его реакцию. — А возможно скорее? — Ну если пойдешь со мной на Рождественский вечер к Слизнорту, может тогда и посмотрим. Гарри поцеловал Гермиону. — Тогда, мне нужен идеальный костюм на вечер. — Так и знала, что ты после этого согласишься. — Ну если честно, то я хочу еще побыстрее его снять с тебя, — он потянул свои руки к лифчику и начал его снимать. Гермиона зразу его остановила. — Ты уверен, что хочешь чтобы меня увидели здесь полностью голую? Например, какой-то парень? — она держала одну руку на парты, а вторую у него на ремне. — Тогда пошли в более приятное место. — Куда? — Увидишь. Гарри подал Гермионе футболку и куртку. Он смотрел как она одевается и улыбался, ведь знал что скоро придется все это снимать. Через несколько минут они были перед Тайной комнатой. — Ну и что ты задумал? — Гермиона смотрела на Гарри. — Ты говорила целый месяц, что я все время пропадаю куда-то вечером. — Да и что? — Я готовил для тебя кое-что, — он взял ее руку и стал перед Тайной комнатой. Через несколько секунд появилась дверь и они зашли. От уведённого Гермиона была шокирована. Комната была идеальная, внутри все было как в лучшем деревянном доме. Вся мебель была деревянная и обитая мягкой тканью. Здесь было тепло от камина который горел и согревал комнату. А света была мало, но от этого было еще приятнее. Она посмотрела на Гарри: — Как ты создал ее? — Приходил сюда и думал о том какая именно тебе комната понравилась бы. Потом подумал, что лучшего место чем домик где-то в лесу нет ничего другого. И через некоторое время появилась именно эта комната. Гермиона обняла Гарри. — Люблю тебя, — она страстно его поцеловала. — Так сразу? — Не хочешь? Гермиона отошла и начала снимать себя курточку, она задом шла в сторону кровати и медленно снимали себя каждую вещь. — Ну так что? — спросила Гермиона, которая осталась в одном белье. Гарри подходит к ней, берет на руки и укладывает на кровать. — Ты прекрасна — говорит он, когда его рот прижимается к ее рту. Он проводит языком по впадинке у основания ее шеи. Гермиона откидываю голову назад, давая ему лучший доступ, чем он и пользуется, покрывая каждый сантиметр ласковыми поцелуями и нежно покусывая губами и зубами. Он ставит колено между ее ног, чтобы раздвинуть их. Гарри держит руку на ее лобке, поглаживая клитор, а его рот ласкает правый сосок. Два его пальца проникают в ее влажное тепло. Ее стоны удовольствия превратились в бессмысленные мольбы. Гермиона заметно напряглась. — Не сдерживайся, — сказал Гарри. Тихие стоны срываются с ее губ, и она проводит ногтями по его голой спине. Прежде чем Гермиона успевает закончить, Гарри оказывается надо ней, целует в губы и проникает медленно внутрь. — Да, — выдыхает Гермиона. — Не больно? — спросил Гарри. Она обхватывает ногами его задницу и притягиваю его глубже в себя. Она запустила пальцы в его волосы, одновременно притягивая его рот ближе. — Просто необычно, но мне нравится. — Если что-то не так, то скажи… не хочу чтобы тебе было больно. — Молчи и продолжай… Тепло его члена проникает в ее скользкие складочки, заставляя тело Гермионы дергаться от ощущения, когда головка его члена соприкасается с ее перевозбужденным клитором. Она поднимает свой рот к его и захватываю его губы в страстном поцелуе. После нескольких толчков он переворачивает их так, что она оказывается сверху. Гермиона приподнимается, чтобы сесть и это движение толкает его член глубже. Ее рот раскрывается от напряжения в беззвучном стоне. Ее бедра вращаются, вгоняя его член еще глубже. Она откидывается назад, используя его бедра, чтобы удержать себя. Неожиданно он прижимает большой палец к ее клитору, и от давления ее глаза закатываются к затылку, а дыхание сбивается. В один момент Гарри переворачивает ее и теперь Гарри был сверху. — Я люблю тебя! — сказал он. Его толчки становятся еще более быстрыми, затем он врезается в нее в последний раз. Она чувствует, как он глубоко проникает. Она обхватывает руками его спину и притягивает к себе. Оргазм обрушивается на нее, все тело напрягается, когда волна за волной проходит через Гермиону. В один момент она почувствовала как кончил и Гарри. Он кончил прямо внутри нее. Они закончили одновременно и это радовало ее. Он переворачивается, увлекая ее за собой. Притягивает ее тело к себе, так что голова Гермионы оказывается у него на груди. Какое-то время они лежали молча. — Я люблю тебя, и перестань ревновать. Мне никто кроме тебя не нужен, — он смотрел на камин.***
Снова за замерзшими окнами крутились снежные хлопья; быстро приближалось Рождество. Хагрид уже притащил, как всегда, в одиночку двенадцать рождественских елок для украшения Большого зала; гирлянды остролиста и серебряной мишуры обвили перила лестниц; в шлемах пустых доспехов горели негаснущие свечи, и в коридорах с равными промежутками развесили большие пучки омелы. Целые толпы девочек как бы случайно оказывались под этими пучками всякий раз, как Гарри проходил мимо, что приводило к возникновению заторов. К счастью, за время многочисленных ночных скитаний по замку Гарри досконально изучил все его тайные ходы и переходы и теперь, перемещаясь с урока на урок, без особого труда ухитрялся находить маршруты подальше от омелы. Раньше Рон мог бы позавидовать такой популярности, но теперь он только покатывался со смеху, глядя на обходные маневры Гарри. Вообще-то новый Рон, смеющийся и подшучивающий, нравился Гарри куда больше, чем тот мрачный, агрессивный тип, которого ему приходилось терпеть в течение нескольких недель, хотя это улучшение досталось ему дорогой ценой. Гарри теперь приходилось мириться с постоянным присутствием Лаванды Браун, а она, по всей видимости, считала, что каждая минута, когда она не целуется с Роном, прожита зря. Поэтому Гарри добровольно шел с Гермионой в библиотеку чтобы только не видеть как Рон и Лаванда целуются. Гермиона каждый раз читала новую книгу, а Гарри изучал только одну. «Расширенный курс зельеварения», он старательно выписывал основные сведения о Долголетних эликсирах, то и дело останавливаясь, чтобы разобрать ценные дополнения Принца-полукровки к тексту Либациуса Бораго. — Между прочим, — сказала после короткой паузы Гермиона, — тебе нужно быть поосторожнее. — В последний раз, — прошептал Гарри. — Я не собираюсь возвращать эту книгу. От Принца-полукровки я узнал больше, чем от Снегга и от профессора Слизнорта вместе взятых… — Да я не о твоем дурацком Принце, так называемом, — зашипела Гермиона, бросая на книгу злобный взгляд, словно та ее чем-то обидела. — Я тут зашла в женский туалет, как раз перед тем, как идти в библиотеку, и там было человек десять девочек, в том числе эта Ромильда Вейн, и они обсуждали, как бы подсунуть тебе любовный напиток. Похоже, все закупили у Фреда и Джорджа приворотное зелье, а оно, к сожалению, скорее всего, действует… — Что ж ты его не конфисковала? — возмутился Гарри. — Они же не взяли его с собой в туалет, — презрительно ответила Гермиона. — Они просто обсуждали вопросы тактики. Вряд ли даже у Принца-полукровки, — она снова бросила злобный взгляд на книгу, — найдется средство, нейтрализующее воздействие дюжины приворотных зелий одновременно. — В общем, будь осторожен и не пей что попало, а то Ромильда Вейн, по-моему, настроена серьезно, — мрачно закончила Гермиона. — Слушай, — медленно проговорил он, — Филч вроде запретил приносить в школу товары из «Всевозможных волшебных вредилок»? — А кто и когда обращал внимание на запреты Филча? — отозвалась Гермиона, не отрываясь от домашнего задания. — Но я думал, что почтовых сов обыскивают. Как же эти девчонки протащили в школу любовные напитки? — Фред и Джордж маскируют их под флаконы с Духами и зелье от кашля, — ответила Гермиона. — Это у них входит в стандартный набор услуг при выполнении заказов по совиной почте. — Я смотрю, ты здорово в этом разбираешься. Гермиона глянула на него с такой же злостью, как только что — на «Расширенный курс зельеварения». — Все это было написано на этикетках на обратной стороне пузырьков с зельями, которые они летом показывали нам с Джинни, — сказала она холодно. — Я, к твоему сведению, не подмешиваю людям зелье в стаканы… И не делаю вид, что подмешиваю, это ничем не лучше… — Ладно, ладно, проехали, — быстро сказал Гарри. — Дело вот в чем — выходит, Филча можно обдурить? Девчонки сумели доставить в школу нечто запрещенное под видом чего-то другого! Так почему Малфой не мог протащить ожерелье? — Ох, Гарри, только не начинай опять! — Нет, ну послушай, почему нет? — настаивал Гарри. — Да пойми ты, — вздохнула Гермиона, — Детекторы лжи улавливают заклинания, проклятия и маскирующие чары, правильно? Они настроены на обнаружение Темной магии и Темных артефактов. Они тут же уловили бы такое могущественное проклятие, какое было на ожерелье. Но они не будут реагировать на флакон с неправильной этикеткой… И вообще, приворотные зелья — это не Темная магия, они не опасны… — Тебе легко говорить, — буркнул Гарри. — …тут уж сам Филч должен был сообразить, что перед ним не зелье от кашля, но он не очень хороший волшебник, сомневаюсь, что он способен отличить одно зелье от… Гермиона умолкла на полуслове. Гарри тоже послышалось какое-то движение между темных стеллажей с книгами. Они замерли, и мгновением позднее из-за стеллажа показалось хищное лицо мадам Пинс, сильно смахивающей на стервятника. — Библиотека закрыта, — сказала она. — Не забудьте поставить книги на место. Гарри и Гермиона возвращались по пустым, освещенным светильниками коридорам в гриффиндорскую гостиную. — Елочные шарики! — назвал Гарри Полной Даме новый праздничный пароль. — И тебе счастливого Рождества! — ответила Полная Дама с плутоватой улыбкой, пропуская их. — Привет, Гарри! — сказала Ромильда Вейн, как только Гарри выбрался из проема в стене. — Хочешь «горной воды»? Гермиона взглянула на него через плечо. — Нет, спасибо, — быстро ответил Гарри. — Я ее не очень люблю. — Ну, тогда возьми вот это. — Ромильда сунула ему в руки коробку конфет. — «Шоколадные котелки», они наполнены огненным виски. Мне бабушка прислала, а я их не люблю. — Ладно, большое спасибо, — сказал Гарри, не придумав ничего другого. — Э-э… я тут сейчас… Он не закончил фразу и побежал за Гермионой. — Я тебе говорила, — с удовольствием сказала Гермиона. — Я не понимаю одно. Ты моя девушка, почему они дальше за мной ходят? — Потому что мы не показываем отношения на публику как Рон с Лавандой. А еще потому что они думают что тебе со мной скучно, и мы расстанемся. Все как я тебе и говорила. — А кто-то интересуется что именно хочу я? — Нет. — А здесь ты ошибаешься. — Как? — Есть ты которая думает обо мне, — Гарри неожиданно для Гермионы поцеловал ее посередине гостиной. — Любимая пошли подальше от всех, — Гарри взял руки Гермионы и они пошли в комнату мальчиков. Когда они зашли внутрь, то Гарри закрыл за ними дверь. — Зачем ты это сделал? — Чтобы хоть немного отстали от тебя и меня. А после вечера с профессором думаю будут еще меньше проблем. — Гарри, прав в этом, — сказал Невилл который, сидел на своей кровати. От его слов испугалась Гермиона, которая не ожидала его увидеть. — Не пугайся… если хотите чтобы я ушел? — Нет, это мы лучше уйдем тем более это твоя комната, как и моя, — сказал Гарри. — А лучше никто никуда не уйдет и мы себе спокойно поговорим, — Гермиона села на кровать Невилла. — О чем? — О планах на Рождество. — Соглашусь с тобой, — Гарри сел возле Невилла. — Могу еще дать конфеты, но не уверен, что их безопасно есть. — Я не хочу даже видеть эти конфеты, — сердито сказала Гермиона. — Ты меня понял? — Да, не нужно злиться.
