Гарри Потер переписана история

      — Пошли, Гарри… — тихо сказал Хагрид.       — Нет.       — Не надо тебе здесь оставаться, Гарри… пошли, пошли…       — Нет. Он не хотел покидать Дамблдора, не хотел никуда уходить. Лежащая на его плече рука Гермионы подрагивала.       — Гарри, пойдем. Гермиона взяла его за руку и потянула чтобы он встал, Гарри подчинился ей.       — Пойдем в больничное крыло, — сказала Гермиона.       — Я не ранен, — ответил Гарри. — Или с тобой что-то случилось? — он осмотрел Гермиону.       — Со мной все хорошо, просто все другие там, — сказала Гермиона. — Рон, Джинни, Люпин, все…       — Кто еще погиб?       — Из наших — никто, не бойся. Она держала его за руку и смотрела в глаза, она искала в нем поддержку которую сейчас ей нужна была.       — Но Черная Метка… Малфой сказал, что переступил через труп…       — Он переступил через Билла, но с ним все хорошо, Билл жив. Однако что-то в ее голосе заставило Гарри понять — случилась беда.       — Ты уверена?       — Конечно, уверена… Он… немного изуродован, вот и все. На него напал Сивый. Мадам Помфри говорит, что он… он уже не будет выглядеть, как прежде… Мы просто не знаем, какими могут быть последствия, все-таки Сивый — оборотень, хоть он в эту ночь и не преображался.       — А другие… там были еще тела…       — Невилл лежит в палате, мадам Помфри считает, что он поправится полностью, ну еще профессору Флитвику досталось, но он тоже чувствует себя неплохо, слабость в ногах, вот и все. Он все требует, чтобы его отпустили посмотреть, как там его когтевранцы. А вот один из Пожирателей смерти убит, попал под смертоносное заклятие, которые расшвыривал повсюду этот огромный блондин. Гарри, если бы не твой «Феликс», думаю, нас всех перебили бы, а так все, похоже, летело мимо… Они уже добрались до больничного крыла, Гарри, пинком распахнув дверь, увидел на койке у входа спящего Невилла. Рон, Джинни, Полумна, Тонкс и Люпин стояли у другой койки, в дальнем конце палаты. Услышав скрип двери, все они обернулись. Гарри и Гермиона вошли вместе держась за руку, он крепко ее сжимал, что можно было увидеть как рука Гермионы была красная.       — С тобой все в порядке, Гарри?       — Да, все… Как Билл? Никто ему не ответил.       — Разве нельзя исцелить Билла какими-нибудь чарами? — спросил он у волшебницы.       — Чары тут не помогут, — ответила мадам Помфри. — Я перепробовала все, что знаю, но от укусов оборотня лекарства не существует.       — Дамблдору наверняка известно, как можно помочь, — сказал Рон. — Где он? Билл сражался с этим маньяком по его приказу, Дамблдора в долгу перед ним, не может же он оставить его в таком состоянии…       — Рон… Дамблдор мертв, — произнесла Гермиона.       — Как он умер? — прошептала Тонкс. — Что случилось?       — Его убил Снегг, — ответил Гарри. — Я был там и все видел. Мы прилетели на Астрономическую башню, потому что Метка висела именно над ней… Дамблдору было плохо, он очень ослаб, но, думаю, понял, что это ловушка, едва услышав, как кто-то бежит к нам по лестнице. Он обездвижил меня, я ничего не мог сделать, на мне была мантия-невидимка… и тут из двери выскочил Малфой и обезоружил его… Гермиона закрыла ладонями рот, Рон застонал, у Полумны задрожали губы.       — Потом появились Пожиратели смерти… а за ними Снегг… и Снегг убил его. Авада Кедавра… Снегг снабдил Волан-де-Морта сведениями, которые заставили его начать охоту на моих маму и папу. А потом Снегг уверил Дамблдора, будто не понимал, что делает, сказал, что сожалеет об этом, сожалеет об их смерти. — Говорить дальше Гарри не смог. Гермиона обняла Гарри.       — Давайте пойдем с тобой, — Гермиона взяла руку Гарри и они направились к выходу.       — Без меня не уйдете, — Рон их догнал. Гермиона взяла парней за руку, и они пошли по коридору.       — Так что? — спросил Рон. — Нашел ты его? Раздобыл? Этот… крестраж? Гарри покачал головой.       — Не добыл? — спросил сразу приунывший Рон. — Его там не было?       — Нет, — сказал Гарри. — Кто-то уже забрал крестраж, оставив взамен подделку.       — Уже забрал? Гарри молча вытащил из кармана медальон, открыл его, протянул Гермионе. Темному Лорду. Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но хочу, чтобы ты знал — это я раскрыл твою тайну. Я похитил настоящий крестраж и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что когда ты встретишь того, кто сравним с тобою по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного. Р.А.Б.       — Р.А.Б. — прошептал Рон, — а кто это?       — Не знаю, — ответил Гарри, откинувшись прямо в одежде на постель и безучастно уставившись в потолок.       — Гарри, я не знаю нужна это сейчас говорить, но ты должен знать.       — Что именно?       — Ну, я вроде как была права в той истории с Принцем-полукровкой, — осторожно произнесла Гермиона.       — Тебе обязательно тыкать меня в это носом? Ты что, не понимаешь, какие чувства она у меня теперь вызывает?       — Нет, Гарри, я о другом! — торопливо воскликнула Гермиона. — Права я была в том, что книга когда-то принадлежала Эйлин Принц. Понимаешь… она была матерью Снегга!       — А мне казалось, на нее и смотреть-то было противно, — сказал Рон.       — Я перерыла все остальные старые номера «Пророка» и наткнулась на крошечное объявление о том, что Эйлин Принц выходит замуж за человека по имени Тобиас Снегг, а несколько позже сообщалось, что она произвела на свет…       — …убийцу! — выпалил Гарри.       — Ну… да, — подтвердила Гермиона. — Так что отчасти я была права. Снегг мог гордиться тем, что он «наполовину Принц», понимаешь? Судя по напечатанному в «Пророке», Тобиас Снегг был маглом.       — Да, все сходится, — сказал Гарри. — Он разыгрывал чистокровного волшебника, чтобы втереться в компанию Люциуса Малфоя и прочих… совсем как Волан-де-Морт. У матери кровь чистая, отец — магл… оба стыдились родителей, старались внушить людям страх, пользуясь Темными искусствами, выдумали для себя звучные имена — лорд Волан-де-Морт, Принц-полукровка… Как же Дамблдор не догадался?.. Гарри замолчал, глядя в окно. Гермиона обняла его сзади.       — Я все-таки не понимаю, почему он не выдал тебя, никому не сказал, что ты используешь эту книгу? — произнес Рон. — Он должен был знать, откуда ты все берешь.       — А он и знал, — с горечью сказал Гарри. — Понял, когда я ударил Малфоя Сектумсемпрой. Никакая легилименция не потребовалась… А мог понять и раньше — по рассказам Слизнорта о моих блестящих успехах в зельеварении. Не стоило ему оставлять свой старый учебник в том шкафу, верно?       — Да, но почему он тебя не выдал?       — Думаю, не хотел, чтобы его как-то связали с этой книгой, — сказала Гермиона. — Услышь о ней Дамблдор, ему бы это очень не понравилось. И даже если бы Снегг сделал вид, что не имеет к ней отношения, Слизнорт мигом узнал бы его почерк. Да и в любом случае — книга лежала в шкафу прежнего класса Снегга, а Дамблдор, готова поспорить, знал, что фамилия его матери Принц.       — Я должен был отдать книгу Дамблдору, — сказал Гарри. — Сколько раз он показывал мне, что Волан-де-Морт уже в школе был олицетворением зла, а я держал в руках доказательство, что и Снегг таков же…       — «Зло» слишком сильное слово, — негромко произнесла Гермиона.       — Ты же и твердила мне, что эта книга опасна!       — Я о другом, Гарри, ты чрезмерно винишь себя. Я считала, что у Принца отвратительное чувство юмора, но мне и в голову не приходило, что он — потенциальный убийца…       — Да и никто из нас не догадывался, что Снегг… ну, сам знаешь, — прибавил Рон.       — Гермиона, ты была права… я буду опять просить у тебя извинения за то что был не прав и не послушал тебя.       — Нет, теперь я просто не буду давать тебе сделать никакие ошибки…

***

Перед тем как уехать от Хогвартса Гарри повел Гермиону к озеру.       — Гарри, ты меня пугаешь… всю дорогу молчишь и не говоришь почему мы туда идем.       — Я хочу поговорить.       — О чем? — они наконец-то остановились.       — О нас…       — Что именно?       — Люди которых я люблю каждый год умирают или страдают из-за меня… той ночью Рону прошлось тебя спрятать потому что Пожиратели хотели найти «подружку Поттера»… нам…       — Нет! Молчи! Не хочу слышать больше ничего. Мы не расстанемся и даже не думай об этом.       — Волан-де-Морт использует людей, которые дороги его врагам. Подумай, какая опасность будет грозить тебе, если все между нами останется по-прежнему. Он ведь узнает, он выяснит это. И попытается добраться до меня, воспользовавшись тобой.       — А если мне все равно?       — Мне не все равно, — ответил Гарри. — Что, по-твоему, я чувствовал бы, если бы это были твои похороны… и по моей вине… Гермиона отвернулась, взглянула на озеро.       — Гермиона, послушай…       — Нет, буду говорить я! Ты думаешь, когда я решила быть с тобой то не понимала что грозит мне? Или ты думаешь что после случае с Сириусом, я не понимала что могу быть следующая? Гарри, я это все знала… я говорила с Дамблдор перед Рождеством.       — Что? О чем вы говорили? Гарри подошел ближе к Гермионе.       — Он спрашивал о нас… точнее спросил понимаю я что меня ждет. Поэтому я не поехала к вам на Рождество. Он сказал чтобы я поехала на две недели домой и побыла одна без тебя и Рона, чтобы понять уверена ли я…       — И что ты приняла?       — Я вернулась и встретилась с ним, вас еще не было в тот момент. Когда мы поговорили он сказал, что у меня не будет возможность убежать… я не смогу никак спастись, потому что даже если мы расстанемся Пожиратели смогут тебя шантажировать мной.       — Ты не жалеешь?       — Ни один день я не пожалела о своем решения. Сейчас я стою возле тебя потому что люблю… и я эта любовь сильная. Если я смогу тебя спасти этой любовью и мы сможем быть потом счастливы, то я готова пойти на все. Гарри обнял ее сзади и они стояли молча несколько минут пока Гермиона не посмотрела на замок.       — Как подумаешь, что мы сюда можем и не вернуться… — тихо сказала она. — Ну как можно закрыть Хогвартс?       — Я не вернусь в школу, даже если она откроется снова, — ответил Гарри.       — Я ждала от тебя этих слов. Но что ты собираешься делать?       — Загляну еще разок к Дурслям, так хотел Дамблдор, — ответил Гарри. — Но не надолго, после этого я покину их навсегда.       — И куда ты отправишься, если не в школу?       — Думаю вернуться в Годрикову Впадину, — негромко сказал Гарри. — Для меня все началось именно там. И мне все время кажется, что я должен в ней побывать. Да и могилы родителей навестить хочется.       — А потом?       — Потом займусь поисками оставшихся крестражей, — ответил Гарри. — Дамблдор хотел этого от меня, потому и рассказал мне о них все. Если Дамблдор был прав — а я в этом не сомневаюсь, — где-то еще спрятаны четыре крестража. Мне нужно найти их и уничтожить, а после взяться за седьмой обломок души Волан-де-Морта, за тот, что сидит в его теле, потому что именно я должен его убить. И если по пути мне подвернется Северус Снегг, — прибавил он, — тем лучше для меня и хуже для него. Наступило долгое молчание.       — Я буду с тобой в любом случае ты ж это понимаешь?       — Как и я, — Рон стоял сзади Гарри и подошел к ним.       — Что?       — В доме твоих дяди с тетей, — сказал Рон. — И потом, куда бы ты ни отправился.       — Нет… — быстро возразил Гарри. Он стал между Роном и Гермионой.       — Ты говорил нам когда-то, — тихо промолвила Гермиона, — что у нас есть время отступиться, если мы того захотим. Мы этим временем не воспользовались, верно?       — Мы с тобой, что бы ни случилось, — сказал Рон. — Но только, дружок, прежде чем отправляться куда-то еще, даже в Годрикову Впадину, тебе придется заглянуть к маме с папой.       — Зачем?       — Ты про свадьбу Билла и Флер, случаем, не забыл?       — Да, уж ее-то мы пропустить не вправе, — сказал он. Его ладонь машинально сомкнулась на ложном крестражи.