***
Палата лордов гудела словно развороченный пчелиный улей. То тут, то там, мужчины начинали перепалку, едва ли не доходящую до настоящего рукоприкладства. И даже призывы Лестрейда взять себя в руки и спокойно обсудить сложившуюся ситуацию, а следом план действий, не возымели должного действия, только общественное порицание на пополам с недовольством. Общество разделилось на две группы. Первая требовала немедленно отыскать Мориарти, отправить на плаху, освободить всех пленников и засудить стражей порядка за бездействие и отсутствие каких либо положительных сдвигов в деле уже продолжительное время. О возможной новой жертве они ещё не знали, и кажется мне, что эти известия их ничем не обрадуют. Вторая группа требовала признать, что долг перед государством превыше всего, а значит надо думать холодным разумом — как представители власти, а не родственники похищенных. Возглавил её председатель. И пламенно заверил всех и каждого — если сейчас оппозиция наворотит дел и пойдет на поводу у преступницы, мошенницы и далее по списку, то он лично причислит их к изменникам и засудит по самым строгим статьям закона. Он видимо тоже ещё не знает о том, скверном послание Трой, что мы получили. Совещание обещает быть, хм, интересным? Насыщенным? Впечатляющим? Смертоносным? Ничего хорошего не обещающим, это уж точно. — Доброй ночи, господа, — спокойный голос брата прокатился по комнате словно громом. Все присутствующие замерли и повернулись в нашу сторону, от чего сразу стало не уютно. В древности, гонцам рубили головы за дурные вести. Сейчас, чисто формально, такой гонец Я. Что же делать то? — Предотвращая все вопросы, хочу ответить сразу на некоторые самые возможные, а так же дать вам пару рекомендаций. Госпожа Трой стоит за частью похищений. И терпение её лопнуло. Все нынешние договоренности и обещания, видимо, более не имеют силы. Она не задумываясь убьет или покалечит заложников. Есть огромная вероятность, что большая часть из них больна, а некоторая и вовсе уже мертва. Вам предстоит сделать не лёгкий выбор, так как отступать она не намерена и уже продемонстрировала свой решительный настрой. — Что вы такое говорите?! Вы что, её сообщник? — шарообразный джентльмен покраснел до томатного цвета и тыкнул в нашу сторону толстый палец с огромным перстнем. — То-то и нет никаких результатов поисков! Вы заодно! Куда только смотрит стража? Задержите их немедленно! Громкий шёпот всех присутствующих вновь превратился в пчелиное жужжание. Недовольство, гнев, агрессия наполнили окружающие пространство. Стало ещё не уютней. Как они смеют позволять себе подобное? Лорды, представители власти? Общественное посмешище, не более того. — Как вы смеете себе позволять подобные заявления и высказывания в наш адрес, — мой голос стал ледяным и колючим. Возможно в любой другой ситуации я бы промолчала или решила простить убогих, но не сейчас. — Мы, частные детективы Лондона, делаем все возможное и невозможное для того что бы вернуть всех похищенных домой. Подвергаем свои жизни опасности, отправляемся на охоту за преступниками в самые криминальные места, принимаем ваше паломничество с просьбами о помощи круглые сутки, сотрудничаем со Скотланд-Ярдом по вашей же просьбе, ради чего? Кто дал вам право оскорблять нас? Из-за вашей спеси все и произошло. Вы действительно заигрались, господа. Сейчас на кону жизни невинных, которые оказались заложниками ситуации. И вам предстоит сделать очень не простой выбор. Доказать, осталось ли в вас, хоть что-то человечное. Мне кажется, что будь возможность убивать кого-то взглядом, никто из лордов бы не выжил. Негатив сковал меня словно пленницу. Сколько можно терпеть спесь этих брюзг? Идти на поводу у их интересов, ради их же выгоды. Сейчас они готовы принести в жертву самых близких, что говорить тогда о простых смертных жителях, кои не причислены к высокородным никоим образом? — Человечное? На нас держится государство! Куда уж человечнее! — Председатель оттолкнул шарообразного джентльмена к окну, и стремительно направился в мою сторону. Удивительно, как вспомнил об этикете и удержал себя не расстояние вытянутой руки. — Мы создаём рабочие места, боремся с болезнями и рискуем своим благополучием каждый день. Я готов пожертвовать чем угодно ради всеобщего блага! — Что ж, — я сделала шаг на встречу. — Тогда это послание достигло адресата. Госпожа Трой просила передать вам это. Я передала конверт и отступила на несколько шагов назад, в тень Лестрейда и Шерлока. Секунда, две, все лорды окружили председателя, раздался визг, несколько особо впечатлительных упало в обморок, кого-то вывернуло в свой же цилиндр. А председатель лишь слегка позеленел, то ли от гнева, то ли от тошноты. — И что же вы предлагаете? — Передав цилиндр соседу справа, уточнил председатель. Тот тут же нашел ему применение по непрямому назначению. — Сдаться и обречь на смерть всех остальных? — Нет, — Лестрейд скривился от действий высоко стоящих лордов, которые удобряли соседнее от него растение в горшке. — Мистер Шерлок Холмс знает как можно помочь пленным, мистер Майкрофт Холмс знает как можно провести переговоры, госпожа Энола Холмс знает требование Мориарти. — Вы предлагаете вручить будущее Лондона в руки Холмсов? — падая в обморок промямлил председатель. Нервы видимо все-таки ни к черту. А так хорошо держался в начале…О прошлом и настоящем
7 декабря 2022 г., 16:31
Жуткие и цепкие кошмары не отпускают из своего плена. Беги не беги, догонят и вонзят свои острые когти в горло. Мороз продолжает скользить по коже и сковывать каждое движение, липкий страх мешает сделать новый вздох. Отчаяние и горечь — от предстоящей расправы, все чего стоит ждать… Но светом в этой кромешной тьме становится ОН…
Вот, мы кружим в танце с Тьюксбери. Он улыбается и рассказывает смешные истории последних заседаний. Я собираюсь с ритма из-за задумчивости и случайно наступаю ему на ногу.
Вот, очередной спарринг и я делаю подсечку, а виконт падает прямо на меня, коварный ход. Не спорю. Я пытаюсь выбраться, а противник начинает атаку щекоткой.
Вот, мы сидим за обеденным столом с его мамой. Она задаёт мне общие вопросы по бальному этикету и настойчиво напоминает, что ближайший бал очень важное событие и я просто обязана не ударить в грязь лицом. А Тьюксбери лишь загадочно улыбается и пьет чай.
Вот, мы в новой оранжерее поместья, приятный аромат окутывает, а цветущие растения радуют взгляд. Тьюксбери стоит посреди грядки и усердно мне объясняет о новом сорте роз, что надо высадить непременно сегодня, и что назовет их в мою честь. Останется только постоянно поливать и делать прополку с какими-то странными удобрениями… Почему-то именно мне. Ну какой из меня садовник?! Я же частный детектив! Да и путь до поместья не близкий, мне и других дел хватает.
Вот, я разбираю новое дело, а он сидит в соседнем кресле и задает массу уточняющих вопросов о всем на свете. То дело, я частично раскрыла именно благодаря ему. А он стребовал с меня выполнение одного любого желания в выбранный им момент.
А вот, он связанный и без сознания сидит на стуле в темной комнате. Я ускоряю шаг и бегу на встречу. Спасти здесь и сейчас, помочь, отправиться домой и забыть о всем произошедшем за последнее время. Комната отдаляется все дальше и дальше, дыхание сбивается, а ноги перестают слушаться. Фигура парня отдаляется и растворяется в кромешной тьме… А вместе с ним и моя надежда на лучшее, на пару с желанием жить.
-Энола! Энола! — кто-то зовет меня словно из прошлой жизни. Голос взволнованный. — Очнись же! Ватсон, несите нюхательную смесь!
Тело не слушается и словно налито свинцом. Руки и ноги неподъёмно тяжёлые. Такой и приходит смерть? А где же вся жизнь, которая должна пронестись перед глазами? Или воспоминания о Тьюксбери и стали жизнью?
Резкий запах чего-то острого, пряного и целебного обжигает носоглотку. Едва ли открыв глаза, схватилась за горло. Кашель, каркающей вороной раздражает сухое горло. Не так я представляла себе последние минуты на смертном одре. В книгах и посмертных речах они описываются иначе.
Какой же будет мой некролог? Кто придет на проводы?
— Выпей! — Шерлок даёт в руки стакан с мутной жидкость и дурным запахом.
— Это чтоб я не мучилась, ты решил меня отравить? — хриплый голос словно незнакомого человека озвучивает мои мысли.
— Выпей и станет лучше, — брови недовольно сходятся на переносице. — Или мне придется влить в тебя это силой. И поверь мне, я не погнушаюсь это сделать.
Обречённо вздохнув и закрыв нос рукой залпом опустошаю содержимое. Неприятная горечь обжигает горло, слезы катятся градом. Из носа текут сопли. Что за адова смесь?
— Лучше бы добил, — кашляя и утирая глаза, хриплю я.
— Это всегда успеется, — неожиданно бодро отозвался Лестрейд из дверного проёма. — Господа, — он приветственно снял шляпу, — и дама. Через час состоится внеочередное заседание палаты лордов, в связи с новыми уликами и обстоятельствами. Предлагаю проследовать туда и обсудить план дальнейших действий.
— Ватсон, просмотрите за Энолой, до моего возвращения.
— Ну уж нет! — вскочив на ноги, я подлетаю к Лейстрейду, от чего последний шарахается, словно призрака увидел. — Я еду с вами и это не обсуждается.