Неравный бой

Сегодня выходной, и я выпустил собак во двор одних. Прижавшись горячим лбом к морозному стеклу, я задумчиво наблюдал за их чехардой на снегу. Я плохо себя чувствовал, мои мысли заторможено и беспорядочно перескакивали с воспоминаний о прошлом на думы о будущем. Хотелось уехать к солнечному морю, осточертела эта сырость, снег, студенты, рутина. Я всерьез начал задумываться о том, чтобы бросить все и переехать на южное побережье. Тут я что-то услышал, больше даже почувствовал. Я понял, что он едет ко мне. За секунду до того, как из-за поворота выехал черный «линкольн», я уже знал, кто за рулем. Меня бросило в жар, живот свело судорогой, я согнулся пополам, не в силах видеть черные следы от колес на белой дорожке. С трудом поднявшись и оперевшись на стену рукой, я увидел, что Ганнибал уже вышел из машины и смотрит на меня. «Черное на белом», - мелькнула мысль. Он был в черном пальто, и этот резкий контраст на свежем нетронутом снегу был каким-то ненормальным, неестественным. Словно природа - дура - отторгала его. Ганнибал нисколько не изменился, все те же морщинки у глаз, холодный взгляд, идеальная прическа, насмешливый изгиб губ. Ни тени сомнений или сожалений не было на его лице. Я закрыл глаза, с трудом сдерживая порыв побежать ему навстречу. Я просто остался стоять у окна, наблюдая, как он медленно обошел дом и поднялся по крыльцу. Я затаил дыхание, боясь не услышать хотя бы один его шаг. Он ступал тяжело, как будто нес на плечах необъятное бремя. Он подошел ко мне сзади, и я почувствовал на шее его дыхание. Я не мог заставить себя обернуться, посмотреть в его холодные глаза, это было выше моих сил. Ганнибал положил руку мне на плечо. - Посмотри на меня. Я обернулся, и меня накрыла волна страха, горечи стыда. Я упал на колени. - Прости меня, Ганнибал, прости, прости… - закрыв лицо руками, я задыхался в извинениях. Он поднял меня с пола и чуть толкнул на подоконник. - Уилл. Достаточно, - Жалость мелькнула в его глазах. Ганнибал провел большим пальцем по моей мокрой щеке. – Я не хочу твоих извинений. -Да-да, конечно, - всхлипнув, я вытер рукавом нос, что заставило Ганнибала немного поморщиться, но потом я увидел улыбку в уголках его губ. - Я приехал не за этим. Я отдаю себе отчет в своих эмоциях, - я видел, что он тщательно подбирает слова. Не «чувствах», а «эмоциях». Но также я понимал, что он пытается держать себя в руках, - я примерно представляю, что переживаешь ты. Я зря оставил тебя одного с этим выбором. Мне не следовало этого делать, здесь моя вина. - Нет, Ганнибал, да мне нев… - пытался я объясниться. - Не перебивай, - даже в такие моменты он был властным. Отступив на шаг назад, он оценивающе окинул меня тревожным взглядом, - я не оставлю тебя больше. Что с тобой здесь происходит? Ты давно ел? Инстинктивно потрогав мой горячий лоб, он поморщился. - Опять жар, - опомнившись, он вернулся к теме, - тебя нельзя оставлять одного. Уилл, - он взял мое лицо в свои руки, – ты - мой, и ты будешь делать то, что я тебе говорю. И что бы ни произошло, ты должен мне доверять. Полностью и во всем. При этих словах у меня подкосились ноги. Кончено, я буду. Я буду делать все, что нужно. Только не уходи. Я прижался к Ганнибалу, понимая, что ничего раньше не хотел так, как окунуться в этот запах, уткнуться носом в его плечо, вдыхая мороз и слабый запах бензина. Он не пах своим дорогим парфюмом, как обычно. Я знал, что он сделал это для меня, он уступил часть себя мне. Он стал пахнуть мной. На секунду отстранив меня, он вопрошающе посмотрел на меня. - Уилл, ты понял? Я хочу слышать ответ. Я устало кивнул. - Прости… Я никогда бы не смог тебя предать. Никогда… - Молчи, - он приложил палец к моим губам и слегка надавил. Мой рот приоткрылся и впустил настойчивые пальцы. Губы Ганнибала изогнулись в победной улыбке. Он понял, как я страдал все эти месяцы, как я был опустошен и безразличен к окружающим. Он знал, что без него я – ничто. Ганнибал опять получил доказательство своей власти надо мной. Конечно, я смирюсь, я наплюю на то, то он убийца. Я уже это сделал, я забыл. Хоть я этого и не осознавал, но выбор был сделан в ту секунду, когда меня пронзило знание. Я был на его стороне. Да и как иначе, он владеет моими мыслями, снами, моим телом. Я слишком слаб, чтобы идти против него, да я и не хотел. Я потянулся к нему, и Ганнибал отпустил себя. Он жадно впился губами в мои, он так давно этого ждал. Кусая до крови и оставляя следы на шее, он начал меня раздевать. Я умирал в его объятиях, холодное стекло обжигало кожу на спине, но я не обращал на это внимания. Пальцы Ганнибала обхватили мою шею, он усадил меня на подоконник, и заставил развести ноги. Он целовал мой член, живот, грудь, по-хозяйски вторгался в меня… Помучив меня немного, Ганнибал вновь отступил на шаг и серьезно посмотрел. Он ждал этого так долго, столько дней он провел без своего мальчика, и ему хотелось растянуть удовольствие. Отвернувшись, он медленно направился к кровати, по пути снимая с себя одежду. В этот день он впервые не только обладал мной, но и позволил это сделать мне. Ганнибал впустил меня в себя, полностью раскрылся передо мной. Я не знал, что мне делать, но он властно вел меня, следил за моими движениями. Даже в эти минуты Ганнибал владел мной, даже в те моменты, когда он в истоме закрывал глаза и стонал, впивался пальцами в мою спину, царапал шею, я чувствовал, что он доминирует надо мной. Это было неожиданно-приятно, так тягуче-сладко, что я очень быстро кончил ему на живот. Я не посмел остаться в нем. Мне было стыдно за то, что я и так позволил себе слишком много. Подняв влажные глаза, я увидел на расслабленном лице Ганнибала одобрительную улыбку. - Слижи. Я опустился перед ним на колени и стал облизывать кожу на животе, а потом перешел к его члену. Ганнибал обхватил мою голову руками и моментально излился мне в рот. Со стоном откидываясь на подушку, он закрыл глаза и притянул меня ближе. Сидя между его коленей и глядя на своего мучителя, я неловко улыбался. Мне было хорошо. По паркету зацокали лапы собак. Я совсем забыл про них. **** - Уилл, ты же понимаешь, что сейчас все будет иначе? - наши сеансы возобновились, и я вновь сидел напротив своего доктора в мягком кресле. - Да, - нахмурившись, я опустил голову, - что я должен делать? Ганнибал слегка наклонил голову к плечу. - Я должен быть уверен в тебе. Не хотелось бы тебя… - он помедлил, облизывая губы и подбирая слово, - ломать, но ты должен слушаться меня. Я тонул в его глаза, на все соглашаясь. Он знал, как будет лучше. Я кивал и был готов на все, даже видя в его взгляде холод стали и затаенную боль. У Ганнибала был план.