Скреплённые болью судьбы

      Гриндевальд, даже за решеткой, не испытывал особого беспокойства. Он допускал такую возможность и потому заранее позаботился о продолжении рода - у него был сын. К сожалению, мальчик оказался совсем не похож на своего отца. Могущество Геллерта не передалось ему, и сын, в общем-то, был этому рад, мечтая о тихой, непримечательной жизни волшебника в окружении семьи. Сам же Гриндевальд практически не знал своего ребенка, ведь едва мальчику исполнился год, его заключили в неприступную тюрьму Нурменгард. Время шло своим чередом, и у сына Геллерта родилась дочь – Элис. Девочка с рождения несла на себе печать своего знаменитого предка: глаза разного цвета, будто отражение Инь и Ян, символизирующие равновесие и неизбежный выбор, определяющий суть человека. Никто не бывает абсолютно плохим или абсолютно хорошим, всегда остаётся частица чего-то иного. Дополняла этот образ бледная, почти мраморная кожа, от которой, казалось, исходил едва ощутимый холод. И, конечно, платиновые волосы, доставшиеся ей в наследство от Гриндевальда. Родители пока не могли понять, каким окажется характер Элис, и проявятся ли в ней способности, подобные тем, что были у Геллерта. Но тревожное сходство с Тёмным магом не давало им покоя, и они решили спрятать дочь в мире маглов, подальше от магии и связанных с ней опасностей. К сожалению, этим планам не суждено было сбыться. Наёмные убийцы оборвали их жизни, и Элис осталась круглой сиротой. Вскоре о девочке узнали в Министерстве магии, и вопрос о её судьбе встал ребром. Ребёнку требовалась защита, спасение от неминуемой участи, которая могла постигнуть её, если бы она пошла по стопам предка. Многие волшебники пребывали в ужасе и растерянности, не зная, что предпринять. И тогда появился Альбус Дамблдор. Могущественный волшебник всех времён предложил взять опеку над Элис и стать её наставником. Вопрос, почему именно он, терзал умы членов Министерства. Ведь Геллерт Гриндевальд был, пожалуй, самым заклятым врагом Дамблдора. Но Альбус лишь ответил, что ребёнок невинен, и он сделает всё возможное, чтобы Элис не повторила ошибок своего предка. В конечном итоге Министерство магии дало своё согласие.       Время неумолимо двигалось вперёд, и по настоянию Дамблдора Элис начала своё обучение в Дурмстранге, школе, где когда-то учился и её предок. Год за годом девочка быстро осваивала заклинания, используемые в дуэлях. Для Альбуса такое развитие событий не было неожиданностью, ведь мастерство дуэлей, казалось, было у неё в крови. Несмотря на успехи в учёбе, Элис ощущала, что находится не на своём месте. Ей не нравилось, что все вокруг, лишь из-за её внешнего сходства с Гриндевальдом, ждали от неё чего-то подобного. Она не раз слышала, как учителя восхищались её силой и мастерством, что вызывало у неё лишь неприятные чувства. Ей казалось, что её саму никто не замечает, видят лишь тень её великого предка. Помимо этого, даже ученики постоянно напоминали ей о сходстве с Геллертом. Долгое время она терпела такое отношение, но когда ей исполнилось шестнадцать, Элис поделилась своими переживаниями с Альбусом. Он был её опекуном, наставником и просто близким человеком, которому она доверяла. Она хотела сбежать из Дурмстранга, перевестись в другую школу, лишь бы избавиться от постоянного давления. Когда Альбус приехал навестить её летом, Элис, наконец, высказала всё, что у неё наболело. Поначалу мужчина удивился, ведь это был первый раз, когда она жаловалась на учёбу, но он с пониманием отнёсся к её словам и обещал помочь. Спустя пару дней Дамблдор привёз готовый документ о переводе Элис в Хогвартс. Её радости не было предела, несмотря на лёгкий страх перед неизвестностью. Оставался всего один день до начала учебного года, и Элис прибыла в Хогвартс. Ей не терпелось изучить новое место, но прежде всего необходимо было встретиться с Альбусом. С помощью магии она изменила свою внешность, придав себе облик неприметной девушки, и направилась в кабинет директора. Войдя внутрь, она почувствовала себя немного неловко. Кабинет показался ей странным и непривычным: множество портретов бывших директоров и директрис, а также различные непонятные штуковины, издававшие причудливые звуки. Всё вокруг казалось таким незнакомым. Элис больше нравилась простота и сдержанность, но почему-то ей казалось, что именно такой кабинет как нельзя лучше подходит Альбусу Дамблдору. Поздоровавшись, девушка сняла чары, вернув себе истинный облик. — Не стоило скрывать свой облик, Элис. Завтра ты всё равно станешь ученицей Хогвартса, — спокойно заметил Дамблдор. — Просто хотелось хоть немного побыть обычной, Альбус. Косые взгляды я ещё успею на себе испытать, — с грустью в голосе ответила Элис. — Ты, как всегда, слишком самокритична. Не стоит так думать, в Хогвартсе учится много хороших ребят, — попытался ободрить её директор. — Надеюсь, — тихо проговорила Элис.       Заметив её удручённое состояние, Дамблдор подошёл к ней и, улыбнувшись, участливо коснулся её плеча. За годы опеки Элис стала для него почти дочерью, и он искренне желал ей только добра. Он верил, что в Хогвартсе она обязательно найдёт настоящих друзей. — Проходи, присаживайся. Нам нужно решить несколько важных вопросов, — произнёс директор, отходя от неё и присаживаясь на винтажный диван кофейного оттенка.       Элис последовала за ним. Её взгляд невольно задержался на массивном письменном столе, стоявшем впереди. Он казался величественным и словно перенесённым из другой эпохи. Однако куда больше её внимание привлекло нечто другое, расположенное в правой части комнаты. На изящной подставке красовалось множество стеклянных колб с непонятными надписями. Её взгляд зацепился за одну из них. Присмотревшись, она прочитала: "Г. Гриндевальд". Сердце болезненно сжалось. Элис знала о запутанном и трагическом прошлом, связывавшем Гриндевальда и Дамблдора. Она представляла, насколько болезненными были для Альбуса эти воспоминания. — Итак, для начала нам нужно определиться с факультетом, на котором ты продолжишь своё обучение, — произнёс Дамблдор, возвращая её к реальности. — Да, конечно, — проговорила Элис, отрываясь от тягостных мыслей.       Дамблдор достал Распределяющую шляпу и водрузил её на голову Элис. — Хм, довольно необычный ребёнок... В тебе сочетается жажда знаний и выдающиеся способности, ты весьма амбициозна, но эмоции порой затуманивают твой разум. Вижу огромный потенциал в управлении Тёмной магией. Знаю, куда тебя распределить: Слизерин!       После этих слов шляпа замолчала, оставив Элис в тягостном молчании. Девушка почувствовала разочарование. Она надеялась, что шляпа не сделает выбор, как в случае с Геллертом. Но теперь, когда она станет ученицей факультета, известного своими чистокровными и, зачастую, склонными к Тёмным искусствам волшебниками, надежда на то, что она сможет отличаться от своего предка, начала таять. Много лет её тревожила собственная внешность. Сходство с Тёмным магом пугало её, ведь, глядя в зеркало, она видела не себя, а тень Геллерта Гриндевальда. Неловкое молчание прервал Дамблдор, который с беспокойством смотрел на Элис. — Ты расстроена? — мягко спросил Альбус, нежно коснувшись её руки. — Я просто не хочу, чтобы все вокруг думали, что я такая же, как... Геллерт. А получается, что они правы, — в голосе Элис звучало отчаяние, и последние слова она произнесла едва слышно. — Не стоит беспокоиться, Элис. Распределяющая шляпа выбрала Слизерин не потому, что ты потомок кого-то "плохого", а из-за твоих личных качеств, которые там ценятся. Слизерин – это не только рассадник Тёмных волшебников. Многие достойные люди заканчивали этот факультет. Ты очень способная ученица. Помни, только ты делаешь выбор, кем тебе быть. Я уверен, что такая прекрасная и умная девушка, как ты, добьётся многого и сделает этот мир лучше. Я всегда буду рядом и поддержу тебя. Главное, помни об этом, — произнёс мужчина с искренней нежностью и лаской в голосе. — Спасибо. Я всегда буду благодарна тебе, Альбус, — тихо и искренне проговорила она.       Ей было безумно приятно, что хоть кто-то не считает её "плохой" априори. Поддавшись порыву чувств, она не удержалась и обняла своего наставника. Объятия между ними происходили нечасто, и в этом заключалась их ценность. Каждое прикосновение родных и тёплых рук Дамблдора дарило ей чувство защиты и уверенности в своей значимости.       Дамблдор поднялся с дивана и неспешно направился к своему массивному письменному столу, возвышавшемуся на небольшом постаменте. Элис с любопытством наблюдала за ним, не зная, что он собирается сделать. Стол, словно поле битвы, был усыпан книгами, свитками, документами и бесчисленным множеством магических вещиц. Достигнув стола, Дамблдор на мгновение замер, словно собираясь с мыслями, затем обернулся к Элис и жестом подозвал её к себе. Подойдя ближе, девушка увидела в руках директора небольшую коробочку, больше похожую на старинную шкатулку. Её поверхность была испещрена непонятными символами, напоминающими руны. Казалось, будто внутри хранится нечто очень важное и могущественное. Сам предмет выглядел очень древним, словно выцветшим от времени. — Помнишь, я говорил, что когда ты повзрослеешь и я пойму, что ты готова, ты получишь нечто особенное? — произнёс Альбус, и его голос приобрёл серьёзный оттенок. — Да, помню. Но к чему ты сейчас об этом? — с непониманием взглянула на него Элис.       Через мгновение Дамблдор открыл шкатулку, и Элис застыла в изумлении. На внутренней стороне крышки был выгравирован символ Даров Смерти. Внутри же лежала она – Бузинная палочка. Девушка слышала легенды о Дарах Смерти и о волшебнике, который, собрав их вместе, обретёт непобедимую силу. Сила, заключённая в Дарах, была безграничной. Некоторые поговаривали, что если кто-то и соберёт их все, то мир уже никогда не будет прежним. Бузинная палочка когда-то принадлежала самому Геллерту Гриндевальду. Пятнадцатидюймовая палочка, сделанная из бузины и содержащая сердцевину из волоса фестрала. Среди её известных владельцев числились Антиох Певерелл, Грегорович, Геллерт Гриндевальд и Альбус Дамблдор. Уникальным свойством Бузинной палочки было её непостоянство: она не знала верности, признавая лишь силу. В отличие от большинства других палочек, которые сохраняют верность своему хозяину раз и навсегда, Бузинная палочка меняла владельца при каждом поражении предыдущего. Известно также, что отношения с обладателем играют важную роль: Грегорович пренебрегал ею, и в итоге она была потеряна. Геллерт же, напротив, очень ценил её и активно использовал, что во многом повлияло на его будущее и на то, какая сила передалась Элис в качестве наследства. Дамблдор знал, что в Элис дремлет огромный магический потенциал, который может изменить этот мир. Несколько секунд девушка не могла поверить своим глазам, думая, что ей это всё кажется, но нет, Бузинная палочка действительно была. — Я отдаю тебе Бузинную палочку, Элис, потому что верю, что она приведёт тебя к чему-то великому. Но главное, помни, что у тебя всегда есть выбор, и он имеет последствия. Даже если случится так, что выбор склонится к Тёмной магии, помни, этот путь не принесёт счастья. Всё, что связано со злобой, ложью, предательством и тому подобными вещами, не является истинным. Знай, что всегда будут те, кто любят и ценят тебя. Стремись изменить этот мир к лучшему, а не ввергать его в хаос. Огромная сила подразумевает огромную ответственность. В любом случае, я ценю тебя, и ты мне очень дорога. Давай вместе постараемся изменить мир к лучшему? — произнёс Дамблдор, и его лицо озарила нежная, ободряющая улыбка.       Принимая из рук Альбуса Бузинную палочку, Элис почувствовала, как по её телу пробегает мощная волна энергии, словно она прикоснулась к источнику безграничной силы. — Конечно, Альбус. Я сделаю всё, что в моих силах, — с твёрдостью в голосе ответила она.       Элис стала внимательно рассматривать Бузинную палочку, словно пытаясь разгадать её секреты, а затем перевела взгляд на своего наставника. Ей показалось, что, несмотря на улыбку и тёплые слова, Дамблдора что-то тревожит. Она начала понимать, в чём дело. Немного помедлив, Элис решила спросить напрямую. — Тебе, наверное, было тяжело хранить у себя Бузинную палочку, — в её голосе прозвучали нотки искреннего сочувствия. — Почему ты так думаешь? — слегка растерянно ответил Дамблдор. — Это ведь Бузинная палочка Геллерта, а точнее, его бывшего владельца. А у вас с ним связано общее прошлое. — Прошлое остаётся в прошлом, Элис, — в голосе Дамблдора прозвучала какая-то неуверенность, словно он не до конца верил своим же словам. — Но не в твоём случае, Альбус. Думаю, Геллерт тоже помнит о прошлом, связанном с тобой, — уголки губ Элис слегка приподнялись в лёгкой усмешке, и она отвела взгляд. — Кто его знает… — задумчиво пробормотал Дамблдор. — Можно задать личный вопрос? — Да. Помедлив, Элис тяжело выдохнула и подняла взгляд на Альбуса. — Каким он был? — её голос прозвучал с тихой тоской, словно она спрашивала не о человеке, а о давно утраченном рае.       Дамблдор на мгновение замолчал, его взгляд устремился куда-то вглубь себя, словно он перелистывал страницы старой, запыленной книги воспоминаний. — Умным… невероятно умным. И очень галантным. Он всегда старался найти способ побыть вместе как можно дольше, словно время утекало сквозь пальцы. — В его голосе прозвучала нотка грусти, отголосок той юношеской влюбленности, что, казалось, навсегда оставила след в его сердце. — Но это было слишком давно, Элис. Время изменило его… Его жесткость и непоколебимое стремление к власти всегда пугали меня, даже когда мы были молоды и полны идеалов. И в конечном итоге это привело… к ничему хорошему, — его глаза слегка намокли, словно он видел перед собой призрак прошлого, а голос стал тише, почти шепотом. — Жаль, что так всё сложилось, — тихо проговорила Элис, видя в глазах Дамблдора отражение боли, слишком глубокой, чтобы её можно было выразить словами. — Но уже ничего не изменить, — вздохнул Дамблдор, опуская взгляд. На его лице запечатлелась тень сожаления, осознание того, что некоторые раны никогда не заживают полностью. — Вы ведь всё ещё его любите? Просто я никогда не видела, чтобы вы были с кем-то в отношениях, — осторожно спросила Элис, чувствуя себя немного неловко, но не отступая. Ей было важно понять, что терзает её наставника.       Дамблдор снова поднял глаза, и в них мелькнула искра удивления, а затем – печальная улыбка. — Любовь… это сложное чувство, Элис. Я бы не назвал это любовью в привычном понимании. Скорее… мне просто больно от прошлого, от тех ошибок, которые мы совершили, от того, во что он превратился. Поэтому желания заводить отношения, открывать своё сердце кому-то другому, тоже нет. Боюсь, что не смогу предложить кому-то то, что он заслуживает.       После этого разговор был закончен. В воздухе повисла тяжелая тишина, которую Элис не решалась нарушить. Она видела, что Дамблдор измотан воспоминаниями. Поэтому она начала готовиться к учёбе в новом месте, стараясь не привлекать внимания к своей задумчивости. Несмотря на свои переживания, она понимала, что Дамблдор сам должен справиться со своим прошлым. Её же задача – стать достойной его доверия и Бузинной палочки.