Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 1.

- Мэтресса Стелла, прошу вас, успокойтесь. Я не отбираю у вас ученицу и не пытаюсь вмешиваться в ваши дела. Поверьте, я питаю к вам глубочайшее уважение. - А я к вам нет. Вторая реплика была произнесена сквозь зубы, сжимающие дешевую сигарету, и потому вышла особенно нелюбезной. Нимало не смутившись, его величество закинул ногу на ногу и потянул из кармана трубку: - Вы позволите? - А что вы сделаете, если я скажу "нет"? - поинтересовалась доктор Кинг. - Воздержусь, - серьезно ответил король. - Курить в присутствии дамы вопреки ее запрету - да мне бы наставник за такое как минимум голову открутил. - Лондрийское воспитание, - фыркнула мэтресса, - джентльмен не должен курить без разрешения, но вламываться телепортом когда вздумается и требовать отдать ему... - Не отдать, а предоставить на время, и только по вечерам... - Отдать мою ученицу в компаньонки вашей обожаемой подопечной, которая и так не страдает от одиночества. Ее опекает целая куча народу - Жак, Тереза, даже ваш рыцарственный кузен, - доктор Кинг непочтительно фыркнула. - Анита - не игрушка. Она шестнадцатилетняя мистралийская беженка без гражданства, без будущего, живет здесь на птичьих правах, и все, что у нее есть, даю ей я. Случись что со мной... Она должна закончить обучение, получить профессию, выучить язык как следует. Иначе она окажется на улице, как многие такие же, которые проходили через мою клинику - и в Мистралии, и здесь. Я знаю, что говорю. - Я тоже, - парировал Шеллар, - неужели вы думаете, что я бы подпустил ее к Ольге, не выяснив предварительно, кто она и что она? - Ясно, - кивнула доктор Кинг, - вы раскопали ее историю. Почему я не удивлена? Но тогда вы тем более должны понимать... - Она получит гражданство, - перебил Шеллар, - и теперь, кроме вас, о ней будет кому позаботиться. - Чего ради, объясните мне? - Во-первых, Ольга после общения с ней чувствует себя лучше, и это независимо от лечения. Во-вторых, если все получится, скоро столичная публика узнает маэстро Карлоса. Погорелый театр наконец получит хорошего режиссера, Ольга - наставника. Конечно, ставить будут в основном классику. Но кроме этого... Ольга рассказывала мне о кое-каких деталях их доверительных бесед. Я даже составил краткий список. Вот, - его величество достал из кармана блокнот и зачитал: Милый шалопай. Роковой герой. Непризнанный гений. И еще одно, последнее - Сложная натура. У Ольги хорошая память, она пересказала все подробно. Знаете, мысль мне понравилась. Взять классический образ и вывернуть его наизнанку. Из этого может что-то получиться. А нет - так нет. Сеньорита Гальяно все равно продолжит обучаться у вас, а общаться с Ольгой будет в свободное время. Никто ничего не потеряет. - Ваше величество, - прищурилась доктор Кинг, - я понимаю, вы король и можете творить что вам заблагорассудится. Но, в отличие от вас, я не получила лондрийского воспитания, я не леди и могу себе позволить говорить что думаю. Считайте это платой за мою уступку. Скажите, неужели эта Ольга так много для вас значит? И что обо всем этом думает ее величество? Шеллар улыбнулся. - Они с Ольгой близкие подруги. Будь у ее величества хоть малейшее основание подозревать что-либо неподобающее... - Значит, вы не... - Я сказал даже больше, чем положено джентльмену. Догадайтесь сами. - Но тогда почему? - Видите ли, - ответил король, - на нее не действуют кое-какие магические иллюзии, и пару раз это ее умение оказало мне большую услугу. Один раз даже спасло от довольно неприятного международного инцидента. И потом, - он снова улыбнулся, мягкой беззащитной улыбкой, - она такая непосредственная, такая искренняя, так вечно смотрит на меня снизу вверх... Я успел к ней привязаться.