Начало пути.

Дину нравился этот большой дом. Он был большим и настоящим. Совсем не похожим на те времянки, которые они с отцом снимали. Достоинством это было или недостатком, мальчику было без разницы, но такого беспорядка ему не доводилось видеть нигде. Стопки книг, газет и журналов хаотично разложены по всему дому вперемешку с пустой тарой из-под пива, виски и ещё каких-то жидкостей, которые Дину хватило ума не пробовать. А вот Сэм попытался. Было забавно, когда он сморщился и заплакал после того, как схватил маленькими ручонками одну из таких бутылок. Дин фыркнул и тут же схлопотал подзатыльник от отца. — Джон, это моя вина, зачем мальчонку-то, — проворчал Бобби и под жёстким, с укоризной взглядом, стал быстро собирать тару по дому. Дин помогал. Отголоски ли прошлого или иное чутьё, но Дину совсем не улыбалось жить в комнате на втором этаже. Что-то ему подсказывало, что здесь жил совсем другой человек и не мужчина, точно. И не ребёнок. — Дядя Бобби, а кто здесь жил раньше? — Сингер внутренне вздрогнул. — Моя жена, — ответил он и внутренне напрягся, ожидая дальнейших детских вопросов, на которые он совсем не хотел отвечать. — А она… — Дин! — Суровый голос отца заставил Дина замолчать, а Бобби с облегчением выдохнул, не глядя в глаза старшему Винчестеру. Джон же в очередной раз отметил про себя наблюдательность сына. Вокруг самого дома было полным-полно старых, полуразрушенных и полуразобранных машин. «Вполне легальный бизнес», как называл это сам Бобби Сингер — источник дохода от автохлама. Что-то на металл, а что-то на сборку гибрида из трёх-четырёх машин, что будет себе вполне бегать по сельским дорогам. Всех мальчиков в этой компании это устраивало. Джон нашёл для себя отдушину, критикуя и споря с хозяином. Впрочем, тот и не особо возражал, компании он был рад. А для Сэма с Дином это место стало своеобразной игровой площадкой. Первый инструмент для Дина: отвёртка и пара ключей. Заняться мальчикам было чем. Конструкторов вокруг полно. Правда, не на всё хватало силёнок и не всё было можно, но что мог, то откручивал Дин усердно, а Сэм складывал в одинаковые кучки. То, что он не тянул детали в рот, радовало всех. Просто никто и не знал, что проба была уже произведена и выводы сделаны — невкусно. Красивый узор, блестящая спинка. Длинная, толстенькая. Дину очень хотелось взять её в руки и посмотреть, где там маленькие, наверное, совсем крошечные, как у гусениц, лапки. Только вот красотка тоже внимательно разглядывала Дина своими глазками-бусинками. И время от времени разевала свой отнюдь не маленький ротик с кривыми и острыми, как иглы, клыками. Высунув свой ярко-красный и очень длинный язычок, предостерегающе шипела на мальчика. Лениво. Видимо, двигаться ей было ещё тяжко. Ещё выступал в её теле холмик от недавно проглоченного мышонка. И это холмик Дин тоже хотел потыкать палочкой. — Дин! Берегись! Свист, и тело змеи задёргалось в конвульсиях. Бросок отца был точен. И теперь вместо головки с бусинками у змейки красовался булыжник. — Да брось, Джон, — Бобби успокаивающе положил руку старшему Винчестеру на плечо. — У тебя смышлёный парнишка, и он осторожен. Правда, Дин? А этих гадов здесь полно. Сам понимаешь — старое железо. Они любят на нём погреться. — Я и бросил, — проворчал Джон. «Их здесь полно», отметил про себя Дин. Нужно будет попробовать, как папа. Метко у него получилось. Но для начала он изловил-таки несколько не очень крупных змеек, загнав в бутылки. Собирался создать коллекцию. Но после того, как отец всё же отчитал его за подобное хобби, а дядя Бобби сварил из этой «коллекции» суп, Дину оставалось тренироваться на змеях в меткости. А суп был вкусный.

***

В этот день мальчики остались одни. Отец запретил им покидать дом вовсе. Было досадно. Он и дядя Бобби куда-то уехали. Сказали, будут поздно. И спать нужно было ложиться без них, едва солнце скроется за горизонтом. А самое, пожалуй, странное было то, что отец оставил мальчику револьвер. Нет, конечно, они тренировались с отцом. Но оружие тот ему никогда ещё не оставлял. И одни они надолго не оставались ещё. А сегодня были даны чёткие и странные указания: не играть с оружием, Сэму не давать, стрелять в воздух для предупреждения при приближении к дому посторонних. Посторонних. За эти несколько дней сюда и так никто не заглядывал. Не успокаивало. А вдруг именно сегодня кто-нибудь придёт? В воздух? А если он попадёт в того, кто придёт? В человека? А вот от этих мыслей было холодно и совсем не радовало, что они с Сэмом предоставлены сами себе. Посторонние… Все указания выполнены. Еда съедена. Кажется, в отсутствие взрослых они умяли больше, чем всегда. Клонить ко сну стало гораздо раньше, чем солнце коснулось горизонта. Дин устал возиться с братом. Пришлось переодевать четыре раза за день. Как нарочно. И малой совсем не собирался рассматривать картинки в книгах, сидя на одном месте. Отнюдь. Норовил влезть в самый узкий уголок дома. Кормить тоже оказалось наказанием. Но наконец брат уснул. В доме было неуютно без взрослых, и мальчик вышел на крылечко с книжкой, кажется это был комикс, где были рисунки с монстрами, карандашами и листочками. Дин разглядывал монстров на картинках и старательно выводил каракули на листочках, пытаясь нарисовать похожих. Но получалось не очень. — Не страшно? Мальчик затаил дыхание. Как так он не услышал, когда к нему подошёл пожилой мужчина? Дин мысленно вспоминал, где оставил револьвер. Здесь. Под курткой сзади. — Чего я должен бояться? — спросил мальчик. — Ну страшные же. Нет? — Нет, — ответил Дин, немного отодвигаясь от незнакомца. Левой рукой нащупывая оружие, он тоскливым взглядом посмотрел мимо незнакомца на дорогу. Даже намёка на папину машину не было на горизонте. — Вы кто? — Мне нужен Бобби. Можешь позвать? Мальчик осторожно поднялся, сделав ещё полшага назад. — Вам лучше уйти, мистер. Незнакомец с горькой усмешкой посмотрел на оружие в руках ребёнка. Не особо удивился. Здесь оружие у каждого второго. И тут вдруг Дин услышал рык. Злой, угрожающий. Кажется, собачий. Очень громкий. Незнакомец на него не отреагировал, словно не слышал. Он внимательно смотрел в глаза мальчика. — Пирога хочешь? И он достал из сумки, которая висела у него через плечо, свёрток. Рык раздался ближе и яростнее, практически за спиной незнакомца. Дин отчаянно таращился то на незнакомца, то ему за спину, но никого не видел. Тут мужчина положил свёрток ближе к мальчику, а сам взял его листочек и к каракулям пририсовал несколько закорючек. Получился забавный пёс. Дин выдохнул, так как больше никто не рычал. Незнакомец поднялся: — Зайду в другой раз. Дин опустил револьвер и смотрел в спину удаляющемуся незнакомцу. Теперь ему хотелось, чтобы тот остался. Оглядевшись он вдруг понял, что солнце полностью село и сумерки сгустились. Он быстро подхватил свёрток, забежал в дом и закрыл все двери и окна в нём. С пирогом в руках в кровати, почти не раздеваясь. А папы и дяди Бобби всё не было.

***

— Кто тебе разрешил травить мальчика адскими псами? — Он мне не нужен. Мне нужен второй. А ты на что рассчитывал? Фамильяром тебе для него не стать. — Ага, — усмехнулся мужчина демонице в глаза, — почувствовала? Мальчик мог бы стать неплохим ведьмаком. — Вот ты и ответил на вопрос про адских собачек. Я проверила. Способности и чуйка у него есть, но папочка не позволит.

***

Не спалось. Дин вертелся и прислушивался к каждому шороху, вглядывался в тени на потолке. И тут он заметил красные точки-огоньки в углах комнаты. Револьвер под подушкой. Одеяло мальчик натянул до подбородка. Нет ни света, ни теней. Густой мрак. И мальчик чувствовал, что эти точки «смотрят» на него. Вдруг за входной дверью послышалось слабое поскуливанье и царапанье. Исчезли красные огоньки. Казалось, и мрак стал не такой густой. Едва Дин приоткрыл входную дверь, как его тут же облизали, а рука мальчика наткнулась на жёсткую, густую спутанную шерсть. Мальчик попытался накормить неожиданного друга хоть чем-нибудь. Он его узнал сразу. Тот самый пёс, в которого мальчик стрелял. Но как он оказался здесь? А патлатый пёс вёл себя как щенок, кувыркаясь на кровати мальчика и виляя всем телом. — Гав! — призывно выдал-таки он. — Нет, — Дин забрался на кровать и зажал пасть собаке. — Ты разбудишь Сэмми. Ещё немного повозившись, оба улеглись рядышком. Дин, пригревшись и успокоившись от волнений этого вечера, уснул, обнимая собаку. Его разбудили голоса в доме. — Джон, успокойся… — Ты серьёзно? Я сбил человека. — Нет, парень. Мы это уже обсуждали. Перевёртыш… Голоса дяди Бобби и отца. Спорят. Опять. — Я уверен, что видел, как нам наперерез бросилась собака. — Ну да. А под колёсами человек. Дин огляделся. Пса в комнате не было. Его сердечко тревожно забилось. Он очень расстроился из-за отсутствия пса, а из-за диалога дяди Бобби и отца в его груди зародилась паника. Тайком он спустился и выбрался из дома мимо двух мужчин. Импала стояла возле дома. Мальчик оглядел двор. Обошёл вокруг машины, касаясь рукой её корпуса. Собаки нигде не было. Тут он почувствовал что-то липкое на ладони. Пригляделся — кровь. На глаза навернулись слёзы. Но он быстро вернулся в комнату и забрался под одеяло. Отец же поднимется к ним. Рано или поздно. Если не напьётся. Странные всполохи стали мелькать за окном. Слёзы текли сами собой. Мальчик знал, что происходит. Догадывался. Сжигают тело собаки или человека.