Следом за тобой

      Маркус исподлобья наблюдал, за вылезающим из тени, бездомным. Его подранные и грязные лохмотья осветились тусклым светом свечей, а глубоко посаженные глаза прятались под тенью густых бровей, и создавалось ощущение, что перед ним предстал безглазый труп, пришедший попятам из помещения с горой тел.       Бездомный покачался из стороны в сторону и бросился на Маркуса, размахивая куском трубы. Его движения были настолько вихляющими, что он задел огромную цистерну. Оружие отбросило в сторону, потянув за собой хозяина. Комнату оглушил протяжный, глухой гул от пустой емкости. Маркус сделал шаг в сторону: заприметив дверь, он решил попробовать аккуратно обойти своего врага, не вступая в бой. И хотя нож он держал наготове, совсем не был уверен в его эффективности против длинной трубы.       Бездомный развернулся и замер с хищной улыбкой на губах. Кажется, он не понял, что произошло.       — Слушай, чувак, — Маркус замер и прочистил горло, пытаясь унять в голосе нотки беспокойства. — Нам обязательно драться или мы можем обойтись без этого и разойтись по разным углам комнаты? — в попытке убедить в правильности своего предложения, он закивал головой. — Сделаем вид, что никто друг друга не видел, ладно?       Ему нужно было спешить: там за стеной Грейс находилась наедине с психопатом! Маркус бы не волновался так сильно, если бы девушка выглядела более уверенно, а ее рука не дрожала под тяжестью пистолета. Более того, она замерла и позволила коснуться себя этому мерзкому существу! В любой другой ситуации, Маркус был уверен, она бы сразу прикончила своего врага. А может нет? Он не мог ничего утверждать. И его, буквально, раздирало это противоречие мыслей и нехватка информации. Если бы Грейс только позволила ему остаться — он бы помог, он бы получил хоть какие-то ответы.       Бездомный задумался, как вдруг его лицо исказил непостижимый ужас. Он отступил назад, в страхе закрутил головой, а затем тихо прошептал:       — Он убьет меня, если я пропущу тебя.       — Кто убьет? — Маркус нахмурился и указал пальцем в стену. — Тот урод в белом халате?       Бездомный открыл рот в немом крике, черный дыры глаз увеличились в размерах, казалось еще чуть-чуть, и он оглушит Маркуса истошным воплем. Но он лишь схватился руками за свое лицо и покачнулся, железная труба упала на пол с характерным звуком.       — Он убил их всех, я один остался.       — Вас же здесь было много. И никто не оказал сопротивление?       Бездомный упал на колени, сворачиваясь в молитвенную позу, утыкаясь лбом в пол. Ладони вплелись в волосы и оттянули их от головы вместе с кожей.       — Берделла, — прошептал мужчина. — Они работали вместе, а потом не поделили…мясо. Я один выжил, — он выпрямился и стукнул себя кулаком по груди. — Им нужен был помощник и я им стал, чтобы выжить.       — Понравилось убивать? — Маркус испытал еще большее отвращение к бездомному. Они все рано или поздно начинали убивать. Тяжело не превратиться в монстра, живя на улице.       Мужчина поднялся на ноги и подобрал трубу. Маркус напрягся, готовясь к атаке. Бездомный усмехнулся от такой реакции и шагнул к свече, поднимая ткань майки на своем животе. Под соитием темноты и теплого света, Маркус увидел вывернутые наружу петли толстой и тонкой кишки, желудок и еще какие-то органы. Тошнота подкатила к горлу, но он не дернулся, поднимая шокированный взгляд на "дыры" бездомного. Он смотрел на него.       — У меня не было выбора. Я стал чудовищем взамен на жизнь.       — И приятно тебе так жить? — поинтересовался Маркус, разводя руками. — В грязной помойке заброшенного здания, бок о бок с шизоидным убийцей! Ты, — он ткнул в него пальцем. — Убивал себе подобных. Людей, оказавшихся в сложной ситуации без крова над головой.       — Тебе никогда не понять, — плюнул мужчина и сжал трубу до хруста пястных костей. — И я не пропущу тебя.       Маркус мгновенно достал нож, и тот сверкнул идеально острым лезвием. Бездомный замахнулся трубой, побежав в сторону Маркуса. Маркус увернулся от удара по голове, присев на корточки, но мужчина тут же обрушил трубу на его плечо. Юноша громко воскликнул от пронзающей боли и отпрыгнул в сторону, схватившись за рану.       Ушиб или раздроблены кости?       Маркус попытался пошевелить плечом. И с облегчением выдохнул, когда получилось прокрутить им взад и вперед. Но времени расслабиться не было: на него уже бросился бездомный, закинув трубу за плечо. Юноша уперся правой ногой, готовясь совершить быстрый выпад. Ожидал, что мужчина будет атаковать сверху, но удар пришелся с левого бока, и Маркус еле успел уклониться. Он врезался спиной в стену, и над ним тотчас занесся удар. Юноша упал на пол, не осознавая, — сделал он это специально или от нарастающего ужаса. Вытянув ногу вперед, сбил бездомного следом за собой и кинулся на него с ножом. Мужчина замахнулся, и мощный удар пришелся Маркусу по лицу. Он отлетел в сторону. Трясущейся рукой дотронулся до подбородка. Кровь закапала на пол. Маркус сплюнул.       — Если ты не убьешь меня, — бездомный мужчина оскалился. — То он убьет твою подружку.       — Откуда ты знаешь, что я пришел не один?       Маркус поднялся на ноги, выставил левую руку вперед, а правую приблизил к груди, демонстрируя противнику нож.       — Вы достаточно шумные.       Маркус усмехнулся, сплевывая скопившийся во рту сгусток крови. И полетел вперед. Увернулся от одного удара, заблокировал следующий и ранил бездомного по животу, где всего недавно лицезрел ужасающие органы. Мужчина согнулся пополам и грохнулся на колени. Он обвил руками живот и… засмеялся.       Юноша поджал губы. Сердце колотилось от огромной дозы адреналина, ладони вспотели и нож вот-вот был готов повалиться на пол. Пот катился по лбу, смешиваясь с кровью на рассеченном подбородке. Маркус развернулся к двери.       — Я еще жи-и-ив, — выдавил из себя бездомный, закашливаясь.       Маркус обернулся. Мужчина попытался встать, но лишь поелозил трубой по полу. Он запрокинул голову, и лицо подсветилось свечкой. Маркус замер, увидев пропитанный болью взгляд.       — Тебе осталось не дол…       — Если я закричу, он все поймет, — прорычал мужчина.— Он тут же прирежет девчонку. Разорвет все ее внутренности, пройдется ножами по коже. Знаешь, что мы любили делать?       Маркус недоверчиво мотнул головой. Картинка не вязалась со звуком. Он должен ощущать раскаяние от приближающейся смерти, но из рта выходила лишь бешеная злоба, в которую он вкладывал последние силы. Замолчи.       Маркус шагнул к мужчине и упер ему нож в шею.       — Мы брали женщин и детей, сдирали с них кожу, смотрели, как они будут выносить разные химикаты на тканях и мясе. А потом мы выбрасывали их. Ненужный, использованный материал. Замолчи.       Маркус надавил ножом, он был готов поклясться, что увидел, как в глазах бездомного блеснула слеза.       — Томас любил женщин, особенно светловолосых. К ним он подходил по-особенному, — мужчина затрясся всем телом. — Сначала он насиловал их, а потом вырезал глаза. Складывал их в свою баночку. Так, что твоя подружка станет его очередным трофеем. Замолчи.       Бездомный глубоко вдохнул воздух:       — Спас…       Маркус резанул ножом по горлу, глубоко вонзая лезвие. Он закрыл глаза, когда из артерии плеснула кровь. Тело мужчины повалилось на пол.       Очередное убийство. Пора уже привыкнуть, Маркус.       По телу прошлась дрожь, парализуя конечности. Внутри разлилось мерзкое чувство. Хотелось стошнить, но сколько можно? Маркус почувствовал себя настоящей тряпкой. Сая готова убить, Мария готова убить, Билли готов убить, Грейс готова убить, а он все еще трясется, как девственник перед первым сексом.       Он услышал выстрелы и дернулся к двери, не понимая, как только что ватные ноги налились кровью и понесли его прочь из комнаты. Он выскочил в подсобное помещение, заметался глазами по стенам и заметил лаз в систему вентиляции. Внутри было тесно, грудь сдавливали стенки, мешая свободному дыханию. Прополз несколько метров и заметил под собой решетку, выбил ее, спрыгивая на небольшой железный мост. Уши зазвенели от активных выстрелов, и Маркус устремился к источнику звука. Спрыгнув на цистерну, он увидел впереди Грейс.       Все вокруг было усеяно кровавыми каплями, которые в красном свету казались обычной водой. Маркус чуть не упал, запнувшись обо что-то ногами: на земле, в луже крови, лежал Томас. Тело было явно бездыханным, поэтому перескочив через него, Маркус присел рядом с девушкой. Ее пустой взгляд был направлен в темноту, а лицо в разводах от пота, крови и слез. Вытянутая рука крепко сжимала пистолет. Маркус мягко коснулся ладони, и девушка, натянутая словно струна, перевела на него дуло и нажала на курок. Лицо Маркуса обдал дым. Руки затряслись, и Маркус вырвал оружие из рук Грейс, откидывая в сторону.       — Грейс! — рявкнул он, хватая ее за запястье. Заметив кровь на кисти, струящуюся из разодранной вены, он прижал к ней подушечки пальцев и сгреб девушку в охапку.       Реакция не заставила себя ждать: Грейс схватил мучительный спазм, мышцы свело судорогой, и она безмолвно открыла рот. Слезы с огромной силой полились из глаз, она попыталась вырваться, но лишь скрипнула зубами. Маркус еще крепче прижал ее к себе: надо пережать. Его глаза скользнули по ее телу: порезы мелкие, глубокие, длинные и поверхностные алели по всему телу, из ноги сочилась кровь, на ключице темнела кожа, приглядевшись, он разглядел следы зубов. Руки сжались в кулаки, и он покосился на валяющийся труп.       — Я здесь, — он часто шептал эти слова Марии, когда у той случались приступы истерики, поэтому и сейчас они дались легко. — Все закончилось, ты справилась.

***

      Маркуса волновали всего две вещи: состояние Грейс и то, как их встретят в Академии. В последнем на руку сыграло время суток. Оказалось, что на заброшке они провели достаточно много времени, и город освещался молчаливым лунным светом. В Кингз Доминион уже давно прозвучал отбой, поэтому на пороге их встретили только хранители. Они переглянулись между собой, и двое из них подскочили к девушке, перехватили ее под руки и потащили внутрь здания. Маркус метнулся за ними.       — Подождите! — крикнул он, когда перед его носом захлопнулась дверь в медпункт. По бокам тут же возникли другие хранители и оттолкнули Маркуса, скрещивая жезлы перед дверью. В душе все клокотало, но и помочь он уже ничем не мог. Рядом с ним молнией пронесся Мастер Лин.       — Директор, — обратился к нему Маркус, но мужчина даже не повел ухом.       Хранители расступились, открывая ему проход в медпункт и вновь скрещивая жезлы, как только Маркус попробовал проскочить следом за ним. Испепелив их взглядом, парень отошел к противоположный стене и практически упал на пол. Подтянув к себе колени, он сцепил ладони в замок между ногами. Адреналин резко начал улетучиваться из организма, и на тело обрушилась невероятная усталость.       Всего через пару минут в коридор вышел Директор. Глубокая морщина между его бровей сделалась еще более четкой.       — Что произошло? — отчеканил он, всматриваясь в Маркуса так, что у того заходили желваки на шее от напряжения.       — Мы были на задании. Столкнулись с психопатом по имени Томас. Грейс, —замолчал, переводя дух. — Грейс вытолкнула меня из комнаты и дралась одна. Вот итог.       С минуту Мастер Лин молча сканировал Маркуса, а затем произнес:       — Откуда получили на него наводку?       — Этим занималась Грейс. Она мне ничего не сказала.       Мастер Лин сузил глаза, сжал переносицу подушечками пальцев, расслабляя сведенные лицевые мышцы, и прислонился к стене.       — Она сложный человек…       — Это трудно не заметить, — Маркус с вызовом перехватил недовольный взгляд Мастера Лина. — Она сказала, что уже сталкивалась с психопатом, — он встал и приблизился к Директору, выплевывая оставшиеся слова. — В 12 лет.       Мастер Лин даже бровью не повел, и Маркус расстроился от такой скупой реакции.       — Если я правильно понял, то это и был Томас.       — Она прекрасно показывала себя на заданиях.       — Но в тот раз что-то пошло не так? — юноша пожал плечами, запуская руку в карман за сигаретами, совершенно забыв, что потерял их на заброшке. Настроение стремительно портилось. — Удивительно, ведь она была всего лишь ребенком.       — Она была не просто ребенком, — Мастер Лин выпрямил спину. — Ее готовили с младенчества быть безжалостным убийцей. Не думаю, что в пять лет ты сворачивал головы кошкам под наблюдением нескольких человек. Ты — кому выпал шанс, а у нее он был с самого начала. И она идеально оправдывает свое предназначение.       Перед глазами Маркуса предстало изрезанное тело Грейс. “Идеальное” оправдание нынче выглядит именно так?       — Поэтому она превратилась в чертову статую, когда увидела этого урода? Вы видели, что он с ней сделал, — Маркус исходил на рьяное шипение. — Она чуть не погибла. Ваше идеальное оружие — вы сломали своими же руками.       Директор гневно ткнул Маркуса кончиком трости в травмированное плечо. Боль разлилась по спине и отдала в ухо. Маркус втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы.       — Она — не Мария, — отчеканил Мастер Лин. — Тебе пора перестать считать, что люди не в состоянии вытащить самих себя из зыбучих песков. Займись сначала собой, а других оставь в покое. Грейс не травмированный ребенок, забитый взрослыми и прячущийся внутри себя. Она убила Томаса. Человек, который преследовал ее в кошмарах, был уничтожен ее рукой. А теперь, вместо жалости, прояви восторг, ведь она закрыла этот гештальт.       — Ценой чего? Я считаю, что уметь просить помощи — признак рационального мышления. У нее оно отсутствует.       Директор тяжело вздохнул.       — А ты сам, Маркус, просил помощи, живя на улице? Нет. Ты стремился к самостоятельности. Почему? — Маркус открыл рот, чтобы ответить, но Мастер Лин продолжил. — Не утруждайся, я отвечу сам: ты считал себя лучше их. У тебя ничего не было, но ты не терял цену самому себе. Ты мог попросить помощи у государства, но вместо этого ты принял решение гнить под мостом наравне с другими бездомными. Ты не хотел никого обременять. Это была твоя проблема.       — Здесь все по-другому, — выдавил из себя Маркус. Он не нашел других слов: Мастер Лин резал правду матку.       Директор усмехнулся. Расслабил галстук и провел рукой по волосам. Теперь он выглядел достаточно непринужденно, словно всего пару минут назад не спешил в медпункт к теряющей кровь ученице. Он вновь превратился в начиненного опытом преподавателя.       — И по кому ты судишь, по Марие? К чему привела ваша вылазка в Вегас, а к “Уроду”? Ты с тех пор ходишь точно по ножам, переживая сразу за две головы. Стоит ли еще упоминать, что твой друг Лекс до сих пор лежит в больнице с огнестрельным ранением? А ведь всего ничего — Мария попросила помощи! Так давай сожжем мир ради нее, — Мастер Лин шагнул к юноше и положил на его плечо тяжелую руку, Маркус поморщился от неприятных ощущений. — Друзья, любовь, семья — это замечательные вещи, но все они могут утянуть тебя на дно намного быстрее твоего врага.       Мастер Лин бросил мимолетный взгляд на дверь и направился вдоль по коридору.       — Надеюсь, ты убил хотя бы одного.       И был таков.       Как же легко ему говорить о смерти, будто это обычная тема для разговора. “Ну, что, как прошло убийство сегодня?”, “Ой, сегодня был отличный день для убийств!”, “Я убил пятерых человек!”.       Маркус еще раз посмотрел на хранителей. Оловянные солдатики, беспрекословно выполняющие требования начальства. Что уж там таить, сами ученики практически не отличались от них: прикажут убить — убьют, прикажут умереть — умрут. Помогут ли, если один из них будет тонуть или закроют глаза в ожидании команды? Можно ли ошибиться, если верить, что каждый может выбраться сам? Маркус не хотел проверять. Он был готов в любой момент протянуть руку любому нуждающемуся.

***

      Академия оживилась рано утром, колоколом ударяя Маркуса по голове. Он шарахался от каждого громкого звука, все больше и сильнее морща лоб. Еда не лезла в горло, тем более что от раскрытия рта начинал болеть кое-как залатанный подбородок. Поэтому Маркус сидел над подносом с едой, как прокаженный, и медленно перебирал вилкой мясные шарики. Он даже не замечал, как две пары глаз сверлили в нем дыру.       — Чувак, с тобой все нормально? — неуверенно прошептал Билли.       — Ты же сам видишь, что на него невозможно повесить ярлык “нормальный”, — Петра вытянула руку и коснулась холодными пальцами руки Маркуса. Он вздрогнул. — Связь с реальностью не полностью утрачена.       Юноша поднял глаза на друзей и вопросительно изогнул бровь.       — Йоу, чувак, — Билли задергался на месте. — Ты словно привидение увидел. Голое приведение старухи.       — Я вчера был на задании.       Петра откинулась назад, словно позади ее спины оказалась невидимая спинка, и выпучила глаза, полные жажды в более подробной информации.       — С Грейс, точно. И какого это было?       — Ну, — протянул Маркус, отбрасывая вилку в сторону, понимая, что еда его совершенно не привлекает. — Она много язвила, возмущалась и умничала.       Юноша решил умолчать об итоге их задания.       — Удивительно, — Петра скрестила пальцы и уперлась локтями о столешницу. — Мне, кстати, доводилось с ней работать.       Девушка словила удивленные взгляды и вздернула брови.       — Да, и она была лучшей напарницей. Мы вместе никого не убивали, но варили яды и практиковались в проникновениях.       — У-у-у, — протянул Билли. — Проникновения…       Петра проигнорировала товарища, впиваясь взглядом в Маркуса.       — Она была мила, узнавала все больше обо мне. В какой-то момент я ей даже открылась, а через некоторое время она отдалилась и начала тусоваться с другими учениками. Меня использовали, словно тренировочный манекен.       — Ты серьезно думала, что такая как она будет тусоваться с крысами? — Билли нервно улыбнулся и покрутил головой, осматривая разбившихся по группам учеников.       — Мы не знаем, Билли, — Петра недовольно опустила голову и стрельнула взглядом исподлобья. — Мы ни черта так и не узнали: кто она, что у нее за корни, какая у нее причина нахождения в Академии. Ты же заметил, что в деньгах она точно не нуждается, да и натренирована так, что готова сразиться здесь с каждым и выйти победителем? — девушка понизила голос. — Не нравится мне, что она вернулась. Не с проста это. Что-то назревает.       Маркус тяжело вздохнул. С каждой секундой в нем нарастало ощущение, что он очередной раз вляпался в какую-то неведомую хрень. И в очередной раз из-за женщины.       — Что за ситуация произошла у Грейс с местными? — наконец появилась возможность узнать побольше об этом упущенном моменте.       У Петры загорелись глаза, она вытянула губы трубочкой и зловеще произнесла:       — Это была самая настоящая резня… — затем она выпрямилась и повела плечом. — На самом деле, мы многого тоже не знаем. Просто в какой-то момент она начала тусоваться с объединением группировок.       — Объединением группировок? — переспросил Маркус. — Я думал, они всегда были готовы перегрызть друг другу глотки.       — Нет, тогда все было немного иначе, — Петра глотнула молока и скорчилась. — Фу. Как вы это пьете?       — В то время все были зелеными, — продолжил за девушку Билли. — Вынюхивали, присматривались. Одним словом — искали вожаков, жертв и низкосортное мясо.       — Не знаю насчет этого, но мне казалось, что они были достаточно приятными, — вставила Петра.       — Приятными? Может быть, — закивал Билли. — Но только со своими. Ну и с теми, от которых им что-то надо было получить. Уже тогда в их головы, — парень постучал указательным пальцем по виску Маркуса, и тот дернул головой в сторону избегая неприятного действия. — Было в вбито, мой дорогой друг, что в их руках есть сила и власть.       — Если это было объединением группировок, то там был кто-то и из крыс, так? — уточнил Маркус.       Билли отмахнулся и вздернул подбородок с некой гордостью:       — Не, нас они чуяли издалека.       — Было б чем хвастаться, — бросила Петра. На ее лице читалось недовольство, она всегда хотела быть чем-то большим в этих стенах. — Так вот, Грейс общалась с ними. Кто-то приходил в эту сборную солянку, кто-то уходил, но в какой-то момент образовался основной костяк из семи человек. Я уже не вспомню, как их всех зовут.       — Ну что ты, Петра! — взмолился Билли. — Это самая важная часть повествования.       — Иногда я радуюсь, что сейчас здесь нет Лекса. Вас двоих я бы не выдержала.       — Помнится мне, ты как-то говорила обратное, — многозначительно протянул Билли.       Щеки девушки залил легкий румянец, еле проглядываемый под слоем пудры. Маркус с удивлением повернул голову к Билли.       — Короче, в итоге они все пропали, Грейс вернулась вся в крови, а родителям учеников пришли головы с открытками.       Петра схватила поднос с недоеденной едой и поспешила покинуть столовую.       — Билли, блять, — Маркус негодующе накрыл уставшие глаза ладонью. — Ты спугнул единственного человека, который мог нормально все объяснить.       — Так по сути это и есть “все”, — стушевался Билли. — Мы не знаем деталей. Спроси у Грейс. Она то уж точно все расскажет, да в полных деталях.       Маркус дернулся к Билли и чуть не ударился об его голову лбом. Он тихо прошептал:       — Ты же не будешь болтать о том, что я общался с ней?       Билли нервно усмехнулся.       — Ты думаешь, что они еще не в курсе? — он посмотрел за плечо Маркуса, и тот резко обернулся.       Несколько пар глаз следило за ним, видимо, еще с тех пор, как он вошел в столовую. Их лица не отражали каких-либо эмоций, и это напрягало еще больше. Оставалось только сидеть и гадать, кто хочет позвать на свидание, а кто хочет убить.       Маркус закатил глаза. Вот бы просто лечь где-нибудь и лежать, чтобы никто не трогал. Он так устал от вечной головной боли, от вечной беготни и суматохи. Он уже не раз ловил себя на мысли, что мечтает об обычной учебе в Академии, где проблема заключается не в том, как не сдохнуть, а каким методом можно убить очередного подопытного кролика.       Взяв поднос, Маркус собирался уйти, как на его плечо легла рука, под весом которой он плюхнулся обратно на стул. Билли подскочил, но тоже был настойчиво возвращен в исходное положение. Они переглянулись. На место Петры приземлился Хуан. Под светом ламп блеснула его лысая голова. Билли точно хотел пошутить об этом, но Маркус вовремя пнул его носком ботинка, и рот друга беззвучно захлопнулся.       — Давно не виделись, крыски, — с напускной вежливостью произнес Хуан. — Как ваше ни-че-го?       — Чего тебе надо? — недовольно выдохнул Маркус. Рука, лежавшая на плече, больно сжалась. Он поморщился от неприятного ощущения. — Давай без лирических отступлений.       — Ну раз так, — он вытащил из кармана пистолет и направил его на Билли. Писк с его стороны растворился где-то в глубине. Маркус дернулся, но рука еще крепче вцепилась в него, не позволяя сделать ни одно движение. — Я хотел быть хорошим человеком, но в какой-то момент все пошло наперекосяк. Рассказывай, Маркус. Как пообщался с этой сукой Грейс?       — Мы не общались, — отчеканил Маркус, не сводя тяжелый взгляд с темных глаз Хуана.       Хуан усмехнулся, обнажая белоснежный зубы.       — Не люблю, когда мне врут, — он снял пистолет с предохранителя.       Сердце бешено заколотилось. Хуану ничего не стоило убить Билли прямо здесь.       — Ладно-ладно, спокойно, — Маркус поднял руки вверх. — Мы общались, но за пределами кампуса! Там ваше правило не действует.       Хаун довольно кивнул и поднял пистолет вверх. Билли выдохнул и обмяк, натянул нервную улыбку и продолжил вести себя так, будто ничего не произошло.       — Крысы всегда найдут лазейку, верно?       Над головой Маркуса раздался баритонный смех с мерзким похрюкиванием. Юноша почувствовал себя жалким, пресмыкающимся перед другими, существом. Он вынужден прогибаться под имеющих силу, потому что в ответ он ничего не может им сделать. Сейчас он как никогда раньше понимал желание Петры стать чем-то большим. Получить эту силу и использовать ее мудрее, чем другие власть имущие.       — Что она тебе рассказала?       — Ничего, — слишком быстро ответил Маркус.       Осознание такой откровенной лжи пришло не сразу, а лишь с вновь направленным дулом в сторону Билли.       — Да ничего важного! Просто о том, что ей не хватает общения и про свое первое задание!       Хуан вновь убрал пистолет. Его брови взметнулись вверх, а лицо озарила довольная улыбка. Маркус чуть ли не возненавидел себя за беспомощность. Хуан звонко похлопал ладонью по щеке Маркуса.       — Вот видишь, ничего страшного. Мне просто было интересно.       Он щелкнул пальцами и все, кто подошел вместе с ним, расступились. Закипая от злости, Маркус поднял тяжелый взгляд на лысого парня. Хуан поправил пиджак, пряча под рубашкой оружие. Он удовлетворительно цокнул языком, все не убирая надменную улыбку с губ. Он получил то, что хотел.       Когда вся банда ушла, Билли нервно поднял скейт и ватными ногами направился к выходу. Маркус нагнал его, но тот лишь отмахнулся и пролепетал:       — В пизду тебя и твоих ебанутых баб.

***

      Все шло наперекосяк. Нет, все валилось в огромную черную дыру, усложняя существование в стенах Академии. Только вроде выдохнули после Честера с головой Чико, как свалилась светловолосая особа, привлекающая к себе все внимание Маркуса. Она приманила и оттолкнула, но интерес от этого не угас. Он, как наркотик, вредный и опасный, притягивающий и вызывающий зависимость. Хочется еще и еще.       Все мысли Маркуса были забиты Грейс. Перед его глазами то и дело мелькали холодные, голубые глаза, а запах мяты преследовал на каждом шагу. И его это пугало. Какая-то часть сознания кричала, что так не должно быть, что это сущее помешательство на человеке. Порой Маркусу казалось, что его привлекает не столь оболочка, сколько ее тайна. Он, как чертов, Брюс Уэйн, оказавшийся в плену у Загадочника, пытался решить очередную головоломку. Но если у Брюса жизнь зависела от правильного ответа, то Маркус, наоборот, бросался в омут с головой, рискуя эту же голову там потерять.       Маркус открыл дверь, ведущую на крышу. Его тут же обдало прохладным ночным воздухом. И мир замер, когда он увидел стоящую у ограды Грейс.