Проклятие кровавого цветка

      За всеми делами Поттер почти напрочь забыл о Рождестве. Обычно о нем напоминали украшения в Хогвартсе, а в более давние и мрачные времена — запреты Дурслей на приближение к ёлке, которую троица маглов всегда украшала вместе, исключительно «по-семейному», во что Гарри совершенно не вписывался.       Сейчас держать в голове скорое наступление праздника и подготавливаться к нему нужно было самому, к чему Поттер отнюдь не привык. Если он не игнорировал Рождество как таковое, то предпочитал получать «уведомления» о его приближении с помощью посторонних факторов, какие нашлись и сейчас. В голове щёлкнуло во время курения очередной сигареты, когда за окном, куда Гарри смотрел, прошлась небольшая группка маглов, волочащая по загрязнённому снегу ёлку.       Конечно, та не шла ни в какое сравнение с пихтами, которые Хагрид доставлял в Большой зал. Конечно, на ней не было и не должно было быть волшебных золотых шаров профессора Флитвика или садового гнома в балетной пачке, который некогда прогневил близнецов Уизли… Но она послужила отличным напоминанием, после которого на душе у Поттера что-то тоскливо заныло.       Рождество. Подарки. Обычному человеку об этом нельзя было забыть.       В прошлом году гриффиндорец не праздновал, в период максимальной интроверсии потрудившись лишь расставить по углам гостиной еловые ветки в горшках и отправить подарки Рону и Гермионе. На большее его не хватило, хоть и стало немного стыдно за вечное сидение дома, когда сова семьи Уизли доставила традиционную посылку с домашними сладостями и новым вязаным свитером.       Повторения прошлогоднего Гарри не хотел — он побаивался, что столь нудное проведение одного из главных праздников войдёт в привычку. Хотя не то чтобы ему нужно было Рождество… Не то чтобы Поттер вообще понимал этот праздник. Дело было не только в нынешнем отсутствии напоминаний о нем…       Гарри в корне никогда не понимал атмосферы этого зимнего события. Даже когда он был в Хогвартсе, когда должен был понять, что тоже может иметь причастность к празднику… он никогда той не чувствовал. Рождество всегда окружал не просто ареол множества украшений, запаха ели и блеска игрушек, там всегда было нечто гораздо большее и фундаментальное — семья.       У Поттера этой семьи в нормальном понимании никогда не было. Бессознательно он всегда чувствовал себя лишним и на застолье в школе, и в доме Уизли… Он никогда не мог испытать чего-то достаточно тёплого, достаточно «нормального» в отношении Рождества.       И всё же в угоду ранней подготовки вечерняя работа была отложена. Её вытеснило составление списка покупок к Рождеству — и всё равно, что декабрь только начался и маглы с ёлкой возиться стали явно рано.       Выходить на улицу год назад казалось адом — но в этот раз Гарри был не против выбирать подарки лично, не заказывая в какой-то магической лавочке. Вероятно, из-за последнего в прошлое Рождество дом не был украшен. Поттеру повезло, что сейчас выход на улицу трагедией, как раньше, не являлся. Гарри смело внёс в список всё рождественское, о чем только мог вспомнить.       Единственное, о чем он, будучи непривычным к таким закупкам, не подумал, так это о том, что доносить все покупки одному точно являлось не лучшей затеей. Даже с учётом того, что список был не таким длинным, каким бы мог, будь Поттер истинным фанатом Рождества, нести всё одному было сложной задачей.       Если не сказать невыполнимой. Список Гарри составил без всякого труда, а вот додумать, всё доставить домой — нет. Совиная почта запасным вариантом быть не могла даже в теории — бедных птиц, которых бы еще пришлось отогревать в доме, понадобилась бы целая стая. Несколько раз ходить по магазинам, каждый раз возвращаясь на Гриммо, у Поттера не было ни малейшего желания.       Он не нашёл ничего лучше, чем принять позволившие устранить проблему противоречивое решение.       — Помнишь, я советовал тебе больше выходить на свежий воздух?       — Трудно забыть, — со всей нейтральностью, на которую был способен, отозвался Малфой, когда Гарри застал его в гостиной, где у них, похоже, уже сложилась привычка говорить о чем-то важном. В последние дни разговоры не проводились, чему отлично поспособствовала недавняя грубость, после которой Драко, как раньше, сокрылся в своей каменной броне.       — Как и тот намёк, что пора переходить от курения к другим методам, — беззлобно напомнил Поттер. Вопреки желанию так «отразить удар», он ощутил дискомфортное царапанье изнутри, когда Драко слегка поморщился.       — Что-то припоминаю, — выдал он, принимаясь с большим рвением штриховать что-то в блокноте, который мутно освещала стоящая рядом на кофейном столике керосиновая лампа, потеснившая коробочку-проигрыватель. Сейчас был вечер, медленно темнело, но свет не могли зажечь из-за догоревших до корки свеч в люстре — те сейчас как раз заменял на новые Кикимер, стоящий на высокой стремянке позади дивана и что-то неслышно напевающий.       — Так вот… — Гарри помедлил, понимая, как странно будет звучать такая не совсем рабочая просьба; он автоматически отвёл взор в сторону заката, чьи насыщенные золотом лучи просачивались в комнату благодаря отбивающему розоватое свечение свежему снегу. — Я собираюсь сходить за покупками к Рождеству, в Косой переулок, — он боковым зрением уловил, как приподнимаются брови Малфоя, но, не останавливаясь, закончил. — Тебе что-то нужно?       — Да, но… — Поттер воспользовался неспешностью настороженного говора Драко, чтобы его перебить.       — Отлично. Ты тоже идёшь, — решительно заявил он, было отворачиваясь. — Один я всё за раз не донесу — поможешь. И выберешь что-то для дома вместе со мной, — Гарри предпочёл добавить последнее, чтобы Малфою не казалось, будто он зовёт его с собой лишь потому, что требуется помощь с доставкой. Поттеру думалось, что такой подход не особо правильный. Он даже вдруг предположил, что дать Драко возможность принять участие в выборе украшений было бы неплохой идеей, ведь сам Гарри не очень разбирался в этом.       Поттер шагнул к ближайшему шкафчику у камина и зажёг свечи на нем, чтобы как-то дополнительно осветить помещение и иметь причину не смотреть на Малфоя. Но это не избавило его от услышанной после реплики.       — Выбрать? — теперь Драко заметно растерялся, что расслышавшего это гриффиндорца даже позабавило — он не помнил, чтоб когда-либо наблюдал за такой эмоцией Малфоя. Обычно тот всё же был серой безэмоциональной стеной. Впрочем, когда Гарри проявлял себя с вежливой и мягкой стороны, Драко решался показывать что-то настоящее взамен нейтральной маски, надетой большую часть времени.       — Ну, да, — подчёркнуто-буднично подтвердил Поттер, после зажжения свеч повернувшись обратно. Облокачиваясь на стол, он потянулся за лежащей там резинкой.       — Не думаю, что я тот, кто должен выбирать праздничные украшения для твоего дома, — Гарри пристально глянул на Малфоя, силясь понять, пытается ли тот ускользнуть от просьбы или же правда так считает. Драко выглядел абсолютно спокойным, хотя еще и не вернулся к рисованию, так что к окончательному выводу Поттер не пришёл, сосредоточившись на собирании волос в хвост.       — Ты в нем сейчас тоже живёшь, — выдал он первый надуманный аргумент, склоняя голову. — Да и вдобавок, — более бодро продолжил он, потуже стягивая волосы на затылке и распрямляясь, — у меня не такой хороший вкус на все эти праздничные атрибуты, тем более магические. Похоже, сказывается детство в чулане, — с толикой мрачности пошутил Гарри, маскируя в этом правду, которую только что случилось выдать Драко.       — Подозреваешь, что у меня дела с этим обстоят лучше? — звучало это как вопрос лишь наполовину. Поттеру почудилось, что Малфой настроен скептично, но это было ошибкой — Драко, уловивший чужую самоиронию, до этого в Гарри едва ли проскакивающую, отпустил насторожённость. Впрочем, Поттер, силясь уговорить Малфоя на помощь, готов был бы даже выложить правду о том, что ничего не смыслит в украшениях.       — Да, — твёрдо и без промедлений подтвердил Гарри, не отводя взгляда от Драко. Тот еще задумался, пока Кикимер спускался со стремянки за его спиной.       — Когда ты собирался? Завтра я занят навещением матери, — уведомил Драко, снова склоняясь над своей тетрадью, где пером черкал что-то неопределённое — по меньшей мере, по виду издалека.       — Можно сходить и послезавтра, — Поттер неотрывно наблюдал за движениями домовика, избегая глядеть в сторону рисующего слизеринца. — Мне не принципиально. Главное, чтоб на этой неделе, — Малфой поджал губы, что-то приглушённо промычав. Гриффиндорец был уверен — Драко думает не над свободными днями, а оценивает своё желанием идти.       — Как насчёт четверга? — не поднимая головы, осведомился Малфой, сбавляя экспрессивность движений.       — Допустим. Не думаю, что стоит идти утром — будет больше толпы, чем днём. К тому же… — Гарри запнулся, оглядывая Малфоя, но тут же плавно отворачиваясь к шкафчику, у которого только что был замечен черно-белый комочек шерсти. — Перед походом в Косой переулок нам нужно будет выспаться. — Поттер, взяв кошку на руки, отнёс её подальше от шкафа, по ящикам которого она точно планировала забраться наверх.       — Согласен. Значит, будем выдвигаться примерно в обед? — Гарри подивился тому, как Драко чётко подгадал время под возможный момент его подъёма — если Малфой был ранней пташкой добровольно, Поттер в свободные от работы дни предпочитал спать минимум до одиннадцати, будучи по режиму абсолютной совой.       — Да. Запомни это. Переместимся по камину в кафе недалеко от Дырявого котла — в том наверняка будет толпа, — рассудил Гарри, боковым зрением различив, как Драко кивнул.       — А обратно? — тот дождался, пока Кикимер с характерным треском исчезнет вместе со стремянкой.       — Обратно мы вряд ли попадём так же… — пробормотал Поттер. — Сможешь трансгрессировать на порог?       — Разве это можно сделать? — поднял недоверчивый взор Малфой, с шорохом поворачивая блокнот на своих коленях. Гарри подумалось, что, вероятно, в Мэноре и других подобных поместьях использовать трансгрессию не представлялось возможным. Но Гриммо поместьем отнюдь не было.       — Если знаешь местоположение и устройство дома — да. Появляться перед ним слишком уж рискованно — маглов на нашей улице, конечно, не много, но рисковать бы я не стал, — Драко задержался с окончательным решением буквально на секунду. Очевидно, он не был в себе так уверен, как Гарри. Последнему в своё время нередко приходилось путешествовать трансгрессией, а вот насчёт Малфоя нельзя было быть уверенным — если он и был приспособленным к перемещению в узкие пространства, малое знакомство с Гриммо могло помешать.       — Хорошо. Трансгрессия так трансгрессия, — с налётом натужной нейтральности отозвался Драко голосом, ставящим точку в разговоре. Поттер, отвернувшись и шагнув к приоткрытой двери, выпустил туда кошку. Взмахом палочки воспламеняя свечи на люстре, он почти что обрадовался тому, что Малфой не воспользовался своим шансом отказаться. Раньше того будто бы не было, а вот нынешняя просьба, не имеющая отношения к спасению Нарциссы и связанной с этим работой, отличалась от предыдущих…

***

      — Так, ладно… — растерянно пролепетал Гарри, когда вслед за Малфоем очутился за порогом камина одного из начальных заведений Косого переулка. Причиной невольного высказывания послужила метель, видная даже сквозь наполовину заиндевевшее окно, против которого стоял, отряхиваясь от осевшего на плаще пепла Драко. Подняв голову, он также ненадолго замер, узрев творящийся за окном снежный хаос.       Бродить по магазинам в компании такой погоды не планировалось — на Гриммо снег падал спокойно, не подхватываемый буйным холодным ветром и не разносимый меж немногочисленных людей, казавших нос наружу в такую погоду.       — Зато не будет так много магов, как обычно, — неизвестно для чьего ободрения заметил Малфой, становясь вполоборота к Гарри и ведя подбородком в жесте, призывающим подойти к нему. Поттер, опомнившись, двинулся вперёд, попутно торопливо вынимая из внутреннего кармана мантии заранее подготовленный список.       — Очень на это надеюсь, — приглушённо откликнулся он, проглядывая неровные строчки на листе пергамента, от которого Малфой демонстративно отвёл взор, переводя его на снег снаружи. — Ты помнишь, что мы планировали…       — Да. Ничего не меняется? — Гарри поглубже спрятал пергамент обратно под мантию, минимизировав риск, что тот промокнет от снега.       — Нет, ничего. Расходимся, покупаем своё. Встречаемся у Волшебного зверинца — и дальше за украшениями для дома, — Драко кивнул, наблюдая за тем, как Поттер первым достигает выхода.       — До встречи, — бросил он вслед, когда за спинами раздался перезвон ударившихся друг о друга колокольчиков над дверью, чей наружный порог уже успело завалить тонким слоем снега.       О том, в каком порядке посетят магазины, Гарри с Малфоем определились заранее. Отклоняться от плана из-за какой-то метели Поттер не желал, да и Драко бы себе не позволил. К тому же, Поттер был убеждён, что покупать вещи, занимающие самые первые строчки списка, должен один. Если бы они с Малфоем сперва отправились за домашним декором, то вряд ли с их сумками вышло нормально разделиться.       Гарри желал скрыть от Драко приобретение подарков друзьям, по меньшей мере наглядное — такое воспринималось слишком личным, чтоб делать это заодно с Малфоем. За остальным Поттер мог сходить и вместе со слизеринцем — не только за украшениями, но также за кормами для сов и своей кошки. Однако сугубо свою часть вещей Поттер решил приобрести в одиночестве. С Драко придётся пойти потом…       Гарри всё еще с трудом признавал, что такая компания при покупке различных атрибутов будет на руку. Но ему пришлось понять это, увидев длинные ряды подсвечиваемых разноцветными огнями табличек и вывесок, зазывающих покупателей зайти. Правда, под горой мигающих украшений порой было проблематично понять, что именно предлагали посетить…       В таком разнообразии рынка гриффиндорец, будучи один, точно бы потерялся, погрязнув в мигающей горе… Хотя в картине со снегопадом пестрые вывески и рождественские огни с венками на дверях смотрелись потрясающе, изредка подсвечивая налипающие на них снежинки. Сезон только начался, но у Поттера даже стало появляться настроение, смутно схожее с тем, в каком он пребывал в Хогвартсе перед зимними каникулами.       До нужных магазинов он добрался быстро за счёт отсутствия толпы — мало кто занимался покупками так рано, и даже те, кто это делал, сейчас попрятались в тепло различных лавочек. Даже с учётом этого, внутри первого магазина Гарри пришлось нелегко. За полтора года почти полного одиночества народ внутри не то чтобы пугал его, но точно внушал некую тревожность своим количеством. Поттер нырял между полок в поисках нужного товара, стараясь как можно меньше физически контактировать с людьми и показывать своё прикрытое распущенными волосами лицо.       Вдаривший на выходе холодный воздух казался благодатью, будучи для Гарри гораздо лучше духоты, установившейся сейчас в магазинах. Людей было мало, но каждый приносил в помещение свой запах, что смешивался со всеми другими, вызывая головокружение. Это напоминало о том, как Поттер некогда чувствовал себя в кабинете профессора Трелони.       Еще сильнее и приятнее контраст тёплого помещения и холода вьюги отразился на Гарри после выхода из Волшебного зверинца. У него он остановился, поджидая Малфоя и радуясь тому, что тот подходит позже — хотелось надышаться морозной свежестью, в которой изредка улавливался аромат сладких горячих напитков, идущий от соседних кафе, стоило дверям тех приоткрыться при прохождении посетителей.       — Извини, задержался…       — Всё нормально, — успевший отдохнуть от духоты Поттер непреднамеренно произнёс это с невиданной раньше искренностью, поворачиваясь к подошедшему сбоку Драко. На согнутом локте того висел плотный бумажный пакет мутно-зелёного цвета, украшенный рисунками фей в рождественских костюмчиках. Щеки у Малфоя раскраснелись от мороза, — видимо, дорога от последней посещённой им лавочки была неблизкой — а передняя прядь светлых волос выбилась из-под шапки. Оглядевший его Гарри на контрасте со снегом впервые заметил, какой тёплый цвет волос у Драко — почти молочный, а не отдалённо-пепельный, каким Поттер неверно его запомнил.       — Ты помнишь, я не очень разбираюсь в украшениях, — Гарри отвернулся от Малфоя, чья исчезнувшая бледность вместе с только что отмеченной деталью смотрелась для того слишком живо, отчего приковывала взгляд. — И в соответствующих магазинах, так что… — он не додумал, как закончить, но Драко сделал это за него.       — Есть лавка с украшениями в той стороне, — он указал на левую сторону улицы, и Поттер проследил за рукой, наполовину скрытой зелёной вязаной тканью.       — Да, я видел, — он повернулся в ту же сторону. — Пойдём — в случае чего разберёмся.       Драко двинулся вперёд быстрее и охотнее, чем наслаждавшийся холодом Гарри от него ожидал. Малфой приобрёл несвойственную ему бодрость, пройдясь по заснеженному Косому переулку. Даже Поттер не мог его за это винить — преждевременная рождественская атмосфера располагала.       От тепла магазина у Гарри сразу же запотели очки, а в нос ударил столь явный запах корицы, что можно было задохнуться. Он был вынужден дать себе пару секунд, чтобы опомниться, и постучать по оправе волшебной палочкой, сгоняя с линз закрывающий поле зрения туман. Драко уже успел шагнуть вперёд. Поттер в замешательстве снова застыл, имея возможность видеть.       Магазин до потолка был увешан разноцветными гирляндами, в нем всё пестрило тёплыми рождественскими оттенками. Полки со всевозможным декоративным и не только товаром были украшены сбоку венками, а перила поднимающейся ко второму ярусу лестницы дополнены пушистой блестящей мишурой. Из-под навеса, образующего пол открытого верхнего этажа, свисали ветки омелы, частично укрывающие собой рулоны яркой упаковочной бумаги, живые рисунки на которой то и дело скакали по поверхности. Почти повсюду плавно парили светящиеся огоньки, созданные из крохотных шариков света. Тут было несколько отделов-комнат, вход в которые был отмечен объёмными столбиками, окрашенными полосками в красно-белые цвета леденцов-посошков. Общая картина помещения при первом впечатлении едва ли не вызывала рябь в глазах.       Гарри смог отвлечься от его вида не сразу, а вот Малфой не удивлялся, видимо, хорошо знакомый с этим местом. Поттер был в подобном буквально первый раз. Ведь правда, он мало того, что никогда не украшал дом или комнату к праздникам, но даже не бывал в магазинах, где продаются предназначенные для этого вещи. Дурсли за такими покупками, как и за наряжением рождественской ели, не звали, хогвартские домовые эльфы на пару с преподавателями делали всю работу по украшению за него, а в год празднования Рождества на Гриммо с Сириусом всем обитателям его дома было явно не до преображения того. Про прошлый уединённый год и думать не стоило…       — Идёшь? — обернулся к Гарри Драко, снимая с себя шапку — по лбу и вискам рассыпались молочные пряди. Не будучи уложены с одной стороны, как обычно, они выглядели удивительно мягкими. Малфой бросил шапку в пакет, распахивая плотный плащ. Поттер не возражал — по одному виду магазина было понятно, сколько они проведут в нем времени, а в верхней одежде уже было жарко.       Драко уверенно шагнул вбок, снимая с предплечья яркий пакет, в который через секунду улетели и вязаные митенки, снятые с покрасневших на морозе рук. Только сейчас повернувшийся в ту же сторону Гарри обратил внимание, что рядом стоит огромная полка, поделённая на открытые квадратные секции и тянущаяся до самого потолка открытого второго этажа.       — Взять твоё? — предложил Малфой, и гриффиндорец автоматически протянул ему свою сумку с заботливо умещёнными в ней подарками для друзей. Драко, сделав плавное движение палочкой, поднял их с Гарри вещи к шкафу, удивительно точно поместив их в одно из отделений. Поттер, не знающий, как те работают, и принявший их за обычные полки хранения, отчасти удивился, когда снизу отделения выдвинулось стекло, закрывшее сумки. Вслед за этим оттуда же упал ключ с номерком.       — Вот, возьми, — Малфой передал пойманный ключ Гарри, и тот уловил в нем нечто знакомое. Ключ был с крыльями, — очевидно, чтобы после смог самостоятельно подняться на высоту и сам отпереть нужное отделение. Флитвик бы оценил, подумалось Гарри, когда он двинулся за Драко в одну из соседних комнат.       — Прежде всего нужно взять ёлку, согласен? — Поттер ненадолго замер, невольно думая, сколько еще раз за день ему придётся удивляться тому, на что слизеринец реагировал почти безэмоционально.       — Разве они здесь есть? Они же огромные, — ляпнул Гарри. Малфой искоса глянул на него, и Поттеру почудилось, что в его до сих пор румянившемся лице промелькнуло что-то весёлое. Драко забавляла его неосведомлённость.       — Увидишь, — туманно бросил он, оборачиваясь обратно и увиливая от попавшегося на пути волшебника. Тех было тут больше, чем во всех предыдущих магазинах, в которые Поттер наведывался. Но из-за размаха помещений, отдалённо напоминающего мэнорские просторы, толпе тут просто было негде образоваться. Чтобы сделать этот магазин затолпленным и душным, требовалось гораздо больше народу, что Гарри радовало.       Комната, куда они вошли по инициативе Малфоя, была уставлена такими же, как и везде, полочками. Там были одни только… ёлки. В разноцветных надписанных горшках, удивительно широких на фоне этих очень миниатюрных деревьев, размером с игрушки для елей нормальных размеров, но, как сумел заметить Поттер, совершенно различных меж друг другом по цвету, густоте или даже… виду? Прежде он никогда подобного не видел, и в первые мгновения даже не догадывался, в чем, почему и задал Драко вопрос.       — И что это? Они… — спохватился он, подходя ближе к одной из полок, — потом увеличиваются, да? — обернулся Гарри к остановившемуся за его спиной Малфою. Тот склонил голову.       — Почти. Они просто очень быстро растут. Видишь ли, — Драко подошёл ближе, вперившись взглядом в один из горшочков, где росла ярко-изумрудная маленькая версия ели, — они напитаны специальным раствором, дающим возможность подрастать буквально по часам — нужно просто начать поливать, и тогда процесс запустится. От частоты поливки зависит и размер — точности есть в инструкциях на дне горшков… — он сделал небольшую паузу. — Обычно они полностью вырастают к самому Рождеству. Мы уже многие годы пользуемся такой технологией выращивания елей, — Малфой развернулся к Поттеру, без малейшего осуждения добавив: — Я думал, ты знаешь.       — Нет, — у Гарри едва не дрогнул голос, и он поспешил отодвинуться на шаг в сторону, прикинувшись, будто выбирает, какую из ёлок выбрать — на деле для этого был еще слишком впечатлён. — Я и в таких магазинах не помню, чтоб был, — под внезапным порывом зачем-то уведомил он. Драко отвернулся обратно, не отреагировав на это заявление, чем подарил Поттеру облегчение.       — Странно, — всё же прокомментировал он, правда, снова без малейшего намёка на ехидство; напротив, в его голосе Гарри послышался налёт лёгкой тоски, причину которой он понял уже в следующих словах. — Наша семья всегда брала такие. Мы даже вырастили пару в саду, — потребовалась пауза, чтобы Поттер смог поймать истинный подтекст сказанного.       Семья. Наверно, в этом и было дело. У Гарри она не то чтобы когда-либо была. А ведь и Рон, и другие люди часто говорили «Рождество — семейный праздник». Было принято готовиться к нему и отмечать с кем-то близким, а не в одиночку. Хотя Поттер, может, отметил бы и так, будь у него желание в прошлом году. Но он даже не привык готовиться к праздникам, не то чтобы проводить их с семьёй — максимум с друзьями…       Малфой, похоже, был и в этом его противоположностью. Это улавливалось даже вопреки тому, что он ничего не говорил о подготовке, пока это не начал Гарри. Драко даже сейчас не особо выражал эмоции от вида гор праздничных ёлок и других украшений, заполнявших магазин, но в самой его позе, расслабленности и естественности в подобном окружении крылась выдающая его капля живости. Кажется, Драко был семейным человеком, и нынешнее отсутствие этой семьи, возможно, заглушало и в нем дух праздника.       Поттер сам не понял, как пришёл к этому мгновенному заключению. Гермиона была права — Малфой любит свою мать, с которой наверняка проводил множество времени, уезжая из Хогвартса на Рождество и празднуя его в семейном кругу. Гарри, знакомому с такой традицией лишь со стороны Уизли, бывших противоположностью Малфоям, было всё еще крайне сложно представить Драко в такой обстановке, о которой он подумал, когда тот выговорил «наша семья». Хоть и с прикрытой тоской, но как-то… по-особенному, с какой-то слишком человечной эмоцией. Так сам Поттер бы никогда не сумел сказать.       — Выбирай, — бодро бросил Малфой, вырывая Гарри из потока мыслей. — Но смотри на размер, — наставил Драко, может, и впрямь не заметив секундного отлучения Поттера в мир размышлений, — он указан на этикетке, — бледный палец остановился на одной из таких.       Гарри, последовав чужому совету, принялся ходить вдоль полок, пока Малфой подался назад, выглянув из комнаты. Если Драко впрямь «семейный человек», как он мог быть таким серым, каким виделся Поттеру? Ведь серость и недавно различённая эмоция совсем не вязались.       Гарри решил отложить сложные предположения на потом, подобрав приглянувшуюся ель, которая, к тому же, неспособна была проломить итоговым размером потолок гостиной.       — Выбрал? — обернулся Малфой, когда гриффиндорец приблизился к яркому дверному проёму. — Отлично. Что следующее?       Поттер задумался. Ему правда пришлось это сделать из-за того, что он едва не забыл, зачем они пришли. Но даже спустя полминуты молчания первым, почти единственной идеей, что посетила его, был…       — Рождественский венок, — вымолвил он, направившись за Драко, тут же сориентировавшемуся и махнувшему в сторону нужной полки, чудом найденной среди обилия других. — Может, нужно даже больше — для разных комнат…       — В таком случае, один должен быть больше и пышнее — тот, что будет основным.       — На входной двери, — сам догадался Гарри; Малфой ему утвердительно кивнул. — Хорошо, тогда выбери какой-то для себя.       — Ладно, — протянул Драко, отходящий в сторону от Поттера, приглядывающегося к самым большим венкам.       Те выбрали довольно быстро — с этим праздничным атрибутом Гарри был знаком хорошо. Несколько пышных рождественских украшений в компании сиреневого горшка с маленькой ёлкой внутри были помещены в вызванную Малфоем корзину, самостоятельно летевшую вслед за её обладателями. Те двинулись к занавеси из множества дождиков вроде того, который украшал перила лестницы ко второму этажу.       — Правда хочешь купить это? — Поттер, расслышав похожую характером на пренебрежительность нотку в голосе Драко, развернулся к нему, не отнимая руки от одного из широких дождиков, к чьей стене подошёл вплотную. Малфой стоял поодаль, приглядывая за парившей на уровне его плеч корзиной. Гарри пожал плечами.       — Да, а что?       Действительно, что плохого было в простых дождиках, которые он множество раз видел висящими в гостиной Дурслей? Пускай в магическом мире они были довольно дешёвыми за счёт отсутствия волшебства.       Драко шагнул к нему, еще сомневаясь в выборе. Отодвинув стену из дождиков, он приоткрыл путь в совсем уж маленькую, пустую от людей комнату, увешанную теми же пушистыми украшениями, среди которых было разбросано множество вездесущих разноцветных огоньков-светлячков, составляющих всё тусклое освещение. Махнув Поттеру, Малфой нырнул за пёструю занавесь. Гарри сделал то же, вмиг очутившись в полутьме.       Слизеринец обвёл комнатку палочкой, и хаотично размещённые огоньки устремились вверх, сбившись в мерцающую пестротой тучку и собрав из себя нормальный источник освещения.       — Раз уж хочется, лучше выбрать из этих, — Драко приподнял один из дождиков, чьи края буквально сияли золотом — оказывается, свет здесь шёл не только от огоньков. На концах туго сбитой мишуры собрались светящиеся блёстки, опадающие с неё, но исчезающие уже на полпути к полу. Поттер ненадолго замер, заворожённый тем, как крохотные частицы, по форме напоминающие звезды, воспаряют в воздух, постепенно рассеиваясь, но перед этим создав волшебное свечение.       — Возьму её, — заявил он. В полумраке было не разглядеть, но у узревшего восхищение Гарри такой простотой Малфоя дрогнули уголки губ.       — Погоди, — ровно предостерёг он, отпуская мишуру, на пару секунд оставившую за собой в воздухе золотистый след. — Ты собираешься украсить в первую очередь гостиную, так?       — Ну да, — отмахнулся Поттер, уже отходящий к другим гирляндам. — А какая разница?       — Если мы возьмём то, что хорошо смотрится здесь, не факт, что это же будет хорошо смотреться в доме, — Гарри встал лицом к Драко, слегка нахмурившись. О сказанном им он сам и не подумал.       — Почему?       — Ну, смотри, — начал Малфой, чуть обернувшись. — В гостиной довольно тёмные обои, если что и брать туда — явно что-то светлое, чтобы не сливалось и играло на контрасте. К тому же, — добавил он, когда Поттер хотел было вставить контраргумент, — освещение там всегда очень уж тёплое — при нем золотистые огоньки едва ли будут так хорошо заметны, как в здешней темноте. Лучше взять что-то другое.       Гарри тут же передумал возражать. Кажется, это был первый раз, когда он был готов признать, что Драко сделал справедливое замечание, о котором сам Поттер не догадался бы — среди многообразия украшений повода думать о мелочах не представлялось.       — Что предлагаешь? Что, по твоему мнению, подойдёт? — Гарри сам удивился тому, что не употребил какую-то язвительную интонацию — обычно, даже если это не требовалось, всё равно непреднамеренно проскальзывало в речь.       — Э-э… — растерянно пропел Драко, замешкавшись от того, что Поттер переложил выбор украшения на него. — Вместо блёсток подойдут те, что со снегом, — он ступил шаг назад и взял сразу тройку дождиков с серебром на концах — мишура скользнула по раскрытым ладоням с едва слышным шорохом. Гарри пригляделся — покрытия впрямь являлось не серебристыми блёстками, как показалось, а крохотными снежинками, отличающихся от недавно виденных на улице лишь отсутствием холода более чёткой формой. Приглядевшись, можно было различить их геометрические очертания, столь же уникальные, как у настоящих снежинок.       — Ладно, — Поттер шагнул за слизеринцем, рассматривая мишуру разной степени пушистости или длины с расцветкой. — Следуя твоей логике, нам подойдёт… пожалуй, это, — он показал более матовый дождик сине-голубоватого цвета всё с теми же снежинками, опадающими с него и приглушённо мерцающими серебром. Драко согласно кивнул, одобряя выбор, и взмахнул палочкой, после чего пара длинных дождиков плавно упала с потолка на руки Гарри, который осторожно сложил гирлянды слоями.       — Рождественские сапожки? — вопросительная интонация была употреблена рефлекторно. Похоже, Поттер уже привык спрашивать малфоевского совета в этом помещении. Они покинули крохотную комнату.       — В той стороне, — Драко повёл рукой в сторону полок у самого входа. Там и правда висело множество различных вязаных сапожков всевозможных расцветок. Особо выделялись четыре верхних ряда, в каждом из которых носки были отобраны по цвету: красному, жёлтому, зелёному или синему. Поттеру в первые же секунды подумалось, что это — дань уважения Хогвартским факультетам, что подтвердилось, когда он разглядел классический герб на каждом из главенствующих в своём ряду носков.       Стараясь не видеть них, Гарри при приближении к полке взял первые попавшиеся нижние сапожки, которые, в отличие от факультетских, были развешаны в хаотичном порядке. Он забросил пару взятых носков в корзину, всё еще парящую у Драко.       — С основным покончили, — заключил Поттер, отворачиваясь от полки и двигаясь в сторону от входа. — Еще нужно, м-м-м… — признаться, он теперь действительно не имел понятия, что еще нужно. Гриффиндорец в очередной раз оглядел пестрившее товаром помещение, но глаза разбегались так, что Гарри едва ли был способен высмотреть то, что мог купить. Малфой, поймав волну замешательства Поттера, подсказал:       — Как насчёт тех огоньков, которые летают тут? — он указал на парившую прямо над ними горстку светлячков, плавно дрейфующих по углам комнаты. Гарри был абсолютно не против того, чтобы такие крохи света были разбросаны в воздухе дома на Гриммо — хотя кто-то, может, и отказался бы от такого, сочтя непредсказуемое расположение огоньков слишком беспорядочным. Но ведь для Поттера беспорядок был вполне приемлем, так что он, углядев шкафчик с такими огоньками, почти без раздумий отправился туда.       Шкафчик в сравнении с другими был маленьким — не выше Гарри. Одинаковые коробочки там были наполнены разными по цвету и размерам огоньками, но меньше всего осталось упаковок, где такие светлячки все были разнившиеся — и по цветам, и по размерам.       — Как насчёт этих? — Поттер поднял одну из таких коробочек, отводя руку, чтобы остановившийся сзади Драко увидел его выбор.       — Бери несколько, — кратко посоветовал тот, но, когда Гарри уже забрасывал упаковки в корзину, добавил, осмелев: — Думаю, нам нужно больше зелёных.       — Почему? — приподнял Поттер брови, на мгновение замирая.       — Контраст, — напомнил Малфой. — Большая часть тех, что в смешанных наборах, светлые и тёплые. При естественном освещении хорошо, а при том желтоватом, что будет вечером — не очень. Зелёный разбавит их, — Гарри безразлично пожал плечами.       — Бери, — Драко, как и Поттер недавно, задержавшись на какое-то мгновение, потянулся за коробочкой с почти наименьшими среди всех размеров огоньками оттенка летней листвы. Малфой забросил его в корзину, наблюдая за тем, как Гарри отворачивается, чтобы снова обвести глазами бесчисленный ассортимент.       — Что ж, это всё, — не совсем уверенно выговорил он. — Или… — тут его взгляд метнулся к Драко. Их глаза столкнулись, и Малфой, поняв недоконченную вслух мысль Поттера, повернулся в сторону небольшого отдела, прятавшегося неподалёку.       — На самом деле я думал над еще одним, — он боковым зрением уловил, как Гарри с готовностью подходит ближе. Уж чему, а малфоевскому вкусу в украшениях он впрямь был готов довериться. Другого эксперта рядом не было, если не считать работников, чьих красных укороченных мантий вокруг было не счесть. Но согласовать всё с Драко было проще — и, как оказалось, не так плохо.       — Обычно я беру ароматические свечи, чтобы зажигать в преддверии к тем или иным праздникам, — коротко поведал Малфой, когда они проникли в одну из очередных комнат. По обонянию тут же вдарило разнообразие приятных запахов, чьему распространению не особо мешали застеклённые полочки, многие из которых уже были открыты стоящими тут волшебниками. Среди царившего смешанного аромата улавливались и тыквенные пироги, и ваниль, и свежесть еловых веток, и даже всё та же, присутствующая в магазине повсеместно, корица.       Не сказать, что слияние всех запахов было прям таки ужасно — скорее, из-за их обилия общий воздух казался слишком уж пряным и плотным, что было терпимо.       — Ох, — Драко едва уловимо поморщился. — Вообще, здешние работники должны периодически искусственно проветривать помещение, но кто-то явно забыл о своей обязанности… Меня бы за такое уже уволили, — вдруг обронил он. Гарри, было усмехнувшись, завис в замешательстве.       — Что, прости?.. — Малфой покосился на него, поджав губы при понимании, что выдал лишнее.       — Я работал в подобных магазинчиках. В них же закупал декор для других… Это неважно, — в подтверждение этому Драко быстро переключился. — Ты обычно зажигаешь свечи по бокам камина. Что насчёт того, чтобы просто заменить их на эти? — Драко указал на продолговатую полку с расставленными на ней свечами простой формы. Другая часть была гораздо более вычурной и декоративной, чем эти вполне классические свечи, отличающиеся от обычных разве что расцветкой — вместо желтоватого или белого та была пастельной, разных цветов и порой даже с лёгкими узорчатыми насечками, почти незаметными, но всё же в какой-то степени украшающими.       Поттеру подумалось, что именно такие свечи он бы и купил сам — ведь, и правда, было гораздо проще переместить их на место обычных, которые он и так часто жёг, нежели взять какие-то широкие, декорированные. Они были, несомненно, более эстетичные и красивые, однако их он точно обделял бы вниманием, оставляя пылиться на полках.       — Идёт. Только выбери менее яркие запахи — не хочется случайно получить эффект здешней духоты…       Малфой хмыкнул, отодвигая стекло, закрывающее ряд свечей. Пару минут просматривая этикетки, Драко выбрал около четырёх пар.       — Вместится по одной на каждом шкафчике, между обычными — и аромат явным не будет. Договорились? — развернулся он к Гарри. Тот кивнул, и Малфой поместил взятые с полки свечи в как раз подплывшую к нему корзину. Когда Драко возвращал стекло на полке обратно, Поттер понял, что сперва беспокоящий его запах из смешанных в воздухе ароматов разных свечей перестал быть заметен.       Почему — он понял только когда подходил оплачивать набранное. Дело было отнюдь не в том, что пришлось находиться в стороне отдела, где свечи были почти нетронутыми.       Мята. Всё еще не резкая, совсем слегка сладкая, она выделялась на фоне других ароматов, отчего-то не смешиваясь с ними в единую хаотичную картину, а напротив, обращая всё внимание на себя. Другие запахи на фоне того, что исходил от Малфоя, почему-то померкли. Неизвестно, было ли дело в том, что Гарри автоматически стал воспринимать лёгкий мятный аромат чем-то уже знакомым, на чем и стоило сконцентрироваться, отодвинув на второй план всё другое, что смешалось в отделе со свечками. Поттер не понял этого полностью, да даже и не особо пытался, предпочтя переключиться в сторону от этих странных мыслей…       — Вроде неплохо, — скромно заключил Драко, когда они вышли из магазина в прежний холод. Мороз и вьюга с силой ударили в лица, стоило казать нос наружу. Гарри с Малфоем отдалились от входа, ненадолго остановившись, чтобы привести в порядок второпях хаотично рассованные по пакетам покупки.       — Никогда не думал, что подобные магазины настолько роскошны, — признался Поттер, стараясь не слишком придавить рождественскими венками свечи на дне нового пакета. Драко тем временем осторожней укладывал мишуру в своём.       — В таком случае, удивлён, что мы не ушли домой со всем его ассортиментом, — весело и вновь отнюдь не ехидно откликнулся он, распрямляясь и вешая лёгкие пакеты себе на руку, на другую помещая тот, с которым изначально пришёл к Волшебному зверинцу, и что был явно потяжелее.       — Идём вперёд в тот же бар — оттуда и домой, — бросил Гарри, было думая никак не комментировать сказанное Малфоем. Первым справившись с наведением порядка в покупках, тот подождал Поттера. Шагая вслед за успевшим отойти Драко, последний заметил, что молчание после переговоров в магазине стало ему претить. Долго молчать он бы не смог, особенно неся сумки, хоть и облегчённые заклинанием, но не так просто удерживаемые из-за обжигающего пальцы мороза. Гарри терпеть не мог заморачиваться с надеванием перчаток, но сейчас жалел об этом. Резко захотелось как-то разбавить дорогу к тёплому пабу, из которого можно было вернуться на Гриммо — ведь дорога была отнюдь не краткой.       — Мы бы и ушли с гораздо большим, если бы я сейчас зарабатывал сам, а не тратил деньги, оставшиеся с наследства, — как ни в чем не бывало продолжил разговор спустя минуту гриффиндорец, на что еще шедший впереди Драко не выказал ни малейшего удивления.       — Разве работа, которой вы занимались со Северусом, не оплачивается? — он подождал, пока Поттер не будет идти с ним на одном уровне. — По меньшей мере, лекарственное зелье, над усовершенствованием которого вы работали раньше, вроде как, должно было спонсироваться Мунго, — припомнил Малфой, шагая по скрипящему снегу уже рядом с Гарри. — Неужели тебе ничего не перепало? — Поттер неровно пожал плечами, поправляя пакет в замёрзших пальцах.       — Вообще, тогда нет… Мунго выделяли деньги на одного только Снейпа, не планируя, что ему будут помогать. Я же не хотел особо высовываться, не заявлял о том, что тоже буду принимать участие. Так что в тот раз я работал на чистом энтузиазме, — Поттер невольно вздрогнул, когда услышал чужое восклицание, перекрывшее шум снежного вихря, по-прежнему властвующего на улице.       — Но ведь… так нельзя!.. — Драко был явно ошеломлён, причём в негативном ключе, что заставило Гарри посмотреть на него. — Тебе должны были заплатить, разве нет?       — Ну, они пытались, когда журналисты пронюхали о нашей со Снейпом работе, но мне так не хотелось заморачиваться, что я предпочёл откреститься, — Поттер, не отрывающий взгляда от Малфоя, с лёгким весельем заметил, что это признание, похоже, вызвало у того еще большее недоумение, что читалось в выражении лица.       — Ты… ты что, шутишь? — Драко рывком откинул лезшую в глаза прядь волос, что трепалась ветром. — Я понимаю, геройство — вредная привычка, но не должна же она быть настолько пагубной…       — Почему обязательно пагубной? — Гарри не мог свести глаз с Малфоя, вспыхнувшего эмоциями. Ранее такие вспышки вызывали удовлетворение, но доведение Драко до злости потеряло привлекательность с прошлого раза. Поттер не думал, что проявление Малфоем какой-то «живости» еще способно чем-то привлечь, но, похоже, если та не была негативной, такое было возможным. Поэтому в глубине души Гарри испытал укол досады, когда Драко поуспокоил эмоции. Поттер медленно отвернулся обратно к дороге.       — Нельзя так просто упускать возможность получить деньги, — твёрдо, хоть и не слишком резко заявили ему, со слышным шорохом поправляя тяжёлый пакет на руке. — Ты и так нормально не работаешь, так еще и отказываешься от зарплаты за свои труды…       — Мои труды не такие и большие, — невольно вырвалась у Гарри его правда. Он пожалел о сказанном, поняв, что сейчас выставил напоказ истинное мнение о себе. Он правда не считал, что делает что-то так уж помогающее Снейпу, хоть нередко и ворчал по поводу того, что бывший профессор даже почти не говорит ему «спасибо». Малфой искоса глянул на демонстративно игнорирующего его Поттера. Тот уже стал ждать каких-то язвительных замечаний под этим взором, но Драко на удивление спокойно, и, кажется, даже искренне выдал:       — Так или иначе, за них хотели заплатить — значит, чего-то да они стоили. И отказываться от такого…       — Послушай, — Гарри перебил слизеринца довольно резко, но, случайно столкнувшись с ним взглядами, запнулся, а затем и вовсе рефлекторно приглушил выразительность тона, — если у меня и без этого есть деньги, а получение новых может обернуться излишней публичностью или заморочкой — мне они не нужны. Начну работать официально — тогда буду думать о зарплате и всяких возможностях. Но не сейчас, — четко и коротко высказал свою позицию он, заставив Малфоя ненадолго замолчать.       Поттер даже подивился тому, что тот не стал возражать. Ведь, как он уже понял, Драко материальное состояние действительно было важно. Гарри за время недолгой тишины, нарушающейся лишь воем ветра вместе с отдалённым звоном или пением волшебных колокольчиков над дверьми лавочек, успел догадаться, что вряд ли Малфою было так просто получить ту работу, где он был раньше. Учитывая тогдашнее положение Малфоев, едва ли Драко было так легко зарабатывать, как Поттеру. Второй имел подушку безопасности в виде наследства или, в самом крайнем случае, друзей, мог без труда устроиться или обучиться почти любой работе — кто будет против иметь контакт с героем?       У Драко не было ни первого, — спасибо суду, взявшему с Малфоев объёмную денежную компенсацию жертвам Пожирателей — ни второго, и если образование ему удалось выбить вопреки испорченной репутации, то устроиться по специальности та ему уже не дала, и даже обычную, не требующую особых навыков работу найти было крайне сложно.       Гарри всё еще упорно продолжал считать отбывание Малфоем старого наказания заслуженным. Не вглядываясь в детали, он вообще мог считать что угодно, но едва ли то было правдой, если бы собранный пазл составлял полную картину. Той Поттер еще не видел, лишь иногда высвечивая для себя отдельные крохотные частицы — и даже те были пока крайне мрачными.       — Да, наверное, — вдруг послышалась тихая, глухая речь, заставившая Поттера вынырнуть из мыслей, было не потопивших его во тьме. — Тебе подходит отказываться от дополнительного вознаграждения. У тебя есть такая возможность, — Гарри нахмурился, не понимая, крылось ли за спокойной манерой речи что-то помимо адекватной мысли, которую только что вымолвил Малфой.       Складка меж бровей Поттер сама собой разгладилась, когда он различил в лице Драко усталость, проявившуюся под спавшей маской нейтральности. От лишнего замешательства его спас попавшийся на глаза магазинчик.       — Черт, совсем забыл… — Малфой остановился, расслышав это, а Гарри поставил пакеты на землю, неохотно подчиняющимися пальцами пытаясь нащупать мешочек с монетами в одном из внутренних карманов. Драко повернулся к лавочке за несколько метров от них, которая была причиной отвлечения Поттера. То был магазин табачных изделий. Малфой покосился на Гарри, пряча руки в карманы — даже его митенки не спасали от мороза.       Поттер вдруг застыл, поморщившись от нахлынувшего понимания своего положения. Признаться, он в принципе не планировал ходить за сигаретами — но те, на зло ему, закончились буквально за день до запланированного похода по магазинам. Гарри, прежде всегда анонимно заказывающий их и обычно ждущий доставки несколько дней, решил, что проще будет в этот раз сделать приобретение лично. В список это включено не было, отчего Поттер о планах забыл, пока на глаза не попалась знакомая лавочка из каталогов товаров, которых у него накопилось множество — всё вместо магазинов в их обычном виде.       Сейчас он осознал, что войти так просто, как в предыдущие лавки, едва ли может — мешало то, что он уже давно прятал свою вредную привычку не то что от общества, а даже от друзей. Вместе с этой заминкой, о которой Гарри не удосужился вспомнить ранее, на него давило еще и то, как часто он в последнее время тянулся за сигаретами. Маловероятно, что ему было бы так уж легко продержаться без них те возможные несколько дней, которые пришлось бы ждать, откажись он от начальной идеи и сделай заказ из дому.       В пылу хаотичных размышлений Поттер вспомнил о стоящем рядом Малфое. В голове мигнуло подобие лампочки. А ведь слизеринец, будучи единственным осведомлённым о курении Гарри, может этим принести пользу…       Решение было принято почти незамедлительно.       — Малфой, — Поттер, вытянув немного монет из кошелька, спрятанного обратно во внутренний карман плаща, шагнул к Драко, — сможешь выполнить небольшое поручение? — тот, обернувшись, вскинул брови.       — Что? — Гарри набрал в грудь воздуха, думая над формулировкой просьбы, но складка на лбу Малфоя внезапно разгладилась, когда он уловил что-то в выражении Поттера. — Сбегать за тебя в табачную лавку?       Гарри, было открывший рот, подавил удивление.       — Будь добр, — пробормотал он. Драко без лишних вопросов протянул ладонь за деньгами. За его молчание Поттер был благодарен — по крайней мере, так ему было менее неловко, нежели в ситуации, где пришлось бы самому озвучивать, что он хочет. Гарри опустил в руку Малфоя горстку сиклей.       — Красная с белым упаковка… — было стал уточнять он, пока Драко поправлял висящие на запястье пакеты.       — Вишня? — не глядя на Поттера, догадался тот.       — Да, — не теряя лица, подтвердил гриффиндорец. Малфой твёрдо кивнул, развернувшись и двинувшись к небольшой лавочке.       Гарри отвёл взор от его темной среди снегопада фигуры, поплотнее запахивая плащ и пытаясь согнать лёгкую неловкость. До чего он докатился, что уже просил Драко покупать ему сигареты… Хотя Поттер всё еще считал, что этот вариант был лучшим по сравнению с тем, где он сам прошёл в магазинчик, где его наверняка бы узнали.       Казалось, что такого в том, что кто-то бы проведал о его присутствии в табачной лавке? С чего бы вообще кому-либо решать, что он там ради себя, а если и так, то в чем проблема? Может, в том, что он — Гарри Поттер, а не рядовой клиент?       Гарри и сам не знал об этом ничего более того, что привык скрывать привычки, способные выставить его не с лучшей стороны. Прежде всего, конечно, от друзей, не желая исполнения древней магловской пословицы о перенятии привычек. Потом уже шло сокрытие и от общественности — если слухи расползутся, всё дойдёт и до близких, тогда уже пагубная привычка откроется и им. Зависимостью Поттер почему-то назвать это не решался, да и не мог. Он был убеждён, что, избавившись от загруженности, избавится и от частой компании сигарет, но пока такой возможности не представлялось, говорить было не о чем.       Гарри приглушённо шмыгнул носом — холод начинал одолевать. Стоило подумать о том, когда Малфой выйдет из магазина, как послышался тихий звон колокольчиков, и тот показался за порогом табачной лавочки.       — Спасибо, — автоматически поблагодарил Поттер, когда Драко передал ему пару хорошо знакомых по виду пачек. Гарри забросил их в один из своих пакетов, после подняв те с земли и направившись вслед за Малфоем по заснеженной улочке.       — Обращайся, — отозвался тот, стягивая свои вязаные митенки поближе к было привыкших к теплу пальцам, — если вдруг понадобится еще что скрыть от общественности, — хмыкнул он.       Это можно было бы принять за небольшое издевательство, но Поттеру только стало легче от такого подкола. Могло ли это быть ободрением?.. Гарри не мог поверить, что после недавнего у него складывается о Драко неплохое впечатление.       С одной стороны, это чудилось весьма странным, поскольку можно было бы предположить, что после старой перепалки Малфой откровенно озлобится и будет хранить это продолжительное время. Но стоило Гарри попытаться обращаться с ним нормально — как вся твердость предполагаемого внутреннего раздражения Драко сошла на нет. Это действительно казалось чем-то нереальным…       Не будь Поттер столь остр на язык, едва ли бы между ними с Малфоем возникали бы стычки. Едва ли бы сейчас нормальное поведение того после них казалось бы странным. Всего это разом не было бы, воспринимай Гарри Драко изначально как простого человека.       Гриффиндорец не мог себе этого позволить, даже с учётом того, что прошло более двух лет, относясь к Малфою так враждебно, словно он всё еще был таким, каким являлся в школе. Гарри считал, что он всё еще был таким, какую бы вежливость не выказывал наружу. Он думал, что ведет себя соответственно Драко, думал, что достаточно его знает, чтобы об этом соответствии судить.       Он допустил ошибку. Гораздо большую, чем ту, о которой только что понял. Понял Поттер только что то, что Малфой действительно больше не тот, каким представлялся. Внутри него не было такого рьяного зла, которое могло бы загореться.       Предполагая наличие последнего, Поттер не мог представить, что Малфой может быть живым не только в ранее активно проявляющейся агрессивной резкости, но и в чем-то обычном. Он банально мешал себе же это увидеть.       Сейчас, терзаясь колким холодом, не то чтобы было уместно о таком думать…       И всё же Поттер подумал. Недолго, на долю минуты, но этого хватило, чтобы в глазах Гарри прояснилось вопреки вставшей снежной пелене.       Да даже он сам с момента возобновившегося общения был гораздо серее Малфоя, гораздо холоднее и едва ли не мертвее по отношению к тому. Он сам был более агрессивным и недоброжелательным, нежели Драко. Он сам больше пускался чуть ли не в жестокость и игнорирование тех человеческих черт Малфоя, что проглядывались за его вежливостью даже в самом начале.       Сам Поттер сейчас на секунду посмотрел на старый шаблон, каким видел Малфоя, почти как в зеркало.       — Малфой, — Гарри рывком остановился, даже не заметив, что тот сделал то же самое даже первее его. Драко, успевший выйти вперёд, обернулся.       Румянец на щеках Малфоя стал насыщеннее от мороза, белый свет дня, отражающийся от снега, осветлял его лицо, отчасти пряча своей яркостью темноту залёгших под глазами теней; пересохшие губы были сжаты сильнее обычного, а на и без того светлых ресницах и волосах осели несколько снежинок, правда, тут же растаявших от соприкосновения с чуждым им теплом.       Гарри понял — сейчас он не сможет выжать из себя чего-то дельного. Мысли были пусты после недавно посетившего их крохотного проблеска.       Поттер всё же успел вспомнить замеченный им взгляд Драко на ближайший магазинчик, напротив которого тот и остановился. То была кондитерская Шугарплама, главная в Косом переулке.       — Что т-… — Гарри замолк, когда Малфой прервал его, видимо, приняв изначальное обращение к себе за претензию к тому, что он остановился, тормозя их.       — Увидел новые засахаренные крылья бабочек от мадам Борболеты, — нейтрально уведомил он, движением подбородка указав на прилавок и уже было разворачиваясь обратно к улице. Поттер не обратил на его намерение уйти никакого внимания, и созревшее в голове решение было принято им почти незамедлительно. Он шагнул к Малфою, преграждая тому путь и деланно-бодро начиная:       — Давай зайдём — вообще, я думал над тем, чтобы купить больше сладостей к Рождеству…       Он солгал. Поттер не смог бы сейчас выразить понятое ничем лучше, чем готовностью позволить Малфою выбрать в кондитерской всё, что угодно. И самому купить это «всё», что выберет Драко для общей кладовой дома на Гриммо.