• Когда я умру, петь продолжат птицы •

      Держась одной рукой за ладонь Джинни, а второй за ручку кассетного магнитофона, Дилан позволял ей вести себя, не задавая лишних вопросов. Негромко на проигрывателе играла музыка, которую он частенько слушал у себя в гараже. Да, возможно, та не очень подходила для первого официального свидания, но всё же…       Перед тем, как отправиться гулять, они зашли в какую-то кафешку с розовым оформлением, где за столиками сидели парочки. Некоторые с интересом отвлеклись от своих вторых половинок, чтобы посмотреть на того, с кем сюда пришла Джинни. Однако Дилана сложно было смутить, и он широко всем улыбнулся, отсалютовав двумя пальцами. Парни и девушки с удивлением переглядывались, не узнавая его. Но привлекать всеобщее внимание Дилан умел отлично, поэтому вёл себя как обычно расслабленно.       На вынос Джинни заказала несколько видов пирожных и даже сэндвичей, которые редко здесь подавали, а также по большому стакану с кофе. Официантка у стойки протянула ей счёт, но Дилан аккуратно отодвинул девушку в сторону.       — Тут оплата нашими деньгами! — смутилась Джинни, у которой на карманные расходы был выведен совсем небольшой бюджет. Клиленд только улыбнулся и полез в карман джинс, откуда вытащил жмень золотых монет. Он подстраховался, заранее договорившись с Малфоем. А тот, кажется, и сам был готов откупиться от вездесущего брата своей девушки, поэтому галеонов не пожалел.       — Никаких проблем, Лисичка. Сколько там?       Забрав бумажный пакет с едой, вышли на улицу, где потихоньку солнце клонилось к горизонту. На улице похолодало, но на погоду внимания никто не обращал. Быстро они дошли до конца деревни, минуя последние дома, и двинулись по тропинке к поляне, на которой летом красным заревом алели маки. Болтая обо всём на свете, быстро добрались до нужного места. Джинни огляделась. Хогсмид остался позади, впереди неприступной крепостью возвышалась Визжащая хижина, а они стояли посреди поля и высокого сухостоя. Да, место не самое романтичное, но какой открывался прекрасный вид на озеро и розовый закат…       — Будем тут сидеть? — поинтересовался парень, кидая в траву магнитофон, который никто не слушал.       — Тебе не нравится? — волновалась Джинни, кусая губы. Дилан улыбнулся.       — Земля холодная. Я-то ладно, но ты заболеешь ведь!       — Я могу наколдовать плед… — неуверенно предложила девушка, беря в руки свою палочку и думая, что же можно в него заколдовать.       — А там что? — Клиленд кивнул в сторону хижины.       — Эм… заброшенный дом, — Джинни поежилась, глядя на тёмное деревянное строение, о котором говорили, что там водятся злые духи. Конечно, то были слухи и страшилки, но почему-то все верили. — Там, говорят, приведения есть, не хочется проверять…       Глаза у Дилана загорелись почти в буквальном смысле. Он даже приоткрыл рот. Недавно посвященный в мир магии, ему казалось интересным всё!       — Приведения?! Чёрт! Лисичка, умоляю, давай сходим?!       — Туда?! — пискнула девушка, когда почувствовала его азарт. Клиленд обнял её, целуя в макушку.       — Пошли! Ты же лисичка, а не зайка-трусишка!       Схватив магнитофон, потащил Джинни в ту сторону. У нее же затряслись поджилки. Ну не любила она такие места! И что это вообще за такое свидание получится в заброшке?! Подходя ближе под веселую рокерскую мелодию, заметили, что дверь заколочена.       — Так, сейчас откроем! — пообещал Дилан и оглянулся, думая, чем можно поддеть старый замок.       — Я сама, — вздохнула Джинни, взмахнув палочкой. Замок открылся, но ржавчина не дала ему до конца слететь в задвижки.       — Умница! — воскликнул Дилан, срывая замок и распахивая дверь. Их встретила темнота и запах затхлости. — А свет можешь организовать?       Зажегся Люмос, и Джинни пришлось войти первой, чтобы осветить порог и коридор. Прижимая к груди пакет с едой, радовалась, что хотя бы у этой руки не видно дрожи, ибо палочка в другой ходила ходуном. На полах лежали старые ковры, покрытые пылью и всяким сором.       — Может, уйдём? — попытала она удачу, освещая деревянные панельные стены.       — Да чего тут бояться, было же закрыто!       — А приведения?! — её голос завибрировал от страха. С чего бы ей бояться приведений, когда их в Хогвартсе несколько штук свободно летает! Но здесь всё было иначе: тёмное, незнакомое, таинственное.       Двери на первом этаже были намертво заколочены, и им только осталось подняться на второй этаж. Дилан пошёл первым, даже не обращая внимания на то, как сильно скрипят ступени под его тяжёлыми ботинками. Джинни светила Люмосом ему под ноги и шла следом. Толкнув и так уже сорванную с петель дверь, Дилан прошёл в комнату. Он взбудоражено оглядывался. Имелась у него одна отличительная черта — его всегда тянуло в такие места, в которых давно угасла жизнь. Будто кожей чувствовал, как дышат заброшенные дома и участки. С друзьями в подростковом возрасте они частенько пробирались в покинутые усадьбы, исследуя их, находя какие-то старые вещи, разглядывая фотографии и брошенную мебель.       — Воу!       — Кажется, это была спальня? — испуганно спросила Джинни, подходя ближе.       — Да! Невероятно, правда? Интересно, кто тут жил?       На полу ковра не оказалось, лишь голый пол. У окна стоял комод, туда Дилан и поставил магнитофон, уже жалея, что вообще взял его с собой. Но с музыкой тут будет куда комфортнее.       — Без понятия… Мы всё ещё успеем посмотреть на закат, может, вернёмся?       — Может, мы тут побудем? — Клиленд забрал у неё из рук пакет и направился к кровати, которую покосило от времени. — Ты там хотела наколдовать плед? Пришло время!       Джинни, вздохнув, взяла из кармана чистый носовой платок, снова взмахнула палочкой.       — Невероятно!!! Моя девушка — ведьма! — парень, принимая у неё из руки большой плюшевый плед, быстро чмокнул её в губы и тут же застелил им кровать. — Ну вот, теперь уже не так страшно, да?       — Да уж… — скептический огляделась Джинни, но всё же присела на чьё-то старое спальное место. Кровать скрипнула, но, кажется, рушиться не собиралась.       — Такого свидания у меня ещё не было! — хохотнул Дилан, раскладывая пирожные, запакованные в бумажные контейнеры. И не стесняясь, рухнул на скрипнувшую кровать, раскинув руки в стороны.       — Аналогично, — улыбнулась ему Джинни, подумав, что бояться им нечего. Да, тут было грязно и пыльно, но они одни, и… Её щёки покраснели! Они одни!       — Эй, ты чего? — Дилан привстал на локтях, а потом и вовсе снял куртку, оставшись в футболке и клетчатой утеплённой рубашке, и потянулся к девушке. — Я перегибаю, да?       — Просто… — она пожала плечами, волнуясь от его близости. Его лицо оказалось так близко... — Всё так неожиданно… Твой приезд…       Однако в их паре, видимо, за стеснение отвечала именно Джинни, потому что Дилан уже подтянул девушку к себе. Проведя ладонью по её шее, коротко поцеловал.       — Я же обещал тебе, что приеду. Да, получилось не сразу, но это не моя вина, сама понимаешь.       У неё перехватывало дыхание от запаха его парфюма, от сильных и требовательных рук. Он, притянув её ещё ближе, уложил спиной на плед и навис сверху. Тёмная челка упала ему на глаза. Джинни протянула руку и убрала её в сторону, проводя ладонью по щеке. Парень прикрыл глаза, наслаждаясь нежностью той, ради которой он преодолел такое расстояние.       — Я даже не сомневалась, что ты сдержишь слово, — голос её опустился до шёпота. Она смотрела в его красивое лицо. Он смотрел в ответ, нагнувшись к ней ближе.       — Ради тебя — всё, что угодно.       Девушка провела ладонями по его плечам, обняла за талию поверх рубашки и широкой футболки. Потянувшись к нему, накрыла его губы поцелуем. Их будто сковало волнение, губы двигались неспеша, но так чувственно, что дыхание тут же стало сбиваться. Его язык проник к ней в рот, переплетаясь с её. Опираясь локтём в старый матрас, парень схватил девушка за бедро, прижимая к себе, и поцелуй усилился. Лицо Джинни пылало от румянца, когда его губы проложили дорожку по её шее. Найдя место, где бешено колотился пульс, Дилан провёл по нему языком, опаляя нежную кожу девушки своим горячим дыханием. Она цеплялась за его плечи, будто боялась, что если отпустит — упадёт в пропасть.       Вдруг тот факт, что они находятся в Визжащей хижине, лежат на чужой и старой кровати, ушёл на задний план. Её волновал только он. Тот, который перекатился на спину, посадив Джинни на себя сверху. Она часто дышала, разгоряченная поцелуями. Палочка с Люмосом упала на пол, организовав нижнюю голубоватую подсветку. Его руки прошли по её бедрам, скользнули под легкий свитер и огладили талию. Глаза горели огнём возбуждения, и парень не понимал, откуда в его теле столько нервных окончаний. Каждое из них бурно реагировало на её присутствие. Столько эмоций и чувств разом овладевали его головой, что ещё чуть-чуть — и он точно сойдёт с ума. Она была юной и невинной, кто бы там что ни говорил. Джинни стеснялась его, он это видел.       — Только скажи, и я остановлюсь, — прошептал парень, откинув ложив голову на старую подушку, покрытую пледом. Девушка молча стянула с себя куртку, отбросив в сторону. Грудь её вздымалась часто, выдавая волнение и… страх? А что, если и он исчезнет после того, как…       — Не останавливайся…       Следом слетел свитер, и она осталась перед ним в джинсах и коротком топе. Голые плечи, ключицы и полная грудь мигом примагнитили взгляд парня, у которого пересохли губы. Он сглотнул вязкую слюну, будто голодный зверь перед кормёжкой.       — Ты доверяешь мне? — он подтянул её к себе ближе и привстал сам, скользя руками по спине. Девушка неуверенно кивнула. — Лисичка… Ты имеешь право мне не доверять. И ты всегда можешь это прекратить.       Никогда в жизни он не говорил девушкам таких слов. Обычно всё происходило по-другому. Кто-то затаскивал его на заднее сиденье машины, в родительскую спальню на вечеринках или туалет клуба… В общем, его хотели. И он позволял себе пользоваться теми, кто себя сам предлагал.       — Я доверяю. Тебе — доверяю, — Джинни, откинув в стороны длинные волосы, нагнулась к его губам, оставляя на них поцелуй.       — Хорошо… От тебя… Лисичка… у меня сносит крышу… — он позволял целовать своё лицо. Мужская грудь вздымалась, слегка соприкасаясь с грудью девушки. Руки жили отдельной жизнью, и голове точно не подчинялись. Спустившись с талии, скользнули на живот, задирая топ.       — Снимай его… — дрожащим голосом попросила его Джинни, и уже в следующее мгновение парень откинул тряпицу в сторону, сняв через голову. Она осталась перед ним полуобнажённой, и упругая грудь манила. Но девушка, храбрясь, не закрывалась от него. Соски встали от прохладного воздуха.       Закусив губу, провела ладонями по его ребрам вниз к животу, а руки парня скользнули по ореоле её груди. Джинни замерла, громко выдохнув. Дилан смотрел на неё внимательно, но будто сквозь пелену тумана. Он медленно сжал твёрдые соски, проводя по ним подушечками больших пальцев. Джинни издала стон, прикрыв глаза от непривычных ощущений. Внизу живота будто что-то полыхнуло, и она инстинктивно потёрлась о пах парня.       — Да, детка… — Дилан закатил глаза, продолжая ласки. В штанах уже стало тесно, хоть он и носил джинсы свободного кроя.       — У меня… — девушка нагнулась к нему ближе, прося поцелуй. Парень мгновенно коснулся её губ своими. — …не очень много опыта.       — Я тебя всему научу…       Привстав, стянул с себя рубашку, а следом и футболку, одной рукой придерживая Джинни за бёдра. То, что у неё кто-то был — для него не имело ровно никакого значения. Неважно, кто первый, важно — кто последний. Так пишут в женских романах… И блять, как же они правы!       Его обнажённый мускулистый торс и крепкие руки заставили пересохнуть во рту. Девушка выдохнула, ладонями касаясь его кожи, чувствуя под пальцами перекаты мышц. Да, драки, спорт и ремонт машин сотворили с его телом пользу…       — Не нравлюсь? — он поймал её нахмуренный взгляд, пытаясь за ухмылкой скрыть… неловкость?! Что за…       — Нравишься. Ты… такой…       — Какой?       — Красивый.       Дилан улыбнулся, покачав головой и не веря, что она это говорит. Естественно, такое он слышал не впервые, но раньше… раньше легко принимал комплименты, не нуждаясь в искренности этих слов.       — Самая красивая — это ты!       Он потянулся к её ширинке, ловко расстегнул пуговицу, опустил молнию и потянул джинсы вниз. Ей пришлось встать, чтобы парень до конца снял с неё одежду и обувь. Она осталась стоять перед ним в одних трусиках: простых, хлопковых, белых с розовыми сердечками. Парень поднялся, оказавшись перед ней на коленях. Он коснулся губами ее живота, при этом медленно стягивая нижнее белье вниз по ногам. Джинни, кусая губу, часто дышала, срываясь на тихие стоны предвкушения. Опустив взгляд, встретилась с его глазами.       Притянув её к себе, лег обратно, медленно расстегивая свои джинсы. Девушка пыталась помочь и только мешала. Схватив её ладонь, приложил к своему паху, где под джинсами ощущался возбуждённый бугорок. Член изнывал. У него никого не было с самого декабря… Он никогда прежде не был кому-то так предан.       — Теперь я убеждена, что ты тоже хочешь… — улыбнулась девушка, помогая спустить с него джинсы вместе с боксерами. Нет смысла тянуть. Они затеяли всё это не для того, чтобы растягивать время, которого и так мало…       — Я никого так не хотел, Лисичка. Иди ко мне… — он усадил Джинни к себе на бедра, ладонями скользя по спине, поглаживая ягодицы, обхватывая тазовые косточки, очерчивая плоский живот. Они целовались, словно умалишённые, уже не сдерживая громкое дыхание. Хотели друг друга, и этого было не изменить.       Облизав свои пальцы, пока она оставляла засосы на его шее, скользнул ими вдоль нежных складочек, раздвигая половые губы девушки. Она охнула, слегка отстранившись от него, но вырваться из крепкой хватки оказалось непросто.       — Поздно, ты в моей власти…       — Я доверяю тебе… — кивнула Джинни и снова позволила ему её ласкать. Откинув в стороны волосы, прикрыла глаза, когда его пальцы очертили клитор. Первый громкий стон, сорвавшийся с её губ заставил член Дилана дёрнуться. Господи, блять…       Собрав смазку, вошёл в неё одним пальцем, наслаждаясь тем, как она выгнула поясницу от его неспешных поступательных движений. Он лежал под ней и не сводил с неё глаз. Впервые выжидал, позволяя себе не спешить. Джинни оперлась ладонями в матрас у его головы, непроизвольно двигая бедрами. Тело девушки жило от мозга отдельной жизнью, хотя и мозг сейчас совершенно отказывался работать. Ей было так приятно, что с губ то и дело срывались неприлично громкие стоны. Неужели именно так должен ощущаться секс?! Мерлин…       Дилан, замедлив движения, вытащил из неё палец, ещё раз потёр клитор и надавил ладонями на бедра, безмолвно прося сесть ниже. Член нетерпеливо лежал на животе парня, и когда она потерлась об него, парень громко выдохнул через нос. Поняв, что ему это нравится, Джинни поставила руки на грудь парня и стала плавно двигаться, размазывая свою смазку по члену, касаясь его половыми губами, потирая о него клитор. Опустилась ещё ниже, чтобы быть максимально близко.       — Я… подожди, Лисичка… — Дилан, подняв корпус, притянул её к себе, крепко целуя. Двигаться она не перестала, явно получая от этого удовольствие. Одной рукой он нашарил сброшенные неподалеку джинсы и вытащил из кармана презерватив.       Джинни, услышав шелест пластиковой бумаги, с интересом посмотрела, что у него в руке. Упав на спину, порвал упаковку и вытащил полупрозрачный кругляш.       — Мы же пока не хотим становиться родителями? — поймав её заинтересованный взгляд, спросил, улыбаясь, Дилан.       — Конечно! — она кивнула. — Просто, не видела такие прежде…       Парень уже взял в руки член, приставил к возбужденной головке резинку, но обхватил запястье девушки.       — Поможешь?       — Д-да… — Джинни, повинуясь его просьбе и крепкой хватке на своем запястье, перехватила презерватив, и глядя на то, как её пальцы растягивают латекс по всей немалой, как ей показалось, длине парня, закусила губу.       — Хорошо… — улыбнулся Дилан, который оставался напряжён, как струна, будто это его первый раз. Волновался и желал. Да, если он кончит раньше, чем она — это станет провалом. Взяв в руки член, снова провела по нему ладонью, привыкая к тому, что Дилан — её. А она — точно готова, чтобы он сделал девушку своей. Поймав слегка напуганный взгляд Джинни, притянул к себе, проводя ладонями по талии и спускаясь к ягодицам. — Не бойся, ладно? Это не будет больно…       Она кивнула, дрожа от страха и нетерпения. Парень, направив член своей рукой, приставил его ко входу во влагалище и с трудом заставил себя не торопиться.       — Ты самая красивая, Джинни. Самая… — он даже покачал головой в подтверждение своих слов и от того, что не мог подобрать новые. Безумство.       — Ты мне очень нравишься, — призналась девушка, понимая, что, возможно, сейчас не самый лучший для этого момент. Но зрачки Дилана расширились, а дыхание участилось, и он медленно приподнял бедра, вводя член в неё. То, что у него из глаз не полетели искры — чудо. Он забылся от полученных ощущений и сильнее прижал её к себе. Джинни же, охнув, застыла на месте, сглотнув скопившуюся слюну. Ощущение наполненности изнутри мутило разум. Боли, такой, как в первый раз, не появилось. Было просто непривычно чувствовать в себе кого-то.       — Ты мне тоже. С первого дня знакомства на тебя запал, как малолетка…       Он снова толкнулся в неё, побуждая слегка выгнуть поясницу. Она склонилась к его губам и застонала прямо в них, не поверив, что её тело может испытывать такую гамму ощущений. Ей. Было. Очень. Приятно.       — Ах…       — Да, моя сладкая, стони… — прошептал ей в губы Дилан, постепенно наращивая темп и понимая, что внутренний зверь больше сдерживаться не будет.       Её тело само знало, что надо делать. Активно задвигав бедрами, теперь уже Джинни управляла ситуацией, сидя почти прямо. Она контролировала темп, то выгибаясь неспешно, то становясь почти безудержной. Низ живота горел, возбуждение срывало все стопори, стеснение отступило.       Старая кровать скрипела, с проеденных молью и временем балдахинов сыпалась пыль, но этого никто и не замечал. Парень её испытывал, лаская чувствительную грудь. То терзал пальцами соски, то пускал в ход зубы, зализывая укусы языком. Целовал ключицы и шею, оставлял на ней засосы, скользил влажным языком по яремной впадине. Когда понял, что она устала и замедлилась, прошептал:       — Слазь…       Девушка с неохотой выпустила из себя его член, присев рядом и пытаясь отдышаться. Дилан подтянул её к себе за бедра, поставив на колени. Ладонью провёл по спине, надавливая, чтобы она прогнулась в пояснице. Он застыл, заворожённо рассматривая тот вид, который перед ним открылся. Провёл ладонями по упругим ягодицам, сжимая их пальцами. Джинни ждала. Могла только чувствовать его прикосновения, не думая о том, что эта поза какая-то… неправильная? Ей хотелось повернуться к нему лицом, чтобы читать всё по глазам…       Он взял в руки член, постучал им по её заднице, смочил пальцы в слюне и провёл ими по входу. Она тут же подалась к нему, сильнее выпячивая зад. Дилан улыбанулся. Господи, какая охуенная… Маленькая, но такая сексуальная…       — Хочешь продолжения? — спросил у неё Дилан, продолжая подносить головку члена ко входу в узкое влагалище, истекающее смазкой.       — М-м… — Джинни могла только стонать, готовая на всё.       — Не слышу, крошка... Ты хочешь?       — Да…       Он шлёпнул по её ягодице так, что девушка он неожиданности пискнула, но тут же погладил по покрасневшему месте ладонью.       — Дилан...       — Да, Лисичка?       — Пожалуйста!       Она снова подалась назад, чтобы быть к нему ближе, ведь он так в неё и не вошёл. Лишь дразнил.       — Так сильно хочется? Моя Лисичка… Моя рыженькая Лисичка… — Дилан коснулся рукой её клитора, активно заработав пальцами. С губ девушки сорвались очередные стоны. — Ты кончала с парнем прежде?       Джинни отрицательно покачала головой, краснея, хотя казалось, что это уже невозможно, ведь её щеки и так пылали от румянца.       — Сегодня кончишь. Обещаю! — прошептал ей парень, и одним движением ввёл член на всю длину. У Джинни, если бы она и так не стояла на четвереньках, точно подогнулись бы ноги. Новый угол толчков заставил её с трудом выровненное дыхание снова сбиться.       Дилан держал её за бедра, активно двигая тазом. Вид ему открывался прекрасный. Джинни вытянула вперёд руки, уперев одну сторону лица в матрас. Она двигалась с ним в ритм, не желая только получать. Ей хотелось быть с ним на равных. Хижина наполнилась громкими обоюдными стонами. Наверняка после сегодняшнего дня местные решат, что здесь снова завелись призраки…       Член скользил в ней, с трудом погружаясь на всю длину. Яички активно бились о половые губы, что было крайне приятно. Пытка, казалось, продолжалась вечность. Дилан даже не уставал, отдаваясь полностью делу и получению наслаждения.       — Привстань, Лисёнок… — он за талию подтянул девушку к себе, одной рукой обвив живот. Они стояли на коленях, оказавшись тесно прижатыми друг к другу. Дилан часто дышал, отодвигая ее волосы и целуя в губы, а Джинни, слегка повернувшись, подняла руку и обвила его шею. От поцелуев кружилась голова, так это было интимно.       — Мне хорошо с тобой… — прошептала она в паузе между поцелуями. Его член находился в ней и двигался пока медленно. Но с её губ по-прежнему срывались сладкие стоны.       — А мне с тобой охуенно.       Продолжая поцелуй, набирал темп. Природа не обделила его мужским достоинством, и такая поза не предоставляла неудобств. Член быстро входил и выходил, иногда создавая хлюпающие звуки от большого количества смазки. Рука его потянулась вниз по её животу и вскоре коснулась той самой чувствительной точки. Джинни податливо выгнулась ему навстречу, растворяясь рядом с ним. Она, положив затылок ему на плечо, закрыла глаза, наслаждаясь ласками. Чудилось, будто в ней проснулся какой-то дар, или она воскресла, так было хорошо.       Его палец работал в том же ритме, что и двигались бёдра, и уже скоро Джинни ощутила, как внизу живота будто скручивается узел, либо же ей казалось, что она сейчас умрёт. Тот самый миг перед тем, когда тело готово взорваться на атомы от всплеска гормонов и нервных импульсов. Она задрожала, задышав ещё чаще, и Дилан всё понял. Через десяток секунд Джинни громко вскрикнула от охвативших ее ощущений. Она теснее прижалась спиной к груди парня, который крепко прижимал её к себе, и терлась о его пальцы. Толчки продолжились с удвоенной силой, и когда с его губ сорвался низкий хриплый стон, он кончил в презерватив, не выходя из неё. Прижимал Джинни к себе так сильно, что на её коже остались следы его пальцев. Возможно, даже будут синяки… Но выброс эндорфина сгладил боль.       Они замерли, пытаясь вернуться в реальность. Он покрывал поцелуями её плечи, поглаживая кожу на талии, часто и шумно дыша. Джинни не могла поверить, что это случилось. И что это было так прекрасно…       — Я ни о чём не жалею, — сорвалось с её губ, и Дилан улыбнулся.       — Надеюсь, ты не сбежишь от меня после этого? — он вышел из неё, сразу снимая использованный презерватив и… выбрасывая его куда-то под изножье кровати.       — А ты от меня? — она развернулась к нему, забыв о своей наготе. Люмос продолжал гореть, и Дилан засмотрелся на её тело с плавными изгибами. Он облизал губы, сидя на коленях перед ней и опираясь рукой о матрас позади себя.       — Я только твой.       Джинни залюбовалась им. На его лбу и шее пролегла испарина, щёки покрылись румянцем. Волосы стали влажными, и пришлось пальцами зачесать их назад. Глаза горели, губы искусаны, по рельефному животу стекали капли пота, а член всё ещё не опал. Потянувшись к нему, улыбнулась и обняла парня за шею. Они упали на бок, прижимаясь друг к другу. Стало прохладно. Дилан натянул на них край большого пледа, и сразу стало уютнее.       — Я не умею говорить красиво, Джин… — прошептал он, глядя ей в глаза и заправляя за ухо рыжие волосы, что лезли в лицо девушки. — Но ты… невероятная. Особенная. И я готов впасть в депрессию из-за того, что мне надо возвращаться домой.       — Может, получится ещё приехать? — спросила она у него с затаённой надеждой. Парень пожал плечами.       — Надеюсь. Но давай сразу договоримся: лето мы проводим вместе!       — Да я только за, главное, чтобы меня родители отпустили, — она положила руку ему на талию, осознавая, что они стали друг другу кем-то большими, чем просто симпатизирующими людьми.       — Я тебя отпрошу, — он поцеловал её в губы, и уже через полчаса, одевшись и приведя себя в порядок, выпили остывший кофе с сэндвичами и пирожными. Джинни незаметно уничтожила выкинутый презерватив, чтобы после них не осталось улик.       Гермиона прислала им патронуса, который почему-то стал пумой, что они будут ждать их у ж/д станции, чтобы по порталу отправить Дилана восвояси. Последнее добавил уже Малфой. Они шли за руку по полю, где уже прилично стемнело, и слушали музыку на магнитофоне. Минуты текли слишком быстро, и вскоре, когда Джинни привела Дилана на станцию Хогсмида, им пришлось расстаться. Он долго целовал её, никого не стесняясь, но когда сработал портал — ему пришлось отпустить девушку из объятий и отправиться домой, поборов сильную тошноту после перемещения.