Что приносит океан

      Эта ночь была прекрасной. Сура, сидевшая на террасе, смотрела на всё вокруг и восхищалась тому, как бледный лунный свет окрашивал предметы быта и растения в благородные синие оттенки. Рядом находилась марэбито и с большим удовольствием пила чай вместе с приготовленными сладостями. Конечно, старшая сестра понимала, что столь поздние приёмы пищи вредят фигуре, однако, когда собеседник может бодрствовать только ночью, это накладывает некоторые ограничение на привычный уклад вещей. - Мария, ты уверена, что хочешь именно этого? - Спросила обеспокоенным голосом женщина. - Да, думаю, что уйти с господином Цукиёми - единственное верное решение, госпожа Сура, - с улыбкой ответила девушка, поднося к губам чашку из синего фарфора с фиалковым чаем. - Мне очень печально было слышать вчера, как ты решила уйти вместе с ним. Вы ведь даже не знакомы, и ты не знаешь, что это за человек. Кто знает, что у него творится в голове, - хитро проговорила Сура, прикоснувшись своей рукой до ладони девушки. - Я думаю, что ничего хорошего не случится, тем более, Олимпия ручалась за этого человека, - отмахнулась Мария. Она сделала ещё глоток ароматного и вкусного чая. - Ох, неужели тебе недостаточно хорошо жилось здесь? И тебе так не нравились мои уроки, Мария? - Попыталась надавить на жалость Сура. - Нет, госпожа, Вы очень заботливая и добрая. И я, непременно, буду Вас навещать. Но мне не хочется больше быть для Вас обузой, - ответила девушка. - А как же Рику? Неужели так просто разобьёшь его невинное сердце? - Продолжила давить на неё женщина. Мария замялась, услышав эти слова, и отставила чашку в сторону, чтобы ненароком не пролить чай. Она снова вспомнила то, как они вместе с Рику стояли в холодной воде под Луной, его теплые объятия и нежные руки. Щёки её раскраснелись от смущения. Они и вправду были очень близки, будто самая настоящая парочка. От осознания этого факта Марие стало еще больше не по себе, что не скрылось от внимательных глаз старшей сестры, которая точно знала, куда надо давить, чтобы это наивная и честная девушка оставалась подле неё и дальше.       Сура, конечно, не испытывала к этой марэбито неприязни, наоборот, считала её очень хорошей девушкой и за столь короткий промежуток времени даже привязалась к ней. Однако каста была превыше всего. И Мария со своими способностями могла очень сильно продвинуть вперед не только имя Синего клана, но и медицину. Исследования Сакё относительно того мужчины из Жёлтой касты оказались крайне интересными, и ему хотелось проверить несколько весьма важных вещей. Однако, если Мария сейчас уйдет, то ничего не выйдет. Цукиёми не позволит проводить над ней даже самые безобидные эксперименты. Женщине нужно было подключить всю свою хитрость и смекалку, чтобы задержать её здесь. - Я думаю, Рику переживет. Тем более, ему же до тридцати запрещено жениться, а я пока не вспомню своё прошлое, не смогу стать частью Синего клана, - тихо произнесла девушка. Сура взмахнула веером, прикрыв им по привычке эмоции на своем лице. Эта девчонка будто бы читала все её мысли. Женщина ещё раз посмотрела на невинное лицо своей собеседницы. Нет, этого просто не может быть. Мария чиста, словно белый лист бумаги, и всё, что она мыслит, мгновенно отражается в её жестах и мимике. - Ты уже собралась, дитя? - Произнёс рядом знакомый приятный голос. Мария выпрямилась, будто бы её прямо сейчас ударило током и, обернувшись, слегка кивнула. Сура отвела взгляд, увидев, кто пришел, и опечаленно выдохнула, сказав собеседнице, чтобы та забирала вещи из своей комнаты. Мария встала, поклонилась и тут же размеренно пошла по уже знакомым коридорам. - И зачем тебе это понадобилось, Цукиёми? Решил понянчиться с этой девушкой, чтобы заполнить своё одиночество? - Холодно спросила женщина. - Кто знает, может, ты и права, Сура. Но, в любом случае, ты не сможешь ей воспользоваться, - с издевательской улыбкой произнёс кукольник. Старшая сестра с силой сжала веер, да так, что послышался явственный треск дерева. Сейчас, перед ней стоял тот самый человек, который уже пытался разрушить этот мир, а теперь зачем-то проявил интерес к этой девушке. Шестое чувство подсказывало ей, что всё это неспроста. - Тебе просто повезло, что в Исянатэне она выбрала тебя, - фыркнула женщина. - Да, и поэтому если я увижу тебя рядом с Марией, то за себя не отвечаю, - мило проговорил Цукиёми и посмотрел на женщину холодным, будто отточенное лезвие, взглядом, тем самым давая понять, что его угрозы - не пустой звук.       Сура открыла рот, чтобы ответить ему на эту выходку, как тут же почувствовала на своей талии чьи-то маленькие тонкие ручки. Женщина обернулась. Глаза её дрогнули, а злость на кукольника отошла на второй план, ведь сейчас её обнимала та самая, из-за которой они сейчас чуть не перегрызли друг другу глотки. - Спасибо за всё, старшая сестра. Обещаю, что как только я смогу освоиться здесь и узнать про свое прошлое, то непременно приду к Вам снова на уроки этикета, а также послушать истории про любовь, - Мария уткнулась своим лицом в спину женщины, пытаясь как можно глубже вдохнуть запах от её одежд и тела, чтобы оставить навсегда его в памяти. Он был необычным, не схожим ни с чем иным: смесь фиалковых духов с каким-то странным сладковатым запахом. Раньше Мария никогда не чувствовала такой, но почему-то он исходил только от старшей сестры. Надо будет как-нибудь спросить Ёсугу про это, может, ведь он всё знает. Женщина ласково улыбнулась и погладила Марию по её золотистой макушке. - Конечно, мы еще встретимся. Но тебе пора идти, а то твой провожатый уже заждался, - проговорила женщина и отстранилась от марэбито. Девушка, взяв в руки большой, но довольно лёгкий, свёрток с одеждой, передала его Цукиёми и схватила по привычке его за ладонь, будто ребенок. Однако зря Мария радовалась в душе такому мирному развитию событий, ведь не могла видеть, какими злобными взглядами сейчас прожигали друг друга старшая сестра и кукольник.       Шли они довольно долго, по ощущениям Марии, всё глубже и глубже спускаясь вниз, под землю. Девушка абсолютно точно понимала, что сначала дошла до Ёми, там почуяла знакомый запах Сикиндзё, а потом её обдало сырым холодным подземным воздухом. - Какое-то время ты будешь жить здесь. Добро пожаловать в Нараку, - отозвался приятный голос Цукиёми. Мария поклонилась и поздоровалась с местом, куда её привели, а после решилась немного пройти по округе, чтобы как следует запомнить расположение каждого камушка и неровности. - Извините, а мы находимся под землёй? - Спросила она без капли стеснения. - Да, - отозвался откуда-то издалека Цукиёми, - так что можешь не волноваться, здесь солнечные лучи никогда до тебя не доберутся. - А лунный свет? - Уточнила девушка. - И он тоже. Но мы будем выходить на поверхность, - поддержал диалог мужчина. Поначалу расстроившаяся девушка, мгновенно развеселилась, ведь без лунного света она начинает чувствовать себя плохо. Как хорошо, что Цукиёми будет с ней вместе гулять по поверхности! Мария прошла чуть вперед, чтобы приблизиться к своему собеседнику и обнять его в знак благодарности, как тут же наткнулась на какую-то яму и чуть не упала вниз. Послышался шелест шёлковых одежд, и сильные руки мужчины, перехватили её за тело, послужив своеобразной опорой. - Будь осторожнее, дитя - проговорил он. - Хорошо, - виновато отозвалась девушка, -а можно вопрос? Она опустила голову в пол, чтобы скрыть своё смущение, и дождалась утвердительный ответ. - Почему Вы меня решили забрать к себе? - А почему ты решила отправиться со мной? - Ответил с усмешкой он. Девушка глубоко вдохнула воздух и сжала руки в кулаки. Так нечестно! Почему он не может ответить? Почему увиливает? Она раскрыла рот, чтобы сказать причину своего поступка, но слова комом застыли в её горле. Нет, не стоит делиться с ним своими мыслями, вдруг подумает, что взял на попечение легкомысленную дурочку. Она закрыла лицо волосами, чтобы скрыть отражающиеся на нём эмоции и отогнать приятные ощущения от того, что совсем недавно его руки касались её, так бережно, словно по-отечески. Ах, как же в такие моменты она безумно жалела о том, что слепа! Она бы, наверное, и голос свой отдала, как Русалочка из сказки, которую читала ей Сура, чтобы хоть ненадолго иметь возможность видеть лицо этого человека. - Если ты так и дальше будешь молчать, то хотя бы проведи этот момент с пользой. Сейчас вместе разберем вещи и перейдём к первому уроку, который, ты частично уже и так усвоила.       Мария кивнула и поплелась следом за мужчиной, в точности выполняя всё то, что он ей говорил. В его доме пахло совершенно не так, как в поместье Суры или в комнате Ёсуги. Здесь витали запахи красок, пыли и чего-то странного. Интересно, он здесь всегда жил один? Тут, где-то издалека послышался чей-то странный женский голос: «Добро пожаловать». Мария обернулась, но ничего больше так и не услышала. - Цукиёми, а Вы здесь один живёте? - Спросила она. - Да, - утвердительно ответил мужчина. - Странно, я вроде-бы слышала женский голос, - вздохнула Мария и попыталась еще раз прислушаться. Мужчина перевел взгляд на летающую вокруг него токоё-муси и опечаленно вздохнул, прекрасно понимая, чей это был голос.       Когда же приготовления были закончены, кукольник вывел девушку наружу, где и решил преподнести свой первый и, как он сам сказал, самый важный урок, повествующий о людских натурах. Цукиёми долго, подробно и певуче рассказывал о двуличии и обмане, говорил, что вокруг только волки, переодетые в овечьи шкуры, что хотят милой доверчивой девочке лишь зла. Мария удивленно хлопала глазами, не соглашалась, мотала головой из стороны в сторону и высказывала доводы за то, что не все люди плохие, есть же такие, как Олимпия, доктор Куроба, Токисада и Рику. Но тут же получала опровержение своих слов. Цукиёми рассказал ей о том, что такое предательство, причём делал мужчина это не как Сура, в форме лекции, а в виде поучительной истории, будто бы он был мудрым богом, а она - его последователем. Мария внимательно его слушала и удивлялась тому, насколько Цукиёми, оказывается, разочарован в людях. - Но, господин, я ведь тоже, получается, могу предать вас? - произнесла она, не веря своим же словам. - Нет, Мария, ты - иная. Твоя душа слишком чистая для такого, - ответил он с привычной улыбкой на лице. - Тогда почему господин Доума сказал, что люди меня боятся? Я ведь ничего плохого не сделала, - Мария придвинулась к нему ближе. - Потому что они глупцы? Разве это не понятно? - Усмехнулся кукольник. Девушка задумалась, пытаясь как-то оправдать жителей Тэнгу, но почему-то аргументы, витавшие в её голове, так и не складывались в одну единственную картину, которую можно было бы описать. Однако, время близилось к рассвету, а предыдущие дни были слишком насыщенными. Девушка, уткнувшись лицом в рукав мужчины, медленно начинала погружаться в сладкую дрёму. Солнце восходит, а лунное дитя засыпает, чтобы набраться сил. Цукиёми бережно перехватил девушку, невольно вспоминая, как миллионы раз делал тоже самое с Бьякуей на Тэннё, и переложил её на футон. Вокруг мужчины постоянно летала одна и та же бабочка, будто бы наблюдая за его действиями, чтобы он не причинил вреда этой новой жительнице своего дома.       Кукольник вернулся обратно к мольберту, на котором ранее крепилась мандала, и повесил новый чистый холст. Он взял в руки ёмкости с перемолотыми сё и нарисовал набросок одного элемента целой картины, наполнив его глубоким синим цветом. Если до этого он изображал мироздание, отсчитывая дни до разрушения этого фальшивого мира, созданного Хируко, то теперь, после пробуждения Аматэрасу, весь смысл его жизни исчез вместе с незаконченной мандалой. Однако, в момент великого отчаяния, море вынесло к нему эту девушку, а жизнь неоднократно сталкивала их лбами. Она - наивная, любопытная и прямолинейная, совсем как его драгоценное дитя, но всё же другая. Цукиёми усмехнулся, вспоминая их недавний разговор и её неуклюжее складывание одежды. Её лицо казалось ему смутно знакомым, будто бы когда-то давно он уже встречался с Марией, но просто позабыл об этом. Пустую глазницу пронзила резкая фантомная боль. Кукольник прижал к ней свою ладонь и судорожно простонал. Если сама судьба решила, что именно эта странная девчонка, то - что ему нужно, то, может, стоит довериться ей? В любом случае, вреда от Марии не будет, да и одиночество скрасит. Тогда так тому и быть. Он вернулся к рисованию, время от времени вслушиваясь в тихое посапывание из соседней комнаты. Им ещё многое придётся узнать и пережить рука об руку.