Меч, Корона и Посох. Часть II "Корона"

Принцесса Арнегунда, она же бабушка Аквилегия, вошла в покои правнука. Оценив обстановку и убедившись, что Эйрент один, она посмотрела, чем занят правнук и увидела в его руках письмо. Эйрент посмотрел на прабабушку и увидел в её руках точно такое же письмо. — Бабуль, тебе тоже письмо из дома? — заулыбался он. — Конечно, дорогой! — А от кого? — Представь себе, от Лаэрта! — От дедушки Лаэрта?! — голос удивлённого и обрадованного Эйрента возвысился чуть ли не до ультразвука, и Эйрент обрадовался, что вблизи не было никого из двора — насколько нелепым оказался в этот момент его голос, который был бы позорен для наследника престола. — Да! Читай! Бабушка Аквилегия села в кресло и протянула Эйренту письмо. Тот сразу погрузился в чтение.

Дорогая матушка! —

писал дедушка Лаэрт, и Эйрента не удивило это обращение, ибо в молодости бабушка Аквилегия была весьма эксцентричной особой и приучила детей называть себя именно так. Как только мы с Миртой узнали об столь знаменательных изменениях в твоей жизни, то сначала очень удивились, а потом вспомнили твой рассказ о твоём детстве и юности и решили, что это судьба, от которой, как говорится, не уйдёшь. Выходит, дорогая матушка, ты, мы с Миртой и Рендом соответственно прабабушка, дедушка, бабушка и отец наследника престола. Что ж, чему быть, тому не миновать. Хочу тебе сообщить маленькие новости в нашей жизни. Недавно Рендом отправил нас в санаторий, который находится неподалёку от Маратбора. Твой внук прямо вытолкал нас туда, и правильно сделал, потому что мы так и не собрались бы туда никогда. Ты хорошо знаешь этот санаторий, мы ведь давным-давно отдыхали там с тобой, и ты там неплохо подлечилась. «Хрустальная роща» санаторий называется. Признаюсь, и мы там немного поправили здоровье. И мы воспользовались случаем присоединиться, наконец, к Леандру с Каллистой, которые давно звали нас туда. В санатории Леандр познакомил нас с такими же по возрасту супругами — их зовут Илмер Веленит и Хилара Агаменит Мюррейтоны. Они часто вместе с Леандром и его женой отдыхают именно в «Хрустальной роще». Мы неплохо провели вшестером две недели. В один прекрасный день в гости к Мюррейтонам прилетел их сын Лантан, — тут Эйрент вздрогнул при упоминании этого имени. Ну, не может быть такого совпадения! — Лантан привёз им письмо от его сына и их внука Тамира, который уехал с посольством Мэглянда в Девонгланден, как и наш Эйрент. Тамир сообщил своим родителям не менее невероятную новость о том, как они с Эйрентом спасли от покушения короля Девонгландена, и король сделал Тамира дворянином королевства! Честно говоря, мы были очень рады за Тамира, потому что, по рассказам Мюррейтонов, Лантан и его жена часто недооценивали младшего сына, но они с женой верили во внука и всячески его поддерживали. Когда мы вернулись домой, мы сразу отправились к Рендому, они с Латоной показали нам примерно такое же письмо от Эйрента. И были вдвойне шокированы его содержанием! Правильно говорят, что пути Касториоса неисповедимы! А ещё Рендом отдал нам письмо, которое ты написала нам, дорогая матушка. Единственное, что мы с Леандром хотели бы тебе сказать: будь осторожна, береги себя и своё драгоценное здоровье! Ведь ты нам с братом очень нужна! И ты просто должна дописать свою книгу, свои «Мемуары», чтобы все, весь Мэглянд узнал о жизни при дворе королевства Девонгланден и о том, как девонская принцесса начинала жить мэгляндской жизнью. Ещё раз — береги себя и пожелай от нас с Миртой успехов Эйренту на его будущем нелёгком пути, ибо Касториос возложил на него трудную задачу! С тем и остаюсь,

твой любящий сын Лаэрт и его жена, любящая тебя Мирта.

Эйрент дочитал письмо и удивился длине письма, которое вышло из-под пера его дедушки Лаэрта. Обычно дедушкины письма были гораздо короче. Затем он посмотрел на прабабушку: она слушала чтение Эйрента и едва заметно улыбалась. — Вот ведь как бывает, бабуль, — нарушил недолгое молчание Эйрент. — Ты о чём? — спросила его бабушка Аквилегия. — О том, что дедушка Леандр, оказывается, знаком с бабушкой и дедушкой нашего Тамира. А теперь и дедушка Лаэрт тоже, — улыбаясь, произнёс Эйрент. — Ну, ты же знаешь, что Мэглянд тесен. И мир тем более, — засмеялась бабушка Аквилегия. — К тому же, ты забыл, что Леандр, твой двоюродный дедушка, тоже живёт в Маратборе, так что немудрено, что он часто встречается с Мюррейтонами. А что пишут тебе? И кто написал? — Вот, держи, — протянул с улыбкой Эйрент прабабушке письмо, — прочитай! — Значит, вождь ничего пока не сказал, что собирается сделать, — задумчиво сказала бабушка Аквилегия по прочтении письма. — А Латона и Раймона какие милые — какие тёплые слова… Их разговор прервало громкое урчание, раздавшееся из желудка Эйрента. Тот схватился за живот и испуганно посмотрел на прабабушку. Она, ни говоря ни слова, позвала дворцового лакея и заказала в покои наследника престола ужин на двоих. — А ужин во дворце уже что, прошёл? — спросил Эйрент. — Давно, — сказала бабушка Аквилегия. — Я была занята, так что тоже его пропустила. Потом письма пришли. Ладно, сейчас поедим. Через час вошёл Аксель и доложил: — Ужин для его и её высочеств! — Наконец-то! — воскликнула бабушка Аквилегия, когда дворцовые лакеи принесли большие подносы с крышками. Принц Освальд и принцесса Арнегунда принялись за еду. Прошло ещё две недели. Королевский двор Девонгландена жил своей обычной жизнью. Заседания государственного совета, беседы с министрами и другими сановниками двора, приёмы иностранных послов и даже проведение некоторых поручаемых королём аудиенций составляли жизнь наследника престола Девонгландена. Но о Ротбаре, с отъездом виконта Лонтерана оставшемся в дворцовом гнезде в одиночестве, Эйрент тоже не забывал. На роскошной дичи Аргонского леса перья мегафалька, а также чешуя на его лапах, заблестели особым образом. К тому же однажды, взяв на пассажирское место лишь бабушку Аквилегию, Эйрент совершил полёт к Тамиру в Лонтеран, и там трое мэгляндцев снова вели разговоры о родине. Эйрент продолжил и свои занятия с придворными наставниками, о чём ему напомнил король. — Ваше высочество должны быть абсолютно подготовлены, когда взойдёте на трон, — говорил ему Людегер III. — Так что в ближайшие дни снова приступайте к занятиям. Вы сейчас порядком их запустили. К тому же сразу после Вознесения вы уезжаете в Солстар, ваша резиденция уже готова. И вам надо успеть позаниматься. — Но, государь, — попробовал возразить Эйрент. — Я хочу, чтобы ваше величество прожили как можно дольше. — Это всё равно рано или поздно произойдёт, — сказал своё последнее слово король. — Так что приступайте. Эйренту ничего не оставалось, как подавив лёгкое чувство неловкости, поклониться. Но, как и любому молодому человеку его лет, Эйренту хотелось гулять и двигаться, и он в сопровождении своей свиты, пополнившейся в последнее время ещё несколькими дворянами, совершал поездки в окрестностях Дайвона. Жители столицы разных её частей то и дело провожали глазами нарядную кавалькаду, бодро ехавшую по улицам города. Столица Девонгландена готовилась к грядущим вознесенским праздникам; её дома украшались традиционными у девонов красными, жёлтыми и оранжевыми ягодами посреди еловых венков, а улицы — соснами. Эйренту вспомнился вознесенский Ихтитеун ровно год назад. Например, принц Освальд и его свита посетили Вознесенскую ярмарку, которая проводилась в предместьях Дайвона аккурат в конце деймалиса, прямо перед Вознесением. Очень был рад этой поездке Аксель, камердинер принца Освальда. А однажды они по рекомендации барона Дио-Ринмара и в компании бабушки Аквилегии побывали в славившемся живой музыкой и изысканными десертами уютном ресторане в северной части столицы, где, к удивлению прабабушки Эйрента, её узнала престарелая служанка, доживавшая свой век в ресторане, в дни юности принцессы Арнегунды был всего лишь небольшим трактиром. — Интересно, почему его величество так настойчиво заставляет меня заняться учёбой? — вслух недоумевал Эйрент, когда они совершали одну из таких прогулок. — Ваше высочество, говорят, что его величество стал неважно себя чувствовать, — сказал Лейф-Торвальд-Фарамонд Сондейк, граф Менгартейл, недавно вошедший в состав свиты принца Освальда, — так что он торопит вас не на пустом месте… — Откуда вы знаете, монсэр граф? — недоверчиво спросил его маркиз Корангард. — Мне по секрету сказал об этом дядя, монсэр маркиз, — сообщил граф Менгартейл. Граф был родным племянником маршала Трелентера, недавно закончил дворянский коллеж и вернулся из поездки не только по королевству и его вассалам, но и по другим странам Антагеи. Его представили принцу-коронету как ровесника его высочества, но высокий рост и мускулы делали молодого графа старше. — Очень печально об этом слышать, — грустно проговорил граф Гринтарг, — ну, ничего, думаю, монсэр Аск-Медхант справится с этим. — Я тоже так думаю, — кивнул Эйрент. — Только никому об этом не говорите, — произнёс граф Менгартейл, — дядя, повторяю, сказал мне об этом по секрету. — Само собой, — отозвался маркиз. Эйрент запомнил праздник Вознесения торжественной службой в Райдевинском храме, который располагался в той части огромного дворца, противоположной въезду на его территорию. Службой руководил его светлимость примис Девонгландена Тьёрвард, глава всех касториан королевства; помогал ему настоятель Райдевинского храма отец Рунольт, по совместительству духовный наставник королевской семьи и исповедник двора. Накануне Эйрент, Тамир и бабушка Аквилегия послали родным в Мэглянд поздравления с Вознесением и Новым годом, причём Тамир сделал это только своим дедушке и бабушке. В письме Эйрент указал, чтобы письма вскоре посылали в резиденцию феродора Солстара в Солстар. А сейчас, на службе, они молились вместе со всем двором во главе с королём и пели вместе с храмовым хором духовные гимны, вспоминая родину и представляя такую же службу в том же самом Ихтитеунском соборе. На службе Эйрент познакомился и с магами, которые обеспечивали над Райдевинском храмом и другими храмами столицы безоблачное небо. В отличие от господина Хилмиста, они принадлежали к Ордену Белых Звёзд, командория которого была открыта в Девонгландене не так давно. Эйрент пообещал себе непременно пообщаться с этими магами. Потом настала очередь всевозможных увеселений в честь праздника. Балы, пиры, праздничные спектакли, концерты придворной капеллы под управлением монсэра капельмейстера Мадригелеманна шли одни за другими. Наступил Новый, 1697 год касторианской эры, он же 707 год мэгляндской эры. День за днём, и праздничная круговерть постепенно стихала, уступая место обычному будничному ходу времени. Как-то раз днём Эйрент, бабушка Аквилегия и Тамир сидели в покоях принца Освальда и обсуждали полученные из дома письма с поздравлениями и новостями. Ихтифрогмены, которыми являлись Эйрент, Тамир и бабушка Аквилегия, с неподдельной радостью восприняли новость, что его превосходительство вождь Амфибрахий Амброзит Кингстон стал его высокопревосходительством Верховным вождём Мэглянда. Также в письмах родни уделялось много внимания работе офицеров Девонгландена, сделавших из городов Мэглянда какие-то военные лагеря. — Интересно, а кто у нас стал вице-вождём? — вслух подумал Тамир; глаза его горели. — Мой отец пишет, что вице-вождём его превосходительство назначил хорошо нам всем знакомого Теламона Уранита Челсинга, — сообщил Эйрент, и его лицо озарила широкая улыбка. — Прекрасно, — одобрила бабушка Аквилегия. — Господин Челсинг с его военным и административным опытом заслужил это как никто. Дальше трое мэгляндцев выпили за здоровье новоиспечённых его высокопревосходительства и вице-вождя и пустились в обсуждение других новостей с родины, пока не вошёл Аксель и не доложил: — Его светлость граф Эред-Оссмарт! Феродор Манекс вошёл в покои принца-коронета Освальда, и августейший их обитатель крепко обнял своего друга, с которым не виделся с самого отъезда мэгляндского посольства и лишь пару раз обменивался письмами. Когда граф Эред-Оссмарт уселся в кресло, Эйрент приказал подать ещё вина, бокал и тех же самых мини-бутербродов на шпажках. — Что нового, граф? — пытливо улыбаясь, спросил феродора Манекса Эйрент. — Как что нового, ваше высочество? Я же на днях поеду с вами в Солстар, вы что, забыли? Король писал мне на днях, и я приехал в Райдевин. — А мне почему его величество ничего не сказал?! — вскричал Эйрент. — Вчера же было заседание государственного совета, где мы виделись! — Скорее всего, он просто не успел это сделать, — заметил Тамир, — и думал, что пригласит вас, ваше высочество, чтобы по этому поводу поговорить. Кстати, я тоже поеду с вами. Сияющий взгляд принца Освальда был его лучшей благодарностью виконту Лонтерану. Тамир оказался прав. Наутро к принцу-коронету пришёл дворцовый лакей и пригласил его высочество в Аудиенц-зал. — Ваше высочество, вы знаете, что послезавтра уезжаете в Солстар? — без предисловий начал король. — Да, ваше величество, — уклончиво ответил Эйрент. — Я готов. — Прекрасно. Ваш камердинер уже получил приказ упаковать весь ваш гардероб и другие вещи. Поедете вместе с графом Эред-Оссмартом, он тоже получил соответствующий приказ, — сказал Людегер III. — В Солстаре вас уже ждут: мои гонцы известили население о вашем прибытии. Вам понятно? — Да, ваше величество, — поклонился Эйрент. — У меня только один вопрос, если позволите… — Слушаю, вас, принц, — сказал король. — Государь, — начал Эйрент, тщательно подбирая слова, — смею сообщить вашему величеству, что у нас с виконтом Лонтераном имеются мегафальки, и мне с ним бы хотелось проделать путь от Дайвона до Солстара в полёте... — Что ж, мысль недурна, — сказал, немного подумав, король и кивнул. — Можно. А ваша свита может ехать по земле. К тому же на ваших птицах вы доберётесь быстрее. — Спасибо, ваше величество! — благодарно произнёс Эйрент, кланяясь Людегеру III так низко, как никогда. Так и решили. Провожать его высочество принца-коронета Освальда собрался весь двор, возглавляемый королём и его личной свитой. Принцесса Арнегунда тоже решила уехать и не оставлять правнука. Несмотря на то, что Людегер III уговаривал её остаться, она не изменила своего решения, и для неё и её свиты приготовили два фургона. В других двух фургонах разместилась свита принца Освальда, и, наконец, в последний фургон поместили весь багаж его и её высочеств и их свиты. Лошадей, включая Сверта и Ярпа, впрягли в фургоны. Эйрент не возражал этому: он прекрасно понимал, что пускаться в довольно далёкий путь верхом — дело рискованное; к тому же ввиду того, что этот путь он намеревался провести в полёте, конь бы ему всяко не понадобился. И вот, наступила минута отъезда. Фургоны, должным образом укомплектованные, ждали своих пассажиров. Эйрент и Тамир вывели из дворцовой конюшни Ротбара и Гиртана; мегафальки, нетерпеливо расправляли крылья и переступали лапами. Прощались прямо у входа во дворец. — Ваше высочество, — обратился Людегер III к наследнику престола. — Желаю вам доброго пути, а также лёгкого и спокойного управления вашими личными землями. — Спасибо вам, ваше величество, — склонил голову Эйрент. — Обещаю вам, что оправдаю ваше доверие. — Я не сомневаюсь в этом, — улыбнулся король. Вслед за королём тёплые слова сказали маркиз Лонтвейг, граф Ар-Геретон, маршал Трелентер и другие высшие сановники двора. Духовник королевской семьи отец Рунольт благословлял отъезжающих. И вот, Эйрент одним чётким движением очутился в седле, недавно изготовленном по заказу принца Освальда. Убедившись в том, что путешественники заняли заранее оговорённые места, он потянул поводья, и Ротбар с готовностью взвился в воздух. Вслед за ним, шумно захлопав крыльями, взлетел Гиртан. Дорога до Солстара — главного города северной части королевства Девонгланден и бывшей его столицы — заняла шесть дней. Колонна фургонов выехала из Дайвона по Кентрегскому тракту и двигалась по дорогам центрального Девонгландена, минуя города Кентрег, Сермант, Харгел, Сумергил, Дергерт, Гишар и Вердант, пока, наконец, не въехала в Солстар. Эйрент и Тамир всё это время летели над фургонами, присоединяясь к прочим путешественникам на привалах и стоянках в трактирах и гостиницах. К слову сказать, население вышеупомянутых городов с бурной радостью встречало проезжающий кортеж наследника престола. Пока его двуногий друг разговаривал со своей свитой, Ротбар успевал вдоволь поохотиться в полях, рощах и лесах по сторонам дороги. Эйренту было непонятно, каким образом в разгар зимы Ротбар умудрялся находить добычу. Гиртан в этом не уступал Ротбару. Во пути Эйрент и Тамир не переставали любоваться панорамами Девонгландена, открывавшимися с высоты птичьего полёта. Правда, вся панорама имела белые, чёрные и серые тона, тем не менее, посмотреть всё равно было на что. В особенности принца Освальда впечатлили иссиня-чёрные ленты заледеневших рек, с нетерпением ожидавших конца зимы. А леса и рощи словно утешали реки, обнимая их, как шубой, своими деревьями. Наконец, в разгаре шестого дня пути, путешественники прибыли в Солстар. Со своего места на мегафальке Эйрент смотрел вперёд и рассматривал расстилавшуюся впереди гигантскую белёсую пластину льда Старренского озера; подобно исполинскому ножу, в эту пластину с юга врезалась иссиня-стальная лента реки Мидронея. Солстар же находился между устьем реки и озером. Солстар, как второй по величине город королевства, ненамного уступал по величине Дайвону, хоть и был старше него. В отличие от столицы, состоявшей почти целиком из домов не ниже пяти этажей, дома Солстара имели в основном максимум три этажа. Более-менее высокие дома встречались разве что ближе к окраинам. Единственными городскими доминантами были три собора, в разных частях города: шпилями со всё теми же солнцами они гордо поднимались к небу. Вот он какой, этот город, которым вот уже почти двести лет управляли наследники престола Девонгландена! Эйрент увидел, как колонна фургонов остановилась внизу, у ворот города, казавшимися совсем миниатюрными, и дал сигнал Ротбару снижаться. Мегафальк послушными кругами пошёл на посадку. Эйрент успел заметить, как за уверенными кругами птицы в воздухе с задранными головами наблюдала толпа у ворот, где остановились фургоны. Тамир последовал примеру друга. Эйрент спешился, взял Ротбара под уздцы и подошёл к графу Эред-Оссмарту. — Мы приехали к вам не просто так, — говорил граф своему собеседнику, довольно высокому и мускулистому мужчине лет сорока. — Я знаю, граф, — отвечал мужчина. — Весь Солстар давно ждёт этого события. — Познакомьтесь, ваше высочество, — представил граф Эред-Оссмарт. — Это Бьёрг-Вернер Хаусгалт, граф Тарагвинт, вице-феродор Солстар. В ответ граф Тарагвинт низко поклонился принцу-коронету Освальду. — А почему вы вице-феродор Солстар? — не мог не поинтересоваться Эйрент, столкнувшийся со столь необычной должностью. — Ваше высочество, — степенно объяснил хранитель Солстара. — В период долгого отсутствия у Девонгландена наследника престола король назначил меня управлять Солстаром, и специально созданную именно для Солстара должность эту я занимаю вот уже почти шестнадцать лет. И на съездах феродоров именно я все эти годы представлял Солстар. А как только я узнал, что у Девонгландена появился принц-коронет, то очень обрадовался тому, что у Солстара появился законный хозяин, феродор Солстар собственной персоной. Добро пожаловать в ваш город, ваше высочество! — Спасибо за тёплое приветствие, монсэр граф, — только и ответил Эйрент. — Я обещаю оправдать как ваши ожидания и доверие, так и жителей Солстара. — Милости просим, ваше высочество, — поклонился граф Тарагвинт, отвешивая поклон и приглашающе показывая рукой в сторону ворот. Эйрент и Тамир пристроили Ротбара и Гиртана в один из багажных фургонов, наказав тем сидеть как можно тише, затем сели в сёдла коней, которых выпрягли из фургонов. И кортеж его высочества принца-коронета Освальда двинулся по улицам Солстара. При виде на улицы Солстара было видно, что его высочество феродора Солстара тут ждали. Все здания были украшены флагами Девонгландена и прочими флажками, искусно сделанными из еловых ветвей гирляндами, перевитыми разноцветными лентами. Казалось, вернулись вознесенские праздники, ибо и украшения улиц, и бурная радость жителей для будничной жизни отнюдь не характерны. Ввиду студёного зимнего дня большинство жителей города приветствовали своего нового правителя, высунувшись с балконов домов. — Да здравствует его высочество! — Долгих лет жизни феродору Солстару! — Принцу Освальду — слава! — О, Касториос, — шепнул Эйрент ехавшему рядом маркизу Корангарду, — ну они и кричат. — А что вы хотели, ваше высочество, — с улыбкой отозвался тот. — они давно ждали этого момента. — В Дергерте было точно так же, — вспомнил граф Гринтарг, имея в виду огромную толпу, собравшуюся под окнами ресторана в этом городе, где обедали принц Освальд и его свита. На улицах людей тоже хватало. Прямо по проезжей части, рискуя попасть под копыта лошадей и колёса фургонов, сновали вездесущие мальчишки и девчонки, размахивая разноцветными флажками и самодельными трещотками. Да и взрослые не отставали, особенно молодёжь, устраивавшая буквально на каждом углу самодеятельность в виде маленьких оркестриков. Воздух полнился запахами уличной еды, готовившейся повсюду: это были и знаменитые лепёшки с мясом и сыром, и вафли с вареньем и творогом, и пирожки со всевозможными начинками. Торговали также и горячими напитками, и Эйрент снова вспомнил Гамера — специалиста по напиткам. Приветственные крики людей, звуки труб и других музыкальных инструментов, пушечная пальба, доносившаяся откуда-то издалека, — всё сливалось в какую-то совершенно немыслимую, но радостную фантасмагорию. Всё это напомнило Эйренту как празднование Вознесения и основания Мэглянда, так и праздники в Дайвоне, и в конце концов, по мере продвижения кортежа по улицам Солстара, начинало утомлять. Эйрент, да и все члены его свиты, и без того утомлённые дорогой, мечтали прибыть на место и отдохнуть. Резиденция феродора Солстара, куда, наконец, прибыли путешественники, находилась на берегу одновременно и Старренского озера, и реки Мидронея. Принцу Освальду рассказали, что со стороны озера и реки территория резиденции закрывалась шикарной ажурной решёткой, примерно метра два-три в высоту; любому жителю Петербурга она напомнила бы решётку Летнего сада. На стороне, обращённой в сторону суши, решётка переходила в массивную каменную ограду, переходившую в подобные каменные ворота. Два массивных столба по обе стороны ворот венчали две каменные короны; на каждой из решётчатых створок виднелось по гербу Девонгландена. За воротами простирался парк, статуи, скамейки и другие сооружения которого мирно спали, укрытые снегом под сенью не менее заснеженных деревьев. Стражники, ёжась от холода, стояли возле ворот и во все глаза смотрели на дорогу, по которой приближался кортеж его высочества принца Освальда. При виде графа Тарагвинта они как по команде вытянулись в струнку. — Это ваш хозяин, — сообщил стражникам хранитель Солстара, когда кортеж въехал на территорию резиденции, — его высочество принц-коронет Девонгландена, феродор Солстар. — Теперь вы будете подчиняться мне, — твёрдо добавил Эйрент. — Слушаемся, ваше высочество! Эйрент, сидя в седле, во все глаза рассматривал свою резиденцию. Ничего себе, ну и нарядный дворец, оказывается! Это здание, в плане напоминавшее букву «П», своими «ножками» было развёрнуто в сторону въездных ворот, оно состояло из трёх этажей и было украшено колоннами позолоченной лепниной и многочисленными статуями. Прямо между «ножками» буквы «П» располагался круглый пруд фонтана, зеркало которого было затянуто льдом и припорошено снегом. — Граф, — обратился Эйрент к графу Эред-Оссмарту, ехавшему рядом по противоположную графу Тарагвинту сторону. — Да, ваше высочество? — отозвался тот. — Очень похоже на вашу резиденцию в Манексе, — заметил Эйрент. — Конечно, — кивнул феродор Манекс, — ведь её построил тот же архитектор, что и резиденцию вашего высочества. — Этот же архитектор построил и церковь у нас в Ванасе, — произнёс граф Менгартейл. — Это очень интересно, монсэр граф, — отозвался с улыбкой граф Эред-Оссмарт. Они проехали через проезд, которые образовывал нарядный заборчик, выполненный из изящных мраморных балюстрад. Заборчик завершали два мраморных же столба, которые образовывали тот самый проезд. На каждом из этих столбов имелось по литому бронзовому фонарю. Фонари уже горели ровным жёлтым светом, освещая всё вокруг; такая же подсветка имелась у светло-зелёных стен дворца. Добравшись, наконец, до стен дворца, Эйрент переглянулся со своими спутниками: наконец-то они на месте. Графа Тарагвинта с ними уже не было: он ушёл во дворец, сказав, что пошёл отдавать распоряжения. Не успели путешественники и глазом моргнуть, как со всех сторон набежали конюхи, помогая им спешиться, отводя коней в конюшню и завозя туда же фургоны. Эйрент и Тамир крайне удивились и обрадовались, найдя в конюшне гнёзда для мегафальков: они тут же завели туда птиц, и те сразу принялись чистить перья и укладываться спать. Лестница дворца, по которой поднимались принц-коронет Освальд, принцесса Арнегунда, граф Эред-Оссмарт, маркиз Корангард, граф Гринтарг, виконт Лонтеран и граф Менгартейл, была почти точной копией парадной лестницы Райдевина. Да и сама резиденция феродора Солстара была миниатюрной копией королевского дворца Людегера III. Они добрались до самого верха лестницы и принялись рассматривать открывавшиеся за её верхней площадкой помещения дворца. Да, всё было действительно под стать Райдевину, хоть и в уменьшенном варианте! У Эйрента в столице тоже имелся дворец, но и он уступал в размерах его же резиденции. Пока они рассматривали доступные взгляду комнаты, сзади раздался голос графа Тарагвинта: — Милости просим на приветственный ужин его высочество феродора Солстара и его свиту! Вот это поворот! Принцу Освальду и его свите ничего не оставалось делать, как пройти в шикарный обеденный зал, где их ждал накрытый стол, не уступавший в великолепии королевскому. Когда они вошли, возле стола уже толпились важные, судя по одежде, сановники. При появлении в зале принца Освальда они все поклонились ему. Граф Тарагвинт представил их как членов городского совета. Это были начальник городской стражи, смотритель городских рынков, главный трактирщик интендант финансов, попечитель городских школ, инспектор городских лазаретов. «С ними вашему высочеству надо будет иметь дело постоянно», — шепнул на ухо Эйренту граф Эред-Оссмарт. Эйрент кивнул, рассматривая этих своих подчинённых. Все они, включая, к удивлению Эйрента, графа Тарагвинта, смотрели на новоявленного феродора Солстара и чего-то ждали. Граф Эред-Оссмарт многозначительно посмотрел на своего августейшего друга, затем посмотрел таким же взглядом на собравшихся, потом на стол, и, наконец, до Эйрента дошло, что они ждут приглашения, и именно от него. — Монсэры, — сказал Эйрент. — прошу всех к столу. Приглашённые члены городского совета, а также дворяне свиты принца Освальда, не заставили себя долго ждать. Все чинно расселись за столом, и званый обед в честь нового хозяина Солстара пошёл полным ходом. Пока слуги разносили блюда и напитки, знатные гости и другие уважаемые люди вовсю пировали, попутно провозглашая здравицы принцу Освальду. После пира в резиденции феродора Солстара состоялся бал в честь нового хозяина города, куда была приглашена вся знать округи. На балу, затянувшемся до часу ночи, было много музыки, танцев, вина и вкусных закусок. Под конец единственным горячим желанием Эйрента и приехавших с ним друзей было очутиться, наконец, в постели. Эйрент был несказанно рад, когда он добрался до своих покоев, как две капли воды похожих на его покои в Райдевине, и Аксель, наконец, переодел его и завил на ночь. На следующий день Эйрент в сопровождении графа Тарагвинта, а также своей свиты и друзей осмотрел всю свою резиденцию. По величине она действительно не уступала резиденции графа Эред-Оссмарта в Манексе, и Эйрент стал искренне желать, чтобы не заблудиться посреди такого количества комнат, судя по запаху, с недавно сделанным ремонтом. — Не заблудитесь, ваше высочество, — улыбнулся граф Эред-Оссмарт. — Вы здесь быстро станете ориентироваться. — Прошу сюда, ваше высочество, — пригласил граф Тарагвинт под конец осмотра, приглашая всех в обширное полуподвальное помещение, очень напомнившее такое же в гостинице «Золотой конь» в Дайвоне. Войдя в помещение, Эйрент ахнул. Прямо посреди помещения находился самый настоящий бассейн; по величине он был точь-в-точь, как такой же в гостинице, где жило мэгляндское посольство. — Вот это да! — прошептал по-мэгляндски Тамир за спиной Эйрента. — Здорово! — тоже по-мэгляндски шёпотом отозвался Эйрент. — Ты был прав, Тамир, что нам будет где подышать жабрами. — И это великолепно, Эйрент! — сказал Тамир; Эйрент кивнул. — Сегодня вечером пойдём туда! — Какая в этом бассейне вода, монсэр граф? — поинтересовался Эйрент у вице-феродора. — Озёрная, ваше высочество, чистая озёрная! — сказал граф Тарагвинт, польщённый одобрительной реакцией наследника престола на наличие в его резиденции бассейна. — Очень хорошо, — одобрил Эйрент. — Всё к услугам вашего высочества, — поклонился граф Тарагвинт. — А теперь милости прошу ваше высочество в ваш рабочий кабинет. — Чтобы передать вам дела ферода, — добавил граф Эред-Оссмарт. Эйрент понимающе кивнул, хотя его душа была полна страхов и смятения перед предстоящими обязанностями. Рабочий кабинет феродора Солстара оказался просторным помещением под стать рабочему кабинету короля в Райдевине. Несмотря на то, что на дворе стоял неяркий зимний день, четыре широких окна с поднятыми белыми шторами впускали достаточное количество света. Стены кабинета были облицованы обоями, точь-в-точь такими же, какими были обиты стены в покоях Эйрента в Райдевине. На полу имелся узорчатый паркет из панелей бежевого и вишнёвого цветов. Посреди кабинета, ближе к стене, противоположной от двери, стоял обширный стол с внушительного вида креслом, над которым на стене располагались портрет Людегера III и гербы Девонгландена и Солстара. Напротив окон находился традиционный камин с мирно пляшущими язычками огня; перед камином стояли четыре кресла вокруг овального столика со столешницей тёмно-зелёного мрамора. Вот таким Эйрент и увидел впервые свой кабинет, где ему предстояло вершить судьбы вверенных ему земель и их населения. — Ваше высочество, вы потом можете добавить сюда другие вещи, по своему усмотрению, — сообщил Эйренту граф Тарагвинт. — Спасибо, монсэр граф, непременно, — поблагодарил Эйрент вице-феродора. — Монсэр граф, — вмешался граф Эред-Оссмарт. — Его величество король поручил мне на первых порах помочь феродору Солстару в его работе. Вам следует вызвать сюда в кабинет его высочества главных должностных лиц города для доклада о текущем положении дел в фероде. — Я об этом уже подумал, монсэр феродор Манекс, — отозвался граф Тарагвинт и вызвал курьеров, чтобы отправить их к вышеупомянутым лицам. А свита принца Освальда тем временем разошлась по своим покоям. Через час в кабинет феродора Солстара прибыли должностные лица, присутствовавшие накануне на званом обеде. Граф Тарагвинт представил их принцу Освальду. Это были начальник городской стражи монсэр Агнар Урбикуст, смотритель городских рынков монсэр Биргер Меркат, главный трактирщик монсэр Кьёлл Локанд, интендант финансов Кристер Фискар, попечитель городских школ Алвис Сколарект, инспектор городских лазаретов Омунд Ассермед. Когда все собрались в кабинете, Эйрент уловил взгляд графа Эред-Оссмарта, красноречиво говоривший ему пригласить вошедших сесть. — Прошу садиться, монсэры, — произнёс Эйрент. Когда все расселись вокруг стола, примыкавшего к рабочему столу Эйрента, вице-феродор Солстар произнёс: — Вот, монсэры, ещё раз представляю вам вашего законного хозяина — его королевское высочество принца-коронета Освальда. Теперь обо всех городских делах будете докладывать не мне, а ему. Дальше должностные лица один за другим поднимались со своих мест и рассказывали текущее положение в сфере жизни города, которую они представляли. Например, монсэр Кристер Фискар рассказал о состоянии городской казны, монсэр Агнар Урбикуст доложил о количестве имеющейся в городе стражи, а городские рынки, школы и лазареты Эйрент решил осмотреть сам. Его решение вызвало одобрительные взгляды графа Эред-Оссмарта и графа Тарагвинта. — Надеюсь, монсэр граф останетесь моим советником, — сказал Эйрент вице-феродору Солстару, когда совещание закончилось. — Благодарю вас за доверие, ваше высочество, — поклонился граф Тарагвинт. — А с вами, ваше высочество, мы сможем вести переписку, — добавил феродор Манекс. — Буду очень рад, — отозвался Эйрент. — А быстро доставлять письма вам будет вот кто, — сообщил граф Тарагвинт, уходя в смежную комнату и возвращаясь оттуда с клеткой. — Хрящекрыл! — обрадованно воскликнул Эйрент, глянув на обитателя клетки. — Да, ваше высочество, — улыбнувшись, подтвердил граф Эред-Оссмарт. — С ним вы сможете отправлять депеши и даже в столицу, самому его величеству. В первый и последний раз Эйрент видел хрящекрыла только в резиденции феродора Горданта, когда он впервые приехал в Девонгланден. В резиденциях же других феродоров хрящекрылы, очевидно, были скрыты для глаз посторонних. — Как вы знаете, ваше высочество, они очень понятливые, — сообщил граф Тарагвинт, приоткрывая дверцу клетки. Эйрент просунул руку в клетку и принялся поглаживать и почёсывать хрящекрыла. Зверёк благодарно заурчал, потянулся к его руке и доверчиво потёрся об неё головой. Когда контакт зверька с хозяином установился, Эйрент закрыл клетку и решительно заявил: — Теперь я хотел бы ознакомиться с состоянием городских школ, лазаретов и рынков. — Будет исполнено, ваше высочество, — с готовностью сказал граф Тарагвинт, почтительно кланяясь. — Я вам советую взять с собой записную книжку, ваше высочество, — мягко добавил граф Эред-Оссмарт, — чтобы вы могли делать заметки. До обеда Эйрент отправился в поездку по Солстару. Послушавшись совета феродора Манекса, он прихватил блокнот и карандаш, которые экспортировало королевство Кембрия, располагавшееся на севере Антагеи. В сопровождении своей свиты, обоих графов — Эред-Оссмарта и Тарагвинта, а также тех самых должностных лиц, присутствовавших на совещании, — он проехался по городским рынкам, где осмотрел продававшиеся товары, причём ассортиментом товаров он был полностью удовлетворён и пообщался с торговцами и покупателями. Вспомнив рассказы сестры Ипатии о прохождении ею практики в больницах, в лазаретах города он обратил внимание на чистоту помещений и на то, как одет персонал. Перекинулся парой слов с лежавшими там пациентами и постарался запомнить жалобы некоторых из них. Посещая школы города, Эйрент вспомнил свою мать Латону, которая сетовала на состояние зданий некоторых школ Ихтитеуна, и пометил себе в блокноте обратить внимание на здания школ Солстара. Монсэры Биргер Меркат, Кьёлл Локанд, Алвис Сколарект и Омунд Ассермед по ходу поездки делали феродору Солстару пояснения. — Монсэры, — сказал Эйрент своим подчинённым, когда прощался с ними по приезде в резиденцию, — всем большое спасибо за поездку по городу. Надеюсь на дальнейшее плодотворное с вами сотрудничество. Через неделю здесь, у меня в резиденции, состоится наше с вами совещание. Жду вас всех у меня в кабинете. В таком же духе с новоявленным феродором Солстаром с почтительнейшими поклонами попрощались смотритель городских рынков и другие должностные лица, сопровождавшие Эйрента в поездке. — Вы очень хорошо держались, ваше высочество, — заметил граф Эред-Оссмарт. — Для первого раза всё прошло очень хорошо. — Благодарю вас, граф, — только и мог сказать Эйрент, а затем обратился к обоим графам. — Монсэры, я был бы очень вам признателен, чтобы первые совещания я провёл с вами. — Непременно, ваше высочество, — уверил граф Тарагвинт. — О чём речь, ваше высочество? — улыбнувшись, добавил граф Эред-Оссмарт. — За этим я и прибыл в Солстар вместе с вами. В тот день Эйрент сытно пообедал с бабушкой Аквилегией и всей своей свитой, а после обеда они с Тамиром взяли мегафальков и отправились с ними в заснеженный лес, так же, как и Солстар, располагавшийся на берегу озера, только западнее города. Перед своим возвращением в Лонтеран Тамир намеревался провести в Солстаре две недели, чем несказанно обрадовал друга. Потекли день за днём. Новая жизнь Эйрента и новые его обязанности не сказать, чтобы сразу, но постепенно вошли в колею. Первоначально ему помогали граф Эред-Оссмарт и граф Тарагвинт, но спустя две недели после приезда в Солстар феродор Манекс, закончивший порученную ему королём миссию, и виконт Лонтеран разъехались по своим вотчинам. Рядом с Эйрентом из мэгляндцев осталась только бабушка Аквилегия, и Эйрент благодарил Касториоса, что прабабушка не осталась в Райдевине, хотя могла бы. Её общество помогало Эйренту выдерживать одинаковую изо дня в день рутину. Каждое утро начиналось одинаково, каждый день протекал одинаково, и так же одинаково заканчивался каждый вечер. По утрам Аксель умывал хозяина, одевал его и причёсывал; затем Эйрент седлал Ротбара и улетал с ним в Старренский лес. Пока мегафальк охотился, Эйрент обдумывал грядущую утреннюю встречу либо с секретарём, либо с членами городского совета, если с ними было назначено в этот день заседание. Затем Эйрент возвращался в резиденцию и завтракал в бессменной компании всей своей свиты и бабушки Аквилегии. После завтрака феродор Солстар принимал секретарей или проводил заседания городского совета, после чего работал с документами у себя в кабинете. Иногда Эйрент посылал в Дайвон к королю хрящекрыла, с просьбой о совете. Потом следовал обед в том же составе. После обеда Эйрент снова улетал в Старренский лес, после чего шли прогулки с бабушкой Аквилегией и со всей свитой. Часто в резиденцию друга прилетал виконт Лонтеран. А вечером, после ужина, в резиденции феродора Солстара проводились или балы, или музыкальные концерты, или спектакли. И каждый вечер перед сном, сразу после купания в бассейне, Аксель переодевал хозяина на ночь и завивал его. Так и шёл день за днём, и это неторопливое и одинаковое течение дней нарушали приезды друзей и уж совсем иногда — совсем уж неожиданные события.