Отрицательный герой

      Война. Так можно было бы охарактеризовать то, что происходило долгие четыре года между ЛедиБаг и Монархом. В прошлом Бражником, да-да, конечно. Та война отняла так много личного времени, что… иногда Маринетт задумывается, а стоило ли оно того? Серьёзно, зачем она спасала чертов Париж день за днём, если сегодня выясняется — что всё бессмысленно?       Сколько слёз было пролито из-за ссор с Нуаром, из-за сотни принятых решений, из-за тысячи часов потерянного времени, из-за вранья родителями, из-за физической боли после битв. И для чего? Чтобы потом, спустя три года, после победы, запретили супергеройскую деятельность во всём мире?       Какой же бред.       Маринетт отпила пунша, разглядывая участников шумной вечеринки. И честно говоря, с трудом узнавала в ребятах бывших одноклассников.       Джулека и Роуз — две противоположности, идеально дополняющие друг друга. Дюпен-Чен с удовольствием смотрела на их взаимодействия: блондинка нежно обнимала свою девушку за талию, а та ласково поглаживала её короткие волосы, плавно танцуя под музыку. Куффен была в черном полупрозрачном платье с вышитыми серебристыми звездами. Левилён была в розовой юбке и белой блузке. В общем, выглядели они отлично. Маринетт знала, что они никуда не стали поступать, тем не менее их жизнь более чем успешна. Джулека работает моделью, а Роуз — её менеджер. Они живут вместе на съемной квартире.       Сабрина отрастила волосы, стала носить линзы, нарастила ресницы и подкачала губы. Теперь она была похожа на улучшенную версию Хлои. Девушка кардинально сменила стиль: вместо свитеров и невзрачных колготок на ней было тёмно-зелёное обтягивающее платье. В полумраке на ней сверкало дорогое колье и сережки. Пришла она сюда, как ни странно, за ручку с Кимом, который прославился после победы на Олимпийских Играх. Буквально пару месяцев назад, парень завоевал золото в соревнованиях по плаванию. Парочка о чем-то разговаривала с Нино и Альей, громко смеясь над шутками именинника.       Иван и Милен обручились, во всю готовятся к свадьбе. Маринетт поздравила их от чистого сердца и пожелала всего наилучшего. За что получила приглашение на их торжество. Дюпен-Чен было жутко неловко, ведь она не так хорошо общалась с ними в школе, однако, ей было приятно. Свадьба состоится уже через три месяца. Молодожёны что-то активно рассказывали Натаниэлю, который с горящими глазами слушал их и кивал. Кстати, Куртцберг выглядел просто шикарно: темные джинсы, белая футболка и блестящий серый пиджак. Его рыжие волосы уже не прикрывали красивые глаза, а были собраны в аккуратный хвост на затылке. Маринетт, честно говоря, хотела бы попробовать с ним пофлиртовать, однако, Алья остановила её на пол пути — оказалось, что он в отношениях с Марком. Дюпен-Чен приложила немало усилий, чтобы вспомнить, кто это.       Она узнала, что Куртцберг вместе с Ансьелем выпускают собственный комикс про ЛедиБаг и Кота Нуара. Таким образом, ребята поддерживают супергероев и зарабатывают на жизнь. Брюнетка была сильно удивлена, узнав каким спросом пользуются истории про неё и Адриана. Учитывая их отсутствие уже как три года.       Макс пытался починить самодельный диджейский аппарат Нино, однако, всё пока было безуспешно. Канте поступил на робототехнику и вполне себе счастлив. Отношения ему не нужны, на первом месте учеба. И Дюпен-Чен его прекрасно понимает. Она бы тоже так хотела. Забыть обо всем и погрузиться в учебу. Но… не может.       Девушка тяжело вздохнула, допивая пунш из стакана. Она поставила его на столик и ещё раз пробежалась взглядом по одноклассникам. Всё было не так.       Брюнетка даже захотела появления Хлои на чертовом празднике. Она представила, какой бы скандал учинила глупая блондинка, увидев Сабрину в таком виде. Почему-то Маринетт уверена, что Буржуа бы обзавидовалась и закатила истерику. Она бы хотела на это посмотреть.       Неожиданно появление Зои, заставило Маринетт дрогнуть.       — Ты чего грустишь?! — громко спросила девушка, стараясь перекричать музыку.       Дюпен-Чен закатила глаза и улыбнулась, отрицательно качая головой.       — Всё нормально! Я просто думаю!       — О чем?! — вскинула брови Зои, допивая пунш и ставя стакан на стол. — Хотя погоди… — она запрокинула голову и усмехнулась. — О нём, верно?!       Маринетт поджала губы и отвела взгляд. Как раз о нём она сейчас не думает.       — О вас! — крикнула брюнетка, указывая на бывших одноклассников. — Как вы все изменились!       Буржуа хмыкнула и бросив взгляд на ребят, кивнула в сторону ванной.       — Пойдём, покурим!       — Я не…       Резкий рывок за руку, и Дюпен-Чен уже в ванной вместе с Зои. Блондинка закрыла комнату и присела на край ванной. Она стала копошиться в карманах джинс, ища сигареты. Маринетт обвела подругу взглядом и усмехнулась. Её стиль всегда был… необычным. Волосы Зои были закручены в мелкие кудряшки, на ней была джинсовка радужного цвета, светлые штаны с какими-то различными нашивками и яркие неоновые кроссовки. А ещё на её лбу были интересные прозрачные зелёные очки.       Буржуа закурила. В ноздри брюнетки ударил запах черники и она невольно поежилась. Дюпен-Чен обняла себя руками и оперлась ягодицами о раковину.       — Как у тебя дела, Маринетт?       Девушка тяжело вздохнула. Она надеялась не услышать таких вопросов сегодня.       — Всё хорошо, Зои. А у тебя?       Блондинка пожала плечами, затягиваясь.       — Как обычно, живу на две страны и пытаюсь хоть где-то построить жизнь, — Зои усмехнулась. — Но знаешь, с моей семьёй это очень трудно.       — Понимаю, — с грустью произнесла Маринетт, неловко сомкнув губы. — У меня пока тоже… не особо получается что-то построить.       — Потому что скучаешь? — легко улыбнулась собеседница, наклонив голову. — Знаешь, нет ничего постыдного…       — Зои, давай… — Дюпен-Чен прикрыла глаза, руками прося девушку остановиться. — Не будем об этом, — выдохнула Маринетт. — Весь мир не крутится вокруг него. Просто мне нужно чуть больше времени.       Буржуа покивала, затягиваясь и выпуская сигаретный дым в сторону подруги. Девушки некоторое время молчали, слушая звук громких динамиков за стенкой.       — Не знаешь, где Кагами? — вдруг спросила блондинка.       Маринетт покачала головой.       — Алья рассказывала, что вернулась в Японию вместе с матерью после… — Дюпен-Чен выдохнула. — Смерти Габриэля. Как ты знаешь, они были партнерами и владели компанией «Альянс».       — Да-да, помню. Эти кольца… были повсюду. А как только контору прикрыли, те перестали функционировать.       Маринетт покивала, кусая губы. Альянс… Казалось совсем недавно реклама чудесных украшений была везде. И как же Дюпен-Чен ненавидела это инновационное изобретение. Она не поддалась влиянию масс и не приобрела его, что, возможно, спасло её. Ведь вскоре выяснилось, что Агрест через эти кольца передавал силу квами аккуманизированным людям.       И как же брюнетка удивилась, узнав, что Адриан тоже его не носил.       Зои посмотрела в глаза подруги и хмыкнула.       — Ты совсем не изменилась, Маринетт, — Буржуа пробежалась оценивающим взглядом по телу девушки. Темно-синие джинсы, и красный блестящий топ. — Хотя нет, стала более… открытой.       О, я бы так не сказала.       Девушка усмехнулась и смущенно убрала прядь волос за ухо.       — Сегодня просто праздник и я решила выглядеть лучше, чем обычно.       — Как скажешь, — хмыкнула Зои, докуривая и туша сигарету, выбрасывая её в мусорку. — Идём, а то я слышу уже без нас начали танцевать.       Дюпен-Чен улыбнулась и кивнув, вышла из ванной. И вправду, в гостиной уже были абсолютно все. Гости активно танцевали под бодрую музыку. Сезер, заметив подругу, тут же широко улыбнулась и затянула её в толпу.       Маринетт успела ухватить за собой Зои, поэтому теперь они были частью танца. Все громко смеялись, слышался звон бокалов и пьяные возгласы Кима и Макса. Брюнетка отдаленно слышала поздравления ребят, видела кривую ухмылку Нино и сияющие любовью глаза Альи.       Пожалуй, вечеринку можно было назвать удавшейся.       — Ему понравились, дебильные духи?! — спросила на ухо Дюпен-Чен у Сезер.       Девушка повернулась к подруге и рассмеялась.       — Да, Маринетт, он в востроге!       Брюнетка широко улыбнулась и спокойно выдохнула. Она переживала, что Нино не понравится подарок. Дюпен-Чен точно не помнит, как выбрала одеколон, учитывая то, что остаток того дня провела под большим впечатлением. Почитав новости, Маринетт выяснила, что Феликс выкупил компанию Габриэля около полугода назад, и всё это время приводил дела Агреста впорядок. Официально, новый офис теперь находится в Лондоне и основное производство будет теперь там. Но эти духи… Девушке покоя не даёт тот факт, что они снова… продаются. Возможно, Фатом решил распродать партию, что оставалась на складе, чтобы не понести убытков по её уничтожению. С точки зрения ведения бизнеса — это логично. Но насколько правильно? Дал ли ему согласие Адриан?       Дал.       Это был факт.       Ведь наследником всего имущества Габриэля был указан его сын. Вся недвижимость, бизнес — принадлежали Агресту-младшему после смерти отца. Получается, Адриан просто передал дела своему брату. Верно? А это значит, он жив и здоров.       Или нет.       Если всё перешло в руки Феликса, не говорит ли это о том, что Агрест погиб?       Маринетт тем вечером, после покупки одеколона, проплакала несколько часов, опасаясь этой мысли. Однако с помощью квами собрала себя в руки. Те поддержали её и успокоили, сославшись на то, что если бы Адриан умер — об этом бы сообщили Фатомы. Это логично, так бы они объяснили внезапное владение бизнесом Агрестов.       И тогда возник следующий вопрос: как правильно будет управлять империей Феликс, если он владеет камнем чудес павлина? Ведь получается, у Фатома будет в руках компания «Альянс». Зная сверхспособности чертовых колец, Дюпен-Чен стало неспокойно на душе. Она вновь запереживала за мир и за его безопасность. Однако… паниковать рано. Феликсу потребуется как минимум год, чтобы наладить выпуск и функционал Альянса. И ещё не факт, что он вообще решит возобновлять производство. Всё же половина компании принадлежит Томоэ Цуруги.       И даже если кольца поступят в продажу, это не будет значить, что Фатом хочет продолжить дело Габриэля, используя камень чудес павлина.       Звонок в дверь. Алья с Нино переглянулись, а остальные, будто не услышав, продолжали танцевать и подпевать под музыку. Маринетт посмотрела на друзей. Ляиф кивнул в сторону двери, нахмурив брови.       — Маринетт, откроешь?! — громко спросил он.       Дюпен-Чен покосилась на вход и вздохнула.       — А кто это?! — вскинула брови она.       — Я пиццу заказывала, может быть она! — сказала Сезер, закидывая руки на шею Нино, продолжая танцевать.       Брюнетка раздраженно выдохнула и покинула «танцпол». Она прошла к двери и открыла её, моментально замирая и теряя дар речи.       Зеленые глаза смотрели прямо на неё. Милая улыбка. Светлые, как обычно растрепанные, волосы… Маринетт не верила.       Это был Адриан.       Агрест разглядывал Дюпен-Чен с нескрываемым восторгом. Она выглядела… шикарно. Он внимательно следил за тем, как её щеки становятся красными, прямо как её блестящий топ. Её васильковые глаза, пожалуй, увеличились в два раза, а губки приоткрылись в немом шоке.       Парень сглотнул, опуская голову. Как глупо, наверно, он сейчас выглядит, стоя на пороге как ни в чем не бывало. Хотя… нет. Всё стало совсем иначе. И он тоже… выглядел немного иначе. Он стал гораздо выше, плечи шире. Его лицо потеряло детские черты: у него виднелись острые скулы, едва-заметная щетина. Тело было подтянутым, аккуратным. Он пришёл в черных джинсах, пальто, под которым скрывалась клетчатая зелёная рубашка.       И судя по выражению лица Маринетт, выглядел он неплохо.       Дюпен-Чен потребовалось около двух минут, чтобы перестать разглядывать его снизу вверх. Раньше она смотрела на него прямо, он не был… таким высоким. Он не был таким… взрослым.       Черт возьми, Маринетт! Прошло три года! Ты так скучала по нему и вот он перед тобой! А ты стоишь и смотришь на него с открытым ртом! Серьёзно?!       Брюнетка моргнула и прикрыла губы. Она сильно сжала ручку двери, будто не зная что делать. Впускать или нет. Боже, как глупо.       Она снова посмотрела на Адриана снизу вверх, будто проверяя зрение. А после, вытянула к нему руку. Агрест слегка нахмурился, наблюдая за действиями Маринетт. Он видел, как она начинала дрожать. Её тонкая ручка почти затряслась, когда оказалась в пару сантиметрах от его торса. И вот, ладошка прикоснулась к его груди и Адриан замер, боясь сделать вздох. Дюпен-Чен глубоко вздохнула, чувствуя тепло каждой клеточкой тела. На её глазах появились слёзы. Она не верила… Не могла поверить.       Она аккуратно, словно боясь спугнуть Адриана, подняла ладонь вверх, по его телу, останавливаясь на его плечах, а затем шее.       Парень положил свою руку на её кисть и нежно провёл по ней пальчиками. Он поджал губы, видя, как по щекам Маринетт скатилось несколько слезинок. И как же ему сейчас стало стыдно перед ней. Он и подумать не мог, что ей будет так… тяжело. Ей, его лучшей подруге. А какого было остальным? Какого было… ЛедиБаг? Агрест закрыл глаза, тут же прогоняя мысли о бывшей напарнице. Слишком больно сейчас об этом вспоминать и пока он не готов. Он пришёл… к другу на день рождение. Он не должен расстраиваться. Здесь не должно быть место грусти. Но по выражению лица Маринетт он понял, что без неё не обойтись. Он и представить себе не мог, что пережили его друзья, когда узнали, что он пропал. Он даже и подумать не мог, насколько они дорожили им. И вот… смотря в заплаканные глаза девушки, Адриан растерял весь положительный настрой. Он прикрыл глаза и чуть дрогнул от приятных прикосновений подруги. Он услышал тихий всхлип Маринетт и вновь посмотрел на неё. Агрест сжал ладонь девушки и тут же притянул к себе.       Она обняла его. Так крепко, так сильно. Вжалась в него всем телом, будто сливаясь с ним в едино. Она сжала руками ткань его пальто, уткнувшись лицом ему куда-то в грудь и громко заплакала. Она почувствовала, как Адриан обнял её, положил руку ей на затылок, стал нежно поглаживать, просто… позволяя ей плакать. Она тряслась в его руках, мысленно билась в истерике. Она не видела его три года. И вот он здесь, обнимает её. Гладит её волосы, а другой рукой водит по её спине, касается пальчиками временами её голой кожи…       Она услышала, как Агрест шмыгнул носом и тихо-тихо произнес ей в макушку:       — Прости меня.       И это было всем. Она зажмурилась и сильнее разрыдалась, сжимая руками тело Адриана, боясь, что он исчезнет. Что это всё сон. Это её Адриан. Это её напарник. Котёнок. Её. Он рядом, он здесь.       Громкая музыка в какой-то момент прекратила играть за её спиной. Послышались шаги, а затем… тишина.       — Адриан?       Маринетт дрогнула в объятиях парня, услышав его имя из уст Нино. Она медленно подняла голову и посмотрела на Агреста. По его щеке текла одна слеза, а на лицо натянулась грустная улыбка.       — С днём рождения, друг.       Дюпен-Чен аккуратно выскользнула из объятий парня, и чуть отошла в сторону. Руки Адриана плавно соскользнули с неё. Там, где они лежали — Маринетт чувствовала жар. Будто ожоги. И это было… самое приятное чувство в мире.       В следующую секунду друзья обнимались, и Ляиф заплакал не тише Дюпен-Чен. Все гости собрались у двери и все… не верили в то, что видят. Маринетт смотрела, как плачет Алья, закрыв руками свои губы, как каждый… пролил несколько слезинок и шмыгнул носом. Агрест поднял взгляд на бывших одноклассников и всё ещё, сжимая в объятиях Нино, тихо усмехнулся.       — Я по вам всем очень скучал, ребята, — искренне произнес он, вытирая слезы рукавом пальто.       Все тут же улыбнулись, а кто-то усмехнулся. В одно мгновенье все накинулись на Агреста. Его обняли со всех сторон и теперь это было похоже на кучку, из которой только и слышался — плач. Маринетт смотрела на ребят, зарывшись рукой в свои волосы. В её голове что-то сломалось, что-то перевернулось. А сердце… будто заработало с новой силой. Ей становилось безумно жарко и… страшно.       И теперь Дюпен-Чен поняла, что хуже тоски может быть только страх. За Адриана. Она стала бояться потерять его. Снова.       Маринетт отвернулась от друзей и провела по горячим щекам ладонью.       Ты больше его не потеряешь.       И данная самой себе клятва, заставила её вновь разрыдаться.

***

      Вечеринка растянулась на неопределенное время. Уже не было музыки, никто не пил, не танцевал. Все сидели в гостиной и общались только об одном — Адриане.       Вопросов было слишком много.       На многие из них, парень уклонялся от ответа. Маринетт его понимала, и вообще, была против всех этих расспросов. Человек только вернулся в родной город, к лучшему другу, а ему тут викторину устроили. Конечно, у Дюпен-Чен самой было море вопросов, но… задавать их она пока не собиралась. И вряд ли соберётся.       Не сегодня, так точно.       Маринетт неловко наблюдала за Адрианом, за его жестами, мимикой, взглядами… Она хотела запомнить каждую деталь. Словно это была самая важная информация на свете. Она стала узнавать на нём ту самую нуаровскую ухмылку, временами хитрый взгляд и хриплый смешок. Всё это было так знакомо и одновременно с этим ново… Агрест повзрослел. Это было видно не только в его внешнем виде, но и в его уставшем и потухшем взгляде. Он пережил слишком много боли. Жаль, он не позволил себя поддержать в трудные времена.       Объяснить своё поведение и исчезновение он толком не смог. Просто сослался на депрессию и непринятие ситуации в то время. Но Маринетт то знала, что там было нечто большее. Он убил собственного отца. И только Бог знает, что было у него в голове. Это страшно.       Дюпен-Чен склонила голову, слушая, как Нино рассказывает о том, что упустил Адриан за это время. И в этот момент, наконец, напряжение спало и все стали улыбаться. Ляиф довольно возбужденно делился событиями прошедших трех лет.       Маринетт заметила, что парень активно ускользал от тем связанных с Габриэлем, его бизнесом, розыском ЛедиБаг и Кота Нуара… И видела, что в глазах Агреста блистает благодарность другу за чуткость и правильность построения диалога.       Адриан и вправду был рад, что Нино опускал самые щекотливые темы. Он… не готов был обсуждать это с ними. Агрест для себя решил, что изучит всё сам и построит свою точку зрения. Конечно, он не в пещере провёл все эти три года и до него дошли некоторые новости, касаемые отмены супергероев и отношения к ним в целом. И… основная причина его возвращения — это спасти ЛедиБаг.       Полгода назад Адриан увидел на несчастной газете заголовок: «Убийца до сих пор на свободе!» с изображением его бывшей напарницы. В тот момент сердце парня сделало сальто и неприятно заныло. Долгое время он старался забыть её, стереть из памяти, что он был одним из супергероев, что он жил той жизнью. Но не смог.       Каждый божий день он вспоминал её. Свою Леди. И пожалуй, она была единственной причиной, по которой он продолжал жить. Он активно пытался внушить себе, что не следит за ней, что не думает о ней, что не беспокоится о ней… Но тем не менее, все эти три года читал каждую статью в ЛедиБлоге. Однажды создал фейковый аккаунт и притворился малолетней фанаткой, которая скучает по своему кумиру, и задал вопрос напрямую Алье: с ЛедиБаг всё хорошо? На что та ответила, что она вместе с Котом Нуаром оставила супергеройскую деятельность в прошлом. Тогда Агрест успокоился, попытался построить новую жизнь. Пока не увидел эту дурацкую газету.       Полгода назад ещё не было ничего известно о решение правительства Франции начать охоту за супергероями. Однако Адриан это предвидел и понял, что должен помочь напарнице. Ведь убила Габриэля не она, а он. И это факт.       — Адриан, ты вернулся навсегда?       Резкий вопрос Альи выбил парня из колеи. Блондин посмотрел на подругу и размяв плечи, выдохнул.       — Думаю, что да, — криво ухмыльнулся Агрест. — Хоть я и учусь в Кембридже, но думаю, проблем с переводом на дистанционное обучение не будет, — вздохнул он. — Я решил, что хватит прятаться от… — Адриан облизал губы. — Действительности.       Отчасти это было тоже одной из причин его возвращения. Он хотел перестать бояться себя, хотел принять себя таким, какой он есть. Хотел перестать убегать от себя. От своего прошлого. Три года жизни в Лондоне — были неплохой попыткой начать жить заново. Но не вышло. Продолжать играть в прятки с самим собой — было бы неправильно и… глупо.       — Хорошо, мы очень рады, — искренне произнесла Зои.       Адриан ухмыльнулся и кивнул.       — Я тоже. И… простите меня пожалуйста за то, что заставил вас нервничать и переживать. Всё же… мне стоило бы объясниться, но я…       — Не нужно, Адриан, — тут же произнес Нино. — Мы понимаем и ты не должен оправдываться. Серьёзно. Все знают, что тебе пришлось пережить и… Если ты решил это сделать без нашего участия, то так тому и быть, — уверенно сказал Ляиф, махнув рукой. — И как мы видим — ты справился! А значит, всё было не зря!       Блондин усмехнулся и смущенно опустил взгляд.       — Спасибо, Нино.       Маринетт была не согласна с другом. Она хотела, чтобы Адриан оправдался. Перед ней. Нет, перед ЛедиБаг. Он ведь бросил её. Одну, раненую, в том доме. Да, ему было больно, тяжело, но он мог хоть что-то сказать ей. Своей напарнице.       Возможно, это эгоистично, но… Дюпен-Чен так не считала. Она скрестила руки на груди и посмотрела в окно. Она не имеет права на него злиться, ведь он столько пережил. Хотя… и она пережила не меньше, разве нет? Как понять, кому было сложнее? Кого жалеть, кому идти на уступки?       Ладно, им нужно… просто поговорить наедине.       Но ведь не получится.       Маринетт сглотнула. Он не знает её личность. Значит, ей нужно поговорить с ним в роли ЛедиБаг.       Господи, давай подумаем об этом завтра!       Девушка одернула себя в голове и спокойно выдохнула, переводя взгляд на Адриана.       — Чем планируешь заняться? — спросил Ким, закинув руку на плечо Сабрины       В глазах Агреста пронеслось удивление. Он только что узнал Сабрину, но решил обдумать увиденное потом.       — Пока не знаю. Думаю сначала восстановить общения с вами, а затем… разобраться с делами отца. Может, найду работу…       — Если что мы всегда будем рады помочь! — тут же пропищала Роуз. — И с работой, и вообще…       — Спасибо Роуз за предложение, но я надеюсь всё сделать сам, — спокойно произнёс Адриан и улыбнулся.       Все улыбались. Даже на лице Маринетт просияла ухмылка. Всё стало… правильно. Присутствие Агреста заряжает комнату чем-то другим. Уютным, светлым, добрым… Она скучала по этому.       — Давайте продолжим вечеринку. Всё же не я сегодня именниник! — развёл руками парень, поднимаясь с кресла. — Макс, включай музыку!       Нино хотел был остановить лучшего друга, но не успел. Канте прибавил громкость на максимум и комната наполнилась весельем. Все стали танцевать с новым зарядом энергии. Ляиф не отступал теперь от Агреста ни на шаг, не мог перестать обнимать его и всё ещё о чем-то с ним говорить.       Маринетт наблюдала за этим, танцуя в стороне вместе с Альей и осознавая, что всё налаживается. И она снова любит.