Отрицательный герой

      Адриану никогда не нравилось шляться по барам и клубам. В Лондоне, во время студенчества, этого было через край. Тогда Агрест и обрёл пристрастие к спиртному. Ну и умение флиртовать. Может, у него и не было интима, однако, всегда были страстные и жаркие поцелуи.       К своему стыду, парень точно не помнит, сколько девушек на таких тусовках успевал полапать и поцеловать. Всё происходило в пьяном угаре, когда жалкое желание забыться — брало вверх. Но когда дамы начинали стягивать с него одежду, всё ломалось. Появлялось отвращение к ним, к самому себе… Тоска по любимой напарнице.       Поэтому так веселиться Агрест не любил. Но для него стало большим удивлением, когда на подобную тусовку позвал его Нино. Адриан хотел отказаться, однако, он осознал, как скучает по лучшему другу, и как ему не хватает его поддержки. В последний раз они виделись на его дне рождении, дальше были лишь созвоны и смс. Этого катастрофически мало, по сравнению с тем, сколько они не виделись в принципе. По итогу, блондин согласился.       Зайдя в клуб, с его плеч тут же стянула пальто обворожительная девушка. У неё был яркий макияж и довольно открытая одежда. Агрест постарался не обращать на это внимание, но когда тонкие пальцы незнакомки опустились ему в карман джинс, он заметно напрягся.       — Хорошо повеселись, красавчик, — промурлыкала она, убирая свою руку и отступая в сторону.       Адриан нервно усмехнулся и, кивнув, спокойно выдохнул. Он проверил карманы, убеждаясь, что все личные вещи на месте. Ну и теперь в его джинсах есть номерок от гардероба. Парень сделал несколько шагов в шумное помещение. Музыка била по барабанным перепонкам, визги и крики толпы, звуки наполняющихся бокалов… Было всё, чего Агрест избегал на протяжении последних нескольких месяцев.       — Адриан!       Нино появился рядом очень внезапно.       — Привет! — громко ответил блондин.       Ляиф жестом позвал друга за собой, проводя его сквозь толпу к барной стойке. Там было чуть тише, что уже радовало. Парни опустились на стулья, и мулат тут же сделал заказ:       — Нам два виски с колой, пожалуйста! — Бармен кивнул, и внимание Нино переключилось на Адриана. — Я рад, что ты пришёл!       Агрест хмыкнул и обвёл заведение взглядом.       — Я тоже, — спокойно ответил он и оглядел друга. — Ты как?       Ляиф махнул рукой, широко улыбаясь.       — Да как обычно. Двигаюсь по-тихоньку, — парень поймал свой бокал и тут же сделал один глоток, облизав губы. — У тебя как дела? Нашёл работу?       Адриан взял в руки стакан и тяжело вздохнул, смотря на напиток.       Главное держать себя в руках.       Блондин криво ухмыльнулся и пожал плечами.       — Неплохо, но пока ещё осваиваюсь, поэтому поисками работы не был занят.       Нино покивал, двигая ногой в такт музыке.       — Молодец. Я бы на твоем месте вообще забил на эту работу! Зачем она тебе?! У тебя денег, полученных с наследства, должно хватить на всю жизнь!       Агрест посмеялся, отпивая немного алкоголя. Он покусал щеку, крутя в руках стакан, думая над словами друга.       — Ты прав, денег у меня много. Но всё же я хочу найти то, чем бы смог заниматься всю жизнь, — спокойно произнес парень. — Когда я покупаю всё, что хочу — мне это не приносит никаких эмоций, и я не счастлив.       Мулат поджал губы и слегка наклонил голову.       — Понимаю, — искренне сказал Нино. — Я подрабатываю диджеем, то там, то здесь… У меня появилось много знакомых в разных сферах. Так что если вдруг появится желание заняться чем-нибудь, то обращайся. Найдём тебе дело всей жизни! — бодрый хлопок по плечу, и Адриан улыбается.       — Спасибо, Нино, — усмехнулся блондин и отпил очередной раз виски. — Как у вас с Альей?       Взгляд Ляифа тут же помрачнел, а ухмылка спала с лица.       — В последнее время мы ругаемся много. Ей не нравится, что я хожу в клубы, — скривился парень. — Сегодня днём она написала, что пойдёт со мной, но я… — сглотнул Нино. — Сбежал раньше, чем она вернулась домой.       — Почему ты не дождался её? — серьёзно спросил Адриан, нахмурив брови. — Ты… не хочешь её видеть, или…       — Нет, я просто… — выдохнул Ляиф. — Устал. Знаешь, мы вместе так долго. Почти семь лет. И каждый день, как один. Бытовуха, не иначе, — пожал плечами парень. — Мне надоело это. Я хочу чего-то нового, какого-то разнообразия. Поэтому на регулярной основе стал тусить с Кимом и Максом в таких местах.       Агрест задумался. Его друг устал от спокойной, тихой и размеренной жизни, от здоровых отношений… Как так? Адриан мечтает об этом! Блондин прикусил нижнюю губу, не зная, что ответить на это.       — Но ты ведь таким образом обижаешь Алью. Она ведь… Не виновата, что тебе стало скучно, — развёл руками парень. — Сейчас ты от неё сбежал, а что в этот момент у неё в голове, тебя не волнует? — Нино нахмурился. — Согласен, бытовуха иногда начинает съедать изнутри. В такие моменты нужно идти к своему партнеру и делиться проблемой. И… вы бы нашли выход, — вскинул брови Адриан. — Я уверен, Алья бы тебя поняла, и вы бы вместе что-то придумали. Могли бы попутешествовать, походить также по клубам, записаться на какую-нибудь секцию. Танцы, например!       Ляиф поджал губы, понимая, что его друг прав. Во всём. Его поведение очень эгоистично и… неправильно.       Нино сжал рукой бокал, а потом выпил всё до конца. Он с грохотом опустил руку на барную стойку и провёл по лицу рукой.       — Я такой идиот, да, Адриан?       Агрест хмыкнул, отводя взгляд на танцпол.       — Нет, Нино. Ты хотел как лучше.       — А получилось как всегда, — закатил глаза Ляиф, раздражено вздыхая. — Чёрт, я такой херовый парень… — грустно сказал мулат. — Ты бы был идеальным. Наверняка Маринетт бы повезло…       Адриан нахмурил брови, замирая со стаканом у своих губ. Он посмотрел на друга с недоумением.       — Причем тут Маринетт?       Нино фыркнул, отодвигая от себя пустой бокал и прося бармена повторить.       — А ты как будто не знал, что она по тебе сохла…       Агрест похлопал глазками, переваривая информацию. Он всё это время смотрел на Нино, надеясь увидеть хоть намёк на то, что тот шутит. Но мулат молчал и не подавал признаков шутки. Заметив взгляд друга, Ляиф почувствовал себя неуютно. Мулат поёрзал на стуле и облокотился о стойку. Он неуверенно почесал затылок.       — Ты реально не знал…       Адриан сомкнул губы и посмотрел под ноги. Сохла по нему? Влюблена была? Серьёзно? В голове промелькнуло миллион встреч и взаимодействий с Дюпен-Чен. В школе… она всегда казалась немного странной. Вечно заикалась, дрожала рядом с ним и не могла нормально улыбаться. Он помнит, как она отпрыгивала от него, когда тот случайно касался её. Тогда ему казалось это забавным, но сейчас… Рот Агреста непроизвольно приоткрылся, из которого вырвался смешок.       — Ахренеть.       Нино хотел себя убить.       Мулат неловко улыбнулся и подхватил уже вновь наполненный бокал, отпивая.       — Если что, я тебе не говорил. Ну или сказал, но будучи очень пьяным!       Адриан допил содержимое своего стакана и облизал губы. Маринетт Дюпен-Чен была в него влюблена. Агрест хмыкнул и посмотрел на друга.       — Это было в школе, верно?       Ляиф покивал.       — Да. Я миллион раз выслушивал эту историю, — закатил глаза Нино. — Та ситуация с жвачкой Хлои, потом как ты подарил ей этот несчастный зонт! — парень тихо посмеялся, мотая головой. — Прикинь, да? Как оказывается легко влюбить в себя девушку.       Я бы так точно не сказал.       Адриан усмехнулся, покосившись на друга. Блондин искренне надеется, что чувства Дюпен-Чен давно угасли. Скорее всего, так и есть. Вспомнить, например, их последнюю встречу. Совместная прогулка была хороша, полная тепла и уюта. И, конечно, была только дружеская атмосфера. Или нет.?       — А может, это свидание?       — Нет. Я бы не осмелилась тебя пригласить на свидание.       — Почему?       — Потому что твоё сердце принадлежит другой. Да и… мы друзья. Верно?       — Верно.       Парню становилось всё более и более не по себе. Неужели она и вправду к нему не ровно дышала? Столько времени? Хотя он куда больше любит ЛедиБаг. Но вдруг и она до сих пор испытывает к нему чувства? Сердцу стало неспокойно… Желание увидеть Маринетт и поговорить с ней нарастало с каждой секундой.       Бал. Она будет там, он уверен. Тогда там он и поговорит с ней, если, конечно, наберётся смелости. Всё-таки разговоры об этом дело не из лёгких. Да и… стоит ли вообще в это лезть? Ворошить то, что давно забыто.       Даже если и нет. Даже если она до сих пор влюблена в него, что это меняет? Адриан взял в руки бокал, который снова был полный. Это ничего не меняет. Он никогда не изменит своим чувствам. Он всегда будет любить только ЛедиБаг. Это неразумно, он знает. Это безумно, он это тоже знает.       Но это правильно. Любить ЛедиБаг — это правильно. Это необходимо. Это… как наркотик. Однажды попробовав, не забудешь никогда.       — Забудь об этом! — резко произнес Нино, ударив по стойке ладонью. — Мы пришли веселиться сюда, а не грустить по женщинам.       — Я не грущу, — отрицательно мотнул головой Адриан, отпивая виски. — Я просто… немного шокирован.       — Я понимаю, но заканчивай с этим, — махнул рукой Ляиф, подхватывая свой напиток. — Лучше расскажи, как твоя учеба? Не сложно осваивать материал дистанционно? Мне вот даже на очных парах это с трудом удаётся!       Агрест хрипло рассмеялся.       — В отличии от тебя, я всегда хорошо учился. Мне это не трудно.       Мулат скривился, отпивая алкоголь.       — Ты просто зануда.       Блондин улыбнулся, и допив второй бокал, попросил третий. Дальше парень с трудом помнит, о чем они говорили с другом. Вроде о несуществующих девушках Адриана, о проблемах интимного характера Нино, об ужасном виски и нелепых танцах.       Однако Агрест доехал домой целым и невредимым, а значит, ночь закончилась хорошо.

***

      Памятника больше не было. Всё, что от него осталось — это дыра в земле, которая постепенно заполнилась снегом. Скоро здесь проложат асфальт, и сложится впечатление, что здесь ничего и не стояло долгие годы.       Но это пока. Маринетт была уверена, что им удастся вернуть себе былую славу и доброе имя. Как бы не был их поступок с Нуаром ужасен — это не отменяет того, что Габриэль был монстром. И боль, которую он причинял людям, в сотню раз сильнее, чем испытал он в момент «Катаклизма».       Дюпен-Чен смотрела, как Алья устанавливает камеру с хмурым выражением лица.       — Алья, что-то случилось?       Сезер грозно взглянула на подругу, но в какой-то момент смягчилась и тяжело вздохнула.       — Да ничего… Просто… Нино, — сквозь зубы процедила она, смотря в сторону. — Я ведь так и не пошла вчера с ним на тусовку. Пришла в домой, а его нет, — девушка поджала губы. — Отследила его местоположение — он был в клубе. Без меня. А сейчас весь день спит, так как у него похмелье! — фыркнула она и вернулась к настраиванию камеры.       Маринетт стала играться с йо-йо, рассуждая.       — Тебе надо с ним поговорить. Узнай, что происходит. Он не из тех, кто будет намеренно причинять тебе боль. И ты знаешь это, иначе бы вы не были вместе так долго.       Сезер глубоко вздохнула и кивнула.       — Да, я в курсе. Как проспится, обсужу всё с ним.       В какой-то момент послышался удар о землю. Девушки одновременно обернулись в сторону шума, увидев в тени зелёные кошачьи глаза.       Адриан…       — Вы меня заждались, дамы? — вышел в свет Кот, по-нуаровски улыбнувшись.       У Альи чуть челюсть не отпала, когда она увидела супергероя. Его появление было так эффектно, что даже Маринетт не могла оторвать от него взгляда. Нуар слишком… такой. Сексуальный. Привлекательный…       Дюпен-Чен тут же встряхнула головой и нахмурила брови.       — Ты опоздал, — констатировала она, скрестив руки на груди.       — Простите за это, миледи, — Адриан склонился перед брюнеткой, подхватив её ладонь. — Обещаю больше вас не разочаровывать, — он поцеловал запястье девушки, от чего та едва заметно покраснела.       Господи, Маринетт, дыши.       Сезер, вышедшая из транса, кашлянула в кулак, изогнув бровь.       — Не хочу отвлекать вас, но давайте уже снимем обращение, и я пойду спать. Ночью холодно.       Агрест выпрямился и посмотрел на Алью.       — И я рад тебя видеть, — улыбнулся парень.       Сезер смущенно ухмыльнулась и, убрав прядь волос за ухо, указала в сторону.       — Хватит любезностей, время идёт.       Маринетт шумно выдохнула и, придя в себя, встала напротив камеры. Кот послушно остановился рядом.       — Ты знаешь, что мы будем говорить? — тихо уточнил Нуар.       — То, что велит тебе сердце, — шепотом ответила ЛедиБаг, смотря в камеру.       — У меня его нет, — качнул головой Кот и принял спокойное выражение лица.       Дюпен-Чен хотела бы поспорить с ним на эту тему, но не стала. Когда Алья подала сигнал, Маринетт начала монолог:       — Всем… привет, — девушка легко улыбнулась. — Это мы, — у неё так много всего, что она хочет сказать, но не может. — Три года назад по нашей вине погиб Габриэль Агрест. Нам искренне жаль его семью, близких. И мы просим прощения, — её губы задрожали. — Простите, — тихо сказала она. — Мне безумно жаль, но мы не смогли иначе. Мы не могли…       — Я не мог, — резко перебил её Адриан, заставив Маринетт дрогнуть. — Я убил его. Я использовал катаклизм, — Нуар выпрямился, чуть нахмурив брови. — Он угрожал ЛедиБаг. Он причинял ей боль, и я не мог на это смотреть, — серьёзно сказал Агрест. — Это меня не оправдывает, я знаю. Это было импульсивно и неправильно. Однако я не жалею об этом, — пожал плечами Кот. — Габриэль Агрест был монстром. Он пользовался людьми ради достижения собственных целей. Он игрался с нашими эмоциями, держал в страхе невинных граждан и принуждал подчиняться ему, — сглотнул Адриан. — Без него в Париже стало спокойнее, лучше. И будет также, если вы поддержите нас, — он взял за руку свою миледи.       Дюпен-Чен прикрыла на пару секунд глаза, сжав руку напарника. Они поддержат. Они должны… Маринетт нахмурила брови и взглянула в камеру.       — Правительство хочет избавиться от супергероев, надеется поймать нас, но мы не сдадимся, — решительно произнесла девушка. — Мой напарник — спас меня. Спас весь Париж от разрушительного желания безумного Монарха. И я буду на его стороне, всегда. Я буду защищать его, как он защитил меня. То есть, любой ценой, — ЛедиБаг приподняла подбородок. — Мы просим Париж о поддержке, а правительство отступить. Пересмотреть дело Габриэля Агреста в нашу пользу. Нельзя судить тех, кто спасал ваши жизни на протяжении четырёх лет.       — И мы будем стоять на этом до конца, — твёрдо заявил Адриан. — Мы не изменим своего решения. Мы не сдадимся. Как не сдались тогда, в особняке Агрестов, — парень посмотрел на свою напарницу. — Я не позволю вам обидеть её.       Сердце Маринетт сделало сальто. Она взглянула на Кота. Зелёные глаза пожирали её изнутри. Казалось, он видит её на сквозь. Казалось, что нет ничего важнее, чем она. И ведь так оно и было. Для него нет ничего важнее, чем она. И это восхищало.       — Потому что я люблю её.       Запись окончена.

***

      Маринетт проснулась от громких возгласов под окном. Она хмуро посмотрела на улицу, поднимаясь с кровати. И… это было не описать словами. Все улицы Парижа были битком набиты людьми. И все шли с плакатами, какими-то табличками и, самое главное, кричали.       ЛедиБаг! Кот Нуар! ЛедиБаг! Кот Нуар!       Дюпен-Чен не верила. Её глаза были так широко раскрыты, что вот-вот бы да выпали из орбит. На это было невозможно смотреть без слёз.       Вот она поддержка. Вот они люди. Вот она сила любви.       Маринетт накинула кардиган и тапочки, выбегая из квартиры. Ей хотелось посмотреть, куда они идут. Она обязана знать, куда все эти люди идут. Тикки что-то прокричала вслед хозяйке. Что-то о холоде, а она полуголая. Плевать, как же плевать.       Дюпен-Чен выскочила из дома и побежала сквозь толпу кричащих и поддерживающих куда-то вперёд. Пройти было невозможно. Но и не слушать их было нереально.       Как будто сам город ожил. Так много было голосов.       ЛедиБаг! Кот Нуар!       Два имени. Они кричат два чертовых имени, не одно!       Это всё сон, это не может быть правдой. Так всё хорошо сложится не могло.       Но это случилось.       Все дороги перекрыты, машин нет. Иногда сквозь возгласы слышатся приказы полиции отступить, разойтись, но всё тщетно. Это не остановить. Это прекратить невозможно. Маринетт выбегает на центральную площадь «Согласия», откуда открывался удивительный вид. Отсюда было видно их обращение с Котом Нуаром, которое транслировалось прямо на фоне Эйфелевой башни.       Прежде она никогда не видела такую большую проекцию. Это какие связи и технику подключала Алья, чтобы эту трансляцию показывали здесь? И так… заметно?       Дюпен-Чен улыбалась и плакала одновременно. Вчера они записали это видео. Сегодня его показывают прямо в самом центре Парижа.       После окончания съемок Нуар быстро оставил их, а Алья завалила девушку вопросами: "Что это были за взгляды? А признание! Он до сих пор в тебя влюблён?!"       Как хорошо, что Сезер больше хотела спать, чем выслушивать объяснения Маринетт.       И теперь она понимает, почему в возгласах народа звучит второе имя. Потому что у них было столько же вопросов, как и у Альи. И теперь, кажется, главный герой — это Адриан. Её напарник — Кот Нуар.       И чёрт, он это заслужил.       Потому что я люблю его.