Отрицательный герой

      Адриан сделал шаг к Хлое. На лице девушки засияла улыбка. Агресту она напомнила Харли Квин, подружку Джокера. Столько безумия во взгляде Буржуа и столько нетерпения.       Допустим, он раскрыл её план. Но как ему её обыграть?       Ещё один шаг. Он подал ей руку.       Гости тут же зааплодировали, а музыканты заиграли. Это вальс. Адриан натянул ухмылку и взял её руку в свою, а другую ладонь опустил ей на талию. Хлоя выгнулась в спине, прижавшись всем телом к Агресту. Она пытается смутить его. Не получится. Парень чуть наклонился к её ушку.       — Ты чудесно выглядишь, Хлоя.       Блондинка тут же расслабилась в его объятиях, прикрыв на пару секунд глаза.       — Я знаю.       Адриан стал вести танец. Всё своё детство Агрест провёл в различных развивающих секциях. Так, его научили танцевать вальс, танго, даже чечётку. Пока ему не пригождались эти знания, но сегодня, по крайней мере, он не опозорится. Посещая разные занятия, Адриан проникся любовью к игре на пианино. Пока отец это не превратил в пытку. Раньше он играл, когда было настроение и желание. Но после смерти мамы Агрест-старший решил, что этот навык просто необходим. И каждый божий день заставлял его играть. По два, по три часа…       Теперь Адриан ненавидит пианино.       Танцуя с Хлоей, парень не мог отделаться от мысли, что он уязвим. Странное чувство — опасаться Буржуа. В школе она часто пакостила, всё время пыталась насолить его друзьям. В особенности Маринетт. Он всегда старался защитить её от нападок блондинки. И тогда он не боялся её. Совсем нет. Зная её безумную любовь к нему, он чувствовал себя в безопасности.       До сегодняшнего дня.       — Адриан, как твои дела? — тихо спросила Хлоя, посмотрев на него исподлобья.       Агрест хмыкнул, плавно двигаясь с девушкой под музыку.       — Хорошо. А твои?       Блондинка прикусила губу и прищурилась.       — Отлично, ведь ты пришёл сегодня.       Парень посмотрел в её голубые глаза, приподняв бровь.       — Ты думала, что я не приму твоё приглашение?       — О нет, я знала, как тебя сюда заманить, — широко улыбнулась девушка, бросая взгляд в сторону их одноклассников. — Ты слишком скучал по этим недоумкам.       Адриан стиснул зубы и приподнял подбородок.       — К чему ты клонишь?       Буржуа покрутилась вокруг своей оси, а затем вернулась в исходное положение, положив руку на плечо Агреста. Она склонила голову, наблюдая за их движениями.       — Ты что-то скрываешь, Адриан, — хрипло произнесла она. — Тогда, в кабинете папы, ты сбежал, — надула губки блондинка. — Сыграл плаксивого, ранимого мальчика и ушёл, — вскинула брови Хлоя. — А значит, ты что-то знаешь о них. Об этих недогероях.       — А ты не задумывалась над тем, что я просто скучаю по отцу? — спокойно спросил Агрест, резко нежно наклоняя девушку к полу, заставив её изогнуться. — И мне… тяжело даются разговоры о произошедшем… — тихо произнёс он, обводя изгибы её тела взглядом, а затем возвращаясь в прежнюю позицию.       Хлоя приоткрыла губы, буквально ощущая, как Адриан перебирает клавишами в её голове. Он давит на каждую частицу её мозга, заставляя теряться рядом с ним. Эти его взгляды, соблазнительный голос и ласковые руки… Он знает, что он привлекателен. Знает, что из-за этого многие теряют рассудок рядом с ним. Это ли не сверхспособность?       Когда-то он был неуверенным в себе мальчишкой, который никогда прежде не пользовался своей внешностью и влиятельностью. Сейчас он ещё более привлекательный. Может, уже и не известный, но явно знающий, как играть на чувствах людей. Это восхищает. Хлоя поражена, серьёзно, превратиться в такого сексуального мерзавца ещё надо постараться.       Точно. Буржуа подавила в себе желание усмехнуться ему в лицо. Применяя свои чары, Агрест только что выдал свою уязвимость. Значит, она говорит правду. Он что-то знает. И пытается это скрыть.       — Бедняжка, должно быть тебе требуется поддержка, — прошептала она, хлопая ресничками. — Я могу быть рядом, Адриан. Всегда. Только попроси, — блондинка прижалась к его груди своей.       Парень отодвинул её корпус от себя, щурясь и качая головой.       — Хлоя, мы танцуем вальс, а не танго, — напомнил он. — И знаешь, у меня уже есть та, что всегда рядом.       — Неужели? — изогнула бровь девушка. — И кто же она?       Адриан поводил глазками. Он смог отвести разговор от той щекотливой темы. Осталось и дальше нести полную чушь, пока музыка не прекратит играть.       — Ты её не знаешь, — пожал плечами Агрест.       — Я могу это выяснить сама, по щелку пальцев, — серьёзно произнесла Хлоя.       — Тогда удачи, — улыбнулся Адриан, покруживаясь с ней в танце.       Светлые волосы девушки разрезали воздух, а затем послушно упали на плечи. Буржуа сверлила взглядом бывшего одноклассника. Он слишком самоуверенный. Слишком многого о себе возомнил. Пора идти ва-банк.       — Может, это ЛедиБаг? — вдруг спросила девушка, внимательно следя за его реакцией. — Ты сказал, что слышал их последний разговор с Котом Нуаром в особняке, — напомнила она. — Почему ты не спешишь его раскрыть? — прищурилась Хлоя. — Ты сам говорил, что скучаешь по отцу. Говорил, что сильно любил его, — приподняла подбородок. — И ты ведь хотел поделиться тем, что поможет поймать этих убийц. Но резко передумал, — вскинула брови блондинка. — А значит, всё прежде тобой сказанное — враньё, и на самом то деле тебя больше волнует судьба букашечки и котёнка, — она приблизилась к его лицу, кривясь. — Получается, ты знаешь, кто они. И их жизни для тебя дороже, жизни твоего отца. Почему?       Адриан не думал. Он слушал. Он внимал каждое слово Буржуа и понимал, как он облажался. Он её недооценил — это его основная ошибка. И сейчас она стоит ему всего. Ему нечего ей ответить, ведь она права. Она пиздец как права.       Парень огляделся. Внимательные взгляды одноклассников, журналистов… Всё было некстати. Всё было не вовремя. Хлоя всё продумала. Она ожидает его признания. Она знает, что он не сможет укрыться от внимания прессы и друзей, если разыграет какой-то спектакль.       Он может попытаться снова увернуться от ответа, но во взгляде Буржуа была нездоровая решимость, а значит, она не оставит его в покое. Не поведётся на очередной трюк.       Он должен что-то сделать. Сейчас он подвергает ЛедиБаг колоссальной опасности. Хлоя может задействовать ещё больше структур. Может, она установит слежку за Агрестом. И что же тогда? Адриан не сможет перевоплотиться в Кота Нуара, чтобы сообщить об этом ЛедиБаг. И однажды, она решит наведаться к нему, а там её уже будет ждать полиция.       Всё очень плохо.       Сердце Адриана бешено колотилось. Он чувствовал себя, как никогда, ужасно и глупо. Надо же было так облажаться? Хотел помочь своей напарнице, а по итогу загнал самого себя же в ловушку. Он не знал, не думал, что Буржуа окажется… такой.       Нет, я не могу подвести ЛедиБаг. Я сделаю всё, чтобы она была в безопасности.       Тишина. Музыканты замолкли, и Агрест сделал самую, пожалуй, необдуманную вещь на свете. Он склонился к её ушку, шепча:       — Потому что Кот Нуар — это я.       Глаза Хлои расширились до невообразимых размеров. Адриан почувствовал, как её тело напряглось, а сердце забилось с новой скоростью. Парень медленно отстранился, наблюдая, как сотня эмоций сменяется на лице девушки.       Во всех присутствовал испуг. Её руки задрожали, а дыхание перехватило. Вся уверенность Буржуа иссякла, оставив лишь страх. Неверие, непонимание.       Хлоя резко сделала шаг назад, смотря на Агреста с приоткрытым ртом. Костюм Кота Нуара сам собой наложился поверх классического образа Адриана. Приписать к этому нуаровскую ухмылку…       Всё сходится.       Перед глазами девушки пронеслись миллион встреч с парнем. И она ни разу, никогда и не думала о том, что он может быть супергероем. Вечно нежный, смазливый, спокойный… Какой из него харизматичный кот?       Однако сопоставляя с его нынешним поведением, всё становится на свои места.       Это правда.       Хлоя огляделась по сторонам. Все в непонимании уставились на девушку. Послышался шёпот: что случилось? Что он ей сказал?       Буржуа похлопала глазками, выпрямляя спину.       — Всё в порядке, просто… голова закружилась! — парировала она, нервно смеясь.       Она покосилась на Адриана. Его лицо было… пустое. Она не могла разобрать ни одну его эмоцию. Ничего из того, что ей могло бы подсказать, как действовать дальше и как воспользоваться этой информацией. К своему страху, Хлоя обнаружила, что никак не может использовать этот факт.       Если она прямо сейчас укажет на него, кто ей поверит? Пожалуй, она выставит себя сумасшедшей и глупой. К тому же, у неё нет доказательств. У неё нет ничего, что доказывало бы его… вину? Это стало ударом. Блондинка осознала, что Адриан сам убил своего отца. Сам…       Девушка сглотнула, делая ещё один шаг назад. Ей стало трудно дышать. На глазах непроизвольно появились слёзы. А в сердце затаился страх. Адриан убийца. Хлоя посмотрела в глаза парня. Она пыталась разглядеть хоть что-то отдалённо напоминающее Агреста в школьные времена.       Ничего не было.       Хлоя судорожно вздохнула, закутываясь в мех на своих плечах. Она махнула рукой, громко произнося:       — Бал начинается! Развлекайтесь, дорогие гости!       После этого она в очередной раз посмотрела на блондина. И теперь она почувствовала исходящие от него угрозы. Его брови нахмурились, а одна рука сжалась в кулак. Он может причинить ей боль. Он запросто это сделает. Как сделал с собственным отцом.       Буржуа уже догадалась, что всё это ради ЛедиБаг. Если он — Кот Нуар, то его недавнее признание любви перед всем Парижом — ответ ко всему. И пояснение ко всем его действиям.       Ей нужно время. Ей нужно подумать.       Это её Адрианчик. Всё не может быть так… плохо. Он не мог быть ослеплён любовью настолько. Это невозможно.       Хлоя разворачивается и быстрым шагом покидает холл, скрываясь где-то в толпе, а позже и вовсе исчезает из комнаты.       Глубокий вздох. Агрест прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. У него в голове было миллион мыслей о том, что может сделать Буржуа после его признания. Ни одна из них не подтвердилась. Что хорошо, ведь в основном Адриан обыгрывал в голове худшие варианты.       Пока Хлоя будет свыкаться с этой информацией, Адриан сможет придумать, что делать дальше.       — Эй, ты в порядке?       Блондин дрогнул, открывая глаза и оборачиваясь на голос. Маринетт. Она выглядела обеспокоенной. Очевидно. Вокруг все стали танцевать, а он как идиот стоит посреди зала.       — Да… Просто утомился, — усмехнулся Адриан и почесал затылок. — Ты что-то хотела?       Щёки Дюпен-Чен тут же налились багровым румянцем. Всё то время, пока он танцевал с Хлоей, брюнетка выслушивала аргументы от Альи: почему нужно пригласить Агреста на танец.       Вообще, Маринетт до сих пор считает, что не стоит. Но и стоять как дура она не собирается. Всё-таки Адриан очень вряд ли осмелится проявить к ней внимание, несмотря на то, что он был ослеплён её внешним видом.       Его любовь к ЛедиБаг безгранична.       — Хотела пригласить тебя…       — Адриан!       Маринетт тут же нахмурилась, когда её прервали. К ним подошёл Феликс. Дюпен-Чен тут же напряглась, заметно начиная нервничать в обществе Фатома. Всё-таки он до сих пор не вызывает у неё доверия. Он один из главных подозреваемых, кто может быть информатором мэрии. К тому же, он обладает камнем павлина, что тоже не очень хорошо.       — Что ты здесь делаешь? — серьёзно спросил Агрест, оценивая брата взглядом.       Феликс был в чёрном костюме, с золотыми элементами. Дюпен-Чен вроде видела этот наряд в одном из модных журналов. Идеальная укладка, лакированные туфли. Он бы вписался в компанию роскошной Хлои.       — Получил приглашение от очаровательной Мисс Буржуа, — ухмыльнулся парень. — Жаль, что она так быстро покинула вечер, — прищурился Фатом. — Судя по всему, танец с тобой ей не понравился, — Феликс взял бокал у проходящего мимо официанта и отпил шампанского.       Адриан хмыкнул и аккуратно взял Маринетт за локоть.       — Мог бы притвориться, как обычно, мной, тогда бы и тебе выпала честь с ней потанцевать, — улыбнулся Агрест, качнув головой. — Но ты не переживай, наверняка Хлоя ещё появится здесь. Может, удача тебе улыбнётся, — он потянул подругу в сторону. — Ну, а мы пойдём.       Девушка в недоумении уставилась на друга, не понимая, почему он так спешит избавиться от своего брата. Быть может, Адриан что-то знает о тёмных делах Феликса? Стоит потом с ним об этом поговорить. Ведь если есть хоть один процент, что Фатом может быть опасен, нужно взять это дело под контроль.       — Хорошего вечера вам с Маринетт, — подмигнул Фатом.       Агрест скривился, приближаясь к фуршетному столу. Он тут же взял бокал и выпил всё содержимое. Дюпен-Чен поджала губы, посмотрев на парня.       — Я думала, у вас с ним неплохие отношения.       — Давай не будем об этом, — тут же сказал Адриан и повернулся к ней. — Лучше расскажи мне о том, что было в школе.       Маринетт похлопала глазками. В школе было много чего. О чём конкретно он хочет знать.       — О чём ты?       Адриан устало вздохнул, проводя по лицу рукой. Брюнетка не знает, сколько уже за этот вечер выпил Агрест, но явно достаточно.       — Ты… была влюблена в меня, — нахмурился парень, посмотрев в глаза подруги. — Я узнал это недавно и… — он развёл руками. — Я немного шокирован.       Глаза девушки чуть не выпали из орбит. Она ожидала чего угодно, но не этого. Её лицо стало красным. Самым красным из всех, что до этого у неё было. Маринетт пожалела, что не обладает способностью невидимки.       — Я… не… — Дюпен-Чен попыталась собраться с мыслями. — Да, ты мне нравился, но… — она провела по своим волосам рукой. — Это было давно, — кашлянула она. — Забавно, что ты узнал только сейчас об этом. Ибо тогда об этом знали вообще все, — она рассмеялась. — В любом случае… — Маринетт облизала губы и опустила взгляд. — Это уже не имеет значения. Мои чувства давно прошли.       Какая сладкая ложь.       Адриан слушал подругу, вскинув брови. Он вспомнил, что подобным образом она всегда разговаривала с ним в школе. Вообще при любой ситуации, которая имела хоть какой-либо контакт между ними. И если тогда она была влюблена и вела себя точно также, значит ли это, что она до сих пор что-то испытывает к нему, но не признаёт? А может, прекрасно это осознает, но не хочет признаваться.       К чему тебе это, Адриан?       Даже если Маринетт скажет, что влюблена в него, он никогда не ответит ей взаимностью. Его сердце целиком и полностью принадлежит ЛедиБаг. К тому же, Дюпен-Чен не знает кто он. Может, узнав, что он убил собственного отца, её отношение к нему изменилось бы. Однако этого он никогда не узнает.       Если, конечно, не будет раскрывать свою личность кому попало. Как, например, сделал это пару минут назад.       Серьёзно, Адриан? Ты рассказал Хлое кто ты, посчитав, что так обезопасишь ЛедиБаг?       Осознание собственного поступка пришло к Агресту только сейчас.       Размышления о чувствах Маринетт перестали иметь значение, осталась лишь вина… Вина-вина-вина. Вина. Он винит себя. Он безумно ненавидит себя за то, что только что сделал.       Адриан повернулся к столу и взял очередной бокал. Ему хотелось забыться. Напиться настолько, что и вспомнить не сможет, как окажется дома.       Неожиданно он почувствовал руку девушки на своём запястье. Он покосился на брюнетку, нахмурив брови.       Дюпен-Чен смотрела на алкоголь, неважно поджав губы.       — Алкоголь не заглушит твои эмоции, Адриан, — тихо отметила она, склонив голову.       И она права.       Блондин прикрыл глаза, глубоко вздыхая. Он поставил бокал на место, опустив голову.       — Извини. Ты права, — он сглотнул. — Просто… слишком уже много всего я услышал за сегодня, — усмехнулся парень. — Хлоя мне весь танец мозги пудрила, потом Феликс, теперь твой ответ… — тяжелый вздох. Он повернулся полностью к Маринетт, открыв глаза. Её платье… перчатки. Алые губы… — Ты же в курсе, что ты самое прекрасное, что есть на этом чёртовом балу?       На лице Маринетт появилась улыбка. Она так ждала комплимента от Адриана. Странно, конечно, это слышать сейчас, когда ему безумно тяжело. Интересно, о чём ему говорила Хлоя? Хотя, это должно быть не её дело.       — Спасибо, — искренне ответила она, смотря в его изумрудные глаза. — Ты тоже… самое прекрасное…       — Правда? — по-нуаровски улыбнулся Адриан, изогнув бровь.       Дюпен-Чен тут же залилась краской и закатила глаза, обняв себя руками. Пожалуй, ей следовало бы просто принять комплимент, а не высказываться насчёт его внешнего вида.       — Правда, — спокойно сказала она, прикусив щеку.       Агрест наклонил голову и улыбнулся. Он ей нравится. Это видно. Жаль, он не может ей ответить взаимностью. Но… он способен подарить ей лучший танец на рождество. Так ведь?       Адриан покосился на музыкантов, которые как раз начали играть новую песню. Подходящий момент.       Парень подал руку девушки, указав в центр зала.       — Потанцуем?       Маринетт приоткрыла губы, пораженная его предложением.       — Вообще-то, я сама хотела тебя пригласить, — вдруг обиженно ответила она, взяв его за руку.        Адриан удивлённо вскинул брови. Он не ожидал, что его подруга может быть такой… смелой? Именно с ним. На самом деле Маринетт самая храбрая девушка из всех, что он знал. После ЛедиБаг, конечно. Но в отношениях с ним она всегда боялась показаться какой-то не такой, боялась ошибиться. Он ни раз ей в школе говорил, что он поддержит любое её решение, плевать, если оно будет ошибочным.       А сегодня она не боялась получить его отказ. Это она стала такой уверенной в себе? Или в нём?       — Мы можем притвориться, что я ничего у тебя не спрашивал, и ты позовёшь меня сама, — предложил Адриан, пожав плечами.       — Ну уж нет. Сейчас играет чудесная песня. Я не хочу упустить возможности под неё потанцевать с тобой.       И вправду. Песня была потрясающей.       O Children — Nick Cave & The Bad Seeds       Пара вышла в центр зала. Вокруг были их друзья. У каждого из них была своя история, своя любовь, своя жизнь… Но в душе они до сих пор дети.       Маринетт положила руку на плечо Адриана, а другую на его грудь. Парень опустил ладони ей на талию и прижал к себе. Это был не классический вальс. Если с Хлоей он танцевал в специальных позициях, то с Дюпен-Чен он не хотел соблюдать формальности.       Девушка опустила голову ему на грудь, прикрыв глаза. Её Адриан. Ей так хотелось его обнять, поцеловать… Жаль, она не может. Не может Маринетт. Будь она ЛедиБаг, то позволила бы себе всё. Не пыталась казаться подругой. Лишь его девушкой, любимой. Дюпен-Чен боялась представить, какого Адриану. Он видит свою любовь редко, ему не часто удаётся её коснуться и поговорить с ней.       А она… позволяет себе с ним видеться, общаться, любоваться им и касаться. В то время как он скучает по ЛедиБаг. Это ужасно. Это несправедливо. Маринетт уже думала над тем, чтобы раскрыть ему свою личность. Но сейчас это опасно… Все эти события как некстати ворвались в их жизни, не давая шанса быть счастливыми.       Хотя, уже без Монарха, это можно назвать счастьем.       Адриан вёл плавно танец, не спеша, практически не двигаясь. Он просто… наслаждался. Ему было так спокойно рядом с ней. Все его опасения и рассуждения отошли на второй план. Рядом с Маринетт он не мог думать о плохом. Эта девушка обладала магией. Смотря на неё, касаясь её… забываешь обо всём на свете. В голове лишь слова Ника Кейва…       Передай мне этот маленький прекрасный пистолетик,       Моя дорогая, моя любимая, моя единственная.       Чистильщики идут один за другим,       А ты все надеешься, что они не приступят к своему делу.       Он скучал… Адриан водил большими пальчиками по талии Дюпен-Чен, сравнивая её с осиной талией ЛедиБаг. Обе девушки были миниатюрными и стройными. Мерзко, наверно, вообще думать об этом. Но Агрест не мог иначе. Он так хотел, чтобы его миледи была рядом… Хотя бы на секунду…       Они уже стучат в вашу дверь.       Они оглядывают комнату и оценивают свои силы.       Они начинают отмывать окровавленный пол       Ваших маленьких разбитых сердец.       Но её здесь нет…       О, дети…       А может, ЛедиБаг одна из этих роскошных, богатых дам? Нет, конечно нет. Агрест уверен, что она не надела бы что-то подобное. Скорее, на ней было бы красное обтягивающее платье… Может, чёрные туфли. Что-то подобное, что сегодня на Маринетт. Изысканное, стильное…       Простите нас за то, что мы сделали.       Все начиналось как веселье.       Вот, пока мы не ушли, возьмите       Ключи от ГУЛАГа.       Либо она бы вообще не пришла. Напарница часто говорила о том, что не любит такие вечера. И вообще, она не любила Хлою. Помнится Адриану, в самом начале пути ЛедиБаг верила в изменения блондинки. Однако всё впустую. Буржуа с каждым годом превращалась в монстра, подобного Габриэлю. Забавно, но Маринетт раньше тоже верила в изменения одноклассницы. Но потом разочаровалась в ней… Как и его напарница.       О, дети…       Пойте громче, пойте громче.       О, дети…       Радуйтесь, радуйтесь.       Дюпен-Чен была права и насчёт Лилы. Первое время Росси удавалось обманывать людей, втираться в доверие… Всё продлилось недолго, ведь Маринетт взяла на себя ответственность доказать, что Лила врёт. И она смогла. ЛедиБаг тоже с самого начала не доверяла Росси. Неужели, это было настолько очевидно для этих двоих? Ведь остальные ничего не замечали…       Вот появились Фрэнк и старый бедный Джим.       Все мои старые друзья собираются.       Мы стареем и свет тускнеет,       А вы только начали жить.       Интересно, Маринетт в курсе, что Лила умерла? Скорее всего нет, иначе бы она была более нервной и грустной. Всё же, сколько бы ненависти Дюпен-Чен не испытывала к кому-либо, она всегда пыталась оправдать человека и помочь ему. Также делала ЛедиБаг. Каким бы не был прогнившим человек, она отдавала всю себя, чтобы спасти его от сил Бражника, а потом и Монарха.       У нас есть ответ всем вашим страхам,       Он краток, прост и абсолютно ясен.       Он недалеко, он рядом с вами,       Затерян в наших стенаниях.       Дюпен-Чен всегда разбиралась в людях. Умела выбирать друзей. И она всегда была с ними рядом. Адриан вспомнил Кагами. Она была чудесной, но очень стеснительной. Именно Маринетт помогла ей раскрыться. Стала её первой подругой!       Чистильщики сделали свое дело,       Они справились неплохо, они поймали ритм.       Они выстроили вас в линию как на подбор,       И сами стали в очередь, чтобы испытать вас.       Тогда ведь Агрест встречался с Цуруги… Это получается, Маринетт не стала брать во внимание свои чувства к нему и всё равно подружилась с ней? Адриан едва заметно улыбнулся, сильнее сжав талию девушки. Она… удивляет его всё больше и больше.       Бедный старый Джим бледен как приведение,       Он нашел ответ, который был потерян.       И мы плачем, плачем, потому что       Мы уже ничем не можем вам помочь.       Маринетт была владельцем талисмана мышки. До того, как его получила Милен. Почему ЛедиБаг перестала брать на помощь Дюпен-Чен? Может, та сама отказывалась брать талисман? Но почему? Она умная и более чем способная, чтобы быть супергероем.       Эй, паровозик! Мы запрыгиваем в него,       И он отправляется в волшебное Королевство.       Мы счастливы, мама, мы радуемся!       А ведь поезд еще даже не тронулся.       Адриан замер, открывая глаза.       Более чем способная.       О, дети…       Маринетт посмотрела на парня исподлобья, немного хмурясь. Песня ещё не закончилась. Почему он остановился?       — Ты чего? — тихо спросила она, сжав руками его пиджак.       Агрест разглядывал лицо девушки в поиске ответа на неожиданно возникший вопрос…       Что если Маринетт и ЛедиБаг — один и тот же человек?       Вглядываясь в васильковые глаза подруги, он не мог прийти ни к какому умозаключению. Музыку он уже не слышал. Лишь мысли-мысли-мысли.       Перед глазами пронеслось миллион моментов с напарницей и Маринетт. Она вполне может оказаться его миледи. Если бы не одно «но».       В тот день, когда Дюпен-Чен владела талисманом мыши, ЛедиБаг присутствовала. Как обычно победила злодея, и более того, при напарнике забрала талисман у брюнетки.       Адриан глубоко вздохнул и покачал головой. Всё же он выпил слишком много. Голова взрывается от переизбытка разной информации. Конечно, она не может быть ЛедиБаг. Она могла бы быть ей, но это не она.       — Прости, немного устал.       — Мы можем закончить, если хочешь, — спокойно произнесла она, чуть отстраняясь.       — Нет, — тут же сказал он, притянув её ближе к себе. — Не хочу, — блондин сглотнул, прижав её голову к своей груди. — Представь, что мы не останавливались.       — Как в Нью-Йорке, да? — тихо спросила она, закрыв глаза.       Адриан похлопал глазками, вспоминая тот танец в небе, при свете луны. Тогда они были совсем юны. Ещё не побитые жизнью… Тогда, ночная вечеринка на крыше вызывала бурю эмоций. Те подростки чувствовали себя свободными и счастливыми. Они хотели быть взрослыми.       А сейчас они мечтают стать детьми…       Он легко улыбнулся и уткнулся вновь ей в макушку, смотря на своих друзей. Алья и Нино сказочно кружились в танце. На их лицах улыбки. Так и не скажешь, что пару дней назад у них были разногласия.       Они всегда были для него примером здоровых отношений. Когда-нибудь Адриан сможет испытать что-то подобное, пожить с человеком бок о бок. Быть рядом с ним. Всегда. И он надеется, что это будет ЛедиБаг.       — Да, как в Нью-Йорке, — тихо ответил он.       Эй, маленький поезд! Подожди меня!       Однажды я был слеп, но сейчас я вижу.       Осталось ли место для меня?       Неужели это так сложно представить?       Маринетт широко улыбнулась, обвив руки вокруг Адриана. Пожалуй, сейчас она может назвать себя счастливой. Рядом с ним она всегда такая… Парящая в облаках, мечтающая о любви, что описана в сказках.       Эй, паровозик! Мы запрыгиваем в него,       И он отправляется в Королевство       Мы счастливы, мама, мы радуемся!       Я даже не мог такого представить.       В какой-то момент в них влетел официант, опрокинув поднос прямо на них. Дюпен-Чен с вскриком отскочила от Агреста, будучи облитой этим несчастным шампанским.       Официант затараторил извинения. Адриан смерил мужчину гневным взглядом, оглядывая себя со стороны. Он посмотрел на Маринетт и поджал губы, указывая в сторону уборной.       — Я тебя провожу в дамскую комнату.       Девушка сглотнула и, кивнув, направилась за другом, стараясь не касаться других гостей, чтобы не запачкать.       О, дети…       Пойте громче, пойте громче.       О, дети…       Радуйтесь, радуйтесь.