доверься мне

27, суббота

если честно, то после этого момента всё пошло не так, как должно было. внутри, где-то в центре живота, примерно на уровне пупка (а может даже чуть выше, около грудной клетки), зародилось мерзкое чувство, ощущения того, что там ничего нет, одна большая дыра, через которую вытекают все его эмоции. и единственное, на что у Скарамуччи хватает сил, так это только на сон и изредка поесть. он чувствует себя довольно мерзко, он хочет кричать и рвать себя на куски, только подумав о том, что он возвращается в ту же пучину, в ту же дыру, из которой вылез только при помощи Аякса и психолога. он испытывает слишком сильное отвращение к этому чувству, а оттого и к себе. – котёнок, хочешь поговорить? – снова спрашивает Тарталья, поглаживая Скара по голове. тот удобно устроился у него на коленях, обняв его бедра и уткнувшись носом между его коленей. и каждый раз спрашивая это, он получает только усталое мычание. это продолжается уже третий день. ничего не ест и только спит. Чайлд пытался с ним поговорить, но всё безрезультатно, все их диалоги ни к чему не приводят и всё заканчивается только слезами и истериками. – я устал, – вздыхает брюнет, он не хочет поднимать глаза – боится, что выглядит глупо, а старший только обнимает его: – я знаю, и я вижу, что тебе плохо, но это нельзя оставлять так, понимаешь? – целует его в макушку рыжеволосый и приподнимает его голову так, чтобы он смотрел ему в глаза. он хватает его скулы и так нежно проводит по ним своими пальцами, плавно проводит линии и рисует незамысловатые узоры. – понимаю, – он робко произносит это, а затем вдыхает в себя максимальное количество воздуха и продолжает: – прости, что веду себя как ребёнок, я правда знаю, что нам необходимо это сделать, но я не хочу, чтобы ты разочаровался во мне, – на вздохе произносит Скар и снова тыкает носом вниз. Тарталья сначала хмуриться, затем кивает головой в отрицание. – Муша, я в тебе никогда не разочаруюсь. тебе напомнить в каком ты был состоянии, когда мы познакомились? – по телу брюнета пробегает рой мурашек, заставляя съёжиться от нахлынувших воспоминаний, а Чайлд только нежно проводит по его спине рукой и продолжает: – тогда мы это прошли вместе, и сейчас я рядом с тобой. мы снова пройдём это, – и он улыбается, будто вспоминает какие-то радостные моменты их общения, как тот клялся, что заобнимает его до смерти, а сейчас этот «котёнок» лежит у него на коленях и прижимается к нему, теперь все их мечты можно воплотить в жизнь. – я очень благодарен тебе, правда, – Скарамучча прикусывает нижнюю губу, чтобы отвлечься на боль, чтобы не заплакать. но это не выходит и по щеке скатывается горячая слеза. она беспощадно жжёт кожу, обжигает её и впитывается в мягкую футболку Аякса, к которой льнёт младший. он привстаёт, чтобы вытереть подступившую влагу. но тут же его обхватывают чужие руки и притягивают к себе спиной, усаживая на своих бёдрах, он обвивает его талию и легко целует в шею. по телу Скарамуччи пробегает мелкая дрожь и он оборачивается на рыжеволосого. тот аккуратно вытирает его слёзы рукавом и касается губами его щеки, оставляя там невесомый поцелуй. брюнет слегка смущается и снова прикусывает губу, в животе у него летают бабочки, будто они играют в догонялки, поэтому они так быстро метаются из угла в угол, заставляя ощутить влюблённость, будто впервые, будто заново влюбиться или осознать насколько сильно любишь. – иногда мне кажется, что я не достоин тебя. – тебе только кажется. ты лучший человек в моей жизни, – сказав это, Тарталья наклоняется ближе к уху младшего и льнёт еще ближе, а когда оказывается совсем рядом, то тихо шепчет: – так что даже не смей о таком думать, – звучало это даже не как просьба, а приказ, жёсткий и чёткий, но исходя из контекста, можно было понять, что сделан был он со всей любовью к Скарамучче, отчего у того появился легкий румянец на щеках. – ну хватит... – ёжится младший, когда за этими словами следует нежный и неимоверно ленивый чмок в мочку уха. а затем ещё один, но уже ниже и так спускаясь к самой шее, на ней он оставил мокрую дорожку, а затем и вовсе просто уткнулся носом туда. – что «хватит»? я готов перечислить все комплементы, которые знаю, – улыбается он ярко и наблюдает за реакцией парня. – пф, у тебя слишком маленький словарный запас, – усмехается Скар, но прекрывает лицо руками, чтобы скрыть подступившую краску. – спешу напомнить, что я, как и ты, сдавал литературу, – хихикает Тарталья, а затем снова шепчет: – у тебя уши красные, не умеешь скрывать смущение, – его забавит реакция Скарамуччи и он разворачивается, брюнет теперь лежит на постели, на спине, а Чайлд нависает над ним. он аккуратно обхватывает запястья Скара, оттягивает их от его лица и хитро, довольно смотрит ему в глаза. младший дёргается и хмурится, но с этим его румянец становится только ярче и ярче, отчего Тарталья только сильнее и шире улыбается. затем эта издевательская ухмылка исчезает, за место нее появляется теплая, нежная и расслабленная. он приближается к лицу напротив и утягивает своего парня в глубокий и полный нежностей и любви поцелуй. юноша перестаёт сопротивляться и расслабляется, давая рыжеволосому подарить ему всю любовь и нежность. мысли скатываются в один ком и в один момент становятся ненужными, по тело разливается ощущение лёгкости и свободы, хоть сейчас он и лежит под Чайлдом со скованными руками. каждый такой поцелуй дарит ему незабываемые и искренние чувства, они невозможны для понимания, если не испытывал такие. они яркие, но в тоже время такие далекие и тусклые, как будто зародились на дне океана, а во время этих нежностей ты ныряешь за ними и почти ухватываешь за собой, но какая волно уносит тебя снова на берег, намекая, что нужно что-то большее для того, чтобы поймать их. – красивый, милый, чудесный, нежный, легкий... – шёпотом стал перечислять на ухо Скарамучче комплименты Аякс. вместе с этим он поглаживать его плечи и ключицы, не заходя дальше, оставляя всё на брюнета. только от него зависило, что будет дальше. – Аякс, прекрати... – замечательный, восхитительный, невообразимый, наилучший, великолепный... – с улыбкой продолжал парень. а эта улыбка включала в себя и насмешку, и всю искренность, любовь. у Тартальи припасено еще много эпитетов для брюнета. – ты меня смущаешь, – мямлит Скар, пытаясь отвести взгляд, но одна из рук Чайлд (та же самая, котрой он его поглаживал) подхватила его за скулы и повернула назад. – я сейчас растаю... – м? повтори-ка почетче. – ты меня очень смущаешь, – повторяет он, затем снова отводит взгляд, но нахальный Тарталья снова разворачивает его к себе и ещё более заинтересовано спрашивает: – а после этого? – ...я сейчас растаю, – довольно тихо произносит Скарамучча, а старший только хитро ухмыляется и целует его в висок. – что же тебе мешает? – вскидывает бровь Чайлд и аккуратно выпускает чужие руки из своей хватки, младший сразу же начинает тереть запястья, понимая, что они вовсе не болят. – ничего, – он смущённо тянет руки к лицу Аякса. тот выглядит заинтересованно в его действиях, он тянется в ответ и получает несколько влажных чмоков в подбородок и скулы. сам Тарталья слегка приподнимает молочную футболку Скара, пуская под неё руки. когда он получает кивок, после того как обвил ладони вокруг талии юноши, он аккуратно, медленно стал вводить вдоль по спине руками, пальцами надавливая на позвоночник, заставляя Скарамуччу передёрнуться и выгнуться. тот выглядит особенно румяным и смущённым, когда Чайлд проводит одной рукой вниз по ноге, а затем и по паху. он цепляет одним пальцем шорты брюнета, но останавливается и смотрит ясным взглядом на самого него. тот сидит до ужаса красный, но кивает в знак согласия, дав добро на действия старшего. тот быстро соображает что к чему и стягивает ткань на бедра, к тому времени у самого рыжеволосого на лице был яркий румянец, который говорил сам за себя о том, что тот тоже неивомерно смущён. у Скарамуччи скручивает узел в животе, а затем он спускается ниже, прямиком к его члену. он глубоко вдыхает и снова сцепляет руки у лица, смотря на всё через маленькие щели между пальцами. – хочешь, чтобы я тебе подрочил? – Аякс... просто делай то, что считаешь нужным, – вжимается в постель Скар и тяжело дышит. по телу разливается возбуждение, коленки немного подрагивают, а особенно когда между ними стоит нога его парня. Чайлд окончательно стягивает его шорты (до этого был стянут только один край), а за ними и боксеры, теперь они где-то на уровне коленок, но и там долго не задерживаются, спускаются куда-то ниже. Тарталья недолго смотрит на смущённое лицо юноши, а затем опускает глаза и ровно устремляет взгляд на пах Скарамуччи. рыжеволосый наклоняется ближе к лицу парня и обхватывает его член ладонью. он второй рукой, которая находилась на спине брюнета, поддакивает его к себе навстречу и заставляет тем самым его присесть. младший, не зная куда деться, закинул свои руки на плечи Аякса и сцепил их в замок. он быстро сглатывает и отводит взгляд. на этот раз Чайлд никак на это не реагирует, только ритмичными движениями начинает водить ладонью вверх-вниз, Скарамучча на некоторое время потерял ощущение времени, теплое и сладкое чувство заполонило его сознание, он потерял и ощущение реальности и позволил уронить себе пару стонов с губ. но после этого бытро захлопнул себе рот, а вот Аякс, кажется, только этого и ждал. он уткнул свой нос в шею Скара и оставил там небольшое багровое пятно, которое после этого нежно поцеловал и затем улыбнулся ещё одному звуку от брюнета, который, по-видимому, правда начал таять и уже вот-вот и превратится в лужицу. в этот момент у него то ли кружилась голова, то ли у него онемело всё тело, потому что он не мог даже пошевелиться, он слишком сильно отдал себя приятным ощущениям, что даже не пытался сдержать стоны, охи и мычание из своих уст. в любом случае звуки вокруг него приглушились и он не мог это контролировать, такое у него было впервые, может это потому, что ему еще никто не дрочил, кроме него самого. а заставляет его выйти из себя резкое тепло, которое вместе с наслаждением волной проходит по всему телу и с губ срывается громкий звук. затем по телу пробежали мурашки, и он дрогнул, выгнулся в руках Тартальи и снова покраснел. – всё-таки ты такой милый, – смеётся Аякс, даря небольшой, недлинный поцелуй в ключицы, он сам выглядит довольным, но не менее потрёпанным. Скарамучча поднимает на него свой взор и тонет в его ярких глазах. – люблю тебя, – последнее, что он говорит перед тем, как обнять Тарталью и засопеть у него на плече. – а я тебя в два раза больше, – улыбается рыжеволосый, но спустя секунд двадцать снова послышался его голос: – ты что уснул? – немного неловко спрашивает Аякс, приобримая парня в ответ, но тот тихо хихикает и отвечает: – нет. просто думаю, что ответить, – отлипает он от чужого тела и украдкой смотрит на Чайлда. затем поднимает свои вещи и продолжает: – в душе придумаю. после этого он быстро заходит в одну из комнат в коридоре и пропадает там, а страший остаётся наедине с собой. сначала он сидит как будто в трансе, но отвлекается на уведомление из телефона. писал ему Венти, спрашивал по поводу встречи, которую они планировали недавно. Venti: и снова привет! [16:57] так где встретимся и когда?:) [16:57] Ajax: давно не здоровались [16:57] > ответ на: так где встретимся и когда?:) как насчёт завтра(?) [16:57] Venti: а ну как раз воскресенье [16:58] Ajax: вот и я о том же;) [16:58] а во сколько я не знаю... [16:58] Venti: я у Кэйи уже спрашивал, он говорит, что ему всё равно:_) [16:59] щас у Розы спрошу [16:59] Ajax: давай [16:59] напиши потом, что она ответила! [17:00] Venti: ококок [17:00] и вправду: спустя несколько минут Венти снова написал ему о том времени, которое предложила Розария. затем тот сказал, что все уже с ним согласились, тогда и Тарталья подтвердил, что может прийти. затем они недолго поговорили. давно он так весело не говорил с Венти. обычно так смеялись они только в жизни (после бокалов двух-трёх, а иногда бывает, что просто смешно обоим и смеются со всякой фигни. Венти, он и Кэйя любят похохотать), когда сидели рядом и шутили что-либо. а потом, спустя еще каких-то жалких пять минут, вышел из душа Скарамучча. он, недолго думая, подошёл ближе к Тарталье и хмыкнул: – я всё равно тебя больше. – ага-ага, а я вдвойне! – рассмеялся Чайлд снова. краем глаза он заметил, как Скар прищурился и прикусил губу, задумавшись. – а ты докажи, – хитро ухмыльнулся темноволосый, а Аякс вздернул бровь в улыбке и заинтересованно посмотрел на него. – и как ты хочешь, чтобы я тебе это доказал? – поднимая брови выше, интересуется рыжий. ему правда очень интересно, что же там придумал младший, находясь в душе. уже небось придумал какой-нибудь план, как посмеяться над Аяксом. – а это уже ты решай, – рассмеялся брюнет, затем он упал рядом на кровать и потянулся. выглядел он сейчас неимоверно домашним: растрёпанные мокрые волосы; мятная футбока, которую он только надел; домашние, довольно короткие шорты; такая искренняя и радостная улыбка на лице; ещё влажная кожа после душа. – что это ты удумал? – с недоверием спрашивает Тарталья, но расслабляется, когда Скарамучча к нему поворачивается и с улыбкой произносит: – ничего, – и весь на радостях продолжает: – хотел над тобой порофлить. как видишь – это вышло. а затем оба рассмеялись, потом стали кидаться в друг друга подушками, отчего еще громче смеяться. кажется, что они так долго и громко смеялись, что заставили соседей барабанить по батареям и стучаться им в дверь. те лишь сильнее заливались хохотом. но вот когда пришлось встать и открыть дверь соседке, которая их покрыла пятиэтажным слоем нецензурных слов, им не становилось не менее смешно. на что та недовольно искривила лицо и ушла обратно в соседнюю дверь. теперь двое парней катались по полу от смеха, из-за её выражения лица. и не стало несмешно даже тогда, когда та же самая соседка вышла с ковшом ледяной воды и прыснула на них (которые всё еще стояли в дверном проходе). в общем, посмеялись они на славу. на следующий день всё как-то было особенно по-домашнему: спали они в обнимку и когда проснулись, то обнаружили себя совершенно помятых и растрепанных; также Скарамучча решил, что сегодня завтрак готовит он, хоть и не был уверен в том, что выйдет что-то съедобное (хотя это довольно необоснованно, так как за это время он неплохо научился готовить благодаря Яэ Мико и Тарталье), но вышло вкусно, как минимум Чайлд расхваливал его еду на протяжении всего утра, от него то и дело слышалось: «это пиздец круто, Муша, готовь почаще!», «мне жаль это есть, слишком вкусно...», «я готов питаться этим до конца своих дней» и тому подобные высказывания, хотя Скарамучча приготовил не такой уж и сложный завтрак: душистые гренки, которые ужасно сильно хрустели (прям как любил Аякс!), посыпанные кунжутом для аромата, а на них аккуратно сложены нарезанные кольцами помидоры, сверху на них разбито яйцо и зажарено по типу яичницы, а в добавок наверху салат. в общем Тарталье это очень понравилось, что он не умолкая расхваливал своего парня. правда после того, как Скар приготовил ему завтрак, сам парень ушел обратно в их комнату и завалился спать. Аякс готов был поклясться, что уснули они примерно в одинаковое время, но почему-то по брюнету было видно, что тот совсем не выспался и снова ушел в мир грёз. Тарталья уж не стал будить его: «пусть поспит еще час-два, а то он совсем кажется замученным, – рассуждал рыжий, – неужели опять до утра не спал? легли же вроде одинаково, – снова вздыхает старший, но отвлекается от своих мыслей на время на часах «12:33», резко пришло осознание того, что вчера, говоря с Венти, они договорились встретиться в два часа у «их места». кажется, что он сам не сможет разбудить брюнета, значит тому можно подольше поспать, а сам Аякс потянулся и прихватив с собой свой телефон, пошёл потихоньку собираться ко встрече». Keya: ой бля, я кажись опаздываю [13:57] Ajax: я заметил [13:57] только тебя и ждём;) [13:57] Keya: ой ну тут так вышло [13:58] я не при чём!! [13:58] Ajax: дада, я так и подумал [13:58] беги давай, а не печатай [13:59] Keya: бегууууу!!! [13:59] Тарталья с усмешкой закидывает телефон в карман и расслабленно отвечант своим друзьям, которые его (Кэйу) ждут: нервной Розарии, у которой по видимому день вообще не сложился; Венти, которому сейчас и всё равно было на опоздавшего, он сейчас переписывался со своим мужем и радостно хихикал над чем-то. – он уже вот-вот прибежит. – очень на это надеюсь, иначе я ему шею сверну, – недовольно фвркает Розария и закатывает глаза. очень уж она не любила опоздавших. буквально через минуту на горизонте появилась синяя макушка, это бежал Кэйа, запыхавшийся и потрепанный, но прибежал. он успевает облокотиться о здание, перед тем как упасть, поэтому успевает уследить за равновесием. – а он даже не опоздал, – смеётся Тарталья и показывает время на телефоне, где большими цифрами отображается четырнадцать ноль-ноль. Венти хихикает и украдкой смотрит на Розарию, которая лишь устало вздыхает и закатывает глаза. Она подходит ближе к Кэйе и подхватывает его под плечо, чтобы тот не упал, а тот отмахнулся и отстранился от нее, за что получил подзатыльник. – ита-ак, все в сборе, теперь идем! – поскакивает с места Венти и одаривает всех лучезарной улыбкой, так, что все другие разом собрались. – надесь, что все ре будет как в прошлый раз... – вздыхает Розария, вспоминая, что в этот «прошлый раз» их просто выгнали из кафе. – вот это цирк был, – хохочет Кэйа – инициатор всего этого. – не то слово – и подтверждает соучастник – Тарталья, а с ним и Венти: – зато было весело! – очень, – фыркает Розария и под конец топает каблуком. – ну вы идёте или нет? – бежим! – усмехается Венти.

* * *

Скарамучча просто валялся в постели и то и дело болтал ногами из стороны в сторону, он прикрыл глаза и мельком подумал о том, что ему совсем нечем заняться и ему ужасно скучно. на ум ничего не приходило кроме того, чтобы поиграть во что-нибудь или может написать кому-то. внезапно он вспомнил о Итэре, с которым он довольно долго не общался. этот парень был вроде и мил, но с другой стороны показывал свой характер и подкладывал всех кого не лень. с мыслью о том, что неплохо было бы написать этому блондину, Скар тянется к своему телефону и отключает музыку в наушниках. он быстро находит чат с парнем (ведь принципе-то он не общается ни с кем кроме Аякса и мам, не считая всяких классных руководителей и прочих не очень важных людей), открывает его и думает, что ему лучше написать. в итоге он решает не парится над этим и отправляет короткое: «что делаешь?». на удивление тот сразу зашёл в сеть и быстро ответил ему. Aether: ого, ты мне написал [14:22] младший вскидывает бровь и снова читает сообщение. неужели тот снова его подколол, так еще и на ровном месте. он быстро замечает приход еще одного сообщения и читает и его. я уж думал, что ты про меня забыл [14:22] тут он уже усмехается и решает подыграть Итэру. он думает пару мгновений, а затем пишет несколько сообщений, где подталкивает диалог к еще большей шутке. Scaramouche: обязательно [14:22] ты вообще кто? [14:23] Aether: понятия не имею [14:23] Итэр тоже не терял хватки и также понял то, что Скарамучча решил подыграть ему. он прочитал сообщения Скара еще раз и ухмыльнулся, затем свайпнул одно из них и написал: > ответ на: ты вообще кто? понятия не имею... нн какой-то [14:23] Scaramouche: реально. зачем вообще тебе пишу? [14:24] Aether: заняться нечем? [14:24] показалось, что Итэр стал более серьёзным и уже отошёл от шуток, так что Скарамучча решил поступить также: немного поразмыслив написал довольно коротко, но даже на это получил ответ: Scaramouche: есть такое. [14:24] Aether: жиза. [14:25] вот не знаю чем заняться, думал мб что-нибудь приготовить [14:25] Scaramouche: ты любишь готовить? [14:25] Скарамучча изумлён тем, что у его нового знакомого такое хобби. он знает не там много людей, но тем не менее не встречал еще тех, кому нравится готовить. Aether: не то чтобы прям люблю, но у меня шикарно выходит, да и тем более я немного голодный [14:26] Scaramouche: я пока только учусь [14:26] Aether: съехал от родителей, теперь травишься магазинной едой? [14:26] только Скарамучча усмехнулся и хотел уж было написать «Аякс», но быстренько подумал и изменил на «Тарталья». затем еще немного подумал и отправил. Scaramouche: почти угадал, мне Тарталья готовит [14:27] Aether: Тарталья? погоди-ка, чего? [14:27] вы живёте вместе? [14:27] Скарамуччу немного позабавила его реакция, затем он даже усмехнулся, но написал сообщение довольно странным, даже каким-то презирающим. Scaramouche: да мы и не только живём вместе... [14:28] Aether: чего... [14:28] похоже, что Итэр правда не знал о том, что те встречаются и явно не один день, да и не два. Скарамучча так прикинул, что где-то неделю они в отношениях. Scaramouche: я думал, что Люмин тебе уже всё рассказала [14:28] Aether: я кое-что знал, но ВОТ ЭТО НЕТ.. [14:29] > ответ на: да мы и не только живём вместе... вот тут поподробнее пожалуйста [14:29] Scaramouche: дак мы встречаемся уже где-то неделю [14:29] Aether: ЧТО. Скарамучче было довольно смешно с реакции Итэра на всё, что он рассказывал о них дальше, но он их поздравил и пожелал им очень много всего. потом речь зашла и о Итэре. оказалось, что у него самого есть парень, правда они хранят свои отношения в секрете, так как его второй половине не очень удобно говорить об этом, Итэр говорит, что тот немного волнуется об этом, а также оба пока не хотят об этом говорить своим родственникам. кажется, что у обоих какие-то неполадки в семье, но Скарамучча решил, что спрашивать об этом довольно неприлично, поэтому промолчал. диалог у них довольно затянулся. пообщались они около часа, а затем блондин пошёл готовить, да и к тому времени вернулся Чайлд. тот был очень доволен после прогулки(?) с друзьями (на самом деле Скарамучча точно не знал где тот был, он собирался спросить как раз сейчас – когда тот вернулся), но как только он вошёл в комнату к Скару, который лежал в наушниках и слушал музыку, то его счастливая улыбка переросла в более нежную, какую-то легкую. – как ты, всё хорошо? – присаживается рядом на кровать и смотрит в ясные синие глаза, которые уставлены в потолок. через несколько мгновений они переводят свой взор на рыжеволосого и сам Скарамучча. на его лице возникает легкий румянец и теплая улыбка. – да, только что-то неважно себя чувствую, – приподнимается с кровати Скар и двигается ближе к Тарталье, тот обвивает свои руки на талии младшего и притягивает к себе. оба сидят в объятиях и улыбаются, но на последних словах Аякс немного хмурится. – рассказывай, – говорит он тоном, похожим на приказ, но в это же время это звучит безумно беспокойно и приятно, что брюнет не может ему отказать. он медленно расслабляется в его прикосновениях и повинуется: – голова немного болит и сил нет, – выдыхает парень, когда произносит эти слова. Чайлд проводит по его плечам рукой и прикладывает ладонь ко лбу. затем он кладет свои губы на лоб Скарамуччи и меряет температуру. спустя пару секунд он отрывается от него, но ничего не говорит, недолго думает и встаёт с постели и уходит куда-то, возвращается только с градусником. – давай суй, – протягивает инструмент Тарталья Скарамучче. тот берет в руки и вопросительно смотрит на Чайлда: – куда сувать? – вздёргивает бровь брюнет, Аякс не до конца понял: рофлит тот или нет, так что решил слегка пошутить. – в жопу. – ...че – как-то морщиться младший, недоумевая, как рыжеволосый начинает смеяться, что аж Скару стало слегка неловко, отчего он не понимал, что ему делать. – да шучу я, в рот, – хмыкает Чайлд после того, как от души посмеялся. он быстро берет из рук брюнета градусник и открывает ему рот, засовывая его туда. Скарамучча теперь сидит с градусником во рту и как-то тревожно моргает. сейчас ему ужасно неловко, отчего он не понимает, что ему делать. кажется, что Тарталья это заметил и обнял парня со спины, прижимая его к себе, целуя в макушку. он наклоняется ему над ухом и почти шёпотом произносит: – прости, я что-то сильно увлёкся, не стоило мне так шутить, – Скар только фыркает и поворачивается к рыжему, облокотившись щекой о его грудь, он лежит на нем и что-то недовольно бубнит, а Аякс вздыхает: – если ты заболел, то той бабке явно не поздоровится.

он заболел.