Пазл

Сегодня Эрнесто спал как убитый. Наверное, даже метеорит не смог бы отпугнуть его сны, которые были настолько сладкие, что даже сам не понял, как проснулся с грязными от спермы трусами. Он несколько секунд молча смотрел на пятнышко, пока наконец-то не ушёл в ванную. «Обычное физиологическое явление у мужчин. Не переживай, Эрнесто,» — успокаивал себя, закидывая боксёры вместе с простыней в стирку. Майкл заранее купил новый комплект нижнего белья, поэтому надел новые фиолетовые трусы. Вообще Майкл много чего купил: щетку, шампунь, полотенца, тапочки, пижаму, расческу, и многое-многое другое. Он готов был купить всё, лишь бы Эрнесто чувствовал себя максимально комфортно и ни в чём не нуждался. На часах было половина одиннадцатого. Майкл был на работе, что оставляло Эрнесто как минимум три часа на домашние дела. Однако единственное, что он успел сделать, — это приготовить еду. И то неудачно: мясо с овощами подгорели, а суп оказался слишком солёным. На готовку ушло всё свободное время, так что о уборке он даже не подумал, да и особой необходимости в этом не было. Майкл всегда поддерживал почти идеальную чистоту в доме, и единственным местом, которое действительно требовало внимания, оставалась кухня. — Я вернулся, — как обычно сообщил Майкл и на его зов пришёл Эрнесто. — А ты почему не в своей комнате? Держи, — протянул пакеты с продуктами. — Спина и ноги отваливаются… Сегодня целый день на ногах. Ммм, вкусно пахнет. Ты что-то приготовил? — Постарался. — Для меня? — проговорил с улыбкой и, потрепав по волосам, прошёл на кухню, закатывая рукава. На столе стояла тарелка с жареным мясом и рагу. — Вау, это ты приготовил? Выглядит аппетитно! Если бы я знал, что ты меня дома такая хозяюшка ждёт, то не стал бы покупать еду. Значит ты весь день этим занимался? Майкл решил не обращать внимания на гору грязной посуды. Этот вопрос не имел для него никакого значения в данный момент. Куда важнее было то, что Эрнесто впервые приложил столько усилий ради него. Сам по себе этот жест был настолько искренним и трогательным, что неизменно согревал душу. Эрнесто же продолжал молча кивать, чувствуя нарастающий стыд за своё кулинарное творение, которое, как он прекрасно понимал, было далеко от совершенства. Однако ещё сильнее его раздражало то, как Майкл, несмотря на всё, превозносил блюдо, будто оно вышло из-под рук шеф-повара элитного ресторана. — Если не нравится, просто скажи. Зачем притворяться? — Ты молодец, — всё с той же лучезарной улыбкой вымыл руки и сел за стол. — Ты уже ел? Или предоставишь мне всё съесть? Я так голоден, что готов сожрать слона. Здесь же яда нет? — Нет! Наверное… Честно, я сам не знаю, что добавлял. У тебя здесь так много всего, а я не особо разбираюсь в готовке, — саркастично ответил, присаживаясь на стул и наблюдая, как тот с большим аппетитом уплетает сухое мясо с чёрной корочкой. Эрнесто не хотел рисковать здоровьем, поэтому довольствовался хлебом. — Чем занимался в университете? — Лекциями. Сегодня изучали мотивы преступлений. — Расскажешь? — Разве ты не знаешь? Ты же у меня умный мальчишка, — отрезал кусок мяса и положил себе в рот, не отрывая от него взгляда. — Я прав? — Если тебя послушать, то ты мне, по сути, не нужен, коль я всё знаю. И помнится мне, то ты говорил, что будешь моим личным учителем, но за эти дни, проведённые здесь, ты ни разу не затронул тему учёбы. Всё откладывал да откладывал. Хочешь, чтобы я вылетел из университета с пинком под зад? Так что будь добр проведи мне лекцию. — Что, если так? Эрнесто подавился хлебом и тогда Майкл усмехнулся, отпивая коньяк. — Тебе следует в этой жизни заниматься другим делом, а не ловить преступников. — Стоп-стоп, ты теперь за меня решаешь, что мне делать? — Я рекомендую. Ты, как и все остальные студенты-раздолбаи себе представить не могут насколько это тяжёлая работа. Не физически, а психологически. Что, если появится такой же ублюдок как Пазл? Тебе придётся над этим делом пахать днём и ночью. Уверен, что справишься? — Не сравнивай меня с безответными людьми, которые не знаю чего хотят. — Ты же хотел, чтобы ты был для меня таким, как и все, — холодно заявил, делая очередной глоток алкоголя. — Не нравится, когда я оскорбляю тебя? — Это никому не нравится. Майкл хмыкнул. — Ты многое о людях не знаешь. Даже о себе. Что ты можешь знать о чувствах, мотивах преступниках, если даже сам не можешь разобраться в своих? — На что ты намекаешь? В своих чувствах я прекрасно разбираюсь. — Так почему говоришь, что это никому не нравится? Эрнесто замолчал. Он понял о чём тот говорит и его бледные щёки немного налились пурпурным цветом, благо это можно было списать на температуру. Эрнесто не собирался дальше продолжить этот глупый диалог, поэтому, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, начал: «Существует три мотива: самоутверждение, замещение, самооправдание. Самым распространённым мотивом является самоутверждение. Часто преступники сами не понимают ради чего совершают преступления» — И какой же был мотив у Пазла? Эрнесто задумался, нервно прикусив щеку. Уже больше пяти минут он ломал голову над этим вопросом, но ничего стоящего так и не приходило в голову. То ли температура мешала нормально соображать, то ли он действительно был не намного умнее тех неудачников из университета, которых интересовали исключительно гулянки. Неужели Майкл и правда считает меня таким же? Эта мысль болезненно отозвалась в сердце, а губы невольно сжались. Заметив замешательство младшего, старший испытал некоторое сострадание, хотя изо всех сил старался удержаться от искушения продолжить игру. Но прежде чем он успел вымолвить хоть слово, его перебили: «Самооправдание!» — Правильно мыслишь, — ответил Майкл, расплываясь в мягкой улыбке, ведь как тот аж расцвел. — А убийца проституток? — Проституток? Нашли ещё одну жертву? Майкл замер на несколько мгновений, а после отложив на пустую тарелку столовые приборы, поднял голову. — Ты считаешь, что убийства прекратятся? — Мало, вероятно, к сожалению, — протяжно выдохнул и добавил. — Я думаю, что «убийце проституток» просто чего-то не хватает… Скорее всего самоутверждения. — А если у него всё есть и ему просто скучно? — Тогда самооправдание. «Это просто ради потехи, я же не виноват, что мне скучно,» — думаю, что такие у него были мысли, когда он убивал. Как по мне, то это самый ужасный мотив. Не с целью получить какую-то выгоду, например деньги или хотя бы секс, что тоже ужасно, а просто «мне скучно». Когда людям скучно, то они вышивают крестиком, а не убивают других людей. Поэтому такое оправдание самое дебильное. — Спасибо за вкусный ужин, — сообщил Майкл и убрал посуду в раковину. — Ты молодец. Правильно мыслишь. Думаю, что тебе самое место в криминалистике. Не воспринимай мои слова всерьёз. Я всего на всего хотел тебя позлить и проверить твою реакцию. Ты меня не разочаровал. Ты не такой как остальные. Я это всегда знал, — потрепал по волосам и улыбнулся. — Что-то ещё хочешь обсудить? — …Расскажи мне о той ночи. Подробно. Майкл вмиг помрачнел. — В другой раз, — сухо ответил, направляясь в гостиную. — Но я хочу сейчас, — крикнул ему вслед, идя по пятам. — Я что сказал?!.. — раздражённо повысил голос и снял своё пальто с вешалки. — Разговор закрыт. Съешь еду из ресторана, а мне нужно съездить кое-куда. — Куда? Можно с тобой?.. — Нет, — резко ответил, надевая пальто. — Пожалуйста, я не буду доставлять хлопот. Я хочу прогуляться. Мне надоело здесь сидеть. Майкл схватил Эрнесто за щёки, от чего тот напрягся, закрыв глаза. — Куда ты собираешься со мной поехать? В морг? Чтобы ты снова заболел? Ты больше туда не поедешь никогда! Сиди дома и лишний раз не действуй мне на нервы. Эти слова больно ударили по сердцу, и Эрнесто в один миг ощутил пустоту. Он опустил взгляд на пол и проглотив мерзкий ком в горле, прошептал, вскоре переходя на крик: «Что я уже не так сделал? Мне надоели твои приступы. Сначала ты добрый и нежный, и почти в ту же секунду злой и холодный. Называешь меня тупым. Что я такой же как те балбесы. А потом говоришь, что решил надо мной поиздеваться. Знаешь что? Что ты, что Лукас — вы просто издеваетесь надо мной! Я не позволю обращаться со мной как с куском дерьма» Майкл уставился стеклянными глазами на злого мальчишку. Он сдерживался. Он ненавидел одно и то же повторять по несколько раз. Ненавидел, когда его щеночек не слушается. — Только и любите издеваться надо мной… Майкл угрожающе пошагал к нему, от чего Эрнесто инстинктивно делал шаги назад, пока не упёрся в диван. Мужчина навис над ним словно скала, поставив руки по обе стороны от тела. Он молча смотрел на него некоторое время, пока спокойно не заговорил, стараясь звучать как можно мягче: «Ещё раз ты скажешь, что я с тем уродом похож — тебе несдобровать. Вот видишь. Я о тебе забочусь, а тебе снова что-то не нравится. Ты эгоист. Любишь, когда всё делают по-твоему. Малейшее отклонение и ты сразу же орёшь. Куда ты уйдёшь? Снова потом искать тебя в лесу в слезах и рвоте? Хоть иногда ты умеешь держать язык за зубами и не бесить людей?» Черноволосый раздражённо нахмурился в ответ сверля взглядом. — Значит я больше не буду ни с кем общаться, коль мне не дано быть с людьми. А может, проблема в тебе? Ты даже не представляешь как мне порой страшно наедине с тобой. Ты… Ты меня пугаешь! И без тебя тоже скучно, особенно здесь. Ты даже не пытаешься меня понять. Делаешь всё по-своему. И когда я высказываю своё мнение, то говоришь мне заткнуться, словно у меня нет прав требовать что-то. — …Прекратишь общение — не получишь ничего о Пазле. И я сделаю всё, чтобы ты вылетел из университета. И тогда ты ничего не сможешь сделать. Что выберешь: уходишь, но теряешь всё или закрываешь свой рот и «терпишь моё ужасное отношение к тебе»? Мне напомнить сколько дел я ради тебя сделал? А ты мне что? Приготовил сгоревшее мяса как собаке и даже не удосужился убраться за собой. Я это проигнорировал, раз уж ты постарался ради меня, но сейчас ты меня разозлил. И только попробуй сделать меня виноватым. Сидишь здесь целыми днями, отдыхаешь, действуешь мне на нервы, а я, между прочим, работаю чтобы такого оболтуса как ты содержать. Вместо слов благодарности устраиваешь мне истерику уже в какой раз! Где моё банальное спасибо? — Кто ещё из нас лжец, — выдавил сквозь ком и прикусил щеку, сдерживая слёзы. Он не собирался реветь, но глаза предательски намокли. — Ты постоянно говорил какой я умный, прекрасный, самый лучший, а в итоге вот какого ты настоящего обо мне мнения. Отвези меня домой, и я больше не буду мусолить тебе глаза. И найди себе послушного питомца, который будет терпеть твои выходки и готовить не сгоревшее мясо. Этого ты добивался? Я больше не хочу тебя видеть. Без тебя справлюсь. Эрнесто отвернул голову вбок и стал обрывисто дышать. Его бросило в жар, а на лбу появились капельки пота. Он еле сдерживался, чтобы не врезать этому мудаку, который всё это время водил за нос. — Я думал, что хоть для тебя я особенный, а в итоге ты только в очередной раз доказал мне какой я кусок дерьма. Я не виноват, что стал таким. Я… Ты даже себе представить не можешь через что я прошёл! И с чем живу каждый день. После того как я узнал, что именно ты меня спас я место себе не находил. И сегодня хотел побольше узнать, поблагодарить тебя. Я специально приготовил этот чёртов ужин. А ты всё испортил, самовлюблённый мудак. Майкл вмиг поменялся в лице. Его брови уже не были сведены к переносице, взгляд стал виноватым, а губы немного приоткрылись. Он аккуратно притронулся к чужому затылку, но Эрнесто с силой одёрнул руку от себя. «Прости… — первое, что вырвалось из его уст. — Прости меня, Эрнесто. Я… Я не считаю тебя таким. Ты самый важный человек в моей жизни. Тебя никем не заменить. Прости меня, я погорячился. Я просто не люблю, когда ты меня не слушаешь. Я беспокоюсь о тебе. Мне стоило отказать тебе помягче, а не сразу кричать. Если хочешь, поехали, только не злись, прошу» Эрнесто пристально смотрел в глаза напротив, и в них читались сожаление и страх быть отвергнутым, словно эти чувства проникли в самую его душу. Напряжение повисло в воздухе, опускаясь между ними тяжёлым грузом. Парень нерешительно дёрнул плечами, создавая видимость равнодушия, и повернулся, собираясь удалиться в комнату, чтобы собирать свои вещи. Однако этот импульсивный жест был решительно прерван — Майкл резко шагнул вперёд и буквально повалил его на мягкий диван, пресекая всякую попытку побега. Майкл твёрдо зафиксировал руки над головой, прижимая к матрасу так сильно, что тому казалось, будто кожа вот-вот начнет ныть от давления. Более того, его колено было сурово уперто в пах — достаточно ощутимо, чтобы причинить физический дискомфорт и отбросить любые мысли о противодействии. И вот они оказались лицом к лицу, глядя друг другу в глаза — неуверенность столкнулась с решительностью, растерянность с гневом, а страх с болью. Время, казалось, остановилось, создавая ощущение, что мир замер именно здесь и сейчас. Каждый стук часового механизма усиливал напряжение между ними и пробуждал в воздухе невыразимое зло. Это было больше, чем просто молчание — это была буря эмоций, готовая вырваться наружу с катастрофической силой. — Отпусти меня по-хорошему, иначе я тебе зубы выбью, — пригрозил младший, но тот не послушался, и тогда Эрнесто начал брыкаться. Но что он может сделать против сильного и высокого мужика? Вот именно ничего, поэтому вскоре успокоился. — Чего ты добираешься? Думаешь, что я так просто тебя прощу после всей лапши, которую ты мне наговорил? Мудак. Ты мудак. Понял? Эрнесто плюнул ему в лицо и укусил за руку. Майкл стерпел боль, хотя голос в голове кричал свернуть шею этому наглому мальчишке. — Сейчас же успокойся и выслушай меня. Твоя истерика ничему не поможет. Я же сказал, что всего на всего захотел посмотреть на твою реакцию. Я никогда не думал сравнивать тебя. У меня даже мысли такой никогда не было. Эрнесто, прости, я неудачно пошутил. Прости меня, слышишь? Прошу. Я тоже иногда не ведаю, что творю. У меня случаются приступы гнева и тогда я веду себя как полный кретин. Я это признаю. Но давай признаем ещё то, что твоя доля вины здесь тоже есть, — выждав недолгую паузу добавил на выдохе. — Хорошо, я расскажу тебе всё о Пазле после того, как вернусь домой. Отвечу на любые вопросы. Ничего не буду прятать. Я обещаю. — Как я могу тебе верить после того, как ты меня уже несколько раз обманул? — Тебе остаётся только довериться мне. Эрнесто плотно сжал челюсть и отвёл взгляд в сторону. — Мне позвонил Роджер и сказал, что нашли новую жертву. Я был на нервах из-за этого и поэтому вспылил на тебя, хотя старался сдерживаться и всё было хорошо, пока ты не начал упрямиться. — Почему ты мне сразу не сказал? — Не хотел выливать на тебя негатив. Эрнесто тяжело выдохнул, прикрыв уставшие глаза. Где же моя спокойная и размеренная жизнь? Раньше всё было проще: меньше конфликтов, меньше ссор. А теперь каждая неделя сопровождается постоянными разборками, которые изматывают до предела. В отличие от Майкла, Эрнесто был эмпатом. С одной стороны, он искренне сочувствовал — тот почти всё своё время отдавал работе. Но с другой стороны, отпустить обидные слова и забыть их так легко не получалось. — Ты всё ещё хочешь поехать?.. Эрнесто никак не мог пренебречь столь редкой и важной возможностью, поэтому, собрав всю свою волю в кулак и подавив чувство обиды, он скрепя сердце согласился. Майкл, перед тем как отправиться в путь, предложил сначала поужинать, пока он прогреет машину. Однако у Эрнесто не было никакого желания есть — аппетит покинул его напрочь. Он аккуратно спрятал предложенную еду в ящик, намереваясь съесть позже. И ожидая подходящего момента, чтобы его поведение не вызвало лишних вопросов, Эрнесто выждал около пяти минут. Затем, надев своё тёплое пальто и проверив, что ничего не забыл, направился на улицу. Во дворе его уже ожидал Майкл. Ворковистый дым от сигареты исчезал в морозном воздухе, а вокруг него неспешным вальсом кружились мягкие снежинки, создавая почти магическую атмосферу зимнего спокойствия. — Не люблю запах табака, — сказал Эрнесто, проходя мимо Майкла, который услышав такое признание на мгновение опешил, а после выкинул окурок в сугроб. — Не кури возле меня, а то буду тебя намеренно избегать. Майкл стиснул челюсть. Он ощутил себя униженным, но ничего говорить не стал. Если снова начнёт нравоучать, то Эрнесто точно от него сбежит, а этому позволить случится ни в коем случае нельзя. Дорогу к моргу они провели в гробовой тишине. Лишь изредка сопение Эрнесто нарушало молчание. После пережитого стресса у него совершенно не было сил, и он сам не заметил, как провалился в неглубокий дрём. Майкл же мельком смотрел на свернувшийся комочек и раздумывал, как ему вернуть доверие щеночка. Сегодня он очень сильно напортачил, поэтому наверстать упущенное будет сложно. Сложно, но возможно. Самое главное на время забыть о своей гордыне и стараться делать то, что хочет Эрнесто, чтобы он почувствовал свою значимость. Неужели я тебе никогда не показываю, как ты мне дорог? Другому бы я уже шею свернул, а к твоим словам стараюсь прислушиваться. Не умеешь ты ценить мою доброту… А когда я показываю своё настоящее нутро, ты кричишь, что я страшный. Так как мне быть? Припарковавшись на территории двухэтажного здания, Майкл аккуратно завёл чёрную прядь волос за ухо и сообщил, что уже приехали. Эрнесто неторопливо проснулся, инстинктивно осматриваясь по сторонам и потирая глаз. Хоть сон был короткий, но его хватило, чтобы пополнить растраченные силы. В этот раз в морге было прохладнее. Наверное потому что зима напомнила о себе. И Эрнесто невольно обнял себя за плечи, шагая за старшим. Он старался не показывать что ему холодно, хотя мороз по коже бегал, заставляя содрогаться. Майкл видел, что тому холодно и сказал сам себе: «А я ведь был прав, вот теперь мерзни, мелкий засранец». В другой бы раз Майкл накинул на него своё пальто, но коль тот не послушался, то пусть отдувается сам. Тёмный и длинный коридор освещал тусклый свет от лампочек. И в конце серого туннеля стоял белый силуэт, задумчиво выпуская клубни едкого дыма. Заметив гостей, Роджер помахал рукой, словно боясь, что они его не заметили и быстро выбросил окурок в открытое окно. — Ура, Майкл привёл звёздочку! Привет, как дела? Как учёба? Как я рад тебя видеть. Иди сюда, обними старину Роджера. Какой ты худенький, так бы и откормил тебя, — лепетал старший, крепко прижимая к себе мальчишку, который совсем не был против неожиданной ласки. Может Роджер немного безумный, но он вызывает доверие вместе с положительными эмоциями. Он словно раскрытая книга. Не ожидаешь подвоха. И этим притягивал. — Ты какой-то бледный… Точно всё в порядке? — Всё прекрасно, я всего лишь немного простудился. — Заболел? Я так и знал! Но как так-то? Вроде не горячий… Холоднющий! Может, ты уже труп? Тогда добро пожаловать в мой морг! Так вот почему ты сюда пришёл, — улыбнулся во все зубы, вызвав смешок. — Ах, какой ты всё-таки лапочка, — потискал за щеки и тогда уже вмешался Майкл, убрав наглые лапа. — Ой-ой, потрогать нельзя? Какой собственник, — всё равно притянул к себе Эрнесто, закинув руку плечи. — Я буду тебя тискать каждый раз, когда буду видеть. Запомни. Эрнесто лишь улыбнулся и положил ладони на талию. — Как идут дела с реальным трупом? — сквозь зубы прошипел седоволосый, сдерживая бушующую ревность. — А, так вы из-за этого пришли?.. А я думал меня проведать… Так давно не виделись же! Нужно будет обязательно когда-то собраться все вмести и выпить по бокальчику просека. А то с этими трупами уже забыл, как выглядят реальные люди. — Ты же мне сам позвонил, — потёр переносицу, томно выдыхая. — Точно-точно! Совсем забыл, пойдёмте. Но спешу вас огорчить… Та-дам! Эрнесто полагал, что ничто больше не способно его расстроить, однако его лицо помрачнело, как только он заметил в секционном зале раздражающего человека. Рудольф же нисколько не удивился их появлению. Его цепкий взгляд мгновенно уловил подавленность юноши, однако настроение того не казалось связано с физическим недомоганием. Здесь явно скрывалось нечто более серьёзное. — Эрнесто, у тебя всё в порядке? Выглядишь как мертвец. Иди пить чай. Не хватало мне чтобы ещё одну смерть расследовал. — Нечего переживать. Я просто ещё не до конца выздоровел, — огорчённо ответил Эрнесто и опустил взор на чай, в отражении которого увидел самого себя. Он прикрыл рот ладонью, ведь на него смотрел изуродованное порезами лица. Он совсем забыл нанести макияж и сейчас чувствовал себя максимально некомфортно. Рудольф догадался в чём дело, поэтому поспешил успокоить. — Не переживай, мы и пострашнее ужасы видели, чем твоё лицо. Нас таким не напугать. Роджеру вообще плевать какой человек, главное, чтобы внутренности были красивые… Честно, он помешан на кишках. Что-то, но кишки он любит, — саркастично выдал, надеясь подбодрить. Эрнесто издал нервный смешок. А ведь и правда. До того пока он сам не заметил, как ужасно выгладит ему ничего не сказали. Даже Роджер полез обниматься. Значит этим людям действительно плевать как он выглядит? Эта мысль заставила его сердце трепетать. Было приятно осознавать, что в мире, где царствует красота, ещё остались люди, которым безразличен внешний вид. Эрнесто уставился на Майкла и Роджера, который бурно рассказывал о своих наблюдениях, написанных в отчёте. Тела на столе уже не было. Пока Эрнесто с Майклом выясняли отношение, Роджер уже закончил свою работу, так что смотреть было не на что. Конечно, Эрнесту было интересно узнать, что на сей раз произошло, но приставать с расспросами не решался, поэтому напряг слух. Из-за странной манеры Роджера доносить информацию Эрнесто разобрал лишь некоторые моменты: девушку нашли также расчленённую и разбросанную по городу. — За что он с ними так? — задумчиво спросил сам себя. — Даже если они были проститутками, это же не повод их убивать… — Проститутками? Они не были проститутками. Две студентки из педагогического факультета. Работали официантками в одном кафе и снимали комнату. — Майкл сказал, что они были проститутками, — удивлённо ответил, теперь уставившись на Рудольфа, поменявшегося в лице. — Что он тебе ещё рассказывал? — К чему Вы клоните?.. Эрнесто прикусил губу, опасаясь своих мыслей. — Если добровольно не расскажешь, то будем разговаривать уже по-другому. — Вы мне угрожаете? — Рекомендую добровольно сотрудничать. Майкл у меня и списке подозреваемых. Он часто захаживал в бар, в котором последний раз видели девушек. Неужели тебе не хочется помочь убрать его из этого списка? А если он виноват, то лично поспособствовать тому, чтобы получил по заслугам? Это же будет огромный плюс для твоей дальнейшей карьеры. Информация вывалилась на него слишком неожиданно, и он задумался: неужели мужчина, с которым он жил все эти дни — кровавый убийца? И что самое ужасное — неужели он убил вторую девушку тогда, когда он был в доме? Эрнесто понимал, что если это всё окажется правдой, то он вычеркнет Майкла из своей жизни как ненужное пятно. Но от этого пятно, к сожалению, не так просто будет избавиться. Он стал частью его личности. Частью недостающего пазла. Майкл единственный, кто сможет помочь поймать Пазла. И если его посадят, то это будет означать конец всему. Чем дольше Эрнесто размышлял об этом, тем разрасталась боль в груди, а в горле застревал ком, который никак не хотел проглатываться. Он смотрел на седоволосого элегантного мужчину с острым умом и своими странностями и прокручивал все моменты, случившиеся на этой недели. Неужели человек, который десять лет назад спас его в будущем, окажется кровожадным убийцей, коих Эрнесто ненавидит всей душой? Чего-чего, но этого он ему точно простить не сможет. Рудольф больше не мог ждать и грубо забрал чашку, вылив немного чая на свитер парня. Эрнесто обдало резким жаром, и он отскочил от стола, начав шикать от болт. Майкл и Роджер повернули к ним лица, и первый сделал несколько твердых шагов вперёд. — Что случилось? — спросил, схватив младшего за плечи. — Что случилось? — его голос стал раздражённый, а злые глаза уставились на Рудольфа. — Просто облился случайно… — Дай посмотр… Майкл не успел ни сказать, ни сделать что-либо, как Рудольф неожиданно схватил младшего за руку и повёл его к выходу. «Это произошло из-за меня, так что давай обработаю твою рану. Роджер, аптечка ведь в твоём кабинете? Отлично. Тогда скоро вернёмся,»– спокойно сказал, и не обращая внимания на холодный взгляд Майкла, отвёл пострадавшего в нужную комнату. Там он усадил его на диван, аккуратно снял свитер, обнажив небольшое покрасневшее пятно. — Я не хотел, чтобы вот так получилось, — виновато оправдывался, прижимая к ожогу холодную мазь. — Ничего, со всеми бывает... Он на самом деле не держал на него зла. Эрнесто с виду казался эгоистичным трудоголиком, которому плевать на всех, лишь бы получить своё, на самом деле он очень эмпатичный и добрый человек, который старается не доставлять никому неудобств. — Он мне ничего такого не говорил. Мы просто обсуждали это дело. Он выдвигал свои теории, я свои. — Где ты последние дни был? — У Майкла дома. — Что ты там делал? — Отдыхал, лечился. Он предложил мне у себя пожить некоторое время, пока я не выздоровею, ибо переживал, что дома я снова сбегу в университет. Моя мать тоже не была против. — Ты замечал что-то странное в его доме? Шум, поведение, вещи. Эрнесто поникло опустил взгляд, вспоминая всё, что недавно произошло.

Ночь:

Эрнесто не спал. Он сначала лежал на кровати и смотрел на потолок, а после торчал на балконе, рассматривая тёмный пугающий лес, который манил к себе своей таинственностью. Несмотря на животный страх увидеть между деревьями знакомые силуэты, у него была чёткая мысль: что чем дольше я буду смотреть страху в глаза, тем быстрее что-то вспомню. Но через десять, двадцать, тридцать минут ничего не происходило, а только холод окутывал сильнее своими объятиями. Эрнесто, наконец-то бросив эту затею, вернулся в тёплую постельку. И хорошо, что он это сделал, ведь через пять минут в комнату прошёл Майкл, проверить спит ли. Мужчина встал возле кровати и больше минуты просто смотрел. В этот миг Эрнесту как никогда стало страшно, и он отвернулся на бок, укутываясь сильнее в одеяло и тогда Майкла, словно отойдя от транса, достал из шкафа плед, которым укрыл замершего бедолагу, а после безмолвно ушёл. Приходил ли Майкл прошлыми ночами? Эрнесто не знал, ведь тогда спал как убитый, и сейчас такая странная забота его насторожила. Раздался глухой удар, нарушив гробовую тишину. Эрнесто вздрогнул, машинально подорвавшись на локти. Его сердце бешено заколотилось в груди. Что, чёрт подери, только что произошло?! Но не успел найти ответ, как раздался ещё один удар только уже не такой сильный и тогда парень подошёл к двери. Прислушался. Тишина. Эрнесто тихо приоткрыл деревянную преграду и осмотрелся. Никого не было. Камин освещал пустую гостиную. — Чего не спишь? — как резкий хлопок в тишине прозвучал голос Майкла. Эрнесто резко обернулся и уставился на мужчину в одних чёрных штанах и тапочках. На его переносице красовались очки вместе с цепочкой, которые тот снял, позже открыв своё лицо. Парень потерял дар речи от столь откровенного вида Майкла, которого, кажется, ничуть не смущала нагота. Его грудные мышцы были хорошо развиты и на них виднелись волосы, делая статуру ещё мужественнее, а на животе выделялись кубики пресса. Для своего возраста и пережившей травмы Майкл выглядел безупречно. Если бы не влечение к преступлением, то он смог бы без проблем начать карьеру модели. Майкл нахмурил брови, делая шаг вперёд. — Я повторю ещё раз: ты почему не спишь? — Воды решил попить, — сказал первое, что пришло в голову. — Возле твоей кровати я оставил чашку. — Не люблю застоявшуюся воду. Майкл недоверчиво наклонил голову вбок и сложил венистые руки на груди от чего они стали ещё больше. — Ты проснулся из-за шума? Приношу свои извинения, — смягчился, ведь из-за него Эрнесто проснулся, поэтому решил быть не таким строгим. — У меня снова бессонница, поэтому я решил убраться в библиотеке. Несколько книг упали на пол из-за моей неосторожности. Возвращайся в свою комнату. — Я могу тебе помочь? — Нет. Ты болен, и я уже закончил. — Но я не смогу уснуть. — Эрнесто, иди в свою комнату, сейчас же. Парень прикусил щеку и проглотив гордость ушёл в комнату. Он лёг под одеяло, прижав колени к груди. С чего бы вдруг он устроил ночью уборку? Времени, что ли, нет? А ведь действительно. Днём Майкл на работе, а вечером всё внимание уделяет Эрнесту. Когда ему ещё заниматься домашними делами как ни ночью? Но даже такое объяснение не давало окончательного покоя. В омуте своих раздумий Эрнесто не заметил, что уже в комнате был не один. Майкл поставил на тумбочку новый стакан с водой вместе с таблетками. — Выпей и попытайся уснуть. Эрнесто без лишних слов это сделал, ведь знал, заставит, поэтому лишние притворства были ни к чему. — Побуду с тобой пока ты не уснёшь, — и лёг рядом, подставив под щеку ладонь. Хоть комнату освещал только ночник и лёгких свет луны Эрнесто мог в полной красе лицезреть торс перед собой, и ощутить металлический запах, который ни с чем спутать нельзя. — Ты поранился? Я чувствую запах крови. — Что? — не ожидая вопроса приподнял брови. Эрнесто изучал его пристальным взглядом и тогда Майклу пришлось придвинуться ближе, положив ладонь на талию. — Порезался, когда нарезал себе сыр для закуски. Мне пора прекращать пить, а то скоро и убить кого-то смогу. — Видать рана глубокая, покажи. Майкл крепче сжал чужое тельце в своих лапах, намекая, что если его это не волнует, то младшего уж точно не должно, и поняв намек, Эрнесто решил перевести тему. — Нашли убийцу той девушки? — Тебе так хочется, чтобы его поймали? Хотя чего я спрашиваю… Нет, не нашли, прошло слишком мало времени. Она была проституткой. Родных или хотя бы знакомых сложно найти. Убийство проституток — это частое явление, поэтому полиция не охотно за них берётся. — Но её же расчленили, а не просто задушили как обычно делают. — Если найдётся ещё одно тело с таким же почерком, то получится серия убийств и тогда полиции придётся взяться за это дело как бы им ни хотелось. Люди свыше не дадут покоя. А так, тратить лишние силы на проститутку никому не хочется, разве что сотрудницам. Женская солидарность, — прошипел сквозь зубы. — Есть куда важнее дела: поимка наркокартелей или банд. Они куда больше грозят обществу. — Она же человек. — Этот человек не приносил обществу никакой пользы. Может даже хорошо, что от таких людей избавляются. Чище город будет. — Если тебя послушать, то складывается ощущение, — говорил медленно, проваливаясь в сон. — Что проституток можно убивать без последствий… Майкл, усмехнувшись, спрятал чёрную чёлку за ухо, а после нагнулся к спящему и прошептал: «Ещё как можно, щеночек». А после поднялся и поправив одеяло, вышел из комнаты, направляясь в библиотеку, где его ждало незаконченное дело. За самым дальним рядом шкафов лежало тело очередной девушки. До этого она несколько часов провела в багажнике, прежде чем Майкл наконец перенес её сюда. Люк, ведущий в подвал, располагался в библиотеке. Майкл не обманывал — шум действительно возник из-за книг, когда он двигал шкаф, скрывающий вход в темницу. Поэтому назвать его лжецом было бы неправильно, в отличие от Эрнеста. Однако запах, исходивший от него, принадлежал не его собственной крови, а бедной Анне. Значит всё таки лжец? Майкл скинул тело в подвал и захлопнул крышку. Позже разберусь. Настроение пропало. Мало того, что Эрнесто не спал всё это время, так ещё и посмел солгать. Он, кажется, всё ещё не понял, что любое непослушание грозит наказанием. Майкл закурил. Его взгляд был нацелен на пропитанную кровью рубашку, валяющуюся возле открытого люка. Если бы свет в доме был ярче, то Эрнесто мог бы заметить на штанах, лице, даже руках кровавые брызги. Новая жертва оказалась намного выносливее. Она не задохнулась в багажнике, поэтому Майклу пришлось хорошенько исполосовать её торс глубокими порезами, прежде чем наконец-то сдохла. — «Она же тоже человек». Эрнесто-эрнесто, почему же ты такой добрый… Тараканов нужно давить, иначе их расплодиться и тогда будет стихийное бедствия. Болезни, воровство, нежелательная беременность. Я же делаю одолжение для всех! Делаю чище этот грязный мир, а ты не ценишь мои труды. Сделав долгую затяжку, выдохнул серый дым вверх и ухмыльнулся, рассматривая как клуб постепенно растворяется в воздухе. Майкл присел на корточки перед люком и докурив сигарету, выбросив окурок вниз. Он пять минут молча смотрел в темноту как вдруг по спине пробежали мурашки, возвращая в реальность. Он снова выпал из реальности и забыл о чём думал, но по стояку в штанах понял — это точно было что-то связанное с Эрнесто. Майкл не трогал себя уже несколько дней, поэтому больше сдерживаться не мог. Он с хрустом выпрямился и вальяжной походкой прошёл в нужную комнату. На кровати мирно спал мальчишка в такой же позе, в какой оставили, из-за чего седоволосому пришлось перевернуть его на спину. Он расположился над чужими бёдрами, держась немного навесу и достал налитый кровью член. В отличии от Лукаса, который переборол своё желание поприставать к спящему, Майкл отдался чувствам. Совесть и стыд не для него. Одной рукой он грубо дрочил, томно дыша, а второй нагло лапал обмякшее тело, особое внимание уделяя лицу со шрамами. Своим горячим языком он прошёлся по глубокому шраму, оставляя мокрую полоску и присосался к губам, проникая внутрь языком. Эрнесто во сне начал реагировать на ласки и невольно замычал, сжимая колени. — Нравится? — промурлыкал и мокрой от смазки рукой провёл по щеке. — Прекрасен… И только мой. Красивый… Невинный… Майкл придвинулся ближе и теперь уже возвышал над грудью. Красной головкой уткнулся в щеку и принялся тереться. От столь приятных ощущений запрокинул голову назад и гортанно застонал. Ему хотелось прямо сейчас разложить податливое тело без смазки и грубо-грубо толкаться до тех пор, пока не проснётся. Майкл представил шокированное лицо Эрнесто, когда он проснётся с членом в заднице и не сдержавшись, обильно кончил прямо на лицо. Он схватился за изголовья кровати и задрожал. Бурный оргазм прошёлся от кончика пальцем до макушки, и он на мгновение выпал из реальности. Когда дрожь прошла, а рассудок вернулся, самодовольно усмехнулся, но в ту же секунду накатала злоба. Его взгляд стал хищным, а руки потянулись к шее, но в последний момент опомнился. Перед ним лежал его маленький щеночек, а не какая-то блядь. — Прости, я чуть не убил тебя, — виновато прошептал и достал из закрытого ящика полароид, которым сделал пару фотография спящего личика, обмазанного слюнями вместе с семенем. Такого в его коллекции ещё не было. Точнее было, только с другим мальчиком, похожим на Эрнесто. — Никто не сравнится с тобой... До встречи с Эрнесто Майкл снимал мальчиков на ночь, а после накачивал наркотой и делал множество безумных снимков, которые хотел бы повторить с Эрнесто. И наконец-то этот момент настал. — Знаешь, что я делал с тобой каждую ночь, когда ты спал? «Ах ты мерзкий извращенец!» — скажешь ты. Но прежде чем ты начнешь кричать, скажу: я не спал с тобой. Я просто тебя фотографировал. Немного оголённое плечико, немного животик, немного ножки… Ещё воспитывать тебя и воспитывать, но в конечном итоге ты будешь полностью меня слушаться. И тебе тоже это понравится. Закончив делать фотографии, Майкл стёр своё семя и размазал его по члену младшего, оставляя на трусиках пятно. — Спокойной ночи, щеночек. И в приподнятом настроении отправился заканчивать начатое.

Настоящее:

— Я ничего такого не помню... Был только странный шум ночью и всё. Мне кажется, что у Майкла обычная ненависть к женщинами, не более. — Слушай, ты намного храбрее и умнее, чем я думал. И у меня к тебе есть просьба: сможешь осмотреть библиотеку? Только сделай это осторожно. Если Майкл убийца, то он тебе скорее всего ничего не сделает, ибо ты ему дорог, но всё равно будь осторожен. Если что, сразу звони мне или в полицию. Вот мой домашний телефон. Эрнесто устало кивнул. Рудольф больше не терзал его, так что они направились обратно в зал. Майкл стоял у окна, а Роджер без остановки говорил что-то своё, но увидев пришедших, первый сразу же подскочил к парню, расспрашивая всё ли хорошо. — Всё хорошо... Я просто хочу домой. Майкл крепко сжал челюсть и пристально посмотрел на Рудольфа, который начал беседу с Рождером. Он догадался, в чём причина, и в нём вскипела волна ярости, переворачивая все внутренности верх дном. Мысли о том, чтобы прямо сейчас свернуть шею ненавистному полицейскому, не давали покоя — ведь тот только сильнее испортил и без того шаткие отношения. Ранее Майкл ещё мог контролировать разговоры, но на этот раз всё пошло не так: Роджер упорно отказывался закончить свою бесконечную болтовню, вновь и вновь начиная новые темы. Недоверие и подозрения скользнули в сознание Майкла. Его не волновало, что на него пытаются навесить стрелки, но совершенно не устраивало то, что кто-то втягивает в это Эрнеста. Привести его сюда оказалось ошибкой: теперь у Рудольфа появился союзник, который не упустит шанс навредить бывшему напарнику несмотря ни на что. Майкла, не попрощавшись ни с кем, вышел вместе с Эрнесто в коридор. Их тяжёлые шаги эхом отбивались от стен, наполняя мёртвую тишину. Парню было страшно возвращаться в дом, он уже открыл рот попросить отвезти домой к себе, но тогда бы план разрушился, а он единственный, кто может проверить теорию, поэтому мужественно сжал яйца в кулак. Какой из меня полицейский, если не смогу справиться с таким банальным заданием? Путь домой был долгим да напряжённым. Казалось, что дорога не кончается, но через час наконец-то показался нужный дом. Эрнесто молча расстегнул ремень безопасности и вышел на улицу, где ветер сразу же ударил в щеки, немного приводя в чувствах. Прежде чем уйти внутрь, Эрнесто оставил взгляд на гуще леса. — Что там? — спросил Майкл, тоже туда посмотрев. — Ничего, — быстро ответил парень, забегая внутрь и на последок сказав, что он хочет побыть наедине с собой, поэтому, пожалуйста, не заходи в комнату. Майкл ничего не ответив достал пачку сигарет.

***

Эрнесто проснулся от шума в гардеробной. Открыв заспанные глаза, сначала уставился на серый потолок, а после на комнатушку, в которой горел свет, и Майкл искал рубашку. Укутанный в плед парень прошёл в гардеробную. — Чего тебе? — спросил Майкл, надевая пятнистую рубашку. — Помнится мне, то ты вчера весь день меня игнорировал, хотя сказал, что простил. Решил поиграть в недотрогу? Думаешь, я собираюсь бегать за тобой? — Я хотел кое-что спросить, но, если ты не в настроении, позже поговорим. — Стоять, — скомандировал и подошёл, застегивая запонки. — Говори. — Те книги, которые ты мне принёс, я уже прочитал. Если ты говоришь, что у тебя здесь библиотека, то могу я сам что-то выбрать? Майкл в миг помрачнел. Он молча смотрел на мальчишку перед собой, который также не сводил взгляда. Снова этот страшный взгляд как тогда ночью под фонарём. Между ними нависло напряженное молчание, и Эрнесто уже захотел отмахнуться, мол, не надо, как старший наконец-то нарушил её: «Я не люблю, когда в моём доме бродят посторонние. Но ты мне не чужой. Если так хочешь, хорошо, пойдём» Эрнесто последовал за ним до деревянной двери. Майкл достал скобу ключей из кармана штанов, словно заранее знал, что тот попросит об этом, и найдя нужный ключ, распахнул дверь в небольшое помещение с несколькими рядами шкафов. Возле окна стоял стол и диван. Комната была наполнена приятным солнечным светом вместе со стойким запахом спиртного. — Это мой кабинет, — пояснил Майкл, пропуская мальчишку внутрь. — Нравится? — Очень, — ответил с улыбкой на лице, и уставился на свою картину, весящую над столом. — Ты действительно её повесил… — Я ценю твои труды.

Тот вечер:

Майкл переоделся в домашнюю рубашку и подошёл к Эрнесто. Она была расстёгнута, оголяя накачанный торс и кубики пресса. Эрнесто за дни, проведённые здесь, должен был уже привык к оголённому тело, но каждый раз при виде сексуального полицейского сам не замечал, как засматривался. — Раз уж тебе хочется разнообразия, и раз уж тебе стало лучше, то хочешь порисуем? У меня есть мольберт и краска. Проведем психологическую разрядку. — Хоть что-то. — Жди меня в гостиной. Эрнесто спустился на первый этаж, куда вскоре пришёл Майкл вместе с нужными инструментами. Он поставил возле камина мольберт, краски на стол, а после сел на диван наблюдать за ним. — Мне не нравится, когда за мной следят. Это сбивает с мысли. — Располагайся как вздумается. Эрнесто отвернулся от Майкла так, что теперь ему был открыт вид на изысканного мужчину, спокойно попивающего коньяк и наслаждающегося треском камина. Этот прекрасный момент художник решил запечатлеть на холсте, но для Эрнеста столь сложное искусство было не под сильно, поэтому в конечном итоге из прекрасной модели получился кривой, с ужасно подобранными цветами гоблин. — Я закончил. — Могу ли я взглянуть? — Нет, — раздражённо и одновременно расстроенно ответил, вызвав у второго ещё больший интерес. — Тебе не понравится. Я не умею рисовать. Я хоть и знаю анатомию, но рисовать её не умею. — Не переживай, я тоже не умею, — успокоил и встав позади, уставился на сие творение. Он молча сделал глоток спиртного и положив ладонь на чужое плечо придвинулся ближе, внимательнее рассматривая силуэт. — Ты меня пытался изобразить? — Да, но у меня ничего не получилось. Давай бросим это в камин? — Я не дам тебе это уничтожить. — Будешь смотреть и смеяться надо мной? — Это прекрасно. Может и есть недочёты, но тот факт, что ты хотел нарисовать меня — прекрасен и делает эту картину бесценной для меня. Если я дам тебе новый холст и время, ты нарисуешь меня снова? — Чтобы я ещё один холст испортил? — Тогда буду довольствоваться тем, что есть.

Настоящее:

Эрнесто неторопливо бродил по кабинету, внимательно всё рассматривая. Ничего особенного. Как обычно: минимализм и чистота. — Вот так, наверное, выглядит Рай на Земле, — с улыбкой сказал младший. — Долго собирал книги? — Всю жизнь. Здесь ещё есть книги моей бабушки. — Ты никогда не говорил мне о своей семьи, — посмотрел на него и игриво скользнул между рядами. — Обо мне ты многое знаешь, а я о тебе почти ничего, — провёл пальцем по полочке, но пыли не было. — Расскажи. — Я с родителями не часто общаюсь. Мать меня родила почти в сорок лет. Сейчас они в доме престарелых. Детство у меня было плохое: меня держали в тяжёлых рукавицах. Мать постоянно жила в стрессе из-за профессии отца, а тот часто выпивал, поэтому они часто ссорились. Я, если честно, не хотел быть полицейским, но отец хотел из меня воспитать настоящего мужчину. И когда я его не слушался, то он жестоко меня бил. — Мне жаль. — Поэтому я чаще жил у бабушки. — А кем ты хотел стать? Майкл хрипло засмеялся, следуя за мальчишкой внимательно рассматривающего корешки книг. — Только не смейся. Я хотел работать в библиотеке. — Отличная профессия. Ты же можешь даже сейчас пойти туда работать. — Но я кое-что понял: по сравнению с полицейским это скучная работа. Да и сейчас я уже другой. Не такой как раньше. — А какой ты был раньше? — Спокойным. Эрнесто уставился на мужчину, взгляд которого был нацелен на пространство перед собой. Он вспоминал приятные моменты из жизни, но при этом выражение лица было грустное. Вмиг он пришёл в себя и протянул книгу с самой верхней полочки. — Почитай это. — Спасибо, — задумчиво пробормотал, забирая протянутый предмет. — Майкл… Помнишь первую лекцию? Ты ругал студентов, которые пошли на криминалиста по принуждению и говорил, что если у них нет мужества дать отпор родителям, то какой из них тогда полицейский? Почему же ты не дал отпор отцу? — Я это понял только когда вырос. Тогда же я решил послушать отца и сделать так, как он хочет, чтобы лишний раз не огорчать. Не забивай голову лишними заботами, — потрепал по волосам и указал взглядом на дверь. — А теперь попрошу на выход. Эрнесто первый вышел в коридор, уставившись на гостиницу через перила лестницы. — Надоело в комнате постоянно торчать. Можно я посижу возле камина? — Конечно. Почему спрашиваешь? Эрнесто спустился на первый этаж и уже собирался лечь на диван, как Майкл пальцами одной руки зарылся в чужие волосы и аккуратно придвинул к себе. — Если будет плохо, таблетки в аптечке. Аптечка в ящике наверху. В холодильнике есть вчерашний ужин. Будет холодно — разожги огонь. Будет страшно — не бойся. И ничего лишнего не делай. Ты у меня в гостях. Чтобы я пришёл и всё было на своих местах. Эрнесто утвердительно кивал головою на каждое слово, и когда нравоучитения подошли к концу, проводил мужчину до самой двери. Завершив этот короткий ритуал, Эрнесто уверенно закрыл дверь на замок, словно возводя преграду между собой и внешним миром. Майкл не успел ни попрощаться, ни привычно чмокнуть его в лоб, как уже оказался на улице. Он проследил за мальчишкой сквозь окно, который лёг на диван и выждав некоторое время, ушёл к машине. Его взгляд был суровый. «Всё этот чёртов Рудольф,» — прошипел сквозь зубы и завёл шумный мотор авто. Услышав, что машина выехала за пределы участка Эрнесто подскочил к окну, проверяя действительно ли он остался один. Внезапно парень ощутил непонятный прилив энергии и тревоги. Он боялся что-то найти. Боялся, что догадки Рудольфа окажутся правдой. Но обещание есть обещание и совладав со страхом, Эрнесто ушёл обследовать дом, хотя все нужные комнаты были закрыты, поэтому оставшееся время просто лежал на диване, мыча от безысходности.

***

Они часто ужинали вместе, но сегодня атмосфера за столом была напряжённая. Эрнесто молчал, да и Майкл тоже не спешил начинать диалог, из-за чего тревога накрыла парня с головой. «Он догадался,» — это был не вопрос, это было утверждение. Когда ужин закончился Эрнесто взялся за мытье посуду, в то время Майкл допивал вино, рассматривая изящный изгиб спины. — Ты же сегодня бродил по дому, да? — неожиданно спросил Майкл от чего Эрнесто замер, держа в руке намыленную тарелку. Мужчина подошёл к нему и поставил руки по обе стороны от тела, прижав к мойке. — Что-то искал? — Я не ходил. — Врать не хорошо. — Я не вру, — старался звучать как можно увереннее, но голос предательски вздрогнул. Гнетущее молчание давило на него. За дни, проведённые здесь, Эрнесто стал дёрганным и тревожным. Раньше он без проблем выдерживал давление, но сейчас страх окутывал его почти моментально. Он понимал, что играл с огнём. И что в конечном итоге получит ожоги. Но эти ожоги могут быть не столь критичны, если делать так, как хотят. Прочистив горло, прошептал: «Как… Как ты узнал?» — Я замечаю всё, что меняется в моём доме. Но меня сейчас другое волнует, — голос стал суровее, и он положил ладонь на бедро. — Ты ослушался меня. Я бы мог закрыть глаза на твоё странное поведение, если бы ты мне честно сознался, а не начал лгать, надеясь обдурить меня. — Я боялся, что ты будешь снова зол. — Если сейчас ответишь честно, то я не буду злиться. Ты что-то искал? Эрнесто надоело играть в дурака, поэтому решил спросить на прямую. — Это я должен тебя спросить: что ты на самом деле делал той ночью? Майкл, прождав несколько секунд напряженного молчания, громко засмеялся. — Ахах, думаешь, что это я убил её? Думаешь, я не догадался, что ты задумал? Я вижу тебя насквозь. Решил меня в тюрьму посадить? Я, по-твоему, маньяк? — Пока ты мне не докажешь обратное, я не успокоюсь. — И что же мне нужно сделать, чтобы ты мне поверил? — Для начала дай мне обследовать твой дом. — Ордер есть? Эрнесто стиснул зубы. — Или хотя бы что-то другое? — Если я ничего не найду, и ты окажешься не виновен, то я отсосу у тебя, — от такого дерзкого ответа глаза старшего округлились. — Ты же не можешь мне просто позволить это сделать ради моего собственного утешения. Тебе же обязательно нужно получить из всего выгоду. Поэтому я предлагаю минет. Я уверен, что ты давно его хотел. Эрнесто ляпнул не подумав, но дороги назад уже не было. — Ухты, а ты уверен, что выдержишь, щеночек? Лучше предложи что-то другое. Но то, что мне тоже понравится. — Уверен. — Какой самоуверенный песик. Но ты же понимаешь, если ты что-то найдёшь, мне тогда придётся тебя убить? Или закрыть в тёмном подвале и держать как своего щеночка, — с довольной ухмылкой проговорил и сжал бледные щеки, засунув указательный палец в рот. — Ты, наверное, думаешь, что я настолько гордый, что твои слова меня ничуть не задевают, но это не так. Ты меня очень оскорбляешь. Обвиняешь ничем неповинного человека. Тебе не стыдно? Тебе будет очень стыдно, когда убедишься, что я не причём. Ещё не поздно всё остановить. — Тогда почему ты фказал, что они профтитутки? — Я ненавижу легкомысленных людей. — Откуда ты знаешь, фто они такие? — Потому что все бабы ведутся только на деньги и внешность. Эрнесто нахмурился и с силой прикусил палец, на что Майкл лишь усмехнулся представляя, как скоро этот наглый пацан будет сосать не палец, а кое-что побольше. — Хорошо, щеночек, иди. Ты пожалеешь о своём решении. Мужчина отступил и с нахальной улыбкой раскинул руки в стороны. Эрнесто же вытер с губ слюни и прихватив кухонный нож направился обследовать те места, к которым до этого доступ был закрыт.