Пазл

— У тебя есть ещё шанс всё прекратить, — с ухмылкой подметил Майкл, попивая коньяк. Ни единый мускул на его спокойной физиономии не дёрнулся. Он знал, что Эрнесто ничего не найдёт. И это было правда. Никаких зацепок. Ноль. Всё как обычно. Ни каплей крови ни странных звуков. — Ты хотя бы скажи, что конкретно ищешь. Помогу чем смогу. Эрнесто остановился посреди библиотеки. Ноги дальше не шли. В этот раз атмосфера здесь была совершенно не сказочная, а гнетущая да страшная. И с каждым шагом тревога всё росла и росла. Сердце колотилось быстрее, здравый разум кричал убегать отсюда, убегать от этого монстра, но он всё шёл и шёл, ожидая увидеть страшную картину. Он опасливо заглядывал в длинные коридоры между шкафами. И чем дольше Эрнесто всматривался в темноту, тем сильнее она окутывала своими объятиями. Пожирала его. Казалось, что сейчас из неё на него выбежит что-то страшное и потащит за собой. Майкл толкнул его в спину и Эрнесто сделал широкий шаг вперёд, успевая схватиться за полочки. Отойдя от шока, он посмотрел на мужчину и нахмурился. — Я думал ты в статую превратился, решил проверить. — Хватит шутки шутить. — А зачем мне грустить? Я не убийца. Я тот человек, на которого многие ровняются. Ты ничего не найдешь, ибо я ничего не делал. Меня просто смешит с какой серьёзностью ты относишься к словам Рудольфа. По сути моего врага. Что он ещё будет говорить, как не обливать меня дерьмом? А ты в это веришь. Если бы он сказал, что я инопланетянин, ты бы стал искать на моём чердаке или в подвале летающую тарелку? — Я всего на всего хочу убедиться, что он не прав и вычеркнуть тебя из списков подозреваемых. По крайней мере для себя. — Представим, что ты что-то найдёшь и я действительно убийца, то, что дальше? Эрнесто стиснул кулаки и колючим взглядом посмотрел тому в глаза. — Тогда я возненавижу тебя также, как и Пазла. Слова о том, что Эрнесто возненавидит его так же, как и Пазла наполнили его смесью досады и раздражения. Но эти эмоции были вызваны не тем, что Эрнесто узнает его страшную правду, а тем, что он сравнивает их. Он не имеет права сравнивать МЕНЯ и его. Я не грёбанный ублюдок, который получает от этого удовольствия. Я сделал это потому, что был должен. Я мог бы этого не делать. В этом наше отличие: я не убийца, я киллер. Я убиваю, потому что получаю от этого выгоду, а не потому, что хочу. Раздражение переросло в гнев, и он еле сдерживался, чтобы не разбить стакан об пол. Его лицо не выдавало никаких эмоций, но глаза были полны ненависти. Эрнесто ощущал опасность, исходящую от него чёрной дымкой и ему захотелось провалиться сквозь землю. Эрнесто, передвигая ватные ноги направился к последнему ряду. — Почему ты мне не веришь? Разве я сделал что-то настолько страшное, что в твоих глазах я монстр?.. — с досадой спрашивал пустоту, но после обратился к остановившемуся парню. — Скажи, в какой момент я всё испортил, что ты теперь такого ужасного мнения обо мне? Майкл своим стеклянным взглядом словно смотрел ему в душу. По коже Эрнесто пробежали мурашки, и он стиснул кулаки, контролируя эмоции. Его сердце сжалось от боли. Только сейчас до него дошло как глупо ведёт себя со стороны. Майкл, тот человек, который спас его, который жизнь готов отдать, лишь бы поймать Пазла, и в итоге оказался убийцей проституток? Нет. Такого быть не может. Не может… По крайней мере Эрнесто так думал, и надеялся, что это правда. Но что он скажется Рудольфу? Что он расчувствовался и сдался на пол пути из-за своей жалости? Тогда какой из него детектив, если ведётся на свои эмоции? Так опозориться Эрнесто не мог. Но и ранить Майкла тоже не хотел. Он не знал, как ему лучше поступить. Спустя несколько минут раздумий Эрнесто наконец-то сделал неуверенные шаги к мужчине, который опустошёнными глазами смотрел на пол. — Я не верю, что ты убийца, — от такого признания Майкл поднял голову и его взгляд вмиг изменился. — И я хочу, чтобы остальные тебя не подозревали. Позволь мне закончить начатое. Покажи мне подвал, — и вышел в коридор, дабы перевести дыхание и не выдать свою неуверенность. Майкл же некоторое время смотрел на пространство перед собой, прежде чем его физиономия исказилась, а улыбка медленно превратилась в оскал. Он победно отскочил от стола, бросил мельком взор на деревянную крышку под шкафом и вальяжной походной вышел из библиотеки, откуда веяло холодом и мраком.

***

Эрнесто открыл ржавый люк, который не открывали долгое время и прихватив фонарик, встал напротив чёрной дырки. Лестница не была сломана, и он без происшествий спустился вниз, а за ним Майкл, угрожающе захлопнув крышку. Громкий хлопок эхом отбился от бетонных стен, а после нависла напряжённая тишина. Сердце Эрнесто замерло и он на ватных ногах повернулся обратно, нацелив луч света на мужчину, кисти которого были спрятаны в карманах. Теперь Эрнесто слышал не только собственное сердцебиение, а и тяжёлые шаги. — Не п-подходи... Мужчина резко потянул его на себя, повернув спиной к себе заломив одну руку. Пах прижимался к сочной заднице, поэтому Эрнеста бросило сначала в холод, а после в жар. Он сглотнул и уставился на луч, освещающий пустое пространство. Что-что, но увидеть пустоту уж точно не ожидал. — Что... Что всё это значит?.. — Это значит, что сейчас ты тащишь свой наглый зад в дом и ждёшь меня. Майкл, потерявший давно терпение, зарылся в чужие волосы и с силой потянул на себя, запрокинув голову. Он, как зверь впился в сладкие губы, исследуя каждый сантиметр желанного рта. Ноги младшего подкосились, и он чуть не упал, но старший в последний момент подхватил за талию. Теперь Эрнесто был повёрнут к нему лицом. Фонарь освещал смуглое лицо снизу вверх из-за чего оно было угрожающим. Перед ним стоял не человек, а самый настоящий зверь, который сейчас разорвёт долгожданную добычу. Парень всем своим нутром ощущал нарастающую опасность. Ему хотелось убежать. Убежать куда угодно, только бы не находится с этим зверем один на один. Он не знал, что тот собирается делать. Даже догадаться не мог. Ему было страшно и… Приятно? Нет. Не приятно. Больше. Неведение возбуждало. С одной стороны хотелось, чтобы Майкл поскорее открыл занавесы, а с другой, невероятно сильно хотелось растянуть тянущее чувство внизу живота подольше. Майкл стоял с безумной улыбкой. Его щеночек сейчас смотрит только на него возбужденными и полными страха глазами. Да. Вот именно этого он ждал. Именно этого так долго хотел. — Майкл… — проскулил, его подбородок держали пальцами, чтобы ни на секунду не свёл взгляда. — Только не делай мне больно. Мужчина резко переложил ладонь с лица на шею, нависнув над ним. — Я разрешил тебе открывать твой поганый рот? Заткни свою пасть. И открывай только когда я скажу. Не делать тебе больно? Ты мне нервы вытрепал. Ты с цепи сорвался! Сейчас ты мой. Весь мой. Твои слёзы, твои крики — мои. Мне глубоко плевать, если ты обоссышься от страха. Ты этого заслужил. Мне стоило преподать тебе урок ещё раньше, и сейчас не жди от меня пощады. Плохих щеночков нужно наказывать. Ты меня понял? Но не успел Эрнесто что-то сказать, как раздался звонкий шлепок, и бледная щека постепенно окрасилась в пурпурный цвет. — Я совсем забыл, что ты у меня непослушный. Но не переживай, я тебя всему научу. Первое правило ты уяснил: открывай рот только когда я попрошу. Второе правило: называй меня хозяин. — Это слишком. Я не твой щенок, а ты не мой хозяин. Хватит вести себя так. Я обещал тебе минет, а не эти извращения. Я признаю, что был не прав обвиняя тебя, но зато теперь я точно знаю, что ты не виноват. Раздался ещё один удар, только теперь он был настолько сильный, что Эрнесто потерял равновесие. Он с грохотом свалился на пол, схватившись за больное место, и не успел опомниться, как последовал ещё один, а после его снова потянули за волосы. — Я слушаю. — Нет. Я договаривался на минет… Майкл достал из заднего кармана брюк раскладной нож и одним рывком разрезал рубашку вдоль. Тонкий наконечник оставил еле заметную красную полоску от живота до ключицы, которая почти сразу же запеклась. Эрнесто стиснул зубы, вцепившись в плечи напротив и попытался отпихнуть, но эту жалкую попытку вырваться Майкл предотвратил, повалив на пол да связав разорванной тканью руки за спиной. — Отпусти меня! Это… Это уже слишком! — Обвинять человек без оснований тоже слишком. Ты не слышал о презумпции невиновности? Я тебе напомню: «Никто не может быть признан виновным, пока судья это не докажет». Твоя игра зашла слишком далеко, Эрнесто. Я на самом деле не хотел этого делать. Но твои игры мне порядком надоели. Ты совершенно не ценишь меня. Считаешь психом, извращенцем. Ладно ещё это, но убийцей! Я похож на убийцу? Если я психопат, это не значит, что я могу убить. Давно упавший фонарик светил в противоположную сторону, поэтому силуэт, нависший был нечеткий. Эрнесто слушал каждое слово словно под водой. Ему было невероятно больно осознавать свою оплошность. Он обвинил ни в чём неповинного человека лишь из-за личной неприязни Рудольфа. Ему стоило на холодную голову обдумать обвинения, а не совершать действия на эмоциях. — Если скажешь «хозяин» и будешь послушным, то я остановлюсь. — Я признаю, что напортачил, но это уже перебор. Хоть его сердце бешено колотилось, а в штанах колом стоял член, не собирался признавать поражение. Он не больной извращенец, которому нравится подчиняться и быть щеночком во власти хозяина. Майкл расположился между тонкими ногами, прижимаясь стояком к промежности. Эрнесто забрыкался как уж на сковородке, но, когда в тусклом свете блеснул нож, замер. Майкл разрезал сначала одну штанину, после вторую. Пах пока что трогать не стал. Эрнесто был унижен. Он со стояком, в разорванной одежде лежал на бетонном полу и смотрел на садиста безумными глазами, в которых одновременно читалась похоть и желание придушить. Майкл бережно провёл горячей рукой по открытой части ноги к самому бедру, а после обратно. Он был нежен. Он играл в хорошего и плохого хозяина. Ему нравилось сначала доводить Эрнеста до истерики и ужаса, а после окутывать лаской да любовью. Мужчина закинул голень себе на плечо и оставил аккуратный поцелуй на костяшке. По телу Эрнеста пробежал табун мурашек, вздыбив волосы. Такая реакция Майклу очень понравилась, поэтому повторил так несколько раз, но, когда должен был быть пятый поцелуй прикусил кожу до отпечатков зубов. — Я… Я соглашался на минет… Отпусти меня. Эрнесто прогнулся в спине, когда Майкл принялся оставлять короткие поцелуи мучительно долго поднимаясь к сладкому местечку. Хоть Майкл уже всё видел, ему не терпелось разорвать ненужную ткань и полностью насладиться красотой. Острое лезвие коснулось чувствительной кожи под боксёрами. — Хватит, чёрт подери. Я был не прав. Хватит уже… Я отсосу тебе. Но не делай этого. Мне очень жаль, что я разозлил тебя… Но разве ты бы на моём месте поступил бы иначе?! Эрнесто не понимал почему у Майкла такие часты перепады настроения. Полчаса назад он чуть ли не рыдал в библиотеке, а сейчас ведёт себя так, словно от былой тоски не осталось и следа. — Также. Но это не имеет значения, сейчас, хотя нет, всегда вожу я, а ты просто прими это. Так будет лучше для тебя же, — проговорив последние слово, одним рывком порезал боксёры вместе с остатками штанов, оголив яички. Эрнесто попытался сжать вместе колени, но Майкл раздвинул их обратно, угрожающе приставив нож к чувствительному колечку мышц. Больше Эрнесто не пытался освободиться или как-то противостоять. Лучше отдаться зверю полностью, нежели строить из себя героя, которого Майкл в любом случае подавит. Вскоре Эрнесто уже лежал полностью голый и обездвиженный собственной одеждой. Он старался унять дрожь. Всё же лежать на бетонном полу не лучшее решение. Майкл поднял почти разрядившийся фонарик и осветил блеклым лучом своё творение — маленького промёрзшего насквозь щеночка, который несмотря на ужасное состояние, показывал клыки. Это не могло не умилять. Признаться честно, слова Майкла о том, что ему надоел сучий и боевой характер Эрнеста — ложь. Если бы Эрнесто был таким же ванильным как мальчишки, с которыми раньше общался Майкл, то ему бы стало скучно и он быстрее потерял бы интерес. Хотя интерес к этому удивительному человечку никогда не потеряет. Он слишком сильно одурманил его разум и теперь единственный способ Эрнесто избавиться от Майкла — убить его. — Так больно ты мне никогда ещё не делал… Ты хотел меня отправить за решетку. Хотел, чтобы я гнил в тюремной камере. В четырех холодных стенах, — и снова из садиста он превратился в жертву, хотя единственный, кто сейчас по-настоящему ощущает потерянность и тоску — Эрнесто. — Подумай над своим поведением. Послышались отдаляющиеся шаги и тогда Эрнесто чуть не вырвал от страха. Он стал неистово просить не оставлять его одного, но тот был непоколебим. — Майкл, вернись сейчас же! Здесь холодно… Майкл! Люк захлопнулся, оставив Эрнеста наедине со страхом и холодом. Он до последнего не верил, что тот так жестоко с ним поступил. В голову пробралась паника, но почти сразу же Эрнесто успокоился и попытался здраво оценить обстановку: Майкл помешан на нём, а значит не позволит здесь умереть. Значит скоро вернётся. Нужно лишь подождать. Но сколько ждать? И сколько уже прошло? Хоть Эрнесто рассуждал логически, всё же паника никуда не делать. Он понимал, чем дольше здесь лежит, тем выше вероятность усугубить своё состояние. Он и так до конца не выздоровел. Сначала он решил выманить его жалостью — не получилось. Затем угрозами — также. Оставался последний вариант, который Эрнесту не нравился больше всего. Он был постыдный. Наверное, именно на это рассчитывал Майкл. «Мне холодно, согрейте меня… Х… Хозяин, пожалуйста,» — жалостливым голосом проговорил Эрнесто и вслушался в напряжённую тишину. Почти в ту же секунду люк открылся и в подвал спустился Майкл, но не с пустыми руками. Он с любовью укутал промёрзшее тельце шерстяным пледом и, ласково, словно ничего не случилось, проговаривал: «Запомни, мой щеночек, если будешь себя хорошо вести, то я никогда не сделаю тебе больно» Эрнесто был слишком измучен, чтобы что-то говорить. Сейчас ему хотелось лишь одного — тёплого чая и покоя. И, к большому удивлению, Майкл ему это дал, ну, кроме последнего, конечно же. Они сидели возле камина. Эрнесто попивал чай, а Майкл коньяк. Их взор был нацелен на камин, и лишь его треск нарушал тишину. Внезапно Майкл прижал к его уху телефонную трубку. Эрнесто открыл рот спросить, что он делает, но быстро закрыл, ибо боялся, что тот снова вспылит. Закончилась ли та игра в подвале или нет Эрнесто не знал, поэтому старался не издавать лишнего шума и вести себя так, как от него требуется. — Скажи ему как ты ошибался, — издевательски пролепетал. — И что тебе очень-очень стыдно. Эрнесто сразу же понял о ком он и взял трубку свободной рукой. Долгие гудки. За спину сел Майкл и обнял за талию. Его нос утыкался в шею, горячо обжигая, и каждый раз доводя до мурашек. Эрнесто пытался игнорировать приятные щекочущие ощущения, но тот специально доводил снова и снова. — Подожди… — попросил Эрнесто, но тот лишь залез под плед холодной рукой и провёл по голому животику. В этот момент Эрнесто прогнулся, прижимаясь к мужчине. Наглые пальцы поглаживали живот, особое внимание уделяя лобку. Податливое тело реагировало на приставания и член предательски встал, и теперь каждое прикосновение ощущалось ещё ярче. — Ты часто себя трогаешь? — Не задавай такие вопросы… Эрнесто не робот и позволял себе небольшие шалости, когда напряжение было на пике. Но не для того, чтобы получить удовольствие, а для того, чтобы снять накопившееся напряжение. Майкл оставлял нежные поцелуи на мягкой коже, периодически делая не сильные засосы ближе к ключице. — Слушаю, — раздался слегка раздражённый голос на той стороне трубки. — …Добрый вечер, это Эрнесто. — Эрнесто, ты? Что-то узнал? — его голос стал живее. — Простите, но нет. Майкл второй рукой провёл к груди и пальцами сжал сосок, от чего Эрнесто запрокинул голову на плечо, а свободной рукой вцепился в накачанную ляжку. — Ты сейчас где? — …Я? Я в его спальне, — прокашлялся, пытаясь взять себя в руки. — Майкл… Майкл сейчас на кухне ужин готовит. Пока он был на работе я быстро обследовал дом и ничего не нашёл. Кажется он не тот, кто вам нужен. — В гараже был? Или в подвале? Эрнесто посмотрел возбуждёнными глазами на Майкла, который с ухмылкой продолжил целовать, поглаживая набухший сосок и лобок. Эти ощущения для Эрнеста были чуждые, поэтому не знал, как реагировать, но точно понимал, что происходящее его ни на шутку заводит. То, что Рудольф может догадаться о их шалости ещё сильнее заставляло сжиматься и хотеть продолжения. — Как я могу туда попасть без Майкла? Нет… Я не был. Но если хотите, я могу попросить его показать. — Нет. Майкл ни в коем случае не должен узнать, что ты рылся в его доме, усёк? Тогда план пойдёт по одному месту. Майкл переложил ладонь с паха на бедро, крепко его сжав, от чего Эрнесто заёрзал ногами. — Да, я понимаю. Он ничего не знает. Я был очень осторожен. — Точно? — Да! — крикнул Эрнесто, когда Майкл укусил за плечо, оставив кровавые следы. — Чёрт, я слышу, как он поднимается… Мне пора. — Если что-то найдёшь, звони мне. Хотя нет. Больше этим не занимайся. Слишком опасно, — выждав несколько секунд молчания, протяжно выдохнул. — Будь осторожен. — Обязательно… До свидания. Мужчина повесил трубку и тогда Эрнесто облегчённо выдохнул, но не стоило ему так быстро расслабляться. Майкл повалил его на диван, нависая словно гора и без предупреждений начал оставлять мокрые поцелуи с укусами да засосами. Он как будто пожирал его, не оставляя ни единого места без внимания. Эрнесто понимал, что сопротивляться бессмысленно, поэтому полностью отдался на растерзание. Но внезапно Майкл сел на диван и продолжая смаковать коньяком. — На колени. Эрнесто стиснул зубы, слезая на пол, и дожидаясь дальнейших действий или приказов. Майкл расстегнул ширинку и приспустив ненужные ткани, оголил налитый кровью стояк, из головки которого текла смазка. Член был большой. Двадцать сантиметров точно. Но учитывая рост это не было удивительно. — Соси. Эрнесто придвинулся ближе, робко поставив ладони на ляжки. Так как это был его первый раз, то долго смотрел, не понимая, как правильно начать. Несмотря на то, что Майкл был разгорячённый и чуть ли не пыхтел от возбуждения, спешить не стал, позволив щеночку взять инициативу в свои неумелые ручки. — Могу подсказать. Черноволосый высунул смоченный слюной язык и провёл по выступившей вене. Майкл никак не отреагировал, по крайней мере этого не показал. И тогда Эрнесто принял довольно странную, но как ему показалось рабочую тактику — набухаться и стать раскрепощённым. — Хозяин, — тихо обратился и услышав ответ, медленно приподнялся, поставив ладони на бедра. — Можно мне коньяк? — сразу же закрыл глаза, ожидая удара, но вместо него получил мокрый поцелуй. Темно янтарная жидкость полилась по подбородку вниз к шее. Эрнесто скривился от горького вкуса. В голову сразу же ударил спирт, и он уже собирался продолжить начатое, как Майкл присосался к шее, слизывая «нектар богов», и только потом надавил на макушку. Голубоглазый спустился обратно и теперь действовать стал смелее. Хоть он по-прежнему не знал, что делать, интуиция подсказывала. Сначала парень языком игрался с яичками, обсасывая их да облизывая, после как будто поедает мороженое облизывал красную головку. Майкл всё это время смотрел на него спокойным взглядом. С виду могло показаться, что ему совершенно не нравилось происходящее, но это было не так. Он был напряжён лишь для того, чтобы не кончить раньше времени. Хотел растянуть удовольствие максимально долго. Майкл надавил на чёрную макушку, чтобы взял глубже, и мальчишка послушался. Первая реакция была рвотный позыв, и чтобы не облеваться, парень резко отстранился, прикрыв рот ладонью. — Спокойно, — ласково произнёс Майкл, вытирая большим пальцем слюну с губ. — Просто расслабься и дыши через нос. Не бойся. И не дожидаясь ответа, грубо вошёл в глотку, надавив так сильно, что головка стала выпирать возле кадыка. Глаза бедолаги наполнились слезами. Он задыхался и в панике бил кулаками по ляжкам, пока тот принимал экстаз и немного вздрагивал. Излившись в тёплое горло, отпустил. Эрнесто сдержаться в этот раз не смог. Рвота вместе со спермой вылились на ковёр, оставляя, мягко говоря, неприятную картину. Его затрусило от позора и пережитого страха задохнуться. Майкл же облизал нижнюю губу наблюдая за состояние парнишки и его член снова налился кровью. Он схватился за чёрные волосы, снова проникая в глотку. Нос младшего уткнулся в волосатый лобок, и он снова стал биться, чтобы отпустили. Теперь в его рту было ещё мокрее, поэтому долбиться в несчастного было приятнее. Мужчина обхватил голову двумя ладонями и стал двигать бёдрами, пробираясь всё глубже и глубже. По щекам Эрнесто текли слёзы. Пустоту дома наполнили пошлые звуки вместе со стонами и всхлипами. От недостатка воздуха Эрнесто несколько раз чуть не потерял сознание, но Майкл сразу же останавливался, позволяя тому немного отдышаться, а после продолжал снова и снова долбиться, пока горячее семя не наполнило глотку. — Глотай. Эрнесто посмотрел на мучителя мокрыми красными глазами в и этот момент по спине Майкла пробежали мурашки. Он не мог оторвать взгляда от своего щеночка, поэтому держал за щёки, чтобы смотрел на него с членом во рту. Лишь когда оргазм окончательно прошёл, вытащил обмякший член. Измученный Эрнесто попытался подняться на ноги, но у Майкла были другие планы. Он посадил младшего себе на колени и поцеловал в губы, одной рукой лапая за задницу, а другой активно надрачивая всё ещё стоящий член. — Н-нет! Подожди, мнх… Однако любую попытку притворствовать Майкл подавлял, только сильнее углубляя поцелуй да сжимая ягодицы так, что оставлял отпечатки от пальцев. Эрнесто, будучи уже давно на пределе вскоре излился на рубашку, запрокинув голову назад. Его член вздрагивал, а из рта вырывались приглушённые стоны. Руками невольно обнял мужчину за шею и прижался ближе. Майкл нехотя разорвал поцелуй и посмотрел в глаза напротив, в которых читалось полное удовлетворение и подчинение. Испачканный рвотой, спермой, слюной Эрнесто всё равно нравился Майклу. Он был прекрасен, и ничего не могло испортить его. Майкл не мог подобрать слова, чтобы описать те эмоции, которые испытывал. Да и Эрнесту это сейчас не нужно было. Его сейчас совершенно не волновал внешний вид. Его вообще ничего не волновало. Ему хотелось лишь отдохнуть. Лечь под одеяло и уснуть, но, к сожалению, у Майкла были другие планы. — Сегодня будешь спать на коврике. — Ч-что? — всё ещё дрожа спросил, вытирая со щёк солёные слёзы. — Второй раз повторять не буду. Эрнесто молча слез с его колен и всё ещё надеясь, что это просто злая шутка стоял как вкопанный, глядя на мужчину, но тот ни капельки не шутил. Он лёг на диван, подложив под голову подушку и словно совершенно не замечая мальчишку, продолжил пить. Эрнесто же некоторое время простоял как вкопанный, а потом всё же расположился на мягком ковре подальше от рвоты. Он лежал повёрнутый спиной к дивану. Ему не хотелось видеть Майкла. Стыд, страх, отвращение, тоска, злость — всё это бушевало в нём из-за одного человек. Даже Пазл не вызывает в нём столько смешанных чувств как этот бывший полицейский. Глаза парня вновь намокли, и он с трудом сдерживался, чтобы не всхлипнуть. Когда Майкл уснул, Эрнесто осмелился уйти в ванную. Ему хотелось смыть с себя грязь. Он больше часа простоял под горячим душем. Большую часть времени просто смотрел на плитку и размышлял о смерти. Он бы давно покончил с собой если бы не родители и Арчи. Это единственное, что на самом деле держало его на этом свете. Мокрый Эрнесто сел на ободок ванной и уставился на кафельный пол. Он вспомнил свой день рождения. Вспомнил желание, которое загадал. И если бы он знал, что ради его осуществления придётся идти на такие жертвы — выбрал бы что-то другое. Лучше бы пожелал здоровье матери. Она этого заслуживает. Сейчас ему как никогда сильно захотелось провести день с ней. Посмотреть вместе фильм. Приготовить для неё завтрак. Он много всего пропустил из-за своей упертости и жажды мести. Конечно, можно наверстать упущенное, никогда не бывает поздно, но отныне жизнь не будет прежняя. В голове появился силуэт Лукаса. Тот парнишка с задней парты, к которому Эрнесто испытывал искренний интерес и симпатию. Скучает ли он по мне? Переживает ли куда это я внезапно делся? Да, у Лукаса тоже было странное поведение, но по сравнению с Майклом — его можно выдержать. Если у него и были потайные желание, то он хотя бы их скрывал. А ведь они могли бы быть друзьями. Эрнесто вспомнил ту ночь, когда они набухались и лежали на кровати, обсуждая всё на свете. Как им тогда было хорошо вдвоём. Если бы можно было вернуть время назад, то он бы вернулся туда без задних мыслей. «Нужно было тебя послушать, — обратился в пустоту, поднимая взор перед собой. — А я дурак искал только выгоду… Вот теперь поплатился» Внезапно Эрнесто начал кашлять. Да так сильно, что казалось выплюнет лёгкие. Он неистово пил воду, но кашель не прекращался, и тогда ему стало страшно. Он пытался вдохнуть, но ничего не получилось. Последнее, что помнил, перед тем как упасть в обморок: стуки, грохот выбитой двери, голос Майкла, а после и его обеспокоенное лицо.