Реальная сказка

      Восемь раз природа сменила свои одежды. То надевала белые меха и украшала себя серебром и бриллиантами, то наряжалась в зелёные и цветастые платья со шлейфом из полевых цветов и ягод, а то — в багряное золото и бархат.        Принять этот мир после её цивилизации оказалось не так просто. Кира поняла, что это не сон, и не раз задавалась вопросами: в чём заключается её приключение и как надолго она тут? Жить в лесном доме и ждать «погоды»? Ведь из общения — кот и ведьма. Но ответов так и не находила. Тревога липкими руками обнимала за плечи, в том мире остались дом, работа, друзья. А если она тут застрянет? Или вернётся не в тот день и час, и вокруг всё будет чужое? А если вдобавок начнёт рассказывать, что была в другой реальности — это прямая дорога в психлечебницу.       От жутких мыслей она бледнела. Сама же согласилась, что уж теперь. Придётся плыть по течению, другого выбора всё равно нет. Но Кира не собиралась сидеть на шее хозяйки дома, она предложила свои услуги. На что Нора с радостью согласилась принять помощь по дому. Нужна ли была ей помощь? Кира этого не знала. В планы Норы входило адаптировать переселенку. Но был и плюс в этой истории: Кира свободно говорила на вестроне — всеобщем языке Среднеземья.       Лето радовало больше, чем зимнее время. Зима в Лихолесье длилась долго, казалось, что ей нет конца. Воистину, она командовала на земле, стараясь превратить всё в сонное царство, но не все были с этим согласны. Как-то, собирая хворост, Кира стала свидетелем, как белки играли наперегонки с зайцами. Она стояла за деревом и с любопытством наблюдала за их поведением. За два года, что прожила в этом мире, её уже ничего не удивляло. Раз есть говорящие коты, то почему бы белкам не играть с зайцами.       За этот срок Нора научила её разбираться в травах, какие из них лечебные, а какие нет. «Но и лечебные могут превратиться в яд, — говорила она. — Валар позаботились о детях Илуватара, даря им дар — дар знаний!» Конечно же, от Норы Кира знала, кто такие Валар — ангелы, спустившиеся на землю, чтобы обустроить её в качестве обители согласно замыслу Эру (бога) для его детей — эльфов и людей, которые до определённого момента «спали» и ждали своего пробуждения.       С приходом тепла в лесу вновь стали появляться пауки. Одна мысль об этих тварях заставляла Киру дрожать, но успокаивал невидимый глазу магический круг. «Насколько он большой?» — задавалась она вопросом. На что Нора отвечала: «Не волнуйся, сюда они не придут, я не позволю».       «Кто же она такая?»       В один из летних дней, когда лучи солнца только-только начинали нежно скользить по земле, Кира поднялась.       — С добрым утром! — зевая, девушка вошла в кухню.       — Доброе! Не выспалась? — В это время Нора наливала кипяток в заварник. Приятный запах трав и ягод витал в помещении, пахло малиной и листьями смородины.       — Да нет, выспалась. Хотела с утра пораньше сходить по грибы.       — Садись, позавтракай, — хозяйка поставила на стол чайник. Только Кира села, как в дверях появился кот.       — Явился! — заметила Нора.       — Всем здравия! — промурчал гулёна, который пропадал неизвестно где несколько дней. Две пары глаз оценили гордую походку животного. — Что, даже не скучали? — Кот запрыгнул на стул. — Что у нас на завтрак? — Но, увидев кашу, профырчал: — А что, рыбки нет?       — А ты её ловил? — Нора поставила перед ним блюдце с молоком.       — Ну, хоть вяленой.       — Принеси — будет.       В ответ кот молча покосился на хозяйку и начал лакать. Потом спрыгнул со стула и направился в сторону входной двери.       — Ты куда?       — Рыбу ловить, — в голосе появилась обида. Прищурив глаза и взглянув на женщин, он в ту же минуту скрылся за дверью. — Значит, не ждали, — высказался себе под нос.       — Он обиделся? — произнесла Кира.       — Ещё чего. Ты же знаешь, он всегда такой.       — Это какой — такой? — из-за двери показалась башка кота.       — Любопытный, — рассмеялась Нора. — Я же знала, что ты не ушёл.       — Д-а-а-а, трудно жить с ведьмой, и всё-то она знает, — вздохнул и скрылся.       Киру забавляли лёгкие перепалки между Норой и котом, но, что бы ни случалось, животное всегда возвращалось к своей хозяйке.       Позавтракав, девушка, как и планировала, отправилась за грибами. Размахивая лукошком, она напевала себе весёлую песенку того мира. Неожиданно на плечо сел Чик.       — Ты решил составить мне компанию? — В ответ птичка чирикнула. Понимает ли её эта птаха? Но было забавно думать, что да.       Собирая грибы, Кира случайно наткнулась на огромный дуб. Ей показалось, что именно грибы привели её на эту дивную поляну. И почему раньше этого не случилось? Дерево поразило своей гигантской мощью. В её понятии дуб олицетворял что-то сказочное и могущественное. Его огромные ветви раскинулись в стороны, про корни она даже думать не смела, насколько глубоко они уходят в землю. «Ему как минимум тысяча лет», — подумала Кира, ставя корзину и касаясь пальцами древних морщин. Листва приветливо зашелестела, а может, это ветер прошёлся по кроне. Чик сел на ветку.       — Нравится? — откуда-то сверху послышался голос Килиона. От неожиданности Кира испуганно дёрнулась, не узнав голос кота, и подняла вверх глаза.       — Ты меня напугал. Я не ожидала кого-то встретить.       — Ну, извини, — пропел кот.       — Ты же на рыбалку пошёл. Или за птицами охотишься?       — Я не обязан отчитываться.       — И давно ты тут?       — Это моё дерево, — растягивая буквы, ответил он. Дуб словно понял слова кота и недовольно проскрипел корой.       — А чего ты мне раньше его не показывал?       Что-то в этом сюжете было символично. Дуб, кот, золотая цепь и стихи Пушкина. «Может, не зря он говорящий?» — подумала она про кота.       — А ты меня об этом просила? — Кот спустился ниже.       — Ну, я и не знала, что тут растёт такой могучий богатырь.       — «Растёт», — кот хмыкнул, развалившись на толстой ветке. — Он, милочка, давно вырос.       — Не придирайся к словам, — разглядывая лесного красавца, Кира обошла вокруг дерева. Злата на ветвях не было. Чик чирикнул, она поняла, что пора возвращаться. — Ты домой-то идёшь? — обратилась к Килиону, подхватив корзину. — Хочешь, я с тобой схожу на рыбалку?       — Иду, конечно. Что, правда? — Кот спрыгнул на землю, задрал пушистый хвост и первым направился в сторону дома. — Без меня вы словно дети. Грибов-то много собрала? Не поганки ли?       — Много. Надеюсь, что нет.       Чик не выдержал и опустился ему на голову и больно клюнул.       — Эй, ты чего? — смахнул он с головы птаху. — Сегодня явно не мой день. То рыбы нет, то всякая птица клюёт. Никакого уважения к возрасту. Кстати, а сколько тебе лет? — он взглянул на Киру.       — Должно быть тридцать.       — О-о-о, да ты ещё совсем дитя.       — Ну, не совсем и дитя.       — По меркам эльфов — дитя! — настаивал кот.       — Слушай, а почему за это время я ни одного эльфа не встретила?       Кот лишь хмыкнул: — Я же говорю — эльфийское дитя!       — Но я не эльф, а человек.       Из рассказов Норы — женщина уделяла столько времени, сколько считала нужным, — Кира потихоньку узнавала историю Арды — так дети Эру называли свою землю. Обычно это происходило в непогоду, когда за окном шёл дождь или снег, укутавшись в пледы они сидели у огня. Нора с удовольствием говорила, а Кира внимательно слушала. Всё началось с пробуждения эльфов во время Эпохи Деревьев. По замыслу Илуватара, сошедшие на землю Валар обустроили Средиземье, создали орлов, энтов и гномов, однако все они были погружены в сон в ожидании появления перворождённых, которыми являлись — эльфы. Пока на острове Тол Эрессеа, известном как «Бессмертные Земли», наслаждались благодатью Древ Валинора, для Средиземья этот период, длившийся десять тысяч человеческих лет, стал Эпохой Мрака, временем сна, временем тьмы. Но перед самым пробуждением первых детей создателя в небе зажглись звезды, что ознаменовало начало Первой эпохи детей Илуватара, которая длилась также десять тысяч человеческих лет. Звезды — это первое, что увидели эльфы, и влюбились в их свет, который стал милее всего на свете.       — Человек, — скептически повторил кот. — Люди не падают на землю в виде звезды.       — А эльфы падают, да? И с чего ты взял, что это я? И вообще, это ненаучно. Скорее всего, это был метеорит. Мало ли что летает в просторах космоса.       — О чём это ты?       Тут Кира замолчала и прикусила язык: стоит ли ходить со своим уставом в чужой монастырь? Ведь это другой мир. Хотя добро и зло и там и тут присутствуют. Это она подумала о князе тьмы — только они называли его Мелькор, — который восстал против Эру и долгое время похищал и совращал души эльфов, превращая их в орков. Вот так на земле появились отвратительные злые существа, боящиеся дневного света. И вся история Арды — это война, война, война… Этот мир не лучше, чем её. Ей казалось, что оба мира созданы будто под копирку.       — Да так, ни о чём. Мне бы хотелось быть той звездой, но это не я, — печально продолжила она.       — Как знать, как знать, — настаивал чёрный.       После Кира часто навещала нового друга. Она чувствовала немыслимое притяжение и слышала тягучую речь. Дуб пытался что-то рассказать, но девушка его не понимала.       Когда Нора ходила в людское поселение то с радостью брала с собой Киру. Там она продавала местному лекарю настойки и сборы трав. «Почему бы ему самому не собирать травы?» — задумывалась Кира. Но лучше, чем «колдунья», никто не чувствовал их свойств, да и секреты она свои не открывала. Научиться распознавать и отличать можно, но говорить с каждой травинкой и просить отдать лечебные свойства подвластно не всем. Да и люди боялись ходить в лес из-за пауков.       На первый взгляд людская деревня казалась богом забытым местом. Перекошенные дома, прогнившие заборы, размытые дождём дороги. Свиньи, лежащие в загонах в грязи. Кругом серость, грязь и слякоть. Даже лица людей сильно отличались от тех, что остались в том мире. Хотя чего она ожидала? Мир, в котором нет мира. Никому эти люди не нужны — ни богу, ни Валар. А ведь они такие же дети Илуватара. Только для эльфов был создан Валинор, куда они могли всегда вернуться и их примут, а для людей? Для людей не было такого места. Но люди старались не унывать и строить свои города и свою цивилизацию.       В местной лавке на вырученные деньги Нора покупала соль, сахар, муку, крупы. За домом в сарае женщина держала козу и кур, из молока она делала творог и масло.       В один из солнечных дней Кира сидела в тени дуба, прихватив с собой тетрадь в которой старательно записывала о всех новых растениях. Нора предупредила, что у неё дела, и вот уже пару дней, как она отсутствовала. Где она пропадала — женщина не делилась с гостьей из другого мира и не давала повода для расспросов. На вопрос, который как-то задала Кира, эльф ли она, Нора рассмеялась и ответила: если ей так хочется в это верить, то пусть будет именно так. Кира заметила в ней удивительную особенность и не могла найти объяснения — каждое время года глаза женщины меняли свой цвет: то зелёные, то карие, то васильковые, а то ярко-оранжевые. Не зря люди считали её ведьмой. Может, это особенность эльфов? С людьми такого не происходило. Ещё в доме ведьмы отсутствовали зеркала. Сначала было непонятно, почему. Но потом она привыкла и не стремилась как-то себя рассмотреть.       Была ли Нора магом? Но в этом мире существовали пять волшебников, из рода майар, духи в образе старцев. Вот с одним таким Кира и познакомилась прошлым летом. Нора представила его как Айвендиля, но в народе его звали Радагаст Бурый. Он же отвечал ей: моя госпожа — и приветливо склонял голову. Жил волшебник в местности Росгобел, которая находилась в долине Андуина у юго-западной опушки Лихолесья. Радагаст мало интересовался политикой и делами Совета, в котором состоял, больше времени отдавал общению с животными, чем с людьми. Да и вид старика казался странным.       Его феерическое появление возле избушки повергло Киру в шок. Это был заезд на санях — летом-то! — запряжённых со среднюю собаку кроликами. Как потом пояснила Нора, с помощью своей магии он из обычных кроликов вывел новый вид — росгобельские кролики. Волшебник сильно гордился ими! Они полностью подчинялись своему хозяину и обладали колоссальной скоростью и силой, способные с лёгкостью обогнать даже варгов — так называли больших уродливых волков, обладающих разумом. Кролики сильно приглянулись Кире, и она даже подумала выпросить одного, но постеснялась.       День клонился к вечеру, и только Кира решила вернуться домой, как послышался звук рога, он заставил вскочить на ноги и чуть не выронить тетрадь. Чик слетел ей на плечо.       — Что это? — с испугом спросила она. Любопытство подстёгивало девушку идти на звук, но чувство самосохранения яростно не пускало. Ведь она знала, что в лесу водятся разные звери, многих она лишь слышала, но никогда не видела — тех же варгов, что обитали в Лихолесье и по ночам жутко завывали. Но рутина не хуже паутины превращала дни в обыденность. Разум же предупреждал: от беды надо держаться подальше, ты не знаешь, что это за зверь. «Но, может, это первые шаги к приключениям?» — металась она. «Как бы тебе не пожалеть», — отвечал разум.       Чик слетел с плеча в сторону дома. Кира послушно направилась за птичкой. С «лесным навигатором» — так про себя называла Чика — она чувствовала себя спокойнее, ведь дуб рос не так близко к дому, и, не зная тропы, можно легко заблудиться, хотя часто её сопровождал кот. Но у этого красавца были свои дела и интересы в лесу. Как-то Кира спросила его: а есть ещё такие, как он? Он ответил, что не встречал. Он эксклюзив! Девушку удивило слово; а может, он и впрямь проводник между мирами, поэтому и в единственном экземпляре.       Теперь звук рога прозвучал где-то очень близко, эхом разносясь по округе. Птицы замолчали, мелкие зверьки попрятались в норах, а олени попытались покинуть территорию. Кира от неожиданности резко присела и притаилась в ожидании увидеть что-то интересное. Чик опустился рядом на пышную ветку можжевельника. Звук стука копыт стремительно приближался. Ей стало интересно взглянуть, кто решился тут охотиться. Почему-то звуки ассоциировались именно с этим. Интересно, а магический круг как-то действует на человека или он только от этих ужасных пауков? Но ей не дали додумать, в шаге от неё в землю вошла стрела. Сердце от страха ускорилось, ладони вспотели, тело замерло на месте, не позволяя шевельнуться. Но следующая стрела заставила вскочить и бежать. Бежать быстро, не разбирая дороги. Чик летел рядом. Ей было всё равно куда, лишь бы подальше от этого места.       Но судьба — злодейка. Под лиственным покрывалом скрывалась коряга, за которую Кира зацепилась и кубарем свалилась в сырую после дождя яму. Вся грязная и вымокшая, она попыталась встать, но боль в ноге прошлась по всему телу. Вскрикнув, она испугалась. Чик сел рядом. Боль не отпускала, она с трудом дышала. Как ей теперь отсюда выбираться? Шорох листвы заставил притаиться. Те, кто в неё стрелял, явно были недоброжелателями. Кира прижалась к земле.       — Владыка! Он тут, — послышалась чужая речь, из которой она не поняла ни слова.       Кира подняла глаза. Рядом с ямой стоял молодой человек в тёмно-зелёном камзоле, настроенный воинственно. Тёмные волосы спадали на грудь, взглядом он скользил по девушке, в руках держал лук. Кира попыталась отползти, спрятаться за коряги.       — Стой на месте, — приказным тоном обратился он и натянул тетеву, направив на Киру стрелу.       — Вытащить его! — сверху послышался другой властный голос.       — Пожалуйста, я ничего не сделала.       Тут же была скинута верёвка, и тот же человек уже обратился на обычном языке: — Поднимайся.       Преодолев боль, Кира схватилась за верёвку. Мужчина одним рывком вытянул её на поверхность. Неподалёку стоял конный отряд, который как хвост змеи терялся в лесной чаще. Как только Кира оказалась на поверхности, резкая боль дала о себе знать. Она вскрикнула и упала на колени.       — Владыка! — склонив голову, молодой человек обратился к высокому мужчине, гордо восседавшему на огромном олене. Он брезгливо бросил взгляд на пленника: руки и ноги её были в грязи, лицо перепачкано, волосы от влаги слиплись.       Киру же больше удивило животное. Олень?! Это был нестандартного размера экземпляр. Его рога больше напоминали лосиные, в форме лопат. И как они не застревают между деревьев, ведь такие рога должны за всё цепляться? Тут узкой тропой не обойтись. Да и кто ездит на олене? Ну, если только во сне. Девушка незаметно хмыкнула, но властный голос не позволил насмехаться.       — Мордорский лазутчик! Во дворец, там разберусь! — сверкая глазами, приказал светловолосый мужчина, голову которого венчала необычной формы корона. И вновь затрубили в рог.       Один из стражников подъехал к Кире, другой помог встать на ноги и перекинул её через коня, словно мешок картошки. В таком положении она находилась впервые. Возмущаться не видела смысла. Кира ничего не знала об этих людях и не понимала их языка. Но ей хотелось знать, куда они её везут.