Реальная сказка

      Кира продолжала ходить в лес и собирать лечебные травы, даже когда осень по-настоящему ступила на землю, не только раскрашивая природу яркими, сочными красками, но и снимая с деревьев одежду. Её комната из-за пучков трав напоминала дом ведьмы, а запах стоял такой, что приятно кружилась голова. Она подумывала снять небольшой домик, открыть лавку и заняться приготовлением кремов и мазей. Уверенности придал бургомистр. После недельного использования мази он почувствовал значительное улучшение и решил лично поблагодарить, явившись в трактир. Его визит произвёл фурор. Заведение «Три карася» стало ещё более популярным. Казалось, что жизнь удалась и она нашла своё место в этом мире! Но…       Первый снег большими хлопьями накрывал крыши домов и мостовые. Дети радостно носились по переходам. Кира стояла у закрытого окна своего маленького дома и с тоской вспоминала лесную избушку, кроликов в снежных шубках и ворчащего на снег Килиона. Ей не хватало утреннего ритуала с Пухом, его фырканья и умных глаз. «У него семья!» — убеждала она себя, и от этого на душе растекалось тепло. Радовало, что жизнь продолжается, только вот от Смеагола вестей так и не было. Жив ли?       Уже к середине зимы озеро полностью замёрзло, превратившись в один сплошной лёд. Рыбный промысел был приостановлен, но одинокие рыбаки уходили подальше и возвращались с уловом. А в свободное время все стремились на каток.       — Кирибриан, пожалуйста, пойдёмте. Сегодня же великий праздник! Будет весело! — Халет стояла в дверях, держа в руках коньки, и уговаривала эльфийку. В ответ та пожимала плечами. Речь шла о празднике Турухалмэ — зимнем солнцестоянии. Обычно его отмечают в шумных компаниях, предаваясь рассказам у очага. Но днём на озеро действительно спускалось много народу, и стар, и млад. Кто-то неумело царапал лёд и со смехом падал, кто-то рассекал не хуже Ирины Родниной, а кто-то просто приходил поглазеть, как катаются другие. Дом, что выделил бургомистр, находился недалеко от места, где устраивали массовые гуляния. Куда было деться Кире от таких умоляющих глаз?       — Ты катайся, а я постою тут, — облокотившись о ледяной парапет, ответила Кира, сжимаясь от холода.       Халет быстро нацепила на ботинки коньки и ступила на лёд. Радостно скользнула и умело закружилась в пируэте.       — Да ты мастер! — выкрикнула Кира, удивляясь проворству рослой девушки.       — У меня был самый лучший учитель! — ответила та и укатила выполнять программу по фигурному катанию.       — А ты почему не катаешься? — сзади послышался голос Бариона. — Или не эльфийское это дело? — Она не успела повернуться, как он встал рядом и улыбнулся.       «С чего такие перемены? И эта улыбка? И какое тебе дело до эльфов?» — Взгляд зацепился именно на улыбке. Он хмыкнул, словно прочитал мысли. Но тут же ответила: — Да я и не умею. А ты?       Морозный ветер прошёлся по пирсу. Кира сжалась и подняла воротник мехового пальто, которое одолжила Халет, достав из сундука своей покойной матери.       — А я вырос из этого возраста. — После того поцелуя он впервые осмелился заговорить.       — А возраст причём? — В том мире на каток ходили все, и не было ничего удивительного, если пожилая пара умело рассекала лёд. — Рано ты себя в старики записал.       — Думаешь? А я вот всё думаю: что, такую, как ты, занесло в этот город? От своих сбежала? Трандуил достал своим занудством?       — С чего ты взял?       — Видел я его один раз, когда пацаном был. Он приезжал к подгорному королю, ну, и Дэйл не обделил своим вниманием. Свита у него была таких размеров, будто кто-то хотел совершить на него покушение. А вот когда потребовалась его помощь… — Тут лодочник замолчал, потом изменился в голосе: — Может, встретимся сегодня вечером? — не отрываясь, он смотрел на эльфийку.       От его пристального взгляда ей стало не по себе (если кто знает, что такое тонуть в глазах, то это было то самое ощущение). Внизу что-то ухнуло, а щеки от мороза и без того горели огнём. Но, взглянув на фигуристку, Кира тут же остыла. Отнять шанс на семейную жизнь она не имела права. Но так хотелось и для себя кусочек счастья. Тут дрожь прошла по всему позвоночнику, и она выпрямилась. А чем всё это закончится? Обманом, разлукой, страданием… Может, и правда её место в лесу и быть одной. У человека короткий век, пусти в душу любовь, а потом? Что с ней будет потом? Смерть от тоски. «Я скорее разделю смертную жизнь с тобой, чем проживу все эпохи мира в одиночестве», — в голове послышался голос. Кира заметно передёрнула плечами.       — Нет, не встретимся, но поговорить нам надо, — она изменила тон, придав голосу высокомерие и жёсткость. — Ты…       — Привет, Барион! — увидев его, к ним подлетела сияющая Халет. — Пришёл покататься? Помнишь, как ты подарил мне первые коньки, а потом учил меня на них стоять? — Она ухватилась варежкой за деревянные перила и рассмеялась. — Ты говорил, что я неуклюжая. А сейчас?       Мужчина перевёл взгляд на Халет и улыбнулся, вспоминая то время: — Кто-то был маленьким и очень любил лопать булки. А сейчас ты катаешься лучше всех. Значит, я не зря уделял тебе время.       — Может, покатаешься со мной? Давай покажем Кирибриан наш танец.       Кира удивлённо изогнула брови: у них есть свой танец? Как могла Халет не влюбиться в этого человека? Своим вниманием и теплом он посеял зерно любви, а теперь воротит нос. Но, с другой стороны, он уделял время маленькой девочке, откуда ему было знать, во что это выльется.       — Нет, я и коньки не взял.       — Я могу попросить у кого-нибудь, — она начала крутить головой в поисках, у кого бы одолжить.       Барион остановил её жестом: — У меня нет времени, нужно помочь матери. Вечером зайду. — Он на минуту задержал взгляд на Кире. Та промолчала.       — Хорошо, — приняв слова, ответила Халет. Но как только он ушёл, девушка поменялась в лице: — Чего он хотел?       — Проходил мимо. Может, пойдём, а то я замёрзла. — Эльфийка спрятала руки в карманы, которые шились на уровне груди.       — Вы совсем не похожи на лесных эльфов. — Девушка быстро сняла коньки.       — Почему?       — Ну, они, как бы сказать… не боятся холода. Ещё они темноволосые, а вы… вы светлая.       — А на кого я похожа?       — На вашего короля.       — Ты видела короля эльфов? Ты думаешь, он боится холода? — Образ Трандуила моментально появился перед эльфийкой; да, что-то общее присутствовало, если она имеет в виду внешность.       — Нет, ну что вы, я не об этом. Я просто слышала, как о нём говорили старики, что у него белые, как снег, волосы и яркие, как небо, глаза, а голос — как горный хрусталь, но твёрдый, как эльфийская сталь.       — Так оно и есть, — констатировала факт Кира. — Красивая вышла картинка! Голос действительно завораживающий!       — А вы не сестра ему?       От такого вопроса щёки поменяли цвет и она потеряла дар речи. Почему она сама не рассматривала этот вариант? Имя должно привести её домой. Лихолесье — её дом! Хотя нет! Если это было именно так, то почему он не признал в ней сестру? То, что они оба блондины, — ещё ни о чём не говорит, а его сын… нет, это бред, никакие они не родственники. Да и Мириэль ничего не успела рассказать о сестре.       — Нет, не сестра! — «Надеюсь», — добавила она про себя и глубоко вздохнула.       — Тогда вы были бы красивой парой! — В её словах присутствовала ревность к Бариону.       — У нашего короля есть претендентка на его руку и сердце. Кстати, она темноволосая и очень красивая. Может, он за это время уже женился. — Слово «наш» немного сконфузило Киру; никакой он не её, но как-то иначе построить предложение она не смогла.       — Мы об этом бы знали! У нас принято преподносить подарки. А он вам нравится, да? Вы сбежали, потому что король не принял вашу любовь?       Халет старалась идти рядом, но некоторые мостики были узкими, и приходилось идти гуськом. Каверзные вопросы ставили Киру в тупик, по сути она сбежала из дворца, но это не та причина, чтобы поселиться в Озёрном. — Нет! Мне хотелось самостоятельности, — ответила она, открывая ключом входную дверь.       — Вам просто больно об этом говорить. — В любом случае, Халет сделала для себя вывод, и других пояснений она уже не слышала. — Я никому не расскажу.       Кира взглянула на девушку и хмыкнула: может, ей так будет легче справляться с ревностью? — Только никому не говори, хорошо? — шепнула, коснувшись рукава шубы девушки. Та мило улыбнулась и так посмотрела, будто ей доверили великую тайну.       — Зайдёшь?       — В другой раз. Отец отпустил не надолго. Просил передать вам, чтобы вы зашли к нам. Он будет рад! Праздник же!       Кира пообещала зайти, а заодно занести настойку от кашля. Последнее время трактирщик сильно болел.       «Вечером зайду». Брошенные Барионом слова крутились в голове. Но когда он появится, она не предполагала, да и появится ли? Возможно, он действительно это сказал Халет, имея в виду трактир. А она купилась и станет его ждать. Кира быстро оделась, пихнула пузырьки в карман и вышла из дома.       Сумерки опускались на землю. В окнах зажигались свечи и лампы. Город в снежном убранстве и с жёлтым светом фонарей, пробивающемся сквозь белое покрывало, поднимал новогоднее настроение — именно так воспринимала этот вечер Кира. Она натянула вязаную шапку, прижала руки к груди и быстрым шагом направилась к трактиру.       Как только вошла, жар из помещения ударил в лицо. Люди давно перестали обращать на эльфийку внимание, слухи о её травах сделали ей неплохую рекламу. Появились добродетели, те, кто хотел как-то избавиться от болей. Но были и те, кому она стояла поперёк горла.       — Эльфийская ведьма, — появившаяся на пороге Лимиар взглядом оббежала скромное жилище.       — Что вам нужно?       — Чтобы ты убралась из моего города.       — Это не ваш город, и я не понимаю, что такого я сделала. Я хотела всего лишь остаться здесь.       — Вот и работала бы на кухне. Так нет же, тебе нужно было перейти мне дорогу! Что, эльфы выгнали и ты прижилась тут?       — Зря вы так! Я никак вам не мешаю, мои мази помогают людям. Свои знания я получила от Валар. Я могла бы и у вас чему-нибудь научиться. Я приходила к вам и говорила с вашим сыном…       — Лгунья! Ты не лекарь! — прервала та. — Чтобы я и близко не видела тебя возле моего дома и возле моего сына! Никогда в жизни он не подойдёт к эльфам.       — Вам не кажется, что Барион взрослый человек?       — Не тебе об этом рассуждать. Из-за вас… — Она молча сжала кулаки, в глазах блеснул гнев, и тут же развернулась и вышла вон, громко хлопнув дверью. Её сильно раздражала мысль, что кто-то лучше её и этот кто-то — эльф. Кира же задавалась вопросом: как же она лечит людей, если она их ненавидит?.. Нет! Ненавидит она эльфов.       — Ой, хорошо, что вы пришли. Пойдёмте, я стол накрыла. Народу сегодня-я-я… — Халет протянула последнюю гласную.       — Я уж вижу! — Кира засомневалась в правильности решения прийти, но её ждали, это была единственная причина появиться в трактире.       Девушка приняла меховое пальто и указала на стол у окна.       — Там, в кармане, настойки от кашля. — В благодарность девушка кивнула.       Проходя между посетителями, Кира обратила внимание на одного седовласого бородатого старика, сидящего за столом в другом углу зала. Конусовидная шляпа с большими полями лежала рядом на столе, он оторвался от еды и взглянул на эльфийку. На его лице читалось удивление.       — Халет, — тихо позвала она, — а кто этот старик?       — Это волшебник, — также тихо ответила девушка, повернув голову в сторону старика. — Его зовут Гендальф Серый.       — Гендальф?! — «Истари! Как и Радагаст», — подумала Кира. — А что он тут делает?       — Путешествует, наверно. После нападения дракона я видела его пару раз, — пожав плечами, неуверенно произнесла дочь хозяина.       Как же Кире захотелось подойти к нему и поговорить, может, у него найдутся ответы на её вопросы. Но Халет выдернула её из размышлений:       — Я приготовила грибной пирог по вашему рецепту. — И потянула гостью за стол.       Тепло и бокал вина немного расслабили Киру, в голове стелился приятный туман, хотя мысли о старике не отпускали. Она то и дело ловила на себе его смурной взгляд. Халет птичкой о чём-то щебетала и щебетала. Люди вокруг шумно поднимали бокалы и под общий смех выпивали. Запах жареного мяса витал по залу. «Как же не хватает ёлки, мандаринов и деда Мороза с подарками», — хихикнула про себя попаданка; старик как раз тянул на эту роль, уж больно похож.       Отодвинув тарелку и поставив локти на стол, волшебник вытащил длинную трубку и закурил. В этот момент к нему подсел низкорослый, похожий на ребёнка человек.       «Неужто хоббит?» — промчалась предположительная мысль. Ей стало ужасно любопытно. Об этих существах Кира знала от Килиона, но никогда их не видела. Кудрявый «малыш» раскачивал широкими лохматыми ступнями, сидя на высоком стуле. «Босой?» — удивилась она. Больше всего ей хотелось поговорить с волшебником. Но как подойти и начать разговор? Можно ли поделиться всей правдой? «Пока не подойдёшь — не узнаешь», — отвечали собственные мысли. А если старик посчитает её не в себе? Вон как строго соединил у переносицы брови. Маленький человечек в это время что-то говорил. Старик в ответ только кивал головой.       Пока Кира боролась со своей неуверенностью, волшебник докурил трубку, поднялся, надел плащ, шляпу, что-то сказал коротышке и направился к выходу. Хоббит шустро спрыгнул со стула, набросил на плечи рюкзак и направился за ним. Кира сорвалась с места, словно пыталась заскочить в последний вагон уходящей электрички. Но в дверях столкнулась с Барионом. Он грубо схватил её за локоть: — Нам нужно кое-что обсудить, — буркнул он.       — Мне сейчас некогда. — Она выдернула руку и кинулась на улицу, мужчина за ней.       — На пожар, что ли? — Шутка не удалась, да он и не собирался. Пожар в их городе был равен катастрофе.       Выбежала раздетой, и мороз тут же сковал тело. Она пыталась понять, в какую сторону направился старик со своим попутчиком, но на плохо освещённой улице они будто растворились.       — Я пришёл, а тебя нет, — за спиной послышался недовольный мужской голос.       — Что тебе надо? — Она резко повернулась, будто он был виноват в том, что она упустила волшебника. — Ты меня преследуешь, что ли? Оставьте меня в покое. То ты, то твоя мать…       Мужчина в один шаг оказался рядом и резко развернул её. Его взгляд пытался заглянуть глубоко в душу. Она смутилась и отступила назад и чуть не растянулась на скользкой поверхности, но он успел подхватить, спасая от падения.       — Я спас тебя, — широко улыбаясь, Барион крепко держал её в своих объятиях. Его дыхание было совсем близко, а губы тянулись к её губам. В этот момент дверь скрипнула и открылась. На пороге появилась Халет с пальто в руках.       — Вы заболее… — Она не успела произнести, как оцепенела от увиденной сцены. С минуту она стояла и не шевелилась, лишь сердце учащённо билось.       Только Кира хотела объяснить, что она не так всё поняла, как руки девушки опустились и пальто скользнуло к ногам, глаза наполнились океаном слёз, губы изогнулись и задрожали, горечь обиды и предательства захватила сердце.       — Я бы хотела, чтобы вы умерли. — Она, дрожа, развернулась и влетела в дом. Кира оттолкнула Бариона и вбежала следом, но в помещении девушки уже не было. Оправдываться и объяснять что-то было бесполезно, она даже слушать не станет. Выхватив из рук Бариона, который зашёл следом, свою шубейку, эльфийка выбежала на улицу.       — Кирибриан, — не понимая, что произошло, он смотрел испуганным взглядом.       — Не ходи за мной, — на ходу выкрикнула она. — «Как же всё нелепо вышло».