Реальная сказка

      Обращение впервые резануло слух. Трандуил появился неожиданно, но самое главное, не вовремя. А может, дело не в нём? После разговора с Леголасом она стала смотреть на Владыку другими глазами. Хотя он ей ничего не обещал, она сама надумала и размечталась о взаимных чувствах. А чувств с его стороны вовсе и нет, лишь интерес к её умению выращивать цветы.       «Размечталась, дурочка», — ирония моментально проснулась и высказала своё мнение. А горечь обожгла сердце и сильно его сжала. Кира не спеша повернулась.       — Доброе утро! — Сказав, присела в лёгком реверансе. — Я говорю с розами, уговариваю их уснуть. — «Пусть думает о моей странности или сумасшествии. Как угодно».       — И как успехи? — уголки его губ приподнялись. Осенний луч коснулся белых волос и скользнул по шёлковой накидке вниз.       — Они готовы, как и всегда, — с серьёзным видом ответила она.       — Как мои филокфлоксы?       «Его», — хмыкнула она. Это она с ним и день, и ночь. — На удивление, ещё цветут. Желаете посмотреть?       — Я знаю дорогу. — Он сложил руки за спиной и продолжил прогулку, вытирая подолом каменную дорожку. Бильбо в это время спрятался за кустами. Как только король ушёл, Кира тихо позвала хоббита по имени.       — Выходи. Зачем ты спрятался, ты же уверен, что тебя никто не видит.       Выбравшись и отряхнув колени, полурослик пожал плечами: — Ну, мало ли. Вы же меня видите.       Да, это была загадка, отгадку которой они оба не знали и не догадывались, что дело в общем кольце. — Ты хочешь есть?       — Очень! — улыбнулся он, и живот предательски издал вой. — Ой! — смущение проявилось на щеках.       Оставив садовый инвентарь, Кира направилась в кухню, там она заполнила маленькую корзину едой и поспешила в свою комнату. Открыв дверь, впустила гостя.       — Располагайся, — предложила она, зажигая свечи. Когда эльфийка повернулась, хоббит уже выглядел обычно. Она не заметила, как он снял кольцо и сунул в маленький карман жилетки. — О-о-о, да ты нормальный человек!       — Не человек! А хоббит! — Растянув губы, он приблизился к корзине, которую Кира поставила на миниатюрный столик и стала выкладывать содержимое. Он был настолько голоден, что без стеснения набросился на пироги.       — Я очень люблю с яблоками и, если честно, ничего вкуснее не ел в своей жизни, — с набитым ртом признался он. Кира налила в кружку травяной отвар и протянула новому другу.       — Ты ешь, а я пойду, мне нужно завершить работу. Не хочу, чтобы меня искали.       Когда эльфийка вернулась, гость посапывал, свернувшись калачиком на её кровати. Она осторожно присела рядом. Он казался таким беззащитным, ей очень захотелось коснуться его кудряшек.       «Хоббит, — произнесла она про себя. — И кто же вас создал? Эру?» Она прочитала уйму книг, от сотворения мира до войны с Сауроном, но кто создал этих маленьких людей, в них не было написано. Они просто были. Может, они и есть главные жители Арды.       — Ты уже вернулась? — Бильбо распахнул глаза и потянулся, он даже не заметил, как перешёл на «ты», хотя его воспитание было против, но в эльфийке он чувствовал много тепла. — А я тут немного вздремнул. Мне снился дом, тёплая постель и моя трубка, набитая самым лучшим табаком.       Кира улыбнулась и поднялась с постели: — Мне любопытно посмотреть на твой дом.       — Я приглашаю тебя в гости. — Но тут он погрустнел: — Правда, я не знаю, когда вернусь.       — Может, расскажешь, как ты сюда-то попал.       Коротышка свесил ноги и начал своё немаленькое повествование. Сколько утомительно долгих дней он провёл во дворце, изнывая от одиночества и страха. Кольца он не снимал даже в самых тёмных закоулках подземелья и почти не смыкал глаз.       — Что ты забыл в подземелье? — не выдержала Кира.       — Что значит «забыл»? Там мои друзья.       — Крысы, что ли? — хихикнула она.       — Почему крысы? — надул щёки хоббит, и лицо стало круглым-круглым.       — Неужели в темницах Трандуила сидят хоббиты? — её брови сошлись на переносице и лицо посерело. — Да как он может…       — Нет, не хоббиты, а гномы.       — Гномы? Те самые? — последний вопрос она задала скорее себе. — Ты дружишь с гномами и вы шли в Эребор?       — Да. Мы держали путь к Одинокой горе. Мне пришлось обшарить весь дворец, чтобы узнать, куда посадили моих друзей. А потом я встретил в саду тебя, — смущаясь, он начал качать ногами. — Я долго наблюдал и боялся подойти.       — Почему же?       — Я часто видел тебя в обществе короля.       — Но ты же невидим. А откуда у тебя кольцо?       — Я нашёл его в гоблинских пещерах.       Как их команда попала в пещеры и как он отбился от других, хоббит пропустил. Подуставший, он совсем потерял надежду найти выход и присел на плоский камень отдохнуть, и тут в скудном луче света что-то блеснуло. Он нагнулся и увидел кольцо.       А после он встретил странное, озлобленное и мерзкое существо. Бильбо сам предложил сыграть в игру взамен на то, что тот покажет выход. Он корил себя, что смухлевал, но иначе было не выжить, на кон была поставлена его жизнь. (Если бы он только обмолвился, что это было за существо, Кире стало бы на одну ношу легче. Ведь она до сих пор не знала, жив ли Смеагол). Именно с ним Бильбо играл в загадки. По три с каждой стороны. Кто угадает все — тот и выиграл. Если господин Бэггинс отгадает, то Голлум выполняет договор, а если нет… (хоббиту было страшно об этом вспоминать)… то это существо его съест.       — В Гундабаде? — Кира надеялась услышать, что это то самое Кольцо Всевластия. Веря, что именно оно поможет избавиться от клейма. Как говорят: «Клин клином вышибают».       — Нет, в Мглистых горах.       Ещё их называют Туманные, и были они созданы в Предначальную Эпоху Мелькором, желавшем во что бы то ни стало помешать одному из Валар, который часто приезжал в Средиземье поохотиться. В то время горы были намного выше и внушали гораздо более сильный страх своим видом.       Один из проходов был сотворён Валар ещё до начала Первой Эпохи для того, чтобы помочь идущим в Валинор эльфам перейти через горы. Впоследствии проходами воспользовались гномы при прокладке своих торговых путей.       А высоченные пики и глубокие ущелья кричали, что просто так не пропустят никого. Но кто же знал, что путники попадут в лапы к горным гоблинам, давно облюбовавшим пещеры. Цель была пройти сквозь гору и двинуться прямиком к Одинокой горе.       Кира тяжело вздохнула. Значит, её кольцо так и осталось в руинах Гундабада, и мельком взглянула на руку. Бильбо спрыгнул с кровати и начал ходить туда-сюда. — Мне нужно вызволить друзей из плена.       — Это невозможно, темницы хорошо охраняются, да и сам дворец тоже. Отсюда нет выхода.       — Я могу тебе доверять? — Кира кивнула. Он спросил это просто так: хотела бы заложить, то сделала бы это ещё там, в саду. — Я тут выяснил любопытную вещь: оказывается, ворота за мостом — не единственный вход.       — Конечно, не единственный!       Он продолжил: — У лесной реки есть приток, вытекающий из пещеры чуть восточнее крутого склона, в котором располагаются ворота.       — Ну, и что тебе это даёт? — сложив руки на груди, она внимательно следила, как тот шагами меряет комнату.       — А то, что там, где подземный поток вырывается наружу, имеется отверстие, перекрытое решёткой.       — Ну вот видишь, я же говорю, выхода нет.       — Но! — хоббит приложил к губам палец, будто делился тайной. — Эту решётку частенько поднимают.       — Я не понимаю, к чему ты клонишь. Ты хочешь сидеть в воде вместе с гномами и ждать, когда откроют решётку? Не забывай, они в подземелье.       Бильбо пояснил, что эльфы предпочитают не возить грузы через лес, а сплавлять их по реке. И что вдоль русла подземного потока можно проникнуть в недра холма. А там в своде коридора имеются дубовый люки, открывающиеся в королевские винные погреба.       — И что? Устроим попойку? — хихикнула она на серьёзный вид оратора.       — Там сотни, если не тысячи, бочонков с вином. Выше моего роста, — он поднял руку, показывая высоту тары. — Эльфы — любители вина, — хитро прищурил глаза и сунул два пальца правой руки в кармашек жилетки, нащупывая содержимое. Прикоснувшись к кольцу, будто вся надежда только на него, он спокойно продолжил: — Так вот!       — Ну, и что тебе это даёт?       — Я рассмотрел, как открываются люки, а из болтовни королевских слуг понял, каким образом вино попадает в пещеру.       Кира была другого мнения: — Ты ошибаешься, я сама видела, как в Мирквуд поступают бочки с вином. — Неприятная сцена её задержания всплыла перед ней.       — Может быть! — он спорить не собирался. — Меня больше интересует, как они покидают пещеру. Их доставляют по воде к Долгому озеру. Порожние бочки сбрасывают в подземный поток, а затем… — Он сделал паузу и перевёл дыхание. — …открывают ворота, и вода несёт тару к мысу восточной опушки Лихолесья. Понимаешь? — Замер в ожидании хоть какой-то реакции. — А там бочки собирают и гонят к Эсгароту.       — Точно! — Кира вспомнила, что когда впервые на реке встретилась с Барионом, на его лодке стояли огромные бочки. Вот откуда они были. Договор с эльфийским королём.       — Осталось выждать нужный день.       — А зачем тебе бочки?       — В них мы совершим побег.       Кира лишь протянула букву «а», рисуя в уме схему, предложенную новатором.       Сроки сильно поджимали, и хоббит был весь на нервах. Он периодически надевал кольцо и выбирался из комнаты Киры, пока та выполняла свои обязанности в саду. Спускался в подземелье и следил за стражей.       Однажды вечером эльфы накормили пленников и ушли, забрав факелы, и лишь навесные фонари над дверями разгоняли мрак. Тяжко вздохнув, что опять ничего не получится, Бильбо собрался уйти, как услышал разговор между эльфами.       — Пошли выпьем. Гелион сообщил, что вчера доставили новую партию вина. Лучшего вина!       — А эти? — другой кивнул в сторону камер.       — Да куда они денутся. Поели, сейчас захрапят. Ты что, гномов не знаешь?       — Ладно, пошли! Заодно и проверим, годится ли оно для королевского стола. А то нынче пир, не хотелось бы пить всякую дрянь, — согласился командир стражи, и оба рассмеялись.       Услышав, хоббит затрепетал от радости. Всё складывается как надо. Он пошёл следом за эльфами. Те направились в маленький погребок, там их встретил третий. «Тот самый Гелион — виночерпий», — догадался Бильбо. Они уселись за стол, на котором стояли кувшины с вином, и, посмеиваясь над собственными шутками, принялись за дело.       Но чтобы одурманить лесного эльфа, вино должно быть достаточно крепким. Вино, которым виночерпий потчевал друзей, прибыло из Дорвиниона и предназначалось для королевского пира, пить его следовало маленькими чашками, а уж никак не кувшинами. Вскоре эльфы поочерёдно стали клевать носом, потом упали лицом на стол и крепко заснули.       Бильбо мысленно потёр руки и отправился исполнять роль вора. «Вот они! Пусть к нашему освобождению», — подумал он, и командир стражи остался без ключей. Маленький проворный хоббит бросился со всех ног подальше от этого места. Тяжёлая связка оттягивала руки, сердце бешено колотилось — увидеть его никто не мог, но ключи то и дело позвякивали, и он всякий раз обливался холодным потом.       Господин Бэггинс был порядочным хоббитом и сильно боялся оказаться пойманным, он всё же направился в комнату Кирибриан, чтобы попрощаться. «Негоже отвечать на добро неучтивостью», — рассуждал он, отворяя тихонько дверь.       — Заходи, я одна, — печально взглянула на коротышку и отошла от окна. — Скоро зима, на севере, наверное, уже снег.       — Ты не любишь зиму?       — Любила, когда жила в Эсгароте, а тут она проходит как сон. Всё замирает и засыпает.       — Ты видела Озерный город? — Бильбо открыл рот, позабыв о своей миссии.       — Я чувствую, меня там ждут, — из глаз скатились сентиментальные слезинки.       — Так в чём проблема? — он звякнул связкой ключей. — Бежим с нами.       — С вами? — глаза Киры заблестели. — Сейчас?       — Нет, Смауг побери, через полгода.       — Ты шутишь?       — Эльф, решайся! Либо сейчас, либо никогда.       — Но сегодня пир звёзд, я должна быть на празднике.       — Хорошо, — сказал Бильбо, — оставайся. А я ухожу. Нам некогда ждать! Нас ждёт гора.       От его слов сердце защемило: такого шанса больше не будет, и, по-хорошему, король не отпустит её, а ей ведь всего-то и требовалось, чтобы отпустили на один день.       — Я согласна! — Только она это произнесла, как в дверь постучали, и тут же вошла Мириэль.       — Ну что, ты готова к празднику? Посмотри, какое платье тебе велено передать. — Она держала в руках роскошную модель цвета неба. — Тебе оно очень пойдёт.       — И кто мне его передал? — Хотя Кира догадалась кто.       — Я не стану этого говорить. Будто ты не знаешь, — она хитро улыбнулась. — Переодевайся и приходи в тронный зал, скоро всё начнётся. — Она вышла и оставила подругу одну. Конечно, Мириэль даже не заметила Бильбо, который замер в углу и старался не дышать. Как только дверь за рыженькой захлопнулась, он спокойно выдохнул.       — Я так понял, ты остаёшься? — хоббит с любопытством разглядывал шёлковую ткань. Он сам любил красивую одежду, накрахмаленные воротнички и манжеты. Галстуки и носовые платки.       — Остаюсь, — грустно произнесла она. Не могла бросить его. Пусть он не принадлежит ей и никогда не будет принадлежать, но она была готова находиться рядом только ради того, чтобы видеть его хотя бы изредка.       — Эх, женщины! — он подошёл и обнял своими маленькими ручками. Кира опустилась на колени и крепко прижала его к себе, касаясь коричневых кучеряшек. На ощупь они были такими мягкими.       — Бильбо, я желаю тебе и твоим друзьям удачи! Будьте осторожны! — Она говорила так, будто прощалась с прошлой жизнью. Хорошо понимая, что другого случая встретиться с Халет у неё не будет. Да и ждёт ли та? Кира бросила взгляд на голубое пятно и отстранилась от хоббита.       — Мне пора! — Бильбо отошёл к двери. — Буду ждать тебе в Шире. — Сказав, он прошмыгнул в дверь и тихо прикрыл её за собой. Кира долго сидела на полу, уткнувшись в колени.       В дверь вновь постучали, она подскочила и кинулась открывать. На пороге стоял Леголас.       — Что-то случилось?       — Я хотел предупредить… Это платье, что тебе передали… — он поднял голову и свысока взглянул на эльфийку. — Оно принадлежит моей матери.       — Ответь мне: я похожа на неё?       В его глазах она увидела ответ. — Но ты никогда ею не станешь.       — Я поняла, можешь не беспокоиться. — Сказав, она резко закрыла дверь. На душе образовалась пустота. Захотелось выть волком. Развернувшись спиной к двери, она сползла вниз. Слёзы обиды и непонимания ручейками потекли по щекам.