Реальная сказка

      Бильбо так растерялся и перепугался, что забыл про фонарь, который остался гореть возле входа в пещеру, и со всех ног, спотыкаясь, бросился по темноте к выходу. Когда наконец-то выбрался наружу (вовремя вспомнил про кольцо — снял его), то выпал прямо на руки переполошившимся гномам, которые со страхом смотрели на содрогающуюся гору.       — Что? Что случилось? — уставившись на побледневшего и запыхавшегося хоббита, гномы загалдели наперебой.       Гора продолжала сотрясаться от макушки до основания, поднимая столбы пыли и заставляя подпрыгивать небольшие камни.       — Дракон! Дракон… — хоббит лихорадочно указал на чёрный проём, — он жив. Он говорил со мной.       — Я так и думал, — произнёс Торин. — Где эльф?       — Там… — и Бильбо вновь указал на вход. Кто-то протянул ему флягу, и хоббит сделал большой глоток. — Надо быстро спасать её. Скорее! Скорее!       — Кого? — строго свёл брови король, и лицо его стало хмурым. — Её никто с нами не звал.       — Ты что говоришь? — возмутился Балин. — Она помогла нам добраться до города.       — Мы и без неё бы справились.       — Но как же, — возмутился хоббит, — он же её съест, — закричал и направился к входу.       — Уже наверняка съел. Ты нашёл его, господин Бэггинс?       — Кого? — не сразу понял он. Но тут вспомнил разговор во время очередного привала, когда старый гном Балин рассказывал о Государевом камне — Аркенстоне. Как только Бильбо его увидел среди сокровищ, то сразу признал. Он отличался от тысячи других, ибо двух таких камней не могло быть. Блики пламени дробились на его бесчисленных гранях, приобретая самые невероятные оттенки. Алмаз мерцал и искрился.       Бильбо коснулся потайного кармана пиджака и замер на месте.       — Ты разве забыл о моей просьбе?       — Мне не до этого было, — резко ответил он. — Там дракон! — Но тяжёлая рука короля легла на плечо хоббиту. — Иди и ищи его сам, а я возвращаюсь за Кирибриан. Я думал, вы… А вы… Тебе камень дороже, чем жизнь, — укоризненно высказался и скинул руку короля.       — Я иду с тобой, — заявил Балин.       — И я с вами, — выкрикнул Кили, ему вторил Фили. Другие поддержали возгласами: «И мы». И лишь король остался в стороне, не понимая, что он не так сказал. Он не видел смысла рисковать, тем более спасать того, кого уже нет. Они войдут в гору, когда дракон успокоится.       В потайном ходе было темно и так тихо, что шёпот казался громким криком, а тяжёлые шаги разлетались грохотом. Хоббит всё время кривился и про себя ворчал на шумных гномов.       — Так недолго и задохнуться, — пыхтя, заявил один из гномов. — Тут нет воздуха.       — Ага, или сойти с ума, — добавил кто-то.       — Вы сами строите такие тесные и душные проходы, — ответил Бильбо.       — Мы их строим не для прогулок, господин Бэггинс, — возник Двалин, гремя оружием.       — Бомбур, да чтоб тебя, ты мне на ногу наступил. А-а-а, — воскликнул идущий перед ним гном.       — Всем молчать! — послышался голос Торина. — Тихо вы. Раскаркались хуже ворон. Вперёд, хоть перед смертью надышимся.       — Правильно, лучше погибнуть в бою с драконом, чем задохнуться в темноте, — произнёс Двалин.       Спешно двигались по проходу, но их вскоре ожидало разочарование. В ходе образовался обвал, и до пещеры было не добраться.       — Ну вот, пришли, — сказал впереди идущий Балин.       — Что делать-то? — Бильбо встал как вкопанный, уткнувшись ему в плечо.       — Мы в ловушке! — запаниковали гномы. — Нам отсюда не выбраться!       — Может, повернём назад? — предложил кто-то.       — Успокоились все! — рявкнул на них Король Под Горой. — Встали в цепочку, и аккуратно, камень за камнем, разгребаем проход. А вас, господин Бэггинс, прошу перейти в конец. Это дело гномов.       Хоббит то и дело замирал и настороженно прислушивался, пока гномы, пыхтя, двигали камни. Ему казалось, что дракон притаился возле входа в ожидании добычи. Наконец проход был расчищен. Все камни сложили вдоль стены, и проходить уже пришлось боком. Его удивило, как Бомбур, самый толстый из всех, протиснулся между камней. Вскоре показался просвет и маленькое пятно от фонаря.       — Дальше я сам. Посмотрю, что там, — сунул два пальца в карман жилетки и нащупал кольцо. Гномы лишь молча кивнули.       Робко заглянув в пещеру, Бильбо быстро надел кольцо и двинулся дальше, спускаясь с груды сокровищ, а гномы даже не заметили, как потеряли его из виду, полагая, что волшебник не ошибся в выборе нужного взломщика.       Тем временем Бильбо пересёк пещеру, но ни Киры, ни дракона нигде не было. Лишь звон сыплющихся монет резал тишину. Внутри всё похолодело, он уже представил себе ужасную смерть эльфа. И всё из-за каких-то сокровищ, всё из-за амбиций гномов. И где же Гендальф, когда он так нужен? Втравил нас в эту историю, а сам… сам скрылся в неизвестном направлении.       Но, расслабившись, он снял кольцо и сунул в карман. И только это сделал, как за спиной послышалась шумная возня. «Гномы», — и мысленно ругнулся за их нетерпение и тяжёлый шаг. Они ведь не умеют передвигаться тихо, как хоббиты. Но больше всего Бильбо мучило, куда делся Смауг.       — Золото! Наше золото! — послышались восторги.       Гномы действительно не отличались терпеливостью и, оказавшись рядом с сокровищами, ни о чём другом думать не могли. Даже самый осторожный при виде золота становился отважнее и свирепее, и никакая опасность его не пугала. («Море по колено», — добавила бы Кира, увидев в их глазах золотой блеск).       Позабыв про дракона, они разбрелись осматривать пещеру. Зажгли факелы, начали громко разговаривать, перекликаться, поднимать с пола сокровища, смеяться и шутить, снимать со стен доспехи и оружие, пристально их разглядывая, ощупывая и любовно поглаживая, и усердно набивали карманы самоцветами.       — Вы что делаете? — закричал Бильбо. — Мы не за этим сюда пришли.       — А за чем ещё? — кто-то крикнул в ответ.       Гномы, не обращая внимания, продолжали рыться в сокровищах. «Проклятое золото», — подумал хоббит. — Вы превращаетесь в драконов. Надо найти Кирибриан! Как вы можете…       Гномы с трудом отвлеклись от блеска драгоценностей, и Торин подозвал всех к себе: — Надо идти. Я хорошо знаю свой дом! Наше золото никуда от нас не денется. Надо найти этого слизняка, — он говорил о драконе, эльф его мало тревожил: одним больше, одним меньше.       Кольчуги, что каждый выбрал для себя, спрятали под плащами. Даже для Бильбо нашлась по размеру, из редкого металла — мифрила.       — Это мой подарок, господин Бэггинс, — сказал Торин, протягивая её. — Примерь, она легче пёрышка.       — Поистине царский подарок, — поддержал Балин.       Только хоббит хотел отказаться, объяснить, какой из него воин и что кольчуга станет сковывать движения, но, поймав серьёзный взгляд короля, тут же её надел. Как ни странно, кольчуга была впору и ни капли не ощущалась на теле.       Торин махнул рукой и уверенно повёл команду к выходу. Все друг за другом двинулись на поиски потеряшки, а может, хотели обследовать свои владения.       Путь оказался не из лёгких. Они долго блуждали по Эребору, то взбирались по длинным лестницам, то поворачивали и шли по гулким коридорам, то опять по лестницам. Хоббит уже собирался взвыть от усталости, как вдруг потолок пещеры будто исчез. Откуда-то сверху сочился тусклый свет, воздух заметно посвежел. Перед ними открылся огромный зал, тонущий во тьме и толщах пыли.       — Это великая палата Трора, — сказал Торин. — Здесь король проводил совет. Скоро мы дойдём до истока и пройдём вдоль реки к Парадным Вратам.       — Стойте! Мы разве не станем искать Кирибриан? — хоббит остановился и нахмурился, чувствуя обман; ему припомнились слова Смауга.       — Смирись! — заявил Торин. — И посмотри правде в глаза. Её уже нет в живых.       — Все мы смертны, — сказал Балин. — Идём, нет времени оплакивать.       От этих слов внутри всё оборвалось, на глазах появились слёзы: — Нет. Я не верю, — произнёс хоббит. Хотя это было похоже на правду: Кирибриан больше нет.       — Пошли, пошли, — король не собирался даже скрывать приподнятого настроения, что наконец-то оказался дома. — И не смейте назвать мой дворец дырой! Подождите, вот его отделают…       Тяжело вздыхая, гномы двинулись к арке, кто-то по-дружески похлопал хоббита по плечу. Сколько всего произошло за их долгий путь, и не раз они были на волосок от смерти, но чудом выходили сухими из воды. Он вспомнил, как их поймали горные тролли и съели бы, если бы не его смекалка и вовремя появившийся Гендальф… Тогда он впервые увидел живых троллей и ужасно испугался. А как удачно им на выручку прилетели орлы и унесли, спасая от бледного орка. И опять же помогла магия волшебника. Им в очередной раз чудом удалось остаться в живых. А тут… первая потеря. Вина гложила хоббита: он оставил её один на один с драконом. Лучше бы она вернулась в Мирквуд. Беспокоил ещё один вопрос:       — Я так и не понял: куда делся Смауг? — От слов все застыли и повернулись к хоббиту.       — Возможно, покинул гору, — ответил Торин.       — Что-то мне стало холодно, — проворчал рыжебородый Глоин.       — Пора уносить ноги, — поддержали другие. — И найти надёжное укрытие, скоро ночь.       — А я бы перекусил. — И пузо утробными звуками поддержало хозяина слов, толстяка Бомбура.       — Поесть и я не против, — признался гном в шапке.       — Я знаю одно безопасное место, — предложил Балин. — Там в сторожке может разместиться добрая сотня гномов. Мы могли бы развести огонь и приготовить еду. Надеюсь, Смауг не добрался до неё. В ней всегда было сухо и тепло.       После они долго шли и почти добрались до назначенной цели.       А в это время в другой части горы Смауг, гордо распушив хвост подобно павлину, хвастался Кире своим бескрайним логовом, расписывая в красках, как отвоёвывал в одиночку. От живописного рассказа на голове слушательницы шевелились волосы.       — Ты просто кровожадный тип. — Сидя на его длинной шее между острых шипов, сливаясь с ним по цвету, Кира крепко держалась. Как она забралась туда — это целая история: ему захотелось почувствовать себя самолётом, но больше всего понравилось само слово.       — О-о-о, как же приятно слышать комплимент! Да, я такой! Но и вы, эльфы, не лучше нас. Вспомни историю ухода из Валинора.       — Я поражаюсь твоим знаниям и интеллекту. — Дракон улыбнулся на слова эльфийки. — А кто втянул их в это? Мелькор. Наобещал золотые горы.       — Вот ключевое слово. Золото! Я же говорю, оно нужно всем! А кто его создал? Правильно, Валар. Всё зло от них.       Кира поняла, что в какой-то степени Смауг прав. Она тоже поверила Мелькору, мечтая вернуться домой. Сама хотела обхитрить, и сама попала впросак.       — У вас есть пары?       — Пары? Что за пары? А-а-а, ты о размножении. Нет, — резко ответил он. — Нам не до сентиментальной любви, эта программа в нас не заложена. Любовь — это глупость и слабость. А твоё сердце, я вижу, любит. — Он повернул голову и хитро прищурился: — Что оно тебе принесло? Счастье? Радость?       Кира не знала, что ответить, лично ей не везло в любви. Её либо обманывали, либо использовали, а после бросали. — Но тогда как вы…       — Появляемся на свет? — он зловредно рассмеялся. — Какой примитивный вопрос и ещё примитивное мышление. — Но, уловив вздох, продолжил: — Конечно, из мысли творца.       — Эру?       — Ну ты вообще. Мелькора!       «Ах, ну да», — подумала она.       — Так где же прячутся твои друзья гномы? — вслух произнёс он.       — Разве мы их ищем?       — И их тоже, эти мерзкие существа — лгуны. Я не отдам им гору! — Подняв голову он заревел: — Выходите, я вас чувствую!       Кира прижалась к шипам и боялась свалиться с такой высоты. — Давай полетаем?       — Обязательно полетаем, — ответил он. — Когда с ними разберусь.       И тут в дракона посыпались копья, стрелы и топоры, барабаня по чешуе. Но не причинили никакого вреда.       — Вот и они! Я ещё не видел такой потехи, чтобы горстка коротышек противостояла мне! Хотите поиграть с драконом? Будет вам игра! — Из пасти вырвалось пламя.       Тут Кира услышала голос Балина: — Твой план не сработает, эти печи совсем остыли.       «Что они задумали»?       — Он прав, нам негде взять огня, — перекрикивая рёв змея, гномы бегали по большой платформе возле огромного сооружения.       — Так уж и негде? — Торин метнул взгляд на ящера. — Вот оно — ходячее пламя!       — Не думаешь ли ты… — Но договорить Двалину не дали.       — Ребята, я тут! Не злите его, — крикнула Кира и взмахнула рукой, чтобы её увидели, но из-за шипения Смауга никто не услышал и тем более не увидел. Всё внимание гномов было сосредоточено на остывшей печи.       — Я не думал, что ты так легко сдашься. Слизняк! Ты обрюзг и ожирел, пока валялся здесь. Ты ни на что не способен и потерял ту хватку, что была. Стареешь. Не пора ли тебе на свалку? — выкрикнул Торин.       — Кто ты такой?       — С тобой говорит Король Под Горой!       — У горы нет короля и больше никогда не будет! — поднимаясь во весь рост, расправил крылья дракон, пришедший в бешенство, что кто-то решил ему противостоять. — Черви! Мерзкие черви! Я вам покажу, кто истинный хозяин горы, — взревел, позабыв о седоке, и ринулся в бой, круша всё на своём пути. Кира волшебным образом еле удерживалась на изгибающейся шее, из-за длинных шипов снизу её было не видно. — Я испепелю вас.       — Все в укрытие! — крикнул Торин.       Адское пламя вырвалось из пасти зверя. И дело было сделано, печи вспыхнули, словно спички.       — А вы говорите, нет огня! Заманите его в зал короля. Бофур, раздуй меха. Бильбо, когда крикну, опусти вон тот рычаг, — приказал Торин и со всех ног понёсся в зал.       Смауг рассвирепел ещё больше, что попался на обман, и бросился вдогонку. — Мелкие крысы, — ругался он. — Вам не убежать от смерти.       — Бильбо, беги, — закричал кто-то из гномов.       — А, старый знакомый! Решил выйти из тени? — Смауг преградил путь хоббиту, он был настолько близко, что тот застыл и не мог пошевелиться. Но тут смелость нахлынула на полурослика. Умирать, так с музыкой!       — Ты съел Кирибриан, — закричал он. —Ты чудовище! Ты уничтожаешь всё, что есть в этом мире. Ты грабишь города и убиваешь людей и гномов.       — Значит, твою подругу зовут Кирибриан, Ездок На Бочках!       — Нет, Бильбо, нет! — закричала Кира. Её слова унесло эхом. Увидеть он её не увидел.       — Тут явно не обошлось без людишек из Озёрного городка. Всем нужно моё золото! Сейчас они узнают силу огня! Они заплатят за всё. И не отрицай, что вы приплыли оттуда, Носитель Прелести. Наверное, уже поделили мои сокровища.       — Они тут ни при чём.       — А кто при чём? Гномы? — Его заметно передёрнуло. — Давно я не ел их. Где же вы прячетесь, мои друзья? Вы решили, что можно вот так прийти и ограбить меня? Воры! Я накажу всех! А теперь смотрите, что вы натворили. Их смерть будет на вашей совести.       Размахивая хвостом, он пробил телом брешь в стене и выбрался наружу.