Снежная ведьма

Сольха опаздывала. Она поглядела на часы, висевшие на высоком здании, и, как только загорелся зеленый свет светофора, помчалась к автобусу. Он уже отъезжал от остановки, двери его медленно смыкались, Сольха успела втиснуться в небольшой проем. Она оплатила проезд. Свободных мест в автобусе было много. Сольха села рядом с длинноволосой девушкой в очках. Девушка читала книгу, аккуратно перелистывая ее кончиком пальца за уголок. — Мари? — удивилась Сольха. — Куда едешь? Сольха узнала в девушке свою давнюю знакомую по академии — Мари. Мари была талантливой ведьмой, но вот с заклинаниями поначалу у нее не задалось: когда нужно было взмахивать палочкой и произносить заклинание, Мари коверкала слова или ставила не там ударение. Преподаватели заставляли ее учить заклинания, выделяя голосом каждое слово, вскоре Мари из предмета насмешек стала образцовой ведьмой. Многие в академии восхищались ею и тайно завидовали, ведь Мари была не только талантливой, но и красивой: у нее были пронзительные голубые глаза, в которых плескался океан; тугие локоны спускались по ее плечам; над левым уголком ее губы чернела крохотная родинка. Парни так и бегали за ней, но сердце Мари было отдано молодому преподавателю полетов на метле и, как только Мари закончила учебу в академии, они поженились. Сольха немного завидовала Мари. У Сольхи не было парня. Она отказывала, когда ее приглашали на свидания. Сольха ночью подолгу не смыкала глаз, думая об одном человеке, до сих пор волновавшем ее сердце. — К твоей бабушке. — О! Я тоже к ней еду! Она попросила меня приглядеть за магазинчиком, — отвечала Сольха. Бабушка ее была старой и могущественной колдуньей: она была сильной, но суеверной и порою боязливой. Ей все казалось, что в ее магазинчик может заявиться вор и украсть все травы, которые она на протяжении нескольких лет собирала и сушила, а потом обвязывала веревками. Магазин бабушки назывался «Ведунья». Люди могли купить у нее целебные травы, настойки, предметы для гаданий, а колдуны и ведьмы — волшебные палочки, метлы и другие полезные магические штучки. — Я сломала палочку. Хочу купить новую, — отвечала Мари. Она порылась в сумочке и выудила оттуда два обломка дерева. — Примета хорошая — ломать палочки. — Я о таком не слышала. — Примета означает: сломал палочку — скоро встретишь свою любовь. Любовь я уже встретила, — говорила Мари. — Но у меня еще одна любовь на носу, — она глянула на свой живот. — Мари! — вскрикнула Сольха. Поймав на себе хмурые взгляды людей, она заговорила тише: — Ты ждешь ребенка? — Ага. Третий месяц уже, — ответила Мари. — Я рада за тебя. — Как у тебя дела? Больше не встречала того парня. Феликса, кажется. Сольха притихла. Брови ее сместились к переносице, а глаза заслезились. — Сольха, я не хотела… — Пустяки. Я люблю его, но не могу с ним быть. Я была такой глупой! Зачем повелась на уговоры подруг… — В большинстве своем ведьмы довольно коварные и бесчувственные создания, но ты не такая, Сольха. Ты добрая и понимающая, — заметила Мари, улыбнувшись подруге. — Я уверена, ты встретишь свою половинку. — Мари! Я люблю тебя! Сольха бросилась ей на шею. Через ряд от них, ближе к задней стене автобуса, сидел человек, с накинутым на голову капюшоном, из-под которого на лоб падала ровная челка черных волос. На его кожаной куртке была нарисована серая паутинка, а из кармашка темно-синих джинсов торчал телефон с проводом наушников. Человек хотел было надеть наушники, но повременил с этим, услышав довольно редкое имя «Сольха», которое шевельнуло что-то в его мыслях. — Здесь выходим? — спросила Мари, завидев магазинчик с названием «Ведунья». Сольха первой выбежала из автобуса. Человек смотрел на нее в окно и хмурил взгляд. Где он мог видеть эту кудрявую девушку? Неожиданно для самого себя он вскочил с места и отправился вслед за ней. В магазинчике старой ведьмы высокими стопками громоздились книги на полу, самые дальние от входа стопки были покрыты плотными слоями темно-серой пыли. В формалиновых банках на деревянных полках плавали выпученные глаза, руки, ступни и хвосты. Сольха за время учебы в академии ведьм должна была привыкнуть к такому, но при виде человеческих частей тела ее выворачивало наизнанку. Она перевела взгляд на пробковую доску с пучками трав. Под каждым пучком была приклеена бумажка с названием: полынь, шалфей, мята, мелисса, зверобой, пижма, крапива… На столе стояли тяжелые весы с чашами на цепочках, а под ногами были разбросаны карты таро и свитки. Черная кошка, сидевшая на подоконнике, с недовольством оглядывала беспорядок и щурила глаза. — Бабуля! — позвала Сольха, стукнув пару раз по столу. Черная кошка спрыгнула с подоконника, вытянулась, скребя коготками по деревянному полу, и вдруг выпучила свои черно-зеленые глазищи на посетительниц. — Бабуля! — возмущенно кричала Сольха. — Заставлять ждать — нехорошо! Кошка взвизгнула и прыгнула на стол. Сольха резко отпрянула, заслонившись руками. — Бабушка? Это ты? — Я! — пискнула кошка и, упершись в стол задними лапами, прыгнула в воздух. Из дымного облака вышла статная ведьма в острой черной шляпе с загнутым кончиком. Она была одета в строгое черное платье, бывшее ей точно по фигуре. У платья было глубокое декольте; на шее ведьмы висел амулет от сглаза. Он был сделан из голубого стекла, на котором был нарисован глаз с черным зрачком на бело-желтом фоне. Бабушке Ким Сольхи было пятьдесят восемь лет, несмотря на такой возраст, выглядела она великолепно: носила эффектные наряды и делала яркий макияж: красила губы в алый и рисовала на глазах широкие стрелки. — Простите за кавардак, — сказала она и взмахнула сучковатой палочкой. Книги зашелестели страничками и полетели к шкафам, становясь плотно друг к дружке. Стулья со скрежетанием двинулись к столику, уставленному пустыми чашками и блюдцами; где-то на плите засвистел чайник и метнулся к чашкам. Из носика с густым паром полился крепкий чай. Коврик, лежащий под ногами Сольхи, зашевелился, силясь увильнуть из-под ее ботинок. Сольха отступила, и коврик опустился на пол у входа. — Чем могу быть полезна? — спросила бабушка низким голосом. — Госпожа Ким, мне нужна новая палочка, — сказала Мари, протягивая бабуле Сольхи обломки дерева. — Где-то у меня была такая, — протянула ведьма, оглядывая стены, у которых стояли коробки с палочками. Палочки лежали в них в беспорядке. Бабушке пришлось высыпать из коробки их все и просмотреть каждую, чтобы найти для Мари подходящую. А нашла она ее с помощью выгравированного на древке индивидуального кода: этот код содержал в себе диаметр палочки и ее силу. — Держи. — Спасибо. Сколько с меня? — Нисколько, — отвечала бабушка. Она подошла к столу, взяла чашку за ручку и сделала глоток чаю. — Ты же подруга Сольхи? — Да. Мы дружим. — Вижу, ты хорошая ведьма, — говорила бабушка. Взгляд ее был цепкий и немного пугающий. Она глядела на Мари с интересом и вниманием, будто хотела вытянуть из нее подноготную. — Выпьем чаю? — Нет-нет! Я спешу, — сказала Мари. — До свидания! — она поклонилась и выбежала в дверь. Спустя секунду вернулась. — Сольха, я верю в тебя! — сказала Мари и сделала сердечко пальцами. — Забавная девушка. Вы правда дружите? — спрашивала бабушка, попивая чай. Сольха присоединилась к ней, увидев появившееся на блюдце пирожные с кремовыми розочками на верхушке. — Да. Она помогала мне освоить некоторые заклинания. — Жаль не помогла с самым главным. Ты долго будешь в девках ходить? — резко и строго спросила бабушка. — Хочешь, чтоб твоя мать вечно находилась под чарами? Сольха громко стукнула чашкой и сцепила со злости зубы. Она устремила на бабушку гневный слезливый взгляд. — Это не твое дело! — воскликнула она. — Смеешь повышать голос на старших? Вот чему тебя отец научил! А я говорила твоей маме… — Бабушка, пожалуйста, давай не будем об этом. — Хорошо. Не будем. Но рано или поздно мы вернемся к этому разговору и, надеюсь, тогда у тебя уже будет парень. — А ты стала ведьмой, когда встретила дедушку? — спросила Сольха, пододвигая к себе пирожное и вгрызаясь в него зубами. После обидных слов бабушки ела она без аппетита. На душе у Сольхи скребли кошки. — Нет. Ведьмой я стала задолго до встречи с ним. — Ты приворожила кого-то? — Мне нужно было сдать выпускной экзамен в академии. Экзамены в мое время были сложнее, чем в ваше: мы варили мудреные зелья и читали какие-то длинные заклинания, от которых потом болели не только губы, но и язык. Кто-то сказал мне, что если заполучить ведьмовскую силу, то такое заклинание прочитать раз плюнуть. Я купилась на эти слухи. Побежала варить приворотное зелье. Подмешала его симпатичному юноше, которого встретила в городе, ну и… переспала с ним. — Бабушка! Это подло! — Ведьмы не знают, что такое подлость! В бою, как говорится, все средства хороши. А ты и на ведьму не похожа. Мямля и рохля. И одеваешься не по-нашему. Сольха посмотрела на свое платье. Оно было шерстяное, из желто-красных ниток, с тонким пояском. На груди Сольхи висела брошка-кошечка, а в ее волосах сверкал талисман, подаренный мамой, — летучая мышка. — Напомни, сколько тебе лет? — Двадцать один год. — Ведьмы в таком возрасте работают в магических лавках, варят зелья на заказ, собирают травы, разносят почту… А ты что делаешь? Корпишь над учебниками? Сольха не отвечала. — Так! Чтоб через две недели нашла себе парня и работу. Буду тебя воспитывать, пока мамы нет. — Бабушка! — Да, я твоя бабушка. А ты моя любимая внучка. И к тому же красавица, — она неожиданно сменила тон на ласковый. — Милая Сольха, ты тоже сломала палочку? Сольха засунула руку в глубокий карман платья и вынула оттуда разломанную пополам волшебную палочку. — Твоя любовь уже ждет тебя, — сказала бабушка, загадочно подмигнув Сольхе. — Иди встречай, а я пока подыщу тебе новую палочку. Сольха не поняла, на что намекала бабушка. Бабушка, как и Мари, верила в приметы, а Сольха считала их полной чушью. Она подошла к двери, гремя ботинками, грубо потянула на себя ручку и отлетела от порога на добрых четыре шага. «Феликс?!», — подумала она, затаив дыхание. Перед ней и правда стоял Ли Феликс. Тот самый Ли Феликс, которого она горячо любила. — Сольха! Я оставила чайник и пирожные на столе! — прокричала бабушка. — Пойду вздремну. Последи за магазином. Сольха поморщилась, услышав свое имя от бабушки. Феликс вряд ли помнил его, ведь Сольха стирала ему память дважды. Однако при упоминании ее имени брови Феликса едва заметно дрогнули. — У вас есть карты таро? — спросил Феликс. Внешне он совсем не изменился за эти три года. Хотя нет. Изменился и еще как. Волосы его стали темнее и гуще; в ушах у него висели серьги-колечки. Он был одет в кожаную куртку с широкими карманами, прошитыми зигзагообразными стежками по краю, на ногах у него были кроссовки на высокой подошве. Сольха долго смотрела на него. Ее взгляд выражал и страх, и восхищение, и панику, и внезапно проснувшуюся любовь и много-много всего, чему она не могла подобрать слов. Она еле ворочала языком, приглашая его пройти внутрь. Феликс медленно шел за ней в глубь магазинчика. Сначала он осматривал окружающую обстановку. Особенно его привлек гигантский глобус посреди комнаты. Феликс покрутил его и тыкнул пальцем в какой-то остров. — Вы были на Чонсандо? — спросил он. Сольха поднялась по лестнице, приставленной к шкафу, и открыла дверцу. Внутри лежали коробочки с картами таро от разных иллюстраторов. Сольха не знала, какие понравятся Феликсу, и взяла сразу пять коробочек. — Я не была на этом острове. Там красиво? — Не то слово! Если посмотреть на фотографии острова, то вы увидите небесного цвета океан на фоне маленького городка и цветущего желтым цветом поля. Это удивительное место! Обязательно слетайте туда! — говорил Феликс. — А вы любите зиму? Сольха засмеялась от его резкого перехода к другой теме. — Люблю. — А вот я не очень. У меня ноги мерзнут, хотя обувь теплая. Я не терплю морозы: кожа становится сухой и шелушится. А еще снег кусается. Сольха уже не сдерживала смех. — Я рад, что у вас поднялось настроение. Я видел вас в автобусе. Простите, что пошел за вами. Просто вы меня заинтересовали, — увидев испуг в глазах Сольхи, Феликс добавил. — В смысле, как… необычная девушка. — И что во мне необычного? — Даже не знаю. Может, ваша улыбка, от которой мое сердце готово выпрыгнуть из груди? — сказал Феликс и бровью не повел. — Спасибо за добрые слова, но не рассчитывайте на что-то большее. — Я и не думал, — сказал Феликс. — Мне нужно выбрать одну из этих коробочек? — Да. Хотите посмотреть карты? — Не нужно. Беру эту, — он схватил голубую коробочку, обвязанную сиреневой лентой. — Ну что же, до встречи? — Ага. Феликс пошел к выходу и вдруг остановился напротив окна. Он долго смотрел в него. Сольха вышла из-за прилавка и встала возле Феликса. За окном кружил снег. Крохотные снежинки липли на стекло и мгновенно таяли, как сахар в чашке горячего чая. — Этот снег… прекрасен, — сказал Феликс, вздохнув. — Знаете, я кое-что вспомнил. — Что же? — спрашивала Сольха, не спуская взгляда с порхающих снежинок. Феликс потоптался на месте и повернулся к ней. Сольха медленно сместила взгляд на его лицо. Феликс раскрыл губы и произнес, отчетливо произнеся каждый слог: — Сольха.