Заново.

- Где он? - Тони приземлился на крышу Главной больницы Метрополитен в своем фирменном трехточечном приседании. Кристина бросилась к нему. - В реанимации. Он разбился в горах. Когда его нашли, повреждение нервов было необратимым. Я надеюсь, ты читал его дело? - Да. Отведи меня к нему. - Тони не подошел. Он спускался по ступенькам по двое за раз. - Тони... прежде чем ты войдешь, ты должен кое-что знать. Тони обернулся. Это звучало нехорошо. - Что я должен знать? Это плохо, или нехорошо? Кристина провела рукой по лицу. Прошедшая неделя не была к ней благосклонна. Она украдкой бросила взгляд в сторону Тони. - Мы пытались связаться с тобой. - Да, больше недели. Я работал над чем-то секретным, никаких контактов с внешним миром. Клянусь, если бы я знал... - Я понимаю. Эй, я не виню тебя. Я знаю, что ты никогда бы не проигнорировал наши звонки специально, но... Тони, ты должен понять, что в глазах пациента неделя может показаться долгим сроком. Особенно если учесть, что весь день он привязан к больничной койке... - О. - Слова Кристины застали Тони врасплох. На долю секунды в его мозгу произошло короткое замыкание. - Я пыталась сказать ему, что он ведет себя глупо, что ты заботишься о нем. Если бы с тобой можно было связаться, я была уверена, что ты сразу же приедешь. Что ты и сделал, но ты же знаешь, каким упрямым он может быть. - Черт. - Внезапно Тони понял, к чему все идет. - Стивен думает, что я бросил его. Когда слова подвели ее, Кристина слегка кивнула Тони.

***

- Зачем ты пришел? Чтобы позлорадствовать? - Тони закрыл за собой дверь. Голос Стивена, хриплый от травмы, доносился с его кровати в углу комнаты. - Я хочу, чтобы ты ушел. Стивен лежал на спине. Его руки были подвешены в перевязи перед ним. С каждого пальца свисали металлические зажимы. Стивен был тщательно забинтован. То немногое, что оставалось на коже, было либо в синяках, либо сломано. Его слова ранили, но больше всего Тони задело то, что Стивен смотрел в другую сторону, когда он вошел. Один глаз мужчины был опухшим и закрытым, а другой, все еще поразительно голубой, отказывался встретиться с Тони взглядом. С тех пор как Тони познакомился с доктором, он никогда не видел его таким неподвижным. Стивен, как и он сам, всегда был активен. Будь то чтение свежей газеты, перебранка с Тони или помощь ему в исследованиях. Сейчас он был неподвижен. Тони подошел к Стивену с нейтральным выражением лица. Даже без предупреждения Кристины Тони знал, что Стивену будет больнее, если он хоть немного заподозрит, что Тони его жалеет. - Я никогда не умел подчиняться, - проворчал Тони. Он обошел кровать и занял место, на которое смотрел Стивен. Чтобы выглядеть непринужденно, Тони прислонился к стене и засунул обе руки в карманы. Стивен ухмыльнулся. - Прекрасно, выбрось это из головы. - Я не делал этого специально. - Тони сдвинулся на пятки. - Я был на конфиденциальном исследовательском проекте. Внешние контакты разрешены только раз в неделю. Ты знал об этом. - Полагаю, твоими точными словами было "я ненадолго уеду из города", на что я ответил: только не это. - Стивен украдкой взглянул на Тони. Тони сделал вид, что не заметил. - Ладно, значит, ты полу-знал. Ты знал на сорок процентов. - Сорок процентов знания против шестидесяти процентов вероятности того, что ты ушел, когда понял, что я больше не нужен, - сказал Стивен. Тони почувствовал тупую боль в груди, комментарий Стивена так хорошо отразил его собственную неуверенность, что она расколола его маску. - Стивен, неужели ты действительно в это веришь? - Тони вскинул руки вверх. - Что я убегу в горы в тот момент, когда тебе понадобится помощь? Да ладно тебе, это я здесь на грязной дороге одиночества. Немного веры, даже если это всего лишь вера в мое огромное эго. Я бы никогда не бросил никого из своих друзей, не говоря уже о тебе. - Тебя не было неделю. Это более ста шестидесяти часов без единого слова, когда ты обычно брал трубку на втором звонке. Что я должен был думать? - огрызнулся Стивен. Быстрый обмен мнениями вызвал приступ кашля. Тони бросился к Стивену, но понял, что боится до него дотронуться. Стивен был весь в синяках. - Теперь ты просто... приходишь сюда и ждешь, что я поверю, что все вернулось в норму? - Стивен рассмеялся, это был жалкий звук. - Люди уходят, Тони. Я понимаю это. Я бы предпочел, чтобы ты... - Ты мне не безразличен, - внезапно и бесцеремонно проговорил Тони. - Сколько раз мне нужно это сказать, чтобы это дошло до твоего толстого черепа? - Тони наклонился так, что его лицо оказалось напротив лица Стивена. Это заставило Стивена посмотреть ему в глаза. - Ты для меня больше, чем просто друг, ты... черт, я не знаю, кто ты, но ты значишь для меня весь мир. Мы исправим это. - Он жестом указал на руки Стивена. Доктор продолжал молчать. - Стивен... - взмолился Тони. - Докажи это, - пробормотал Стивен после долгой паузы. Его хриплый голос был не громче шепота. Стивен вновь отвел взгляд, словно стыдясь своей просьбы. Тони мог думать только об одном, чего было бы достаточно. Он наклонился. Они поцеловались, и мир померк. Поцелуй был медленным и легким, утешающим так, как никогда не смогут утешить слова. Руки Тони лежали на ключицах Стивена. Он старательно избегал синяков на лице Стивена. Их дыхание смешивалось. Стивен поднял руку, чтобы притянуть Тони к себе, но боль остановила его. - Лежи спокойно, - хмыкнул Тони, почувствовав, как Стивен вздрогнул. Стивен, упрямый как мул, попытался еще раз, прежде чем боль стала невыносимой. Он облокотился на подушки и застонал от разочарования. Стивен усилием воли заставил свои руки не двигаться, но твердой хватки, которой он когда-то гордился, больше не было. - Ты невозможен. - Тони покачал головой. Он передвинул подушки так, чтобы Стивену было удобнее. - Сначала ты должен вылечиться, прежде чем мы сможем что-то предпринять. - Я все еще злюсь на тебя, - сказал Стивен, придвигаясь к подушкам. - И я все еще намерен извиниться. На этот раз по-настоящему, если ты позволишь. - Тони захлопал ресницами в попытке соблазнить его. Он знал, что Стивен никогда не сможет сказать "нет" его глазам Бэмби. - Это будет зависеть от деталей извинения. - Как насчет этого для начала? - Тони еще раз быстро чмокнул Стивена в губы. - Прекрати, твоя козлиная бородка щекочет. Тони закатил глаза. Стивен ужасно старался скрыть свою улыбку. - Мои волосы на лице великолепны, спасибо тебе большое. Твои тоже были бы такими, если бы ты позволял другим подстригать их за тебя. - Тони жестом указал на отросшую бороду Стивена. Он хотел подшутить над доктором, но не ожидал, что Стивен будет молчать. - Я не хотел, чтобы они меня жалели. - Слова Стивена прорезали тишину. - Они были моими коллегами, они и сейчас мои коллеги, но большинство из них ведут себя так, будто это последний раз, когда они меня видят. Как будто я... уничтожен. - Стивен провел языком по губам. Он делал это, когда нервничал. - Я знаю, что мои руки в полном беспорядке, что не должно удивлять, учитывая, что Никодимус, мать его, Вест оперировал меня. Я потрясен, что меня не расчленили, но это еще не конец. Я связался со специалистами. Это будет экспериментальное лечение, но я вылечусь. А до тех пор они могут ворковать в фальшивом притворстве сколько угодно. Они могут прятаться за своим фарсом товарищества, но я знаю, что они смеются у меня за спиной. Они не увидят меня слабым и немощным. Я не доставлю им такого удовольствия, - с отвращением произнес Стивен. В его голосе чувствовалась горечь. - Помедленнее, сладкие пирожные. - У Тони никогда не было проблем с определением презрения, но он отталкивал людей, потому что боялся, что они уйдут, если обнаружат его слабости. Он поступал так со всеми, включая друзей, которые искренне заботились о нем. Стивен шел по темному пути. - Здесь есть несколько проблем. Давай решать их по очереди. - Не называй меня так. - Стивен не дал прозвищу ускользнуть. - Тебе не понравилось? Я могу сменить его, как насчет кексика-обнимашки? - Тони... - Жеребенок? - Тони был слишком весел. - Это нездорово. Я думаю, ты усугубил мои травмы. - В нем начали появляться проблески прежнего Стивена. Тони считал это прогрессом. - Так и есть, - решил Тони, выглядя вполне довольным собой. - Но если серьезно, есть люди, которые желают тебе только добра. Это нормально - иногда быть не в порядке. - О, такие люди, как ты? - Стивен насмешливо хмыкнул. - Мы едва встречаемся. Тони полагал, что ему следовало бы обидеться, но на самом деле он слишком хорошо понимал затруднительное положение Стивена, чтобы расстраиваться. Если отмотать время назад на десять лет или около того, то, учитывая ситуацию Стивена, Тони поступил бы гораздо хуже. Он был экспертом по самоизоляции. - Да, я нравлюсь людям, - признался Тони. Стивен напрягся при этих словах. - Я не собираюсь уходить, потому что ты не в лучшей форме. Я здесь не для того, чтобы использовать тебя, и я не буду смеяться над твоими трудностями. Я был там, делал это. - Тони постучал пальцем по месту, где раньше находился дуговой реактор. - Ты не обязан верить мне сразу. На самом деле, я бы не советовал этого делать. Давай так: Я докажу свою правоту. Мои ресурсы - твои. Мы вместе проконсультируемся с твоими причудливыми контактами, а затем разделим работу. Ты займешься анатомией, а я - инженерией. Если к концу твои руки станут лучше, то ты должен извиниться. - Я... могу принять эти условия. - Словно идя в ловушку, Стивен нерешительно согласился. - Но разве у тебя нет конфиденциального исследовательского проекта? - Я могу быть многозадачным. С сегодняшнего дня я буду работать из дома. У меня есть опыт работы с конфликтующими графиками. - Не так ли, Джарвис? - Расписание на оставшуюся часть недели очищено, сэр, - ответил Джарвис из брони портфеля. - Все приоритетные встречи были перенесены. - Если вы настаиваете, но раз я перенес их, очевидно, они не являются приоритетными. - В отличие от вас, сэр, кто-то должен сохранять чувство прилежания. - На верхней части портфеля Железного человека Джарвис вывел голограмму обновленного календаря Тони, который Тони сделал вид, что не заметил. - Вернемся к более важным вещам, мы пообедаем и вместе просмотрим твой отчет. Я полагаю, ты не ограничен питательным илом? - Тони проверил время, направляясь к выходу. - Это не моя пищеварительная система скомпрометирована, Тони. - Стивен вздохнул. Его ласковый взгляд свидетельствовал о том, что он не так равнодушен, как заставлял думать других. - Хорошо, я вернусь через двадцать минут. Не слишком буйствуй без меня. На этот раз Тони захлопнул дверь с меньшей осторожностью, что отражало его хорошее настроение. Стивен уставился на место, которое Тони занимал всего несколько секунд назад. Вместе, сказал Тони. После столь долгой разлуки Стивен смог привыкнуть к тому, что они снова вместе.

***

Под искусственным освещением мастерской Башни Старка Тони массировал голову. Когда мягкое надавливание не помогло, он стал дергать его за волосы. Резкие рывки были болезненными, но они снимали давление, которое нарастало в черепе. Тони бросил быстрый взгляд на часы. 1:45 утра - ничто по сравнению с семидесятидвухчасовыми загулами, которыми он славился, но он знал, что еще через несколько часов его ждет ад, если Стивен проснется и заметит, что он до сих пор не лег спать. Стивен переехал в Старк Тауэр после того, как его выписали из реанимации. Решение было принято из соображений практичности, поскольку Стивен был не в состоянии водить машину, и ему необходимо было ежедневно бывать в лаборатории Тони. Однако, несмотря на то, что у Стивена была своя комната для гостей, так что технически они не спали вместе, этот переезд все равно заслужил несколько шлепков по спине от Роуди и гордые подмигивания от Пеппер. Тони попытался объяснить им, что ничего не изменилось. Они по-прежнему проводили большую часть времени в лаборатории, возвращаясь в свои каюты только для отдыха, но чем больше он старался, тем больше его усилия терпели крах. Не успел он опомниться, как застрял в здоровых, прогрессирующих отношениях. - Джарвис, режим ожидания, - приказал Тони. Он сидел в темноте после того, как мастерская отключилась. За последний месяц произошло много событий. Ему нужно было побыть одному, чтобы согласовать все детали. Данные, полученные от Тессеракта, были сведены в матрицу, с помощью которой можно было предсказывать скачки энергии на двадцать четыре часа вперед. Этого времени будет достаточно, если Локи решит прибыть раньше срока. У Тони было кое-что интересное, так что с этой стороны все было в порядке. Большинство жучков, которые он установил в центральный компьютер ЩИТа, остались незамеченными. В ЩИТе знали о них, но, кроме замены главного компьютера, они ничего не могли с этим поделать. Судя по мучительной скорости, с которой продвигалась их внутренняя очистка, Тони мог предположить, что у Фьюри полно дел. Тони никогда бы не усомнился в способностях директора, но отсеять Гидру от ЩИТа было задачей, к которой нельзя относиться легкомысленно. Гидра была взаимосвязанной паутиной паразитов. Если оставить ее без внимания, она будет гноиться до тех пор, пока Капитан Америка не уничтожит проект Инсайт за счет ЩИТа Тони раскрыл свой список в обмен на простые личные выгоды, потому что ЩИТ был последней линией обороны, защищавшей мир от Гидры. Небольшая группа мстителей могла саботировать один проект, могла спасти мир от неминуемой гибели, но они никогда не могли решить корень проблемы. Гидре, как культу неонацистских террористов, чьи идеалы выдержали испытание временем, нужна была организация, которая постоянно бдила бы против них. Поэтому Тони, несмотря на свою личную вендетту, без колебаний объединил усилия с Фьюри. Он мог попытаться перестроить их отношения на взаимовыгодные, если не на манипулятивные, но позволить ЩИТу встретить свой естественный конец никогда не было вариантом. Затем началось то, что Тони считал своим самым большим проектом на сегодняшний день. Возможно, в последние годы он стал более осторожным, но это не означало, что он изменил свое мнение. Земле нужен был какой-то защитный механизм против внеземных угроз. Стив Роджерс однажды сказал, что каждый раз, когда кто-то пытается выиграть войну до ее начала, гибнут невинные люди. Он не признавал, что если война действительно начнется, то невинные люди погибнут независимо от этого, а во многих случаях - в геометрической прогрессии. Тони, как промышленник, футурист и революционер, видел, что находится по ту сторону портала. Он не мог с чистой совестью сидеть сложа руки и ждать, пока мир загорится первым. С тех пор как он пережил то, что случилось в Сибири, Тони не только вырос эмоционально, но и словно открыл участок своего мозга, к которому не имел доступа. Сейчас Тони мог разделить свой разум на части и проанализировать воспоминания, которые раньше было слишком больно вспоминать. Он внимательно изучил каждое решение, которое привело Мстителей к битве при Соковии, и выявил три ключевых катализатора. Самым первым и наиболее заметным катализатором было чувство срочности, которое усугубилось после травмы, полученной после того, как ему удалось вырваться из глубокого космоса. Тони требовалось время для эмоционального исцеления, которого не было из-за быстрого развития событий. Психологически на этот раз ему было гораздо лучше, но достаточно ли этого, покажет только время. Вторым фактором был Камень разума. Посмотрев на то, что он может сделать, Тони отказался тыкать в него десятифутовым шестом. Оглядываясь назад, можно сказать, что в то время все были спокойны за то, что подверглись воздействию внеземного источника энергии без каких-либо защитных мер, когда было известно, что этот источник может манипулировать мыслями. Уже одно это было достаточным стимулом для Тони, чтобы избавиться от скипетра как можно скорее. Последней, но не менее важной, была Ванда Максимофф. Алая ведьма на этот раз не была подходящим фактором, поскольку близнецы Максимофф получили свои сверхспособности, добровольно участвуя в экспериментах Гидры. В основе этих экспериментов лежал Камень Разума. Следовательно, для мутации близнецов необходимо, чтобы скипетр остался на Земле. Тони также ускорил процесс утилизации нелегального оружия "Старк Индастриз", которое все еще продается на рынке. Он даже пошел на обратный выкуп известных запасов, чтобы их можно было вернуть в США и уничтожить. На этот раз Тони не собирался рисковать. Он уничтожит все известные угрозы в самом начале их развития. Потеря скипетра послужила критической точкой перелома для ЩИТа. Без Альтрона не было бы битвы при Соковии, а значит, не было бы и Соглашения. Тони не был таким идеалистом, чтобы думать, что предотвращение одной ошибки решит все проблемы, но попробовать стоило. Проблема Камня разума высветила и другую опасность, против которой Мстителям не хватало контрмер: контроль разума. Телепатия не была редким талантом, и хотя Тони, возможно, не был знаком с мутантами, он знал о некоторых удивительных способностях, которыми они обладали. Хорошо это или плохо, но появление профессора Чарльза Ксавье было лишь вопросом времени. Если Тони хочет сохранить свои секреты, то он должен найти способ блокировать телепатов. Это было непросто, но не невозможно. Телепатия, как и "голубой глаз" или Wi-Fi, была формой передачи сигнала. Если бы он мог синтезировать материал, блокирующий эти сигналы, и вплести его в свой шлем, или, что еще лучше, создать что-то, что могло бы действовать как гаситель сигнала... - Сэр, у вас входящий звонок от директора Фьюри, - сообщил Джарвис, нарушив тишину в мастерской. Это оторвало Тони от его мыслей. Тони заметил, что потерял счет времени. Он снова посмотрел на часы. Почему сейчас уже три часа ночи? - Соедините его. - Тони вздохнул. Стивен собирался убить его. Имея многолетнюю работу, требующую больших усилий, доктор выработал строгий график отхода ко сну, которого придерживался неукоснительно. Стивену не нравилось, когда Тони допоздна занимался делами, которые можно было продолжить завтра, и еще больше, когда Тони не ложился спать без видимой причины. Это было свидетельством плохого самоконтроля, которого Стивен до сих пор не замечал, потому что всегда уходил до полуночи, за что получил прозвище Золушка. Теперь Стивен был полон решимости исправить дурную привычку Тони, даже ценой снижения производительности. - Старк. - На экране Фьюри находился в искусственно освещенном помещении, очень похожем на Тони. - Директор, добрый вечер, вы позвонили приманке Тони Старка. Официальные часы консультаций - с восьми до пяти каждый четверг, поэтому оставьте сообщение после сигнала. - Джарвис, благослови его искусственная душа, воспроизвел звуковой эффект голосовой почты экспромтом. Фьюри закрыл единственный глаз и глубоко вздохнул. - Это серьезное дело. Иначе я бы не стал звонить тебе. - Мрачное выражение лица Фьюри говорило о том, что Тони был его последним средством. - Тогда чего ты ждешь? Стреляй. - Тони покрутился на своем вращающемся стуле. - Твое время пришло. - Похоже, что мы должны благодарить тебя за наше нынешнее положение. - Фьюри поднял непонимающую бровь. - О, и это? - Если бы Тони не знал лучше, он бы сказал, что Фьюри забавляется. Это успокоило Тони, что, несмотря на обстоятельства, у ЩИТа не было серьезных проблем, что вызвало вопрос, почему Фьюри счел нужным позвонить в такой час. Должно быть, было ощущение срочности. - Я не могу раскрывать детали, пока это не произойдет лично с вами, могу лишь сказать, что если мы добьемся успеха, это прольет свет на многие тайны. - В голосе Фьюри звучала надежда, что было редкостью для стареющего шпиона. - Заинтригуйте меня. - Секреты были ценными. Тони, который и раньше страдал от недостаточной информированности, хотел хоть раз одержать верх в информационной войне. - Встреча сегодня ровно в 18:00, Старк. Не опаздывай. - Фьюри окинул Тони пристальным взглядом. - У вас что, у всех есть команда клонов или что-то в этом роде? Я доберусь туда, когда доберусь. - Тони не волновался, что Фьюри начнет проект без него. Если бы он мог, он бы никогда не позвонил Тони в первую очередь. - Не опаздывай. - После очередного подчеркивания Фьюри отключил связь.