Цветущий май

Об крышу барабанят крупные, но редкие капли - остатки ночного дождя, которые глухими ударами пробираются в комнату. На улице сейчас, наверное, промозгло и пахнет мокрой травой. И Николь испытывает особое наслаждение всякий раз, когда ей удаëтся прятаться под одеялом от ночной прохлады, задуваемой к ней ветром через приоткрытое окно. Утром, если Юра и Володя заглянут к ней, они непременно будут ворчать, почему в комнате так холодно. Но Николь скорее всего их не услышит, потому что будет спать, как убитая, ведь сейчас стрелка часов перевалила за 2 часа, а сна у неë ни в одном глазу. Не выдержав пытки скукой, она перевернулась на другой бок и потянулась к розетке, где на зарядке стоял телефон. Яркий экран ослепил еë не привыкшие к свету, глаза. Жмурясь, Николь написала Руди, с трудом попадая по клавишам: - Спишь? Тот зашёл в сеть и почти сразу же ответил. - Неа, не могу уснуть. - Это всё из-за поездки. Я волнуюсь, если честно. - Точно, я испытываю что-то вроде лёгкого мандража. Николь усмехнулась. Ну как же, мандраж, да его небось всего трясёт от предвкушения. Руди, словно читая еë мысли дописал вдогонку: - Или не лëгкий... Николь снова заулыбалась, получив подтверждение своей гипотезе. - Уже больше похоже на правду. Ты вещи собрал? - Неа. Иначе я точно не усну. Хотел заняться этим утром. - Я могу зайти к тебе, помочь со сборами, а заодно и вещи донести. Юра сказал, что мы поедем рано утром, так что ты можешь остаться ночевать у нас. Как идея? - предложила Николь. - План-капкан. - написал Руди, через несколько секунд. - Ну всё, у меня глаза болят от экрана. Я спать пошла. До завтра. - наскоро попрощалась Николь, чувствуя, как еë, наконец, начинает клонить в сон. - Давай, до завтра. - ответил Рудольф и тоже вышел из сети. ... Николь разлепляет глаза, смотрит в потолок и лениво переворачивается на другой бок, натягивая одеяло до самых ушей. За дверью слышны шаги, голоса и другие признаки бурной жизнедеятельности. Тут она подскакивает на кровати, как ужаленная, смотрит на часы, и они показывают 11:40. Николь вскакивает и в спешке натягивает треники. Она спускается по лестнице, путаясь в собственных ногах, хватает со стола яблоко и уносится в ванную, чуть не врезаясь в дверях в Юру. - Доброе утро? - изумлëнно таращит он испуганные глаза. - Доброе, извини, я опаздываю. - Я заметил, что-то ты поздно сегодня. - Долго уснуть не могла. - пробормотала Николь, пока чистила зубы. - А ты куда собираешься-то? - Я пообещала Руди, что помогу ему вещи собрать и к нам принести. - ответила она, протирая лицо полотенцем. Юра кивнул и уже с кухни прокричал: - А как ты собралась попасть в интернат? Мне кажется, туда не пускают посторонних. - Ты прав, так и есть. Но я там относительно частый гость и, к слову, через главный вход ещё ни разу не заходила. - однобоко улыбаясь, Николь поиграла бровями глядя на Юру, чем заставила его посмеяться и закатить глаза. - Иногда я сомневаюсь в том, что мы не одной крови. - подмигнул он, и Николь уловила в его взгляде что-то похожее на ностальгию. ... Подслушав их беседу, Володя присëк на корню идею с завтраком на ходу и заставил поесть как следует. Хотя и уговаривать Николь долго не пришлось, когда это она отказывалась от яичницы с беконом и помидорами. До интерната идти пешком долго. Николь планировала пробежаться лëгкой трусцой, но на полный желудок желание бегать резко поубавилось. - А у вас случайно нет велосипеда? - спросила Николь, уже на выходе из дома. - Да есть, они в гараже. В гараже и впрямь стояло два полностью исправных велосипеда. Володя помог отрегулировать высоту сидения и уже через пару минут Николь махала ему рукой, выезжая за калитку. Погода стояла чудесная. Ясное солнце, вдалеке над Альпами зависли облака, похожие на разбросанные по небу куски ваты. Николь мчалась по пустынным дорогам, ветер трепал волосы, а из под колëс летели мелкие камушки. Припарковав велосипед у ворот приюта, Николь убедилась, что надёжно пристегнула его к забору и набрала Руди. - Алло. Я на месте. - пропыхтела она. - Хорошо, сейчас я спущусь. Заходи как обычно, через запасной выход. - Хорошо. Николь обошла территорию интерната и оказалась с противоположной стороны, которая вела на небольшой внутренний двор. Девочка огляделась на всякий случай по сторонам, сделала пару шагов на проезжую часть, разбежалась и с разбегу перемахнула через забор. Спрыгнув на землю, Николь подбежала к стене и прижалась спиной к железной двери, чтобы еë не увидели из окон. Припав ухом к двери, она услышала, как Руди возится с отмычкой, и когда замок наконец поддался и дверь открылась, девочка тенью проскользнула внутрь. Нужно отдать Рудольфу должное, на этот раз он позаботился об их безопасном проникновении и расставил в коридоре стремщиков, чтобы те следили за передвижениями воспитателей. На этот раз обошлось без происшествий, ребята успели спрятаться в комнате и при этом остались не замеченными. Только оказавшись под защитой стен и дверной щеколды, Николь узнала в двух парнях, стоящих на шухере старых приятелей и соседей по комнате Рудольфа - Лукаса и Питера. - А вы ребята, возмужали. - удивилась Николь, оглядев знакомых с ног до головы. Они оба вытянулись, покрупнели в плечах и наконец избавились от подростковых прыщей. - Ещё бы, давно не виделись Николь! - задорно ухмыльнулся Лукас и приобнял девочку. Лукас хоть был похож на барыгу из какого-нибудь американского фильма про чёрных, всегда нравился Николь больше, чем другие парни из этого интерната, сразу видно у него есть голова на плечах. А на голове брейды... Лукас заметил еë любопытный взгляд и принялся распинаться об удобстве и уникальности этой причёски. Питер рядом с ним выглядел как большой и добрый щенок. Светловолосый и голубоглазый - чистый славянин. Не дуэт, а сказка. В дверь постучали. Все четверо замерли, как вкопаные, ошарашено уставившись на дверь. Лукас очухался первый. - Прячься. - прошипел он, и принялся заталкивать Николь в шкаф. Сквозь тонкую щёлку приглядывался чей-то стройный силуэт, а после донёсся и голос, высокий и писклявый. - Фишер! Я тебя видела. А ну выходи, покажись. Николь этот тембр показался смутно знакомым. Она осторожно высунула голову из шкафа и тут же узнала еë. - Габи! - воскликнула Ники. - Сколько лет, сколько зим... Давно не виделись. - И тебе здравствуй. - улыбнулась Габи с хитрым прищуром. Габи была старше их почти на два года, длинноногая, черноволосая, разодетая как попало. У неë были свои небольшие странности. Например совершенно невообразимого цвета фиолетовые тени. Таким оттенком вполне можно и ослепить, его просто напросто не существовало в природе. Руки еë были изрисованы магическими рунами по самые локти, а на шее красовался чокер из чёрного кружева с багровыми, как кровь, камушками-бусинками. Настоящая ведьма, только чёрного кота или ворона на плече не хватает. - Чего ты пришла сюда? Уши греть? - буркнул Рудольф. - Да ладно тебе, пускай останется, вам же не обязательно уходить прямо сейчас. - настоял Лукас, состроив обольстительную гримасу. - Слышь ты, лавилас. Тебе бы только шары к девчонкам подкатить. - зашипел на него Рудольф, но было уже поздно. Габи удобно расположилась на одной из кроватей и принялась что-то выкладывать из своей сумки. - Раз вас тут так много, будете помогать мне практиковаться, у меня давно не было клиентов, а вам повезло. Получите услуги опытного эзотерика за даром. Питер наклонился к уху Николь и шепнул: - Она недавно увлеклась картами таро и всякими магическими штуками. Габи постелила на середину матраса небольшое шёлковое покрывало, рядом положила какие-то амулеты и зажгла свечи. Жестом поманила ребят поближе и им ничего не оставалось, кроме как усесться возле неë полукругом. ... Юра удобно угнездился на кровати, спрятав ноги под плед с книгой в руках. С момента ухода Николь прошёл уже час. Юра думал написать ей, убедиться, что всё хорошо, но она опередила его. Предупредила, что встретила старых знакомых и хочет провести с ними немного времени. Вернётся под вечер. Юра только пожал плечами и начал собирать свои и Володины вещи для поездки, пока тот болтает с мамой по скайпу, как вдруг до него дошло. Они дома одни. Причём надолго. До самого вечера. В животе забурлило от нетерпения. Сейчас самое время. Вот он уже 20 минут ерзает на кровати ожидая, когда же Володя освободится и поднимется к нему. Наконец с лестницы послышались шаги и Володина голова просунулась в дверной проëм. - Ты не спишь? - Нет, а должен? - Просто ты так притих. О, смотрю ты сумку почти собрал. - заметил Володя. - Да, там по мелочи осталось. Спрей от насекомых, шапки, перчатки... Володя полез на верхнюю полку шкафа в поисках спрея. А Юра тем временем бесстыдно разглядывал очертания его ягодиц, проступающие через ткань его домашних брюк. - Как мама? - поинтересовался Юра, неспешно стягивая с себя футболку и отбрасывая еë на пол. - Всё хорошо. Хвастается новой швейной машинкой и спрашивает, когда мы приедем еë навестить. - И что ты ответил? - Сказал, что мы ещё толком не знаем, но постараемся приехать летом. Когда у Николь начнутся каникулы. - бросил он через плечо, продолжая копаться в шкафу и не обращая внимания, на полураздетого Юру позади себя. - Кстати, они же с Ники даже не знакомы. - осенило Юру. - Надеюсь они поладят. - Мне кажется, что она зовёт нас к себе только чтобы увидеть Николь. - посмеялся Володя, так и не обернувшись. А Юра уже тихонько подкрался к Володе сзади. - Володь, - Юра подошёл вплотную и обвил его торс руками. - А помнишь ты мне кое-что обещал? От жара Юриной обнажённой груди по Володиной спине сразу прокатилась волна мурашек. Он почувствовал как заливается краской и уши начинают гореть. Прямо как в юности. Он развернулся к Юре и сразу наткнулся на алеющие губы, готовые сию же секунду впиться в него. Прохладные руки легли на талию и притянули поближе, так чтобы Юра оказался прижат к нему как можно плотнее. Если бы можно было слить их тела воедино, Володя неприменно бы так и сделал. Пылающие губы соприкоснулись в долгом жадном поцелуе, которое почти сразу переросло в возбуждение. В присутствии Николь приходится обходиться только мимолетным чмоканием, но видеть Юру каждый день и не иметь возможности насладиться его ласками - страшная мука. Тонкие пальцы зарылись Володе в волосы, а губы всё целовали и целовали, не желая отстраняться ни на секунду. Володя нежно уложил Юрину голову на подушку, а сам навис сверху, любуясь Юрой, уже запыхавшимся, с помутненным взглядом и припухшими от поцелуев губами. Волосы разметались по подушке, а руки поглаживают его спину плавными движениями. Володя снова потянулся к нему, желая ещё немного раззадорить Юру, но тот его остановил. - Погоди. Я хотел кое-что у тебя спросить. Володя замер в ожидании. Юра расценил это, как согласие и выпалил: - Можно я сегодня буду сверху? Володя аж опешил от такой просьбы. Не то чтобы она как-то его отталкивала, но лёгкую неуверенность вызывала. Единственный раз, когда Володя вместе с Юрой был снизу, это в далëком 86-ом, в их последнюю ночь под ивой. - Ты не подумай, я всегда могу быть принимающей стороной, и я всем доволен, просто... Мне хочется немного разнообразия. - залепетал Юра, заметив Володино сметение. - Я не настаиваю, ни в коем случае, и не принуждаю. Если ты откажешься, я всё пойму. Володя смутился. То, чем он сейчас собирался поделиться с Юрой, он не говорил никому и никогда, даже самому себе: - Юр, я полностью доверяю тебе. Дело в том, что каждый раз, когда я ложился под кого-либо, это не заканчивалось ни чем хорошим. Было больше противно, чем приятно. Грязно и грубо. - сказал Володя, и с каждым его словом, голос становился всё тише, а голова опускалась всё ниже и ниже. - Я не причиню тебе боли. - заверил его Юра. Каким-то образом понимая, что ему пытается сказать Володя. Разглядев в его глазах мимолётный испуг, Юра вытянул шею и чмокнул любимого в лоб. - И я бы хотел развеять твой страх, но только если ты позволишь. Володя поднял на него глаза, скрытые за прозрачными стеклами очков. Юра коснулся прядки чёлки на его лбу и потянул за душки. Очки были отложены на прикрыватную тумбочку и Володя без них стал ещё более смущенным и до невозможности красивым. Юра сел перед ним на колени и взял его лицо в ладони. Провёл пальцами по лбу и бровям, затем погладил щеку и спустился к губам. Володя склонил голову, подставляясь под незамысловатую ласку, и Юра почувствовал, как его мышцы постепенно расслабляются в его объятиях. - Я доверяю тебе. - еле слышно выдохнул он, когда Юра коснулся губами его шеи. Теперь Володя лежал на подушках, изнеженный и залюбленный. Футболка полетела на пол, к Юриной, от соприкосновений разгоряченных, соскучившись друг по другу, тел, Володю бросало то в жар то в холод, а Юра всë продолжал покрывать его поцелуями. Закусив кожу на шее, Володя чуть не подавился хрипом. Слишком долго он был обделён Юриной любовью. Володя прикрыл рот запястьем, стараясь сильно не шуметь и чуть не завыл от обиды, когда Юра прервался, чтобы убрать его руку с лица и заглянуть в глаза. - Я хочу тебя слышать, хочу знать когда тебе хорошо, а когда нет. Не нужно сдерживаться, договорились? - проворковал Юра, и его слова подействовали на Володю как гипноз. Он бездумно кивнул, позволяя внимательным карим глазам заколдовать его сознание. Он всё видел, но как будто ослеп. Каждая клеточка тела отзывалась приятным покалыванием, желая, чтобы еë погладили, поцеловали, сжали, царапнули.... Юра провёл языком от ярëмной впадины до середины груди. Поцеловал и принялся ласкать правый сосок, водя языком покругу и причмокивая. Володя шумно задышал, когда Юра втянул в себя кожу рядом с соском и, слегка надавив зубами, оставил там красноватую отметину. Будто заклеймил. Володя обожал это, обожал засыпать Юру засосами, но ещё больше любил, когда Юра сам оставлял на нём такие метки. Сам процесс так и дурманил воображение, что Володя невольно выгнулся на встречу. - Мне нравится, хочу ещё. - сдавленно просипел он, глядя на Юру, нахально стреляющего на него опьяненными глазами. И он продолжил. Сначала на груди, потом на животе, а затем неожиданно прильнул к шее. Володя рвано вдохнул. - Нет, не здесь, видно же будет... - но не успел закончить фразу. С его губ сорвался резкий стон. Юра ухмыльнулся и спустился чуть ниже к кадыку. Всё повторилось раз, затем другой и ещё и ещё пока вся Володина шея не покрылась красными пятнами. - А ты раньше не говорил, что тебе такое нравится. - удивился Юра, вытирая большим пальцем слюну с саднящих губ. - А ты раньше так на меня не набрасывался. - с улыбкой пропыхтел Володя. Сейчас Юра казался ему кем-то вроде суккуба-обольстителя. При желании он мог бы взять инициативу в свои руки и с лёгкостью повалить его на спину, но какая-то неведомая сила намертво приковала его к постели, не давая ни малейшего шанса на сопротивление. Юра тем временем спускался поцелуями всё ниже. Кожа в тех местах, где проходились его губы плавилась, щеки разгорались румянцем. Володя почувствовал как нестерпимо потянуло внизу живота. Он невольно поëрзал бëдрами от предвкушения, но Юра мягко приделжал его за талию. - Не торопись. Нам не зачем спешить. - донеслось до Володи из под собственных согнутых ног. Он откинул голову назад, уставившись в белëсый потолок. Юра ни за что ему не навредит, но... Но это проклятое "но" поселилось в нём тёмным сгустком ещё после первого раза с Игорем. Алкоголь в крови бурлил, замутняя разум. Володя помнил острую боль, свой приглушённый вскрик в подушку и как его не услышали. Его бросало по чертогам памяти, от одного болезненного воспоминания к другому. Юра оставил пару невесомых поцелуев на внутренней стороне бедра, заставив дрогнуть всем телом. Приятная покалывающая волна дрожи прошлась от самых кончиков пальцев до макушки, но сознание всё никак не хотело фокусироваться на "здесь и сейчас", отдавая предпочтение тому, что было тогда. Юра завозился у него между ног. Подложил подушку ему под поясницу, быстро нашарил где-то тюбик с лубрикантом и щедро смазал им свои пальцы, а затем осторожным движением прошёлся по промежности, отчего Володя ощутил скользкую влагу внизу. Прохлада быстро отступила и сменилась испепеляющим жаром. Володя прерывисто задышал, когда Юрин язык проскользил от основания члена до головки. Юра огладил его живот, бока и вдруг сомкнул губы на головке. Вобрал Володю в себя так глубоко и резко, что его чуть не подкинуло на матрасе. Глаза прекрыты запястьем, другая рука судорожно ищет, за что ухватиться и находит Юрину голову. Неосознанно Володя надавил ему на затылок, и почувствовал, как головка коснулась глотки. Юра поперхнулся и замычал. - Прости, прости пожалуйста. - попросил Володя сквозь рваные вздохи, и отпустил Юрины волосы, в попытке вернуть руку на простынь, но тот его остановил. Цепко перехватил запястье и вернул себе на голову. А затем, снова насадил себя на Володю, протолкнув внутрь один палец. Теперь движения стали более плавными, Юра ещё несколько раз медленно прошёлся по всей длине и с причмокиванием оторвался от Володи. За влажной губой потянулась тонкая струйка слюны и естественной смазки. - Ты как? Всё в порядке? - пропыхтел Юра, вытирая со лба испарину. - Мне продолжать? - Да. - шепнул Володя и почувствовал, как Юра добавил ещё один палец. - Нормально? - Да. - А так? Не больно? - Юра пошевелил пальцами внутри, оглаживая тугие стенки. Володя отрицательно замотал головой. - Эй, посмотри на меня... - Юра потянулся, чтобы убрать руку с его глаз, но Володя не стал сопротивляться и сделал как он просит. Юра внимательно оглядел его внимательным взглядом. - Думаю, мне стоит прекратить. Не стоит пока... - Нет, нет! - принялся отговаривать его Володя. Больше всего ему не хотелось расстраивать Юрочку, не хотелось чтобы он винил себя за этот вечер. Юра недоверчиво покосился на него: - Не похоже, что тебе нравится. Володь, если боишься так и скажи, я же всё пойму. - горячо выпалил он, стараясь то ли отчитать, то ли пожалеть Володю. - Мне нравится, и мне не страшно. Только если совсем немного... Юра уже открыл рот, но Володя не дал ему вставить ни слова. - Но меня пугаешь не ты, и не то, что ты делаешь. Я просто нервничаю и думаю о том, о чем не следует думать и из-за этого только сильнее нервничаю. - затораторил Володя на одном дыхании, стараясь не смотреть на Юру. Он боялся увидеть на его лице раздражение или огорчение, но ни того, ни другого не было. Было только глубокое понимание. - Тогда позволь мне продолжить, но если станет хоть немного больно, не замалчивай, а сразу говори мне. Ты точно готов? - озабоченно пролепетал Юра. - Да. - улыбнулся Володя. - Если тебе так слишком стеснительно, то можешь перевернуться на живот. - робко пробормотал Юра, явно испытывая чувство вины за то, что делает, но Володя отказался. - Я хочу видеть твоë лицо. - выдохнул он и потянул руку к Юре, ту самую, которой только что прикрывал глаза. Юра наклонился к нему, нежно провёл носом по щеке и лёгким поцелуем коснулся уголка губ. Ненадолго отдалился, проскользил томным прищуром по его раскрасневшемуся лицу и снова льнул к Володе. Язык с напором проник внутрь, проходясь ласковыми движениями по нëбу. Володя почувствовал, как что-то больно кольнуло его в груди. Юра такой хороший, такой добрый и осторожный. Он боится ему навредить, так старается ради него, а Володя тут строит из себя мученника. Разве стоит переживать из-за старых ран, от которых остались только зудящие где-то на подкорке мозга, воспоминания. То была совсем другая жизнь, блëклая и пустая. Юра бережно растягивал его изнутри, то и дело оказывая давление на самые эрогенные точки. Володя тихо постанывал ему в губы, жмурился, ëрзал от нарастающего желания. Хотелось больше Юры, больше его ласк, больше прикосновений. Но тот явно не торопился заходить дальше до тех пор, пока не будет уверен, что Володя полностью расслаблен. - Юр... - жалобно проскулил Володя. - Я уже готов, пожалуйста. - из его горла вырвался тяжëлый хрип. - Хочу тебя в себе. Юра разорвал поцелуй, внимательно всмотрелся в затуманенные серые глаза, коротко кивнул и мягко, почти целомудренно чмокнул его в уголок губ. Юра упëрся коленями в матрас, подмял под себя Володю. Огладил широкую, вздымающуюся грудь, прошëлся по натянутому животу и стиснул его бока. Мягкая кожа промялась под Юриными пальцами там где выпирали тазовые косточки. Он ощутил, как мучительно потянуло в паху и приставил головку к узкому кольцу сжатых мышц. Юра аккуратно вошëл всего на несколько сантиметров. Володя под ним замычал и повёл бёдрами. Юра наблюдал за его реакцией и не увидев на Володином лице ни малейшей тени боли, толкнулся в него до половины. С губ Володи сорвался острый стон. - Володь, посмотри на меня. - попросил Юра. - Ты в порядке? - Да. Продолжай. - выдохнул Володя, откинувшись на подушку. И Юра послушно толкнулся ещё раз, до конца, со свистом втянув воздух. Затем последовал ещё один толчок. И ещё. Володя ахнул и сжал в кулаках простынь так, что побелели костяшки, когда Юра, чуть сменив угол, задел сгусток нервов глубоко внутри его простаты. - Ещё раз! Вот там, да! Глубже, Юр.. - взвыл Володя, когда Юра ещё раз прошëлся членом по тому месту. Юра с силой толкнулся в Володю на всю длину, вдавив его в матрас. По всей спальне прокатился глубокий гортанный стон. Володе показалось, что у него полетели искры из глаз, когда Юра начал наращивать темп. Толчки становились всё мощнее, заставляя спинку кровати биться о стену, а их стоны всё громче и громче. Юра прямо сейчас находился у него под кожей, заполняя собой каждый свободный сантиметр его тела. Мокрые волосы падали на глаза, рот приоткрыт, в попытке ухватить хоть чуть-чуть кислорода. Володя почувствовал, как затряслись его ноги. Он прогнулся в пояснице, с громким стоном излившись себе на живот. Через несколько секунд вязкое тепло заполнило его изнутри и Юра припал головой к его груди. Чуть-чуть отдышавшись, Юра прошептал: - Я выхожу. - и получив короткий кивок в ответ, вытащил из него покрытый белëсой жидкостью, член. Володя притянул его за шею к себе, уложив рядом с собой на кровати. Потребовалась пара минут чтобы прийти в себя, и снова заставить разум проясниться. Юра притих у него под боком, а вскоре Володина голова незаметно для него, оказалась у Юры на плече. Сильные пальцы, которые только что сжимали его бëдра, теперь ловко убирали влажные прядки смоляных волос с глаз. - Всё хорошо? Как себя чувствуешь? - проворковал Юра ему в висок. - Ты самый лучший мужчина на свете. - пробормотал Володя вместо ответа, чувствуя, как дурацкая улыбка растягивает его губы. Юра чмокнул его в макушку, растрепав и без того взлохмаченные волосы, и потянулся за салфетками, чтобы вытереть живот Володи. - Спасибо. - проговорил он, перехватывая Юрину руку. Нагретые теплом своих тел, Юра и Володя чуть не задремали так, запыхавшиеся и голые. Юра очухался первый, потормошил Володю и напомнил, что уже скоро вернутся дети и будет неловко встречать их в таком виде. Володя лениво похлопал ресницами и перекатился на другой край кровати в поисках одежды. ... Николь беспристрастно наблюдала, как ловкие пальцы Габи перетасовывают колоду карт. Питер устроился рядом с ней и с нетерпением ожидал, что же карты скажут ему по поводу симпатичной одноклассницы, в которую он был влюблëн ещё с начала учебного года. Габи выложила на покрывало две карты: на одной Николь рассмотрела надпись "Отшельник", а на другой была изображена четвëрка мечей. - Не, не судьба дружище. - пожала плечами Габи. - Ты ей совсем не интересен, ей вообще никто не интересен. Сочувствую. Питер склонил поникшую голову и пробурчал: - Так и думал. - Да не расстраивайся ты так. Подумаешь девчонка! У тебя есть я. - попытался развеселить его Лукас, ткнув локтëм в бок. - То же мне, сравнил. - фыркнула Николь. - И вообще, ты чего из-за каких-то карт раскис? Неужели веришь в эту чепуху? Габи сощурилась и принялась сверлить еë лоб взглядом: - Чепуха говоришь? Сейчас посмотрим, ты как раз последняя осталась. Она закрыла глаза, перемешала карты и выложила две сверху колоды. - Ого! - воскликнула Габи, растянувшись в ехидной ухмылке. - Да у тебя оказывается есть тайный поклонник! Все остальные в один голос замычали, уставившись на выпавшие карты. Верховная Жрица и Рыцарь Пентаклей. Николь состроила скептичную гримассу. - И как ты это поняла? - Я спросила про твою личную жизнь. Жрица указывает на тайну, а это.. - она ткнула нарощенным ногтëм в карту с рыцарем на чёрном коне. - Сигнификатор твоего ухажёра. - Бред. Нет у меня никакого поклонника, что это за слово вообще? Мы вроде не в 18 веке живëм. - продолжала ворчать Николь, скрестив руки на груди. - Да ладно, прикольно же иногда помечтать. - донеслось до неë из-за собственного плеча, где притаился Руди. - Я не мечтаю о тайных поклонниках. Ты - может быть. Я - нет. Лукас и Питер тихонько захихикали. Габи закатила глаза. ... - Странная она, эта Габи. - задумчиво протянул Рудольф, когда они уже подходили к дому. - В плане? - не поняла Николь. - Ну, колоритная она личность. Эти готические наряды, стрелки до ушей и ногти, которыми, как мне кажется, убить можно. Николь пожала плечами: - Ну есть немного. Я очень быстро устаю от еë болтавни, слишком экстравертная для меня. Руди хихикнул и перекинул дорожную сумку на другое плечо. В доме горел свет, за занавесками то и дело мелькали тени. Чем ближе они подходили к калитке, тем больше Николь ощущала приливы спокойствия. Как будто весь этот участок был погружëн в безопасный вакуум, где ей не нужно заботиться ни о холоде, ни о голоде, ни об опасностях. Ключ щëлкнул в дверной скважине и в нос тот час ударил аромат пряностей. Володя хозяйничал на кухне. - Ой смотрите, кто вернулся, блудные дети! - делано воскликнул Юра, высовывая голову из кладовки. - Где вас черти носили? - Простите, мы встретили старых знакомых и немного увлеклись. - ответил Рудольф, вешая их куртки на крючок. - Увлеклись чем? - Гаданием на таро. - равнодушно отозвалась Николь. - Мне нагадали тайного поклонника. Юра многозначительно присвистнул. - Ты это слышал, Володь? Николь нагадали ухажëра. - Какого ещё ухажëра?! - вскинул брови Володя, вышедший поздароваться с ребятами. - Да нет у меня никакого ухажëра, хватит! - громко заявила девочка, покраснев от стыда. Володя с Юрой перекинулись парочкой смеющихся взглядов, и снова занялись своими делами. Володя указал куханной лопаткой на Николь, прежде чем снова скрыться на кухне. - Ладно, идите в комнату. Тебе, юная леди, ещё надо вещи собрать. Я вас позову на ужин. Ребята кивнули и вскоре скрылись на втором этаже. Юра побросал на диван пару ветровок, походные стулья и несколько пенок. Взял это всё в охапку и потащил в багажник машины, где уже лежали приготовленные спальники и палатки. Он внимательно перепроверил список необходимых вещей, чтобы убедиться, что ничего не забыл и, удвлетворëнный проделанной работой, бодро направился к Володе. Тот в свою очередь уже выкладывал куриное филе, обжаренное в специях, на тарелки с рисом, и Юра пользуясь моментом, подкрался сзади, чтобы обнять со спины, и залезть руками под футболку. - Юра! Ты что делаешь?! - прошипел Володя, когда ловкие пальцы добрались до соска. - А на что это похоже? - хитро улыбнулся он. - Ну-ка прекрати сейчас же! - Ну мне тебя мало. - жалобно простонал Юра. - Они не выйдут ближайшие полчаса это точно, а если выйдут - мы услышим. В его глазах снова блеснула та игривая искорка, от которой Володино сердце всегда пускалось галопом. Юра медленно прижался своими губами к его и когда Володя уже не мог ему не ответить, принялся неспешно опускаться перед ним на колени. Провёл ладонью от груди по животу до паха, где уже твердел бугор набухающего члена. Володя почувствовал, как с него стаскивают домашние штаны прямо вместе с бельëм. Он опëрся руками о столешницу и приготовился окунутся в рискованное наслаждение, как вдруг в дверь постучали. Юра раздосадованно нахмурился, пробормотав: - Ну кого там принесло в ночи? Володя мигом натянул штаны обратно и последовал за Юрой к входной двери.