Цветущий май

Юра пригладил растрëпаные волосы и приоткрыл входную дверь. Володя маячил где-то за спиной, также необрадованный названным гостям. Когда дверь открылась, Юра увидел молодого парня. Чёрные кудри с одной стороны прикрывают лоб, с другой зачëсаны к уху, нос длинный и горбатый, как у ворона. Стесняется, кусает обветренные губы, пальцы теребят верëвочки на конце шарфа. Синяки под глазами и абсолютно чёрная радужка делают его взгляд особенно мрачным, да и вид у него такой нелюдимый, что даже подходить не захочется. Юра на секунду впал в ступор из-за явного чувства дежавю, а потом вдруг осознал, кто стоит на пороге его дома и почувствовал, что закипает изнутри. Это был один из тех хулиганов, которые напали на Николь и Руди! Юра нахмурился, челюсть напряглась, а рука сильнее сжала дверной косяк. - Здравствуйте, я Маркус. - хрипловатым басом представился парень. - А Николь дома? - парень встретился глазами с суровым взором Юры и, опустив глаза, откашлялся. - Можно с ней поговорить? Володя выглянул из-за плеча Юры и окинул парня недобрым взглядом. - Тебе нельзя. И только попробуй к ней хоть на метр приблизиться, я тебе голову оторву. - пригрозил Володя. Парень стушевался ещё сильнее, но уходить явно не собирался. - Пожалуйста, позовите еë, я хочу извиниться! - продолжал настаивать он. - Сначала ударил, а теперь извиняться прошёл? - прогремел Юра, свысока глядя на парня, а тот всё не унимался. - Я еë не трогал! Я бы никогда девочку не ударил! - выпалил он. - Я знаю, что моë поведение отвратительно и я не имел права приходить сюда, но раз я здесь, то не уйду, пока не извинюсь. Большего я не прошу. Юра и Володя переглянулись. Володя кивком намекнул ему отойти в сторону, и Юра прикрыв дверь наклонил к нему голову. - Мне волнительно. Ничего хорошего из этого не выйдет. - прошипел он. - Я знаю, знаю, всё это очень странно, но его слова звучали очень убедительно. Думаю нужно дать им возможность переговорить наедине. - задумчиво протянул Юра. - Наедине!? - возмутился Володя. - А если он опять на неë нападëт? - Он сказал, что не трогал еë. - Мало ли, что он сказал?! - О чëм шепчитесь? - раздался позади них девичий голос. Мужчины одновременно вскинули головы. Николь и Руди замерли на лестнице с озадаченным выражениями лиц. Юра робко шагнул вперëд. - Ники, милая. Там за дверью стоит мальчик. Маркус. Он хочет... - Маркус?! - воскликнул Рудольф. - Тот самый? Ну погоди, я ему сейчас рожу то начищю. - пригрозил он и уже было шагнул вперëд, но Николь оттянула его назад за локоть. - Стоять. - приказала она ему, а затем повернулась к опекунам. - Чего хочет? - Поговорить. Извиниться вроде как. - пробормотал Юра. Николь насупилась, задумчиво поиграла бровями, глядя на дверь. И пожав плечами, сказала: - С меня не убудет. - и сделала пару шагов к двери, но путь ей преградил Володя. - Николь. Не ходи, я переживаю, а вдруг он снова навредит тебе, а нас не будет рядом. Подумай. - нервно попросил он. Николь отчëтливо видела, как тень пробежала по его лицу, и вдруг поняла, чем может быть череват этот разговор. В прошлый раз еë упекли в дом временного содержания и чуть не отобрали у единственных людей, которые когда-либо по-настоящему заботились о ней. Юра стоял чуть поодаль и царапал ногтями костяшки пальцев, однако, Маркус в тот день поколотил одного только Рудольфа. И хоть она и понимала, что не следует идти на поводу у своего эго, но отказаться от извинений из уст столь заносчивого ублюдка, как Маркус, она не смогла. В конце концов, что может случиться? Она у себя дома, на своей территории. Сложно назвать еë положение уязвимым. Скрипнула дверь, Николь шагнула на деревянное крыльцо, отдающее глухим стуком по еë шагами. Маркус бродит от одного края дорожки к другому, и услышав посторонний шум, вскидывает голову. - Я тебя очень внимательно слушаю. - равнодушно глядит на него Николь. Маркус остолбенело пялиться в ответ и неуверенно начинает: - Я хотел извиниться, за тот случай. Понимаешь, у меня просто не было выбора, я... - Ах выбора у тебя не было, бедный ты несчастный. - скривилась Николь. - Ты избил моего друга, оскорбил мою семью, оскорбил меня, а теперь пришëл в мой дом и просишь понять? У тебя всё с головой в порядке? - Я не умел по-другому, и я правда сожалею! - выкрикнул Маркус. Николь оторопела от такого всплеска эмоции, и выдержала молчаливую паузу, вынуждая Маркуса продолжить. - Я всю жизнь был с ними. С Карлом и Гансом. Даже когда мы были детьми, мы всегда были вместе. Чем старше мы становились, тем упорнее Ганс показывал своë превосходство и заставлял ему подчиняться. Я думал, что без его покровительства я никто. Боялся стать очередной мишенью для издëвок. Мне никогда не хотелось над кем-то измываться, и я бы ни за что не поднял руку на девочку... Теперь я понял, каким был трусом. Маркус замолчал, избегая смотреть Николь в глаза, а та усиленно пыталась распознать в них ложь или скрытую угрозу. Но видела в них только изнеможение и глубокое отчаяние. Маркус был похож на грустного щенка, которого отругали за сгрызаный ботинок хозяина. - Странный ты человек. - задумчиво протянула Николь. - И чего именно ты хочешь? Маркус недоумëнно уставился на неë. - Ты извинился, можешь считать, что извинения приняты, так чего не уходишь? Или ты только за этим сюда пришëл? Маркус всковырнул носком ботинка камешек на бетонной дорожке и, подняв на неë наконец чёрные глаза, тихо проговорил: - Это будет странно, если я позову тебя выпить где-нибудь кофе на неделе? Николь удивлëнно вскинула брови: - Да, это будет очень странно. - И почему же? - Ты назвал моих отцов пидорами. - Я на самом деле не считаю их такими мерзкими, как говорил. Мне стыдно. Но за это я уже поплатился. В челюсть ты мне нормально так прописала. Я кажется язык насквозь прокусил. - ухмыльнулся Маркус. Николь почувствовала как сама расплывается в незатейливой улыбке. - На выходных меня не будет. - констатировала она. - Это значит нет? - Это значит да. В среду. 18 часов подойдëт? - Ага, дашь свои контакты. Николь издала тихий смешок, Маркус тоже заулыбался. Она спустилась с крыльца к нему на встречу и забрала из его рук мобильник. Пока она вбивала свои цифры ему в список контактов, чувствовала как Маркус сверлит взглядом еë висок и улыбается. От такого пристального внимания в ушах начало пульсировать и щеки залились краской. Николь всучила ему телефон обратно. Маркус смотрел всё так же внимательно, пробегаясь глазами по всем видимым чертам еë лица. Николь кивнула, и начала медленно отдаляться. Маркус стоял на месте, будто не желая уходить до тех пор, пока Николь не скроется за дверью. Обменявшись последним зрительным контактом, он показал жест созвона, вытянув мизинец и большой палец. Николь ответила ему тем же медленно прикрыла за собой дверь. Оказавшись внутри, Николь выглянула в гостиную и заметила прилипших к окну Юру и Володю. Рудольф сидел на диване хмурой тучей, ещё чуть-чуть и молнии из глаз полетят. - Он ушёл. - объявила Николь. Юра и Володя повернулись к ней встревоженные лица. Николь аж сморщилась. - Прекратите так смотреть, ничего же не произошло. - Николь, солнце, нам всë-таки неспокойно, пообещай, что больше не будешь с ним общаться. - встревоженно сказал Володя. Николь немного замешкалась. Оглядела своих опекунов с ног до головы и нервно сглотнула, Юра с Володей будто резко постарели. Нет, нет. Она не может поступить так с ними. Не может сказать правду. А за чувством жалости сразу накатило чувство вины. Николь смутилась, когда это еë мучила совесть за обман? Она лгала всю жизнь, но впервые делала это, переступая через себя. - Хорошо, я обещаю. Во рту появился горьковатый привкус желчи. ... - Ты солгала. - то ли спросил, то ли заявил Рудольф, как только за ним захлопнулась дверь комнаты. - С чего ты взял? - У тебя на лице написано. - отрезал он. - Объясни, в чëм дело. Николь вздохнула. Ужин прошёл скромно. Повисшее в воздухе напряжение после внезапного визита Маркуса испортило всё воодушевление от предстоящей поездки. - Мы поболтали. Он извинился, рассказал кое-что и вроде как, пригласил на свидание. - коротко ответила Николь, убирая с письменного стола тетради и карандаши. - Что прости? - усмехнулся Рудольф. - Он позвал меня на свидание, я согласилась, что тебе не понятно? - уже более уверенно ответила Николь. - Ты это не серьезно. - Я серьёзно. Рудольф злобно посмеялся: - Да ну нахер, бред какой-то. Что это он такое тебе наплëл, что ты сочла свиданку с ним отличной идеей? - Рудольф, это личное, тебе это знать необязательно. - ровным тоном ответила Николь, стараясь сдерживать накапливающиеся раздражение. - Тебе напомнить кто он? Это он отхерачил меня за школой до кровавого мяса на лице, он один из тех психов, что требовал с нас деньги, он... Николь оборвала его на полуслове. - Я знаю! И он сожалеет. А теперь позволь мне самой с этим разобраться. Всё-таки он пришёл ко мне, а не к тебе. Рудольф недовольно фыркнул, и Николь почувствовала как от него исходят волны злости. Она вытащила из ящика стола батончик "Twix" и помахала им у Руди перед носом. Виновато потеревшись щекой о его плечо, всучила ему ему одну половинку в прямо руку. - Прости, я не хочу тебя обижать, но разве тебе самому неинтересно узнать, что из этого получиться? - неловко улыбнулась она и Рудольфу ничего не оставалось, кроме как принять извинения. ... Юра постучал к ним в комнату ровно в 6 утра. Рудольф пускал слюни на подушку, негромко посапывая, а Николь разлеглась на кровати звездой, закинув на него руку и ногу. Потрепав их обоих по растрëпанным волосам и получив в ответ только несвязное мычание, Юра распахнул шторы, пролив на ребят рассветные лучи. Рудольф и Николь взвыли от яркой вспышки света, съëжившись в одеяле. - Эй, сони-засони, вставайте. Мы завтракаем и выезжаем, в 7:30 уже должны быть в машине. - бодро заявил Юра. Николь села на кровати и почесала взъерошенную макушку. - Сейчас придëм. - сквозь зевок промямлила она. - Завтрак готов, умывайтесь! - крикнул Юра из коридора. Николь посмотрела на Рудольфа, который кажется успел заново отрубиться. Пару раз тыкнула его в бок, а затем принялась тормашить из стороны в сторону, чтобы тот соизволил хоть немного разлепить глаза. Рудольф, обмякший, словно труп, не реагировал на еë попытки привести себя в чувства, подпрыгнул на матрасе только тогда, когда Николь принялась щекотать его рëбра. С шипением он попытался перехватить руки подруги, которые то и дело вырывались и снова обрушивали на него волну щекотки. Рудольф навалился на неë всем весом, прижав руки к матрасу, но тут же оказался пинком скинут на пол. Рудольф, обессиленный и поверженный распластался по ламинату, не желая вставать. - Если ты и сейчас уснëшь, я наступлю тебе на яйца. - пригрозила Николь и, опустив босые ноги на пол, прошлëпала к двери. Руди не стал рисковать и испытываться судьбу, поэтому вскоре нагнал еë на лестнице. А дальше приведение себя в порядок, быстрый завтрак, погрузка сумок и рюкзаков в багажник. Возбужденная Герда носится вокруг хозяйских ног и нетерпеливо потявкивает. Юра проверил наличие поводка и вскоре машина уже на всех парах колесила загород. Николь планировала ещё немного вздремнуть в машине, но стоило им отъехать от города, как она уже не могла оторвать взгляд от проносящихся мимо пейзажей. Поля и луга, окрашенные солнечным золотом, стаи птиц в ясном небе и одинокие полузабытые фермы, оторванные от городской суеты своей безмятежностью и гармонией. Видно, как пастбища пестрят чёрно-белыми пятнами коровьих боков и как длинноногие кони взмахивают хвостами. Любопытная Герда так и норовила высунуть морду из окна машины, и Николь, чуть отодвинувшись, позволила ей встать передними лапами на свою ногу и выглянуть в открытое окно. Юра оглянулся на них и засмеялся, увидев, как смешно у Герды на ветру развиваются уши и язык. Володя за рулëм поглядывал в зеркало и тоже тихонько посмеивался. Проехав последние одинокие загородные дома, Володя свернул на шоссе, с которого открывался чудесные вид на Боденское озеро. Слепящие утренние блики плясали золотистой рябью на водной глади, а в самой дали едва виднелись верхушки Альпийских гор. Николь завороженно прилипла к окну, любуясь стремительно меняющимися пейзажами и лишь изредка отвлекалась на храп Рудольфа. Герде надоело еë развлечение и она мирно улеглась на полу за Володиным сиденьем, а Николь вскоре тоже начала скучать без еë компании. Взгляд пал на спящего товарища, она перегнулась через подлокотник и потрясла Руди за плечо. Тот резко вскинул голову и осоловело оглядел машину, будто на секунду забыл, где находится. - Ты всё проспишь! - возмутилась она. С водительского сиденья до неë донеслось: - Ники, дай парню поспать, нам ещё долго ехать. Да и тебе не помешало бы отдохнуть часок. Николь глянула на пассажирское место, Юра тоже дремал, откинув голову на дорожной подушке. Володя посмотрел на неë через зеркало и, усмехнувшись, пояснил: - Он не выносит ранние подъëмы. - А я привыкла спать мало. - пожала плечами Николь. - Мы заметили, тебе бы не помешало наладить режим сна, всё-таки скоро учёба начнётся. - Кстати, что в итоге делать со школой, куда я пойду? - неожиданно спросила Николь, застав Володю врасплох. Ещё несколько дней назад Юра предложил школу с уклоном в изобразительное искусство. Такая в Констанце всего одна, но зато какая! Находится в исторической части города. Само здание школы раньше было городской библиотекой, потом к ней пристроили ещё одно здание с лекционными аудиториями и просторными классами, а через несколько десятилетий библиотека превратилась в полноценную школу. Интерьер и фасад здания обновили, привели в порядок, чтобы учëба там стала комфортнее и продуктивнее. Юра специально съездил туда на экскурсию, поговорил с директором и тот с радостью согласился организовать для Николь вступительные экзамены. Школа, понятное дело не государственная, а частная. Плата за обучение не слишком высокая и главные сомнения у мужчин вызывали вовсе не деньги, а то как сама Николь отнесëтся к этой затее, ведь озвучить еë никто так и не решился, до этих пор... Володя вдруг почувствовал, что настал тот самый момент и снова взглянул на зеркало. - Слушай, Ники. Я не хотел говорить без Юры, но раз уж ты спросила... - он покосился на спящего Юру. - Что ты скажешь, если мы предложим тебе школу с художественным уклоном? Девочка молчала, тупым взглядом сверля его затылок, поэтому он продолжил: - Юра был там, разговаривал с администрацией, тебе там понравится. Многих скучных предметов, таких как химия, физика гораздо меньше, чем в обычных школах. Они заменены на профильную живопись, рисунок... Я честно говоря, не очень в этом силëн, но Юра остался доволен. Может стоит попробовать? Съездишь, посмотришь своими глазами, что скажешь? - спросил Володя, снова переводя взгляд на девочку, она всё также не менялась в лице. Володя даже начал переживать, когда молчание затянулось. Как вдруг Николь неожиданно выпалила: - Случайно не гимназия имени святого Стефана? - Да, она... - Я там с младшей школы мечтала учиться. Смотри. - Николь перегнулась в багажное отделение, отыскала там свой рюкзак и, немного покапавшись, вытащила свой самый большой скетчбук. Зашелестели страницы. Долистав до нужной, Николь протянула руку через Володино плечо, так чтобы он мог видеть рисунок, не оборачиваясь. Посередине страницы среди крохотных зарисовок, красовалось то самое здание из красного кирпича с чёрными оконными рамами и кованными воротами. - Да это она. - кивнул Володя. - Ты часто там бываешь? - Часто. Вернее постоянно. Каждый раз, когда гуляю одна, так или иначе дорога приводит меня к этой гимназии. Мне нравится сидеть там на каменном заборе сквера напротив и наблюдать за учениками. - мечтательно улыбнулась Николь. - Значит ты согласна? - робко уточнил Володя. - Если честно, я тебе не верю. - Почему? - Не знаю. Просто не вериться, что ты говоришь это на яву. Вдруг ты просто разыгрываешь меня. - Но я не вру. Я бы никогда не стал так жестоко шутить над тобой. - заверил еë Володя. Николь оставалась на удивление спокойной, но Володя всеми фибрами души чувствовал, как девочка боится поверить в их доброту. Но очень хочет. Она пристально вглядывалась в его затылок, словно пыталась заглянуть ему в голову и найти там подтверждение его слов, а Володя не знал, как доказать ей серьёзность их с Юрой намерений. - Ты ведь не откажешься? - с опаской спросил он. - Юра очень старался, чтобы договориться с директором по поводу вступительных экзаменов посреди года. Обещай хотя бы подумать. - Но учиться там дорого. - пыталась возразить Николь, но тут же встретилась с нахмуренными бровями Володи в отражении зеркала. - Ты - наш ребëнок. Тебе не нужно думать о деньгах, потому что мы, как опекуны должны о тебе заботиться, и если учеба в той гимназии сделает тебя счастливее, значит так тому и быть. Подумай, ладно? - Ладно. - тихо кивнула Николь и откинулась в кресле, а потом вдруг снова нагнулась к Володе и спросила: - А как ты ещё раз меня назвал? - Нашим ребёнком... Думаешь я тороплю события? - смутился Володя. - Нет. - Николь растянула губы в очаровательной улыбке, какой Володя раньше никогда на ней не видел. - Тогда можно я буду звать вас папа Володя и папа Юра? Володя почувствовал, как теплеет под сердцем. - Я был бы счастлив. ... Дорога начала постепенно отдаляться от прибрежных склонов, глубже в зелëные ковры полей. Чайки, некогда догонявшие их машину, остались позади, солнце слепило глаза, заставляя невольно погружаться в сладкую негу. Сном это назвать нельзя, но блаженным трансом, вполне. Николь чувствовала, как рядом ворочается Руди, изредка пиная еë ногами в бок, как просыпается Юра и что-то бормочет спросонья. Вскоре на пути стало попадаться всё больше и больше деревьев, пока машина окончательно не свернула в лес. Юра потянулся, зевнул и глянув на время объявил: - Ого, так мы уже почти подъезжаем. Это получается, я всё проспал? Володя тихо хихикнул, поглаживая его колено одной рукой. - Выспался хоть? - Ага, ты сам то не устал столько ехать? - поинтересовался Юра, на что Володя покачал головой: - Нет, я же привык рано вставать, к тому же, мы сюда отдыхать приехали, успею ещё выспаться. Руди тоже зашевелился, снова пнул Николь, заставив остатки сна окончательно покинуть еë. - Ну не пихайся. - возмущённо простонала она, стукнув Рудольфа по бедру. Тот пробормотал извинения и вытянувшись в кресле, посмотрел в окно. Вокруг был просто лес, изредка мелкали на встречной полосе другие машины. Дорога начала постепенно уходить в гору, а оказавшись на самой вершине, Володя окликнул их: - Смотрите, дети. Николь и Руди уставились в лобовое стекло и уронили челюсти. С высокого холма было видно пригорки салатовых лугов, разделëнных тёмными полосами перелесков. Кое-где проглядывались редкие домики, а в дали рядом с лесом можно было увидеть озеро. То самое, на берегу которого они собирались расположиться. Проехав ещё несколько километров до озера, машина свернула в глубь леса, где уже был скромный проезд, облюбованный другими туристами. Летом здесь гораздо люднее, но сейчас никого кроме пары одиноких рыбаков они не встретили. Юра высмотрел небольшую поляну, прямо возле берега озера, где был удобный песчаный спуск к воде и достаточно свободного от деревьев места, чтобы разбить там лагерь. Юра выгружал из багажника их вещи: походный стол, стулья, спальные мешки, а Володя показывал ребятам, как правильно расставлять палатку. Они внимательно слушали его, любопытно наблюдая за движениями его рук. Совместными усилиями, палатки были поставлены, правда Рудольф, пока втыкал колышки в землю, умудрился погнуть парочку. Всё-таки их навыки кемпинга требуют более усердной корректировки. Когда основная часть работы была завершена, Юра расставил стол, начал разбирать пакеты с посудой, Володя отправил детей за ветками для костра, а сам пошёл на поиски упавших деревьев, которые можно пустить на дрова. - Тебе помочь? Не хватало тебе тут ещё спину сорвать. - крикнул Юра ему вслед. - Нет уж. Я разве просто так в зал хожу. - отказался Володя, и гордо отправился в гущу леса, прихватив с собой топор. Юра покачал головой, но спорить не стал. Натаскал воды из озера, сполоснуть руки, и принялся нарезать бутерброды. Пока копался в пакетах с запасами провизии, уже придумал, чем побаловать трудяг на обед. Вскоре из чащи послышался весëлый хохот, Руди и Николь тащили в руках по охапке веток настолько здоровых, что лиц было не разглядеть. Свалив всё в одну кучу, они оглядели результат своей работы, отряхнулись и подбежали на зов Юры, как только услышали слово "перекус". Вместе с ними примчалась и Герда, которая всё это время не могла оторваться от изучения новой местности, а теперь жалобными глазками-бусинуами выклянчивает у хозяина кусочек колбасы. - Где там Володя застрял? - подумал Юра, как вдруг за спиной послышались чьи-то тяжёлые шаги. - Лëгок на помине. Володя показался из-за кустов, тащя на плече здоровенное дерево, не слишком толстое, но достаточно высокое, чтобы уместить на себе как минимум трëх таких вот Володь. - Боже ж ты мой. - ахнул Юра и рванулся помогать Володе, игнорируя попытки отогнать его в сторону. Юра подхватил дерево с другого конца и помог Володе донести его до основного склада древесины. - Как много вы натаскали. - улыбнулся Володя, вытирая испарину со лба. - Молодцы! Николь и Руди засияли, прямо как Герда, когда ей чешут живот. - Ты перед кем тут выделываешься? - продолжал ворчать Юра на русском. - Я и так знаю, что ты в прекрасной форме, а им я думаю это ясно не хуже. - Юра кивком указал на детей. - Ну может я перед тобой красуюсь. А может просто хочу, чтобы ты берëг руки от тяжёлой работы. - закатил глаза Володя и потянулся было к Юре за поцелуем, но то отвернулся. - Тоже мне. Я что, похож на неженку? - Эй, а можно на немецком? - раздался голос Николь, которая внимательно следила за их слегка интимным разговором. - Прости, дорогая. Я просто ругаю своего мужа за хваставство. Володя снова закатил глаза и протянул руку к Юриной, чтобы накрыть ей своей и переплести их пальцы. - Может мне тоже начать учить русский... - пробормотала Николь так, как ей казалось, никто не услышит. Но услышали все. Три пары глаз недоуменно уставились на неë в ожидании пояснения. - Ну я просто подумала, что было бы хорошо, чтобы вам не нужно было постоянно говорить на немецком в моëм присутствии. И чтобы мы лучше друг друга понимали... - уже не так уверенно пробормотала Николь в полголоса. Юра с Володей переглянулись. - Ники, нам не сложно говорить на немецком рядом с тобой. Но если ты правда интересуешься русским языком, мы поможем тебе, чем сможем. Но не стоит себя заставлять только из-за нас. - мягко произнёс Володя. - А что, русские классики славятся на весь мир! - метко подметил Руди. - И музыка у них что надо. - Спорим сейчас про Цоя или Короля и Шута скажет. - шепнул Юра, наклонившись поближе к Володиному уху. Тот захихикал, и как и предсказывал Юра, Рудольф принялся расхваливать русский рок, размахивая руками и изображая игру на воображаемой гитаре. Взволнованная этим шумом Герда начинает весело лаять, привлекая к себе внимание детей. Те подскакивают со своих стульев и начинают носиться по поляне с палкой, которую переодически бросают собаке. Юра наблюдая за всем этим, ощущает невиданное ранее чувство особого умиротворения. Будто исполнилась его самая заветная мечта, о которой он раньше и думать не смел. Володя, кажется, разделял его чувства, самозабвенно глядя на играющих с Гердой ребят. Протянув руку к Володе, они переплели мизинцы и наконец выдохнули. Самое страшное было позади. .... После скромного обеда из варëной картошки и жареных на костре сосисок было решено немного прогуляться по лесу. Места здесь оказались и в самом деле необыкновенными. Яркое солнце прогревало, всё ещё прохладную после зимы, землю и с каждым днëм воздух становился всё теплее. Юра шагал под руку с Володей и с наслаждением прислушивался к симфонии леса. К щебету птиц, шелесту листьев и скрипу старых стволов, покачивающихся на ветру, к барабанной дроби дятла и хрусту веток под ногами. - Знаешь, мне предложили участие в новом проекте. - сказал он Володе, наблюдающему за вышагивающими впереди ребятами. - Ты же только-только сдал свой прошлый заказ, не думал немного отдохнуть? - немного обеспокоено поинтересовался он. - Я сначала думал отказаться, но режиссёр уговорил меня подумать немного, и сейчас ужасно благодарен ему за это. Сценарий очень многообещающий, я бы хотел поучаствовать, но побоялся, что не справлюсь. Мне не часто приходиться работать в таком жанре. - Ну-ка ну-ка, а про что фильм? - спросил Володя. - О мальчике лет шестнадцати и его двух друзьях, подруге детства и однокласснике. Все они из неблагополучных семей и в один прекрасный день решают сбежать из дома. Они собирают вещи в рюкзаки, накопленные сбережения у сбегают в альпийские края под покровом ночи. Драма, грусный фильм конечно, но очень чувственный. Как приедем, сразу напишу режиссёру, что я согласен. Володя довольно улыбнулся, обрадованный тем, что Юра не загружает себя скучной рутиной, а получает настоящее удовольствие от своего любимого дела. Только вот одно беспокоило его с того самого дня, когда он последний раз говорил с мамой по скайпу. Хоть Володя ничего конкретного не сказал, мама уже настроилась на их визит летом. Николь может быть будет заинтересована поездкой в другую страну, а вот Юре от одной мысли о паре недель в Украине становиться дурно. Володя и сам не горит никаким желанием тащить Юру туда, где гомофобия и косые взгляды на долгие долгие месяцы выбили его из колеи. Слишком свежими были воспоминания о Юриных муках в период депрессии. - Юр, а помнишь мама говорила, что хочет с нами повидаться? - будто бы невзначай упомянул Володя. - Помню. Но, Володь... Если честно, я так не хочу лететь в Харьков. Я просто боюсь что...- просипел Юра, но Володя не дал ему закончить фразу. - Я знаю, знаю. Я бы ни за что не заставил тебя ехать туда снова, мой дорогой. Поэтому хотел предложить маме приехать к нам на пару недель. Ты не против? Юра тот час просиял, из глаз брызнули морщинки, а на щеках появились очаровательные ямочки. - Конечно же нет! Я буду рад еë увидеть. Да и ей самой у нас понравиться! - воскликнул Юра. - Спасибо тебе большое, ты не представляешь, как я благодарен. Юра потерся своей щекой о колючую щеку Володи, заставляя его зажмуриться от удовольствия и крепче сжать его пальцы. От нежностей их отвлëк вопль Руди где-то впереди. Они синхронно подняли головы и увидели Николь, которая держит Герду за ошейник, и Рудольфа с гримассой неподдельного ужаса на лица. Мужчины поспешили к ним. - Что случилось? - спросил Юра, первым подбежав к ребятам. - Рудольф случился. - фыркнула Николь и указала на довольно крупного чёрного ужа, вальяжно пересекающего дорогу. - Увидел змею и чуть на дерево не залез со страху. - А вдруг она ядовитая! - взвизгнул Руди. - Вроде бы взрослый парень, а так испугался простого ужа. - хохотнул Юра. - Они не ядовитые, уж поверь мне. Николь вручила удивленную Герду Володе, подошла к змее и бесстрашно взяла его в руки. Рудольф издал ни то хрип, не то стон, а Николь совершенно спокойно позволила змее проползти по еë рукам. - И ничего он не страшный, очень даже милый. - Ники, отпусти бедного ужа на землю, пускай ползëт по своим делам. - хихикнул Володя. Николь послушно отнесла змею в траву и вернулась, отряхивая джинсы от налипшего на них мха. - Ты просто нечто! - восхищённо покачал головой Юра. ... К вечеру в лесу стало заметно холодать. Они с Рудольфом оставшейся врямя для ужина посвятили обустройству их палатки. Надули матрас, разложили спальники и побросав в угл рюкзаки, провалялись в своëм небольшом убежище до самой темноты, болтая о пустяках и не только. Рудольф всë пытался распрашивать еë о Маркусе, но никаких вразумительных ответов не получил. Николь всë повторяла ему, что собирается просто встретиться с ним и ничего больше. Пока. От скуки пришлось таки выползти из уютной палатки на вечернюю прохладу. Усевшись у потрескивающего костра, накрывшись пледами можно было так просидеть до утра, жуя картошку на углях и закусывая плавленными зефирками, но Юра вдруг подскочил с кресла с многозначительным "О! " и потопал в сторону машины. Немного покопавшись в багажнике, он вернулся обратно уже с гитарой. - Ты и на гитаре играешь! - изумлëнно вскинула брови Николь. - Конечно! Тебе многого не известно о моих талантах. - посмеялся Юра, проверяя натяжение струн. - И на чëм ещё? - принялась допытывать Николь. - На трубе. - ответил Юра, и провёл пальцами по струнам. - А я бы хотела на скрипке научиться. - мечтательно вздохнула Николь, провожая взглядом, вдымающиеся к небу, искорки. - Это можно устроить. - сказал Володя. - В той школе есть дополнительные кружки, и игра на музыкальных инструментах в их числе. Юра тут же уставился на него в непонимании, когда это он успел пропустить предложение о художественной гимназии. Так что Володе пришлось пояснить. - Я рассказал Николь о наших планах. В машине, пока вы спали. Прости, что без тебя, но момент был очень удачный. Николь не согласилась, но и не отказалась. Я дал ей время на раздумья. Поражённый такой новостью Юра беспомощно открывал и закрывал рот, переводя взгляд с Володи на Николь и обратно. - Вообще-то я уже всё обдумала. И согласилась. Сначала про себя, а теперь вслух. - совершенно спокойно проговорила Николь, разглядывая танцующие языки пламени. - Правда?! Ники... - Кажется ты правильно поступил, что рассказал без моего ведома. Я бы весь извелся от нетерпения! - воскликнул Юра, и обогнув костëр, сгрëб девочку в объятия. - Тебе там понравиться, обещаю. - Спасибо. Пап... - Николь обняла Юру в ответ, аккуратно сложив голову ему на плечо. Вновь удивлëнный Юра, отпрянул от Николь, держа еë за плечи и заглянул ей в глаза, где плясали жëлто-огненные искорки. - Ну-ка признавайтесь, как много ещё я проспал?!