Я не могу...

Он всегда стремился жить, всегда. Несмотря на все препятствия, преграды и трудности он продолжал жить дальше, улыбаясь судьбе своей безумной улыбкой. И он уж точно никому и ни за что не позволил бы так просто посадить себя за решётку, тем более, он бы ни в жизнь не сдался бы сам, если бы не она… Но сейчас, сидя в тесной одиночной камере Айзек Фостер ни о чём не жалеет. Главное — что с ней всё в порядке (?)…

***

Сидя в своей камере, он практически всегда был погружён в свои мысли и воспоминания о ней: о побеге он даже и не думал, зная, что всегда сможет сбежать, если убедиться, что она жива и здорова. Ради неё он готов на всё…

***

Кто же знал, что такая хрупкая и казалось бы невинная девочка с мёртвыми глазами сможет изменить его — серийного убийцу, унёсшего несчислимое количество жизней? Да, пусть она на самом деле и оказалась не такой невинной, как казалось на первый взгляд, но их тандем был действительно непобедим: её ум и хладнокровность вкупе с его силой и выносливостью помогли им преодолеть все трудности и преграды на пути к их выходу из того здания «Ангелов», коими они не являлись. Хотя, раз уж им двоим не были чужды переживания друг за друга, они вполне могли сохранить свою человечность, несмотря на все свои грехи. Разве это не показатель их ангельской непорочности и чистоты? Или же они всё-таки Ангелы Кровопролития, разрушающие всё на своём пути? Об этом им и предстоит подумать, но уже там, на свободе…

***

Сбегая в день приговора, Фостер и не предполагал, что в багажнике той же полицейской машины, из которой ему удалось сбежать, окажется и его верная коса, починенная и почищенная сотрудниками правоохранительных органов. В тот день Фортуна явно была на его стороне: благодаря одному из копов, ему удалось узнать, в какой психушке держат ту, ради которой он впервые пожертвовал чем-либо. Тем более собственной свободой, больше которой ценил разве что свою жизнь. Но с дня их первой встречи Айзек понял, что готов, не думая пожертвовать ею ради неё… Именно поэтому, спустя пару часов после побега из тюрьмы, он успешно пробирается на территорию психбольницы и безошибочно определяет нужный корпус, по пожарной лестнице которого карабкается, рискуя свалиться, но совершенно об этом не думая. Вскарбкавшись наконец на карниз второго этажа, маньяк посмотрел вниз, тут же подумав, как будет спускаться вместе с девушкой на руках, но быстро отогнал эти мысли: «Сначала надо найти её, а потом уже расуждать, как выбираться будем!». Впрочем, нашлась блондинка быстро: заглянув во второе по счёту окно, Зак сразу понял, что это она. Невольно залюбовавшись спящей обладательницей голубых глаз, он даже забыл про время. Впрочем, быстро опомнившись, Фостер размахнулся косой и одним резким ударом выбил и решётки и стекло с рамой, а после уселся на корточках прямо на подоконнике. От резкого звука битого стекла Рейчел проснулась, и если бы не сидящий на подоконнике Зак, она бы смело назвала это пробуждение самым худшим в своей жизни, но теперь он был рядом, а значит — всё хорошо. Ветер развевал копну его чёрных, словно вороново крыло, волос, освобождённых из-под капюшона его уже ставшей ей родной бурой кофты, насквозь пропахшей кровью, его гетерохромные глаза горели жизнью, а обновлённая коса как и всегда лежала на его крепком плече. Теперь всё будет по-другому…