Холод и вкус теплой пищи

Кулаками упершись в дно, он поднял пыль, и вода чуть помутнела. Он схватил кувшин — причину пьяных душевных терзаний — и, еще не пустой, выкинул его со всей силы прямо в озерце. Кувшин потонул с характерным всплеском и бульканьем. — Хочу! Хочу больше всего на свете, — продолжая сидеть на коленях, кричал Ши Цинсюань. — Пусть все будет именно так и никак иначе! «Хочу. Хочу. Хочу. Хочу безмерно, всей душой, сердцем, телом, разумом, да всем, что у меня есть!», — он кричал внутри, весь горя от мыслей. Сзади к нему кто-то подбежал, но Цинсюаню не было дела. Он ныл, полностью погрузившись в себя, и ему вообще не хотелось ни с кем разговаривать, только лечь под бескрайним небом, озаренным звездами и луной, и дождаться дождя, чтобы он смыл все раздумья. Холодная рука коснулась плеча мужчины, и, намокшего от брызг воды, его пробрало мурашками, отчего пришлось невольно повернуться. Носом он уткнулся в грудь, закрытую плотной черной тканью, медленно поднял голову и встретился взглядом со слегка ошарашенным Хэ Сюанем. Черновод выглядел растерянным. Ши Цинсюань схватился крепко за его одежду и, развернувшись полностью, упал прямо в объятия демона, всхлипывая. — Что случилось? — голос Черновода звучал низко и тревожно; он боялся коснуться Цинсюаня, и руки его были разведены в стороны. — Почему ты… — Хэ-сюн! — протяжно заскулил мужчина, и демон встал в ступор от подобного обращения. — Я не должен был уходить, прости! Прости меня, я просто хотел поговорить с Его Высочеством. Есть вещи, которые я не могу сказать тебе, прости, пожалуйста. — Сколько ты выпил, Цинсюань? — спросил Черновод, наконец осмеливаясь аккуратно положить руки на плечи Цинсюаня, отчего казалось, что они оба слились в черно-бело-бирюзовый комок. — Немного, правда, — он отпрянул от Хэ Сюаня и постарался пальцами показать, но никак не мог определиться. В итоге он только помотал головой. — Ну, может чуть больше… Хэ Сюань, промолчав в ответ на неудачную попытку Ши Цинсюань оправдаться, мягко и проворно подхватил его на руки. Кивнув куда-то в сторону, он пошел к городу. Все глазели на Черновода, беспечно несшего на своих руках мужчину. Но как только они чувствовали на себе его обжигающе ледяной взгляд, сразу отворачивались, тихо шушукаясь между собой. Могущество Демона Черных Вод, хоть и задолжавшего их градоначальнику денег, выходило за пределы территории чертога Сумрачных вод. Все демоны низкого ранга боялись Непревзойденных, потому как последние жестоки и беспощадны, иначе не смогли бы выжить в горе Тунлу. Ши Цинсюань обмяк на руках Хэ Сюаня и чуть ли не спал. Ему, несмотря на мертвецки прохладное тело демона, было достаточно тепло от вина, еще не потерявшего свой эффект. Мужчина спрятал заплаканное лицо в волнистых прядях, и никто не мог понять, что случилось с гостем Призрачного города. Кто-то думал, что Черновод поймал его и ударил так, что тот потерял сознание; кто-то считал, что Черновод подобрал мужчину, когда тот уснул. Никто не мог понять, что Ши Цинсюань сам отдался в его руки и предоставил себя Хэ Сюаню. Он знал, что демон ничего не сделает. Он знал, что Хэ Сюаню можно доверять, что тот донесет его и оставит отдыхать. В сознании Цинсюаня все смешалось из-за алкоголя, и теперь, когда предмет его грёз оказался в непосредственной близости, он не мог чувствовать себя счастливее. Не до конца отдавая отчет о своих действиях, Цинсюань лениво потянулся к лицу Черновода и провел ладонью от скулы до ключиц, скрытых ханьфу. Последний, казалось, не возражал и давал себя трогать беспрепятственно. За пару минут Демон Черных Вод прошел расстояние от конца города до Дома Блаженств, чтобы начертить ровно заклинание Сжатия тысячи ли, и как только они достигли двери, Ши Цинсюань даже подумать не успел, как Хэ Сюань переступил порог комнаты своего гостя. Он усадил мужчину на кровать и тот сразу завалился назад, утягивая Хэ Сюаня за собой. Застигнутый врасплох, он упал рядом, едва не придавив Цинсюаня. — Хэ-сюн, — Цинсюань повернулся к нему и посмотрел в лицо. — Ты знаешь, что у тебя глаза такие же, как и воды в твоем чертоге? Черновод смутился таким комментарием и фыркнул, отворачивая голову в противоположную сторону. Тогда Ши Цинсюань, словно обидевшись на него, мигом приподнялся, закинул ноги на кровать и завис над Черноводом так, что пряди его щекотали щеки демона. Он, надув губы, пристально вглядывался, и все ближе и ближе наклонялся к лицу демона. Хэ Сюань беспокойно забегал глазами по Цинсюаню, слегка приоткрыв губы. Он не нуждался в дыхании, но тогда Ши Цинсюаню показалось, что оно у него замерло. Повелитель Ветров остановился всего в паре-тройке сантиметров от губ демона, и, широко улыбнувшись, мгновенно поднялся, громко расхохотавшись. — Хэ-сюн, — он снова упал рядом, подперев щеку рукой, — я тебе говорил, что ты красивый? — Мне не говорил, — взгляд Черновода посуровел и он, будто вспомнивший что-то чрезвычайно обидное, резко поднялся. Цинсюань, быстро среагировав, схватил его руку и прижался, наваливаясь всем телом. Он тихонько, чтобы можно было едва расслышать, прошептал: «Не уходи». Демон застыл на месте, и его длинные черные распущенные волосы оказались во власти Повелителя Ветров, поэтому он принялся их гладить и делить, плетя невероятно маленькие косички. Прямо как раньше. Когда они были чиновниками Верхних Небес. Когда Хэ Сюань был Мин И. — Тогда я говорю тебе сейчас, — мужчина улегся головой на колени Черновода лицом вверх, чтобы разглядывать его. — Ты красивый, Хэ-сюн. — …Спасибо, — прошептал тот в ответ, склонив голову. Он держал Ши Цинсюаня за руку и гладил тыльную сторону ладони с невообразимой нежностью и смотрел бездонными глазами на него. На беззащитного, полностью в его власти человека, который так наивно и по-детски доверяет ему, что это не могло не трогать. И Ши Цинсюань бы непременно заметил, как на него смотрит демон, если бы не провалился в сон. С утра голова болела, и Ши Цинсюань едва смог раскрыть глаза через силу. Все тело было вялым и усталость словно пригвоздила мужчину к постели. Он судорожно вспоминал вчерашние события, которые казались сном в бреду. Наконец опомнившись, он быстро вскочил и уселся на кровати, оглядываясь. Черновода и след простыл — только мятая простынь с другой стороны от Цинсюаня. Повелитель Ветров заснул, будучи при параде, но наутро на нем не осталось ни одной заколки, шпильки, ленты. Верхние одежды были аккуратно сложены, а украшения мирно красовались на столике рядом с гребнем. «Что я натворил! Как посмел так поступить?! Нет мне прощения. Так еще молодой господин Хэ позаботился обо мне. Ой, а не наговорил ли я вчера чего лишнего? Как знать…», — корил он себя мысленно, расчесывая волосы и готовясь выйти из комнаты как только оденется. Потянувшись к двери, он несколько раз отдергивал руку, прежде чем наконец со вздохом ее открыть. В это время как раз проходил мимо Вэй Фан. Он сразу поприветствовал Цинсюаня. — Молодой господин, вы проснулись вовремя! — кивал он, пытаясь повести его с собой. — Вода готова, а стол скоро накроют. Мы уж думали вас будить, но хозяин запретил. «Не мудрено. После такой пирушки с вином любому следует проспаться», — поддакивал Цинсюань мысленно, держа рот на замке. Не мог же он сказать, что вчера напился до такой степени, что не может толком вспомнить, как снова очутился в чертоге Сумрачных вод. Ему, определенно, было тепло на душе, что Черновод продолжает к нему так относиться, но сейчас он не может быть уверен в том, что заслуживает такого обращения. Вчерашняя ночь была слишком туманной и Ши Цинсюань не мог отличить, было ли видение, будто Черновод позволял ему играться с собой и спускал шалости, а после уложил его спать, продолжая быть рядом до того момента как мужчина уснул, на самом деле произошедшим событием или просто плодом его разгоряченного алкоголем воображения. — Я, пожалуй, не буду завтракать сегодня, — Ши Цинсюань постарался увильнуть от возможной встречи с Хэ Сюанем. — Я не голоден. — Вы тоже, молодой господин? — Вэй Фан обиженно понурил голову. — Эх, сначала хозяин отказался, теперь вы. И куда девать столько еды? Надо спросить хозяина. «Неужели он решил пропустить завтрак? Так на него непохоже. Только бы это было не из-за меня. А вдруг он не захотел встречать меня сегодня, поэтому отказался? Ну вот, все моя вина!», — он молчал, плотно сжав веки и слепо идя за Вэй Фаном. Ши Цинсюань теперь в каждом жесте Черновода искал причину винить себя. Для него был неприемлем факт того, что он поступил так некрасиво по отношению к своему другу, а тот все продолжает благосклонно к нему относиться. Выйдя из купальни с еще мокрыми волосами, Цинсюань, одетый в свое любимое ханьфу и окруженный приятным ароматом, последовал в огромный зал, где каждый день скучал от безделья. Сегодня ему, из-за его выходки, не видать людского города, с чем он быстро смирился. Но и Хэ Сюаня нигде не было видно, и поэтому Повелителю Ветров оставалось лишь горько вздыхать, читая книжки из библиотеки Черновода или лениво потягиваясь на кушетке, мучая себя беспрерывным потоком мыслей. Сегодня они не давали ему покоя, из-за чего ему казалось, будто голову раскалывают и крошат на мелкие частички, мешая собрать все воедино и определиться с чувствами. С одной стороны, он все-таки хотел встретиться с Хэ Сюанем и обговорить то, что случилось ранее, чтобы не возникло недопонимания, а с другой стороны… С другой стороны он не осмеливался заглянуть ему в глаза после поступка, а теперь еще и сам Демон Черных Вод как будто его избегает, отчего Ши Цинсюаню становилось не легче. Больше он не мог лежать и, гонимый мыслями, побрел по коридорам. Он изучил в резиденции Черновода все, поэтому больше расположение комнат для него интереса не представляло. «Как быть? Отправился в Призрачный город за советом, а теперь мне нужно их еще больше! Что за ерунда? Почему всегда все так сложно? Я не хочу, чтобы наши с ним отношения ухудшились, но не могу поверить в то, что он делает все это ради меня. Брат, скажи, ты же сейчас наверняка блуждающая душа, так что поведай мне, о чем мыслит Хэ-сюн, пока меня нет. Ох, прости, что за чепуху я спрашиваю. Только не гневайся, брат, я просто не знаю, к кому теперь обратиться за помощью», — начал свой внутренний монолог Ши Цинсюань, бесцельно гуляя по громадному дворцу, — «Раньше у меня был ты, Лин Вэнь, да даже генерал Пэй! Потом появился Наследный принц. И всегда у меня рядом был М… Хэ Сюань. А теперь? Теперь нет никого: ты больше никогда не ответишь мне, Лин Вэнь и генерал Пэй остались там, Его Высочество не может помочь с таким, а Хэ Сюань не должен узнать об этом, иначе всему конец! Может, стоит все-таки поверить домыслам Его Высочества? Но разве это может быть правдой? Если все окажется не так, то я буду выглядеть как дурак, как самое наивное дитя в мире! А потом молодому господину Хэ не захочется со мной общаться, и снова я буду вдали от него, совсем один, без родной души. Так, хватит распускать нюни! Я взрослый мужчина, который умеет твердо принимать решения и справляться с последствиями! Пойду и поговорю с ним, извинюсь… А потом как пойдет. Но поговорить с ним я должен в обязательном порядке». По пути ему встретилась Гуан Цай, которая, видимо, только что убрала все со стола. Ши Цинсюань спросил у нее местоположение хозяина и она указала ему на покои. Цинсюань, подойдя к дверям, предварительно постучал. Ответа не последовало, поэтому Повелитель Ветров, со словами «Простите, молодой господин Хэ» зашел в комнату. Но там оказалось пусто. Совсем. Даже намека на Черновода не было. Будто бы он испарился. Ши Цинсюань прошелся от угла к углу и, убедившись, что Демона Черных Вод действительно не оказалось на месте, поспешно вышел. Он крикнул имя Гуан Цай, и та скоро появилась на горизонте вместе с Вэй Фаном. — Вы звали, молодой господин Ши, — она заглянула ему за спину, но дверь а покои оказалась затворена. — Хозяин что-то попросил? — Гуан Цай, ты уверена, что он там? — спросил мужчина и оба демона переглянулись в недоумении. — А как иначе? Я ему только что отчитывалась, что стол в обеденном зале убран, и спрашивала, будет ли он трапезничать в следующий раз. Я как раз встретила вас на своем пути после того, как он закрыл эту дверь за собой, — она указала на комнату хозяина. — Неужели его не оказалось на месте? — Но хозяин не сказал нам, куда направляется, разве мог он уйти просто так? — Вэй Фан скептически отнесся к неожиданному уходу Черновода из дворца. — Так странно. Хотя, и такое тоже случается, поэтому нам следует просто его дождаться. — Молодой господин, Вэй Фан прав, — заметив смятение и недоверие на лице Цинсюаня, сказала она. — Наш хозяин, бывает, гуляет сам по себе, не сказав нам и двух слов. Не стоит беспокоиться о пустяках, он вернется. — И все же я о нем волнуюсь, — осознав, что только что сказал, он залился краской, скрестил руки на груди, изображая уверенность, и сменил тему. — Кстати, а молодой господин Хэ собирается обедать? — Он, вроде, отказался, — она пожала плечами. — Похоже, что хозяин не в настроении. «Давненько я не видел его не в настроении. Настолько, что даже есть отказывается! Ох, ужас какой. Надо бы убедиться, что все в порядке, но… как? Сейчас никто в его резиденции не знает, где он, значит, и я подавно», — горестно вздыхал Ши Цинсюань. Ему оставалось только сидеть и ждать возвращения Черновода, ушедшего беспричинно в такую рань без предупреждения. И он ждал. Выйдя за порог дворца, Ши Цинсюань решил прогуляться по берегу. Когда он в первый раз за неделю оказался за пределами помещения, то он радостно бегал и скакал вокруг Хэ Сюаня. Но теперь ему это место показалось чуть более мрачным. Холод, тоска, безмятежность — все это могло бы быть синоним к сочетанию слов «Обитель Черновода». Но что-то в этом сумраке, в этой пустоте и неестественной спокойности нравилось Ши Цинсюаню. Чертог Сумрачных вод был точь-в-точь как хозяин, и Повелитель Ветров, осознав эту схожесть, перестал бояться вновь оказаться в этом месте. Это дом Хэ Сюаня. Хэ Сюань хорошо относится к нему. Ши Цинсюань хорошо относится к Хэ Сюаню тоже. Не было причин для страха, только воспоминания о дне, который никак не сотрется из памяти при всем желании. Раздумывая о том моменте, когда Черновод показал себя на пике жестокости и беспощадности, Цинсюань все задавался вопросом: «Почему он не убил меня?». Ведь Повелитель Ветров, по сути, тоже являлся причиной страданий демона, но он пощадил его. Даже более того — переосмысливая все намеки Черновода, Ши Цинсюаня осенило, что тот всеми способами старался оградить его. Но Цинсюань не послушал. Возможно, что Хэ Сюань делал все это по старой дружбе, а может, у него настолько высоки моральные ценности, что он решил признать Цинсюаня невиновным, бросаясь едкими и острыми словами. Бродя по берегу, Ши Цинсюань вглядывался в море. Тихое, гладкое — оно было крайне спокойным, что приносило Ши Цинсюаню умиротворение. В воде блеснуло что-то белое. Сначала Цинсюань не придал этому значение, но потом этого «чего-то» стало больше. Все чаще оно мелькало под водой, грозясь вынырнуть на поверхность. Маленькое, разбросанное, летящее стаями. «Оно» будто приближалось к Цинсюаню. Тот поморщился, хотел было бежать подальше, но вспомнил, где находится. «Молодой господин Хэ контролирует эту территорию, поэтому ничего опасного тут быть не должно. Но что же это плавает? Осколки? Камни? Нет, все не то», — думал Повелитель Ветров, решась приблизиться к воде и рассмотреть нечто, привлекшее его внимание. «Оно» не плавало на мелководье, а чтобы внимательно разглядеть, что же это, надо было быть максимально близко. Цинсюань побоялся ступать в воду — живых на плаву она не держит. «Ох, но если оно не живое… Мне стало еще интересней. Я, конечно, скорее всего не должен лазать по владениям Черновода без разрешения, но вдруг это что-то важное, а его нет на месте!», — найдя себе оправдание, он все-таки захотел изучить нежить, что принесло волнами.