Тысячи злых духов выстраиваются в очередь, чтобы признаться мне

Вдоль стен с облупившейся штукатуркой стекли мутные тени, постепенно собираясь в демонический лик призрака. Жуткая гримаса ухмыльнулась, будто повторяя сценарий вчерашней ночи, но в этот раз что-то, казалось, неуловимо изменилось в примитивном наброске призрачного лица. Кривая усмешка утратила львиную долю своего самодовольства, а бегающий взгляд отчасти стал затравленным и неуверенным. Заметив призрака, девушка обратилась к нему: — Сестрица, почему ты не убила никого из этих людей прошлой ночью? Разумнее было бы поглотить чужаков, чтобы освободиться от проклятия. Призрак погрузился в напряжённое молчание, а затем с неохотой объяснил: — Среди этих людей был тот, в ком он заинтересован. Я не могла этого сделать. Девушка немедленно изменилась в лице, в её широко распахнутых глазах теперь плескался суеверный страх. Она явно боялась даже одного упоминания существа, слетевшего с уст призрака. — Те, на ком лежит грех, неминуемо понесут наказание, — продолжал тем временем призрачный лик. — Чужаки всё равно не смогут уйти. Возможно, они... нет, он сможет изменить эту прогнившую деревню. ............ ...... По дороге к дому старосты людей не оставляло ощущение, что атмосфера в селении оказалась куда более гнетущей, чем им показалось накануне вечером. Свинцовые тучи плотной завесой заволокли небо, не оставляя ни намёка на проблеск ясного солнца, воздух стал неподвижным и спёртым, пока плотный саван белёсого тумана окутывал окрестности, будто заключая жителей в неприступную тюрьму, откуда не было выхода. Те немногие местные жители, повстречавшиеся им на пути, обладали нездоровым землистым цветом лица, а чужие похудевшие, измождённые тела оставляли неприятное ощущение, что в деревне господствует эпидемия инфекционной болезни. При этом сами жители деревни чужаков избегали, с нескрываемым отвращением на лицах они уступали им дорогу, шарахаясь, как от прокажённых, а после провожали долгими неприязненными взглядами, разве что пальцем не показывали. Кто-то из студентов попытался вызвать полицию, но сигнал мобильного телефона стал слабым, а Интернет-соединение практически полностью пропало, не позволяя открыть даже стартовую страницу поиска. — Чёрт возьми, что за хрень здесь происходит? — Надеюсь, что глава деревни сможет нам помочь… Деревенский староста жил в самом отдалённом конце селения, и, чтобы добраться до его дома, приходилось пройти через туннель, проложенный в горах. В туннеле царила кромешная темнота, вереница людей продвигалась чуть ли не наощупь, и местным жителям, шагающим впереди их импровизированной колонны, приходилось высоко держать факел, чтобы осветить путь. Свет пламени вспорол темноту, и тени сплелись в причудливом танце на иссушенных временем и стихией сводах. В дрожащих отсветах огня удалось рассмотреть множество вырезанных фресок на каменных стенах. Окинув взглядом выбитый на камне рисунок, Гу Уцзи узнал общий план деревни. Несмотря на то, что сейчас селение было практически заброшено, оно казалось довольно большим. Семь мест на схеме деревни, как на карте, были помечены крестами… Если слухи о проводимых в деревне жертвоприношениях соответствовали правде, то эти места отмечали семь принесённых жертв. Однако, вопреки ожиданиям, отметки располагались не на территории сельского кладбища. Кресты стояли над домами, в которых до сих пор проживали люди. Одна из меток стояла над крышей дома, в котором они провели прошлую ночь. Достаточно было вспомнить внезапную и трагическую смерть супружеской пары этим утром, и даже те, кто никогда не верил в существование проклятий, невольно вспоминали о бытующей в селении странной легенде. Ян Шао, увидев отметины на фреске, сразу догадался, что их выбор места для ночлега не был обусловлен стечением обстоятельств или же простым совпадением. В настройках квеста уже было заложено то, что им придётся провести ночь в этом доме, хотели они того или нет. Смерть супругов, должно быть, стала следствием того, что печать, много лет назад наложенная на деревню, ослабла, поэтому призраки людей, которых когда-то принесли в жертву для того, чтобы установить защитную печать, явились в этот мир, чтобы отомстить! Это говорило также о том, что охранный щит селения уже понёс значительный урон, и если эти бреши в скорейшем времени не залатают, все, кто сейчас находятся в деревне почти со стопроцентной вероятностью здесь же и погибнут. Ян Шао не удержался от тягостного вдоха. Ещё неизвестно, чего им ждать от мстительного духа, когда печать окончательно спадёт. Разумеется, настройками локации вряд ли будет предусмотрена смертельно опасная ситуация, из которой не удастся найти выход, поэтому, каким бы могущественным ни был призрак, у игроков будет время, чтобы спастись... С этими мыслями Ян Шао перевёл невесёлый взгляд на своих товарищей по команде, которые после потери памяти стали бесполезны, как пятая спица в колеснице, и вновь горестно вздохнул. Что-то ему подсказывало, что никакой помощи от других игроков ждать не приходилось. Если ситуация станет совсем безвыходной, он, не колеблясь, пожертвует кем-то из них. Разглядывая фрески, Ян Шао не оставлял без внимания окружающую обстановку, и от него не укрылся изменившийся взгляд Гу Уцзи. Хотя в это было сложно поверить, но, похоже, даже лишившись воспоминаний, Гу Уцзи пришёл к тем же выводам, что и он... Обычный человек, ставший свидетелем таких жутких событий, станет испытывать лишь суеверный ужас перед явлениями, которые никак не поддаются объяснению. Тут уж не до поисков истоков происходящего. Возможно, в действительности Гу Уцзи мог стать гораздо более страшным соперником, чем ему показалось в самом начале! Гу Уцзи к этому моменту уже успел прийти к своим собственным выводам и упрямо развивал построенную теорию. Он всерьёз подозревал, что всё происходящее стало результатом тщательно спланированного заговора против Ян Шао, устроенного членами семьи с целью лишения его наследства, поэтому в упреждение главного удара следовало подготовиться заранее! Слухи о проклятии и страшных смертях пошли в деревне достаточно давно и, вероятно, сейчас кто-то умело использовал их в своих целях. Похоже, у членов семьи Ян действительно длинные руки, а сердце твёрдое, словно камень, если для достижения своих целей они не гнушаются даже тем, чтобы лишать жизни ни в чём неповинных людей. Причина, по которой в деревне неожиданно пропал сигнал мобильной связи, тоже, по-видимому, заключалась в том, что члены известной семьи потянули за нужные ниточки. От этой мысли всё внутри Гу Уцзи похолодело. Юношу охватило дурное предчувствие, предвещающее, что вскоре им предстояло столкнуться с огромными неприятностями. Ещё немного поразмыслив, он пришёл к выводу, что о подобных вещах не следует говорить публично, чтобы предотвратить всеобщую панику. Спустя без малого четверть часа задумчивые люди, каждый витая в собственных мыслях, медленно вышли из пещеры. Без проводника из местных жителей отыскать дом деревенского старосты было бы практически невозможно. Бревенчатая хижина стояла вдали от просёлочных дорог в узкой расщелине двух горных утёсов, окружённая каменными стенами. Весь двор утопал в тенях, падающих от раскидистых еловых лап, отчего вокруг царил прохладный сумрак, и стояла непривычная тишина. Сам дом тоже производил пугающее впечатление. Брёвна сруба ссохлись от времени, фундамент изрядно покосился, а стены от основания до самой крыши покрывали беспорядочно развешанные бумажные талисманы… Если бы студентам уже не было известно, что это дом главы деревни, можно было бы с лёгкостью принять это место за алтарь поклонения какому-то жуткому божеству. Гу Уцзи попытался расспросить сопровождающих их местных жителей, но те при любом упоминании странного дома в испуге отшатывались от юноши, не осмеливаясь даже заговорить об этом. Один из провожающих толкнул покосившуюся дверь, которая отозвалась протяжным жалобным скрипом, и вся процессия вошла в дом. Внутреннее убранство гостиной оказалось неожиданно нормальным. Хотя обивка диванов давно выцвела от времени и заметно поизносилась, а краска на столешницах облупилась, вся мебель, по крайней мере, выглядела довольно современной. Навстречу гостям вышел высокий и статный мужчина средних лет, представившийся старостой. Когда глава селения увидел, как толпа местных жителей чуть ли не под конвоем привела путников в дом, он немедленно велел отпустить всех, а затем принёс публичные извинения. — Прошу простить этих людей за невежество, мы много лет прожили в изоляции от внешнего мира и не привыкли к чужакам. Официально прошу у вас прощения за это недоразумение, но, поверьте, они не желали ничего дурного. С видимой неохотой жителям деревни пришлось сменить гнев на милость и сквозь зубы принести скупые извинения. — Должно быть, жуткое происшествие с двойным самоубийством изрядно напугало вас, приношу свои искренние извинения, — с горестным вздохом продолжал деревенский староста. — Сказать по правде, эта супружеская пара давно вызывала опасения. Они всегда держались особняком и вели себя очень замкнуто, и мы часто задумывались о том, чтобы забрать оттуда бедную девочку... Кто бы мог подумать, что они покончат с собой. — Но я слышал, как кто-то из жителей упоминал о том, что не нужно было трогать могилы, а также обмолвился, что предок встревожен… Что тут происходит? — не удержался от вопроса Дуань Хунбо. — Это всего лишь старая легенда этой деревни. Всё дело в том, что некоторое время назад несколько заброшенных могил, за которыми давно никто не ухаживал, переместили из-за необходимости проложить дорогу. Это вызвало нешуточные споры среди жителей, — посетовал староста. — Что касается предка, то это наше божество. Бог, в которого издавна верили в нашей деревне. Но не стоит упоминать о нём всуе, иначе рискуете вызвать гнев жителей. Поэтому лучше вам более не поднимать этот вопрос. Как и ожидалось, в столь отдалённой от цивилизации деревушке люди по-прежнему руководствовались пережитками прошлого и оставались до крайности суеверны. — Что вы говорите? Пропали ещё два человека? — староста деревни озабоченно нахмурился, услышав новость о пропаже телохранителей. — Безусловно, это повод для беспокойства. Не волнуйтесь, я непременно попрошу жителей отправиться на поиски. Леса вокруг деревни дремучие, и людям, не знакомым с местными тропами, в них легко заблудиться... За последние годы в округе уже не один путник сгинул. В ходе разговора глава деревни также поведал, что когда-то его направили на эту должность из городского центра, чтобы помочь жителям деревни выбраться из нищеты. Для этих целей они развернули полномасштабную рекламную кампанию, собираясь использовать некоторые из существующих легенд в качестве местных достопримечательностей для развития туризма. Но на каком-то этапе многообещающий на первый взгляд план основательно забуксовал, к тому же бóльшая часть молодого поколения к этому времени уже покинула отчий дом для того, чтобы получать высшее образование в крупных городах. Теперь староста возлагал свои надежды на приехавших в деревню студентов, рассчитывая, что их исследования помогут сформировать более современный и позитивный образ сельской жизни в глазах городского населения. — Если вы твёрдо намерены покинуть деревню, я отправлю кого-нибудь проводить вас до города. Однако в ближайшее время в селении ожидается важное событие, нам будет сложно обойтись без мужских рук, поэтому нелегко кого-то выделить в проводники, — староста смущённо почесал кончик носа. — Вы бы очень нас выручили, если бы смогли на какое-то время задержаться. В качестве извинений, ручаюсь, что жители деревни возьмут на себя все расходы по вашему жилью и питанию, а также предоставят любую информацию о наших деревенских обычаях. Во время своей пылкой речи деревенский староста излучал неподдельную искренность и почти отеческое добродушие, чем невольно расположил к себе слушателей. По толпе пронёсся вздох облегчения, и студенты, недолго думая, согласились на просьбу главы деревни. Их недавнее желание как можно скорее покинуть это место оказалось немедленно забыто. В конце концов, они потратили немало с трудом заработанных средств на то, чтобы добраться в эту покинутую всеми богами деревеньку. Теперь, когда путники пришли к полному взаимопониманию с главой селения, никаких проблем возникнуть не должно. К тому же, остальные жители с этих пор настроены оказывать им содействие во всём, было бы глупостью отказаться от такого шанса. Заметив разительные перемены в настроении товарищей, Ян Шао ни капли не удивился. В конце концов, это был сверхъестественный мир, а не просто обычная затерянная в горах деревушка. С того самого дня, когда они переступили её границы, они уже прокляты. Система не позволит им покинуть деревню до тех пор, пока квест не будет разгадан. Да и этот деревенский староста тоже был весьма странным... Со стороны он, возможно, и выглядел, как обычный человек, но пока мужчина говорил, он ни одного раза не моргнул, а в моменты, когда думал, что на него никто не смотрит, его зрачки вспыхивали багряными всполохами. С ним явно было что-то не так. Стараясь не привлекать лишнего внимания, Ян Шао попытался незаметно осмотреться в доме старосты, надеясь первым узнать, что на самом деле произошло в этой деревне. Гу Уцзи тем временем продолжал придерживаться мысли, что всё происходящее в селении — заговор против Ян Шао, а главная его цель — уберечь товарища от козней собственной семьи. Оставалось только гадать, был ли деревенский староста также подкуплен этими влиятельными людьми. С этими мыслями юноша обратился к главе селения: — Живёт ли в деревне молодой человек, который ходит с зонтиком? Пожалуй, можно сказать, что он довольно привлекательный. Для старосты слова Гу Уцзи прозвучали подобно грому среди ясного неба. Мужчина невольно отшатнулся, будто увидел призрака, и лишь неимоверным усилием воли устоял на ногах. Лихорадочно делая вид, что не понимает, о чём идёт речь, едва шевеля непослушными губами, мужчина пробормотал: — Где ты его встретил? — Я видел его прошлой ночью возле дома, — ответил Гу Уцзи. — Должен сказать, я немного обеспокоен психологическим состоянием этого человека. В конце концов, он вёл себя довольно необычно. Ян Шао, услышав это, не знал, плакать ему или смеяться. Если ты находишь время озаботиться душевными переживаниями призрака, так лучше побеспокойся о собственной жизни! По-прежнему потрясённый глава деревни наконец взял себя в руки. Прочистив горло, он нарочито небрежно заметил: — Отчасти ты прав. Этот несчастный часто бродит по деревне, витая в облаках. Повстречав, лучше не беспокойте его попусту и обходите стороной. — В таком случае, разве не следует присмотреть за ним? — не сдавался Гу Уцзи. Пусть он и не верил в призраков, но в такой суеверной деревушке слухи распространялись с невероятной скоростью, к тому же вина в рождении этих мифов лежала на самих суеверных жителях. Однако таинственные слова, которые обронил той ночью загадочный молодой человек, по-настоящему заставили его задуматься. Действительно ли то был всего лишь бессмысленный бред психически нездорового человека? В ответ староста деревни хитро прищурился, затем его губы растянула жёсткая улыбка. — Если ты собираешься взять эту задачу на себя, я не стану препятствовать. Гу Уцзи согласно кивнул. Выслушав главу деревни, воодушевлённые студенты в приподнятом настроении вереницей потянулись к выходу из хижины. Даже угрюмые жители больше не производили отталкивающего впечатления. Студенты с радостью пришли к мысли, что всё-таки путешествие в селение не прошло даром, уже мечтая о том, как исследовательская работа принесёт заслуженные плоды их усердного труда. Тем временем глава проводил тяжёлым взглядом спину Гу Уцзи, натянутая улыбка медленно сползла с лица мужчины. Оставшись в одиночестве, староста отошёл к дальней стене дома и тихо отворил незаметную дверь. В небольшой комнатке перед ним стоял дубовый гроб, оббитый тёмной бархатной тканью. Во всём доме царил душный полумрак из-за того, что большинство окон были либо плотно закрыты ставнями, либо задрапированы тяжёлыми шторами. Единственными источниками света служили тусклые отблески восковых свечей. — Какая неожиданная удача. Новая порция жертв по собственной воле прибыла к моему порогу. Если смогу продержаться в течение семи дней... всё останется по-прежнему, — жёсткое лицо старосты застыло восковым слепком. От вида добродушного и доброжелательного главы не осталось и следа, мужчина сбросил эту личину, подобно опостылевшей маске. — Как жаль, что жителей деревни нельзя использовать в ритуале жертвоприношения, неполноценные, они совершенно ни на что не годятся. Я уж боялся, что всё пропало, но, похоже, сама судьба пришла мне на помощь. — Вот только одно меня всё ещё беспокоит, — на лицо старосты набежала тень. — Что значили слова этого юноши? Неужели он действительно способен видеть человеческое воплощение предка?