Тысячи злых духов выстраиваются в очередь, чтобы признаться мне

Гу Уцзи вновь увидел загадочного молодого человека, которого прежде уже встречал в этой локации несколько раз, но на этот раз он отчётливо рассмотрел его глаза. Правильнее было бы сказать, что Гу Уцзи не просто «увидел», он, казалось, смог прочитать то, что крылось за этим взглядом. Чужой взгляд действительно было трудно передать словами, и на память сразу пришли все предыдущие локации, в которых ему пришлось сталкиваться со злыми духами, но эти глаза выглядели иначе. Они обжигали льдом так, словно... Словно вся душа молодого человека тлела от горечи и боли, пока он, сгорая от ревности, наблюдал за тем, как объект его любви уходит с другим. Сердце Гу Уцзи невольно дрогнуло, но когда юноша попытался присмотреться более внимательно, молодой человек уже исчез. «Должно быть, с ним действительно что-то случилось... Нет, подождите, возможно, это со мной что-то произошло...» За все прожитые годы у Гу Уцзи впервые возникли сомнения относительно самого себя. Неужели он и в самом деле утратил значительный фрагмент воспоминаний? Да и то, что произошло с этой девушкой, неигровым персонажем квеста, в прошлом… Мог ли он оказаться тем самым мерзавцем, который играючи растоптал чужие чувства, тем самым приложив руку к случившейся трагедии? «Нет, здесь, должно быть, какое-то недоразумение. Сколько себя помню, я никогда не бежал от ответственности и всегда отвечал за свои поступки! Возможно, причина кроется в том, что в прошлом я помог невесте божества сбежать, поэтому это существо до сих пор преследует меня. Что ж, в таком случае, я вполне могу понять причину его ненависти ко мне». Гу Уцзи догадывался, что холодный взгляд молодого человека был обращён на свою невесту, задумавшую побег из-под венца с другим. Вряд ли он сам успел бы как-то лично насолить злому духу, чтобы стать объектом такой лютой ненависти! Ему уж точно нечего было делить с финальным боссом! Несмотря на достаточно логичные доводы, к которым пришёл Гу Уцзи, юношу не оставляло навязчивое ощущение, что шансы покинуть эту локацию живым стремительно уменьшаются. В конце концов, как ни посмотри, а, возможно, в глазах других он действительно выглядел отпетым мерзавцем. Но ведь на самом деле он довольно симпатичный и, несомненно, хороший человек! Гу Уцзи всегда относился с большим презрением к людям, мешающим чужим отношениям, но учитывая, что на другой чаше весов вполне могла оказаться возможность самому стать объектом привязанности злого духа... он предпочёл бы считаться мужчиной, который увёл чужую невесту. В конце концов, многократные встречи с призрачными боссами уже успели достаточно травмировать его психику. Некоторое время назад, оказавшись в иллюзии призрачного пространства, Гу Уцзи и двое его спутников допросили местного злого духа, который прятался на дереве. Храбрость не входила в число отличительных черт этого призрака, что сразу же бросалось в глаза — в противном случае, стал бы тот трусливо прятаться в листве деревьев, вместо того, чтобы пытаться убить как можно больше людей, наращивая собственную силу. Даже не пытаясь сопротивляться, дух признался во всём и вспомнил, что при жизни всегда был невысоким, поэтому в день погони за беглецами бóльшую часть времени провёл, стоя позади остальной толпы и до сих пор плохо представлял себе, что же на самом деле тогда произошло. Способность, которую он обрёл после смерти, заключалась лишь в воспроизведении картин прошлого. К этому моменту трое друзей уже знали, что в тот роковой день план безрассудного побега был раскрыт, а юноша, казалось, и вовсе отказался от идеи сбежать с женщиной из деревни. Пока местные жители готовились вернуть сбежавшую невесту, что-то в деревне изменилось. Похоже, божество разгневалось не на шутку и не могло дождаться возможности выплеснуть свою ярость. Молодой человек воспользовался выпавшей возможностью, чтобы столкнуть сбежавшую невесту в реку... Что происходило дальше, до сих пор было скрыто пеленой времени и прошедших лет. Единственное, в чём никто из местных жителей не сомневался, так это в том, что чужак не только был настоящим подонком, но и ради спасения собственной шкуры оказался способен на убийство невинной возлюбленной. Оказавшись в иллюзии злого духа, сяо Цинь видел происходящее собственными глазами. В какой-то момент местные жители заметили молодого человека и поняли, что тот увидел то, что не предназначалось для чужих глаз. Опасаясь быть пойманным, сяо Цинь в панике бросился бежать, но к тому времени на лес непроницаемым саваном опустилась темнота, и несчастный угодил в ловушку призрачных деревьев. «Неужели вся правда заключается в том, что невеста бога сбежала из-под венца, поэтому божество пришло в неуправляемую ярость, и, чтобы успокоить чужой гнев и запечатать бога, жителям деревни пришлось использовать человеческие жертвоприношения...» С этими мыслями Гу Уцзи продолжил шагать вперёд, прокладывая себе путь сквозь пористые клубы тумана, когда внезапно обнаружил, что окружающая картина полностью изменилась. Сам не зная как, юноша очутился в просторном мрачном зале, полном гробов. Крышки всех гробов были плотно закрыты, за исключением одного-единственного гроба в самом центре. Сам ящик изнутри был оббит чёрным бархатом, отчего казалось, что за его зловеще распахнутой пастью скрывается бездонная пропасть. Гу Уцзи замер перед ним, и в груди камнем затаилось тяжёлое предчувствие, что этот гроб был приготовлен специально для него. Брешь между мирами была открыта, расколота жертвами и насилием, и в надвигающейся со всех сторон кромешной темноте Гу Уцзи казалось, будто он всё ещё слышит зов многочисленных призраков с противоположной стороны мироздания, предрекающих его собственную гибель. — Всё это кажется слишком реальным… Это гроб, приготовленный для того чужака? Гу Уцзи не испытывал особого желания подходить ближе, но не смог побороть любопытство и медленно шагнул вперёд. Приблизившись к гробу, юноша наклонился ниже, чтобы заглянуть внутрь. «Сколько бы я ни размышлял об этой истории, боюсь, без трагедии тут не обошлось…» Не успел Гу Уцзи подумать об этом, как нечто с силой толкнуло его в спину, юноша потерял равновесие и рухнул в гроб. От неожиданности он зажмурился, и в этот момент что-то ледяное опутало его, словно гибкие змеиные кольца, лишив возможности двигаться. Позади Гу Уцзи раздался вкрадчивый бархатистый голос: — Я так долго ждал тебя. ……….. …… Гу Уцзи распахнул глаза, вынырнув из кошмара, как из толщи мутной воды. По его спине струился пот, а стянутая в беспокойном сне простыня лежала бесформенной кучей где-то возле ног, поэтому теперь тело юноши бил лёгкий озноб. К счастью, это оказался всего лишь сон, и меньше всего Гу Уцзи желал, чтобы нечто подобное воплотилось в реальности. Задумчивые Ян Шао и сяо Цинь застыли рядом каменными изваяниями. Оказалось, что пока Гу Уцзи спал, староста деревни отыскал их и вызвался самостоятельно сопроводить к месту проведения церемонии. Если говорить вкратце, глава селения заручился помощью нескольких крепких жителей деревни, чтобы никто из игроков и помыслить не мог о том, чтобы оказать сопротивление. Ян Шао и сяо Цинь собирались сразу же разбудить Гу Уцзи, но тот, казалось, заснул мертвецким сном так, что никак не мог проснуться. — Вот значит, как всё обернулось. Но разве это нам не на руку? — Гу Уцзи даже мысленно порадовался тому, что события начали так гладко развиваться. С самого начала они собирались отправиться на поиски старосты. Теперь же глава деревни пришёл к ним сам, и это значительно сэкономило им время, которого и так катастрофически не хватало. Хозяин дома и без того был слишком напуган суматохой, творящейся вокруг, поэтому, только завидев явившуюся к его крыльцу процессию во главе с самим старостой деревни, спрятался в доме и с тех пор носа не показывал на улицу. Гу Уцзи не собирался прятаться и скрываться, вместо этого решив действовать по обстоятельствам. Юноша с высоко поднятой головой вышел на крыльцо дома. Завидев его, глава деревни с лёгким смешком заметил: — Никак не ожидал, что найду вас здесь. Должен признаться, я потратил много времени на поиски. Сегодня должно состояться главное событие для всей нашей деревни, на котором вам дозволено присутствовать. Вам оказана величайшая честь, ведь будущая репутация селения зависит от вас. — Это верно, — согласился Гу Уцзи. — В конце концов, мы приехали в деревню ради того, чтобы изучить быт и традиции местных жителей. Будет крайне прискорбно, если мы пропустим такое важное событие. Но зачем же староста привёл с собой столько людей? Глава посёлка, похоже, был немало удивлён такой удивительной сговорчивостью, поэтому не сразу нашёлся с ответом: — Главным образом потому, что я беспокоился, не столкнётесь ли вы с опасностью, бродя по округе в одиночестве. В конце концов, в деревне множество построек находятся в аварийном состоянии, будет крайне прискорбно, если произойдёт несчастный случай, и кто-то из вас пострадает. Не поймите неправильно, я всего лишь заботился о вашем благополучии. — Что ж, в таком случае, я хотел бы поблагодарить главу деревни за беспокойство, — с благодарностью кивнул Гу Уцзи. — Тогда, скажите, староста, что именно от нас требуется? — Сейчас ровным счётом ничего, всего лишь немного подождать. Дождитесь раннего утра, когда основное мероприятие официально начнётся. Вам нужно будет лишь присоединиться, — с натянутой улыбкой ответил староста, а после добавил: — Остальные четверо уже готовы и ждут только вас. С лиц Ян Шао и сяо Циня схлынули все краски. Остальные четверо, это включая телохранителей, которые исчезли в самый первый день их пребывания в деревне? Кому как не им знать, что бывших охранников давно уже едва ли можно было считать людьми, и, похоже, ситуация для игроков вырисовывалась крайне неблагоприятная. К этому моменту деревня полностью преобразилась, и стало понятно, что сбежать не получится, даже если сильно захотеть. Мутный туман, окруживший дома, стал настолько плотным, что даже очертания просёлочных дорог едва угадывались под ногами, затрудняя движение. Несмотря на то, что погода стояла безветренная, хлопья тумана то и дело колыхались и дрожали в высокой траве, заставляя гадать, кто же скрывался в сумрачной пелене. Растревоженные ощущением надвигающейся беды, местные жители пугливо озирались по сторонам, не в силах избавиться от ощущения, что какое-то жуткое существо с минуты на минуту проснётся ото сна. У Гу Уцзи было непривычно тяжело на сердце. Его не оставляло тягостное предчувствие, что вот-вот должна была случиться трагедия. Сколько бы ни пытался Гу Уцзи убедить себя в том, что он и юноша, которого он увидел в видениях прошлого — не один и тот же человек, всё твердило об обратном. А значит, он вполне мог оказаться человеком, смерти которого жаждет разгневанный бог. Местные жители внешне выглядели как обычно, но стоило присмотреться к ним внимательнее, и становилось понятно, что всё-таки что-то в них было не так. Побледневшие лица застыли безразличными масками, а глаза отрешённо смотрели прямо перед собой, словно это были и не люди вовсе, а безвольные манекены. Меньше всего кому-то хотелось обмануться их внешне безобидным видом, ведь игрокам ещё предстояло покинуть локацию, а значит, волей-неволей придётся иметь дело с жителями. Троица друзей нехотя последовала за старостой обратно в деревню. Хозяин дома явно не испытывал особенного желания подчиняться, но не нашёл в себе сил воспротивиться подавляющему большинству. Ему также пришлось выйти из дома в компании младшего брата. — Надеюсь, что вы сможете филигранно отыграть отведённые вам роли, чтобы как можно лучше ознакомиться с жизнью и традициями деревни, — вовсю расписывал гостям красочные перспективы глава селения. Несведущим людям действительно могло показаться, что им всего лишь предстояло принять участие в каком-то ярмарочном представлении. Вот только, лишь окинув беглым взглядом царящую вокруг мрачную атмосферу, любой нормальный человек догадается, что впереди их ожидает что угодно, но только не безобидный праздник. От нарочито воодушевляющего тона старосты, резко контрастирующего с угрюмыми лицами местных жителей, мурашки бежали по коже. Сяо Цинь и Ян Шао шли, как на эшафот, низко опустив головы, внутренне готовые ко всему. — Не уверен, что разделяю ваше мнение, — даже в такой ситуации Гу Уцзи оставался профессиональным актёром до мозга костей, поэтому сразу же вступил в спор. — Староста, если вы действительно хотите, чтобы мы должным образом отыграли свои роли, вы должны подробно рассказать нам о том, как именно всё будет происходить. Почему вы предупредили нас обо всём в самый последний момент? Неужели у вас нет сценария или хотя бы расписанных реплик? Разве в таком случае это не будет больше похоже на халтуру и любительскую самодеятельность? Если вы всерьёз настроены развивать культуру посёлка, вы не должны так небрежно относиться к подобным событиям. Сяо Цинь с восхищением взглянул на товарища, по достоинству оценив хитрый ход. Похоже, Гу Уцзи решил воспользоваться ситуацией и под шумок выведать у старосты о том, что же на самом деле случилось в деревне много лет назад. Вот только не слишком ли серьёзно он подошёл к делу? Со стороны могло показаться, что юноша действительно больше заботился о том, чтобы готовящийся спектакль прошёл гладко! Вот что значит — умение войти в роль. Ян Шао, догадываясь о мыслях сяо Циня, многозначительно промолчал. В глубине души он был уверен, что конспирация и маскировка тут не при чём. Всё, что делал и говорил Гу Уцзи, шло от чистого сердца! Староста, немало ошеломлённый и отчасти пристыженный, погрузился в молчание. По правде говоря, ему никогда и в голову не приходило озаботиться чем-то подобным. После непродолжительной тишины мужчина наконец сказал: — Тебе не нужно беспокоиться об этом. Когда окажешься там, поймёшь, что нужно делать. Гу Уцзи не удалось скрыть охватившего его разочарования. Он-то надеялся, что сможет совместить приятное с полезным и отточить актёрское мастерство во время прохождения квеста. В этом случае и умирать было не так страшно. Но староста деревни, похоже, действительно ничуть не заботился о формировании позитивного облика своего селения среди туристов... Так, занятые короткими разговорами, они вышли на сельскую площадь. В обычные дни это место не отличалось многолюдностью, просто самая обычная улица. Однако теперь всё выглядело по-другому, точно так же, как деревня десятилетней давности, которую Гу Уцзи видел, когда попал в иллюзию прошлого. Разве что дома, который раньше стоял в самом центре площади, больше не было. Пропавшие телохранители и двое оставшихся игроков уже были там. Охранники стояли, низко опустив головы, отчего никто не мог разобрать, как именно они сейчас выглядели, и можно ли было их вообще до сих пор причислять к роду человеческому. Двое их товарищей по команде в замешательстве топтались на месте, на посеревших лицах застыл страх и абсолютное непонимание того, как они оказались в такой ситуации. При виде Гу Уцзи и остальных бледные лица игроков наконец посветлели, словно они встретили долгожданных спасителей. Стоило Гу Уцзи и его спутникам подойти ближе, как товарищи по команде немедленно прибились к ним, словно стайка испуганных воробьёв. Низко наклонившись, чтобы посторонние не смогли подслушать их разговор, они наперебой зашептали, дрожа от страха: — Эти телохранители Ян Шао странно себя ведут. Они уже мало похожи на живых людей. — Мы-то думали, что это самая обычная деревня, а теперь всё больше кажется, что староста собирается нас убить! Что этот безумец на самом деле намерен с нами сделать? Двое вкратце изложили всё, что с ними произошло за время отсутствия товарищей. Тем утром они отправились собирать сведения о деревенской легенде и при этом угодили в ловушку призраков, чуть было не лишившись рассудка от ужаса. В конце концов, ближе к утру в почти бессознательном состоянии их обнаружил глава деревни и вернул обратно... Именно тогда, обсуждая что-то с одним из местных жителей, староста обронил несколько непонятных слов, чем лишь подпитал нехорошие предчувствия незадачливых исследователей. — Что именно он сказал? — в нетерпении поторопил рассказчика Ян Шао. Тот, испуганно озираясь по сторонам, прошептал: — Он сказал, что жертва — единственный способ выжить… Самым удивительным казалось то, что, даже пережив столько событий и едва не умерев от ужаса, эти двое так и не вернули свои утерянные воспоминания. Гу Уцзи уже начал склоняться к мысли, что их товарищи действительно были простыми неигровыми персонажами. — Должно быть, вам известна легенда нашей деревни, — заговорил вдруг староста.— Изначально всё должно было развиваться по другому сценарию, но на этот раз возникли небольшие трудности. Однако, так или иначе, нашим дорогим гостям придётся принять участие в этом важном мероприятии, хотят они того или нет. Поэтому я внёс некоторые коррективы в наши планы и решил перейти непосредственно к процессу жертвоприношения. Всего для церемонии требуется семь человек, а по счастливому совпадению нас в этот раз посетило именно семь гостей. — Разумеется, вам не о чем беспокоиться, это всего лишь реконструкция настоящей церемонии жертвоприношения, в ней определённо нет ничего опасного для жизни, — губы старосты растянулись в фальшивой улыбке. — Всё очень просто, от вас не требуется ничего невозможного. Когда наше празднование подойдёт к концу, я лично отправлю кого-нибудь проводить вас в город. Когда глава деревни договорил, в сознании каждого из игроков раздался звук системного уведомления. [Запущено основное задание: примите участие в церемонии и выясните правду о том, что когда-то случилось в деревне.] Как только механический голос Системы стих, двое других игроков в изумлении и непередаваемом ужасе переглянулись, а после их взгляды прояснились. На чужих побледневших лицах читался явственный страх и понимание — вероятно, они наконец вспомнили свою истинную личность и осознали, какой смертельной опасности, сами того не зная, подвергались все эти дни. Немного поразмыслив, Гу Уцзи пришёл к одному выводу. Похоже, что в этой локации игрокам давалось несколько дней на расследование. И, несмотря на грозящую игрокам реальную опасность, ничего из произошедшего в эти дни не могло напрямую привести к смерти... А иначе этим двоим вряд ли удалось бы остаться в живых. По истечении этих дней память игроков должна полностью восстановиться, и тогда, вне зависимости от того, сколько они успели выяснить, необходимо будет принять участие в церемонии.