В чертогах творческого беспорядка

      Кабинет погрузился в сплошной сумрак. День склонялся к ночи, первые звёзды зажигались за окном, озорно подмигивая смертным наблюдателям снизу. На улице машины двигались параллельно небольшому зданию в Нью-Йорке. Под окнами шелестели кроны осенних деревьев, плачущих по давно пройдённым летним денькам.       Одри привалилась к поверхности наклонного стола аниматора и дремала, перебирая события минувшего дня в своей уставшей головушке. Месяц ноября подходил к концу, следовало готовиться к зимним праздникам. Впервые она будет проводить эти выходные не в одиночестве, а в компании кого-то ещё, пусть это и одухотворённый мультипликационный персонаж твоих отцовских короткометражек. «Интересно, чего бы хотел Бенди? Он мечтает о чём-нибудь?» — случайная мысль промелькнула и так же своевольно ушла, погрузив Дрю в меланхоличное настроение.       Сегодня месячный план студии был выполнен. Все уставшие и довольные сотрудники с нетерпением ждали возможности уйти по домам, чтобы отдохнуть перед новым рабочим днём. Теперь-то они были предоставлены сами себе: бывает приходит время, когда ты можешь заняться своими личными наработками и проектами, а не сложенным за планом высшего руководства. Всего несколько дней последнего месяца, но дух творческих личностей только рад таким кратковременным вольностям. По желанию в такие дни можно было работать в студии, можно удалённо — и в этом заключается особенность функциональности их отдела.       За такой срок Одри могла бы отправится в Цикл, чтобы повидаться с друзьями, и вернуться обратно. По желанию, Бенди мог бы составить ей компанию, даже если это означало бы доминирование его злого альтер-эго над мультяшной версией. Наверное, Чернильный демон все ещё зол на неё за подавления его личности в собственном же теле? С тех пор они больше никогда не виделись, хотя женщина не особо стремилась отправиться назад в мистическое циклическое измерение, живя реальностью, а не вымыслом.       Но горькая правда в том, что она немного побаивается того, что может случиться при их новой встрече. Неизвестность пугает, а непредсказуемый Чернильный демон — и того больше, чем что-либо ещё.       Аниматор открывает глаза, садится прямо, потягивается от души и водит плечами, разминая затекшие мышцы. Оглядывается назад, лениво осматривает помещение и останавливается на Бенди, сидящего в окружении игрушек. Занятой маленький дьяволёнок — это залог небывалого спокойствия, который Одри только сниться с появлением друга в её довольно размеренной жизни. Чего только стоят подлянки, учинённые им над сотрудниками из озорства. Хорошо хоть, что он сдерживает данное ей обещание и не показывается чужакам на глаза. Сколько бы крика и шума поднялось, которое Бенди испугало и заставило скрыться в чернильных лужах на неопределённый срок. Он как маленький ребёнок, за которым нужен глаз да глаз. Брат по чернилу, друг по профессии — они составляли неплохой тандем. Одри всегда была и оставалась одиночкой: этот кабинет оставался никем не занятым, кроме неё, да и она оказалась не особо против. Самые продуктивные и трудолюбивые получали привилегии.       Женщина поднимается, стул покачнулся, колесики заскрипели по напольному накрытию. Она направляется к молчаливому другу, присаживается рядом, тактично прикасаясь к худому плечику. Бенди кивает, приветливо машет рукой, здороваясь с ней, хотя все время они находились друг от друга на расстоянии в нескольких метров, занимаясь каждый своим делом. — И тебе привет, Бенди, — дружелюбно отзывается Дрю, растягивая губы в непроизвольной улыбке. — Рабочий день скоро подойдёт к концу, и мы наконец-то сможем пойти домой. Чем ты хочешь заняться, пока мы ждём?       Маленький демон покрутил головой в поисках какого-нибудь занятия. Он цеплялся глазами за случайные вещи, но ничего не приковало его бегущий взгляд надолго. Наконец он опустил голову ниже, заметил игрушки и вручил резиновый мячик. — Мячик? Если мы будем кидать его здесь, в студии, то на шум могут сбежаться коллеги. Лучше не стоит. — Дьяволёнок сымитировал горестный вздох и пожал плечами, не имея больше мыслей, что им поделать. Но в конце концов игрушки он бросил, сосредоточившись на изящной фигурке женщины поблизости, внимая её звонким словам. — Ладно, у тебя идей нет, — молвила она. — Может быть, тогда я могу предложить тебе кое-что?       Заинтригованный словами подруги, он последовал за ней, готовый сотворить многое, плюс еще больше, если лишь только вместе. Заменять плохие воспоминания об одиноких и опасных буднях в Цикле на хорошие моменты в реальном мире с Одри стало его маленькой миссией.

***

      Раздосадованная женщина хлопнула себя по лбу, меж пальцев наблюдая за непоседливым одухотворённым демоном-юнцом. Однако она не жалела о предложенном, ведь Бенди был очень счастлив крупно набедокурить. Ей только оставалось не прекращать бедлам, а возглавить его.       На полу расположились баночки с разноцветными чернилами, где в каждой был индивидуальный аромат. Бенди, способный заглядывать в душу, видеть всплески сильных эмоций на ином уровне восприятия, не мог чувствовать запахи, попробовать на вкус, осязать всеми шестью чувствами как люди. Он был просто другим.       Женщина коротко объяснила саму суть уникальности веществ, как Бенди подскочил, макнул кончики пальцев в чернила и принялся разрисовывать ближайший свободный участок стены. Светлая студия быстро обзавелась чёрным пятном, но Дрю не смутил этот прискорбный факт.       Бенди расплескал одну баночку с сосновым ароматом, да так, что содержимое выплеснулось на горе-художника. Ядрёный хвойный преследовал маленького чертёнка подобно душистому флёру. Будь Одри настоящим человеком, её глаза давно заслезились от интенсивности и тяжести запаха.       Чёрное пятно быстро выросло в размерах, обрело очертание фигуры, появляющейся в липких кошмарах Одри. Она побледнела, задышала тяжелее и глубже, прикипев взглядом к Чернильному демону. В сидящей позе он был чуть меньше ростом женщины, но друг не упустил ни одной детали, чутко обращаясь с исходным вариантом. — Почему?.. — Озорник качнул чрезмерно большой головой, демонстрируя, что слышит подругу. Его пухлые пальцы очертили контуры широкой, ехидной улыбки. — Из всего, из всех… — она понизила голос до хриплого шёпота, — …возможных вариантов ты выбрал «его»?       Маленький дьяволёнок резко развернулся по направлению к напряжённой чернильной женщины, посмотрел нечитаемым взглядом снизу вверх и взял её за вспотевшую аккуратную ладошку, пачкая цветными чернилами. Оба молчали, но слова были излишни.       «Он» был частью их прошлого, «он» — часть мультяшного Бенди, стоящего поблизости.       Тёмное возрождение неминуемо, оно циклично, оно ждёт их возвращение.