Часть IV. Гарри Поттер и магический Турнир

Я вернулся в палатку, мне навстречу вышел ещё сильнее побледневший Седрик. Я хотел пожелать ему удачи, но лишь прохрипел что-то невразумительное. Я, Флёр и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика. Это ещё хуже, чем я представлял, — сиди вот так и слушай. Каждую попытку Седрика подойти к шведскому тупорылому зрители встречали воем, криками и улюлюканьем. Крам по-прежнему сидел, глядя в пол. Флёр, как ранее Седрик, расхаживала по палатке. А от комментариев Бэгмена недолго и с ума сойти. — Ну! Ещё чуть-чуть… мимо!!! Он идёт на риск! Давай же!!! Эх! Умный ход — жаль, не сработал! Спустя пятнадцать минут оглушительный рёв возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо. — Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей! Но результат не назвал. Наверное, судьи показали оценки только трибунам. Вновь раздался свисток. — Осталось трое! — провозгласил Бэгмен. — Мисс Делакур, прошу! Флёр дрожала с головы до ног, у меня даже шевельнулось внутри сострадание. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку. Мы с Крамом остались вдвоём, сидели в разных углах, избегая взгляда друг друга. Всё началось сначала. — Не уверен, что это мудрая тактика! — доносился весёлый комментарий Бэгмена. — Близко!!! Совсем близко!!! Ну, как так можно?! Внимательней надо! Чёрт!!! Думал, сейчас схватит! Я каждые пять секунд смотрел на часы. Куда же запропастилась Гермиона? Сам подуть себе на спину я не мог. Не просить же Крама? Три минуты, и опять взрыв аплодисментов. Значит, Флёр тоже справилась. Показывают оценки, тишина… очередная овация… и третий свисток. — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен. Крам, ссутулясь, вышел, и я остался один. Никогда я не был в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакой палатки нет — вижу и зрителей, и единоборство с драконом. Наконец в палату, запыхавшись, вбежала Гермиона. — Где ты была? — спросил я, оголяя спину. — Я уже следующий! — Прости, Гарри, никак не получалось незаметно сбежать — к чемпионам никого не пускают. Гермиона сделала глубокий вдох, а после по всей моей спине прошлось тëплое дыхание. — Чëрт, как же я не подумал? — сокрушался я. — Нужно было дать тебе мантию-невидимку! — Вот это дерзость!!! Здорово!!! — кричал Бэгмен. Крики его заглушил жуткий рык китайского огненного шара, трибуны стихли. — Ну и нервы! Не человек, а машина! Да!!! Он схватил яйцо!!! Аплодисменты сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало. Крам завершил раунд. — Твоя очередь, — сказала Гермиона, обняв меня на прощание. — Удачи! Я поднялся на ватных ногах, смутно осознавая происходящее. Я ждал. Вот и свисток. Я вышел из палатки, чувствуя, как страх накалился во мне добела. Я брёл мимо деревьев, брёл, брёл и, наконец, загон. Всё предстало передо мной как в цветном сне. В последние дни с помощью волшебства воздвигли трибуны. С них на меня смотрели сотни лиц. В другом конце загона, как огромная курица на яйцах, восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые жёлтые глазки уставились на меня. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьёт по промёрзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Зрители шумят невообразимо. Болеют они за меня или нет? Какая разница! Пришла пора действовать. Сделав глубокий вдох и выдох, я посмотрел прямо в глаза хвостороге. И двинулся ей навстречу. В ушах гудело, я не слышал ни звука. Видел только одно — дракона, который с каждым моим шагом казался всë громаднее. На его фоне я тут же почувствовал себя маленьким беззащитным ребëнком. Нет, нельзя так думать. Я вовсе не беззащитен, меня оберегают рунические символы. Я доверяю Гермионе, она не могла ошибиться. К тому же, у меня была палочка. Я сильный волшебник, смогу себя защитить, пусть даже дракон из-за этого пострадает. Оставалось где-то двести шагов. Сто… Пятьдесят… Тут хвосторога подняла голову. Мгновение — и из еë глотки вырвалась огненная струя. Я как в замедленной съёмке видел приближающееся пламя. Было ещё не поздно, я мог бы убежать… Но нельзя, я должен продолжать идти. Я успел сделать ещё шаг, прежде чем меня настигло пламя. Это удивительное ощущение! Меня окатило волной свежего, но тëплого воздуха. Не было ни боли, ни ожогов — только приятное дуновение. Вскоре пламя вокруг меня стихло. Пару секунд трибуны молчали. На меня были направлены сотни неверящих взоров. Теперь мне казалось, что я мог различить каждый шорох. — Он жив! — закричал кто-то, прервав напряжëнную тишину. — Гарри Поттер жив! — подхватили другие. — Смотрите! — Это невозможно! Я выпустил дракона из виду, улыбнувшись и помахав публике. Все сомнения ушли. Я был уверен — в ближайшие несколько минут мне ничего не угражает. Зрители хлопали, кричали и свистели. — Гарри Поттер цел и невредим! — провозгласил Людо Бэгмен. — Это просто не вероятно! Как он это сделал? Неужели Мальчик-Который-Выжил в самом деле бессмертен? Я двинулся дальше. Вскоре я уже мог дотронуться до хвостороги, погладить еë по гигантский чешуе. Дракониха хотела было отбросить меня хвостом, но вдруг остановилась, словно ей что-то помешало. Я пошëл напролом, и она отступила на пару шагов назад, предоставляя мне доступ к яицам. Но мне было нужно лишь одно — золотое. Я взял его в руки без всяких препятствий и победно поднял над головой. Я слышал шум зрителей. Они неистовствовали, как ирландские болельщики на Чемпионате мира по квиддичу. — Нет, вы только посмотрите! — кричал Бэгмен. — Самый юный чемпион быстрее всех завладел яйцом! У него есть все шансы на победу! — Прекрасно, Поттер! — воскликнула профессор МакГонагалл. От неё это небывалая похвала. — Ты сладил, Гарри! — басил Хагрид. — Сладил! Да с кем! С самой хвосторогой, а ты слыхал слова Чарли, что она самый… — Спасибо, Хагрид! — громко крикнул я. Не дай бог, лесничий проговорится, что показал драконов. Профессор Грюм был тоже очень доволен, хотя и слегка в замешательстве. Его волшебный глаз как волчок вращался в глазнице. — Что это было, Поттер? — прохрипел он. — А-а, так, — махнул я рукой. — Древнеисландские руны. Грюм поперхнулся. — Руны?! — гаркнул он. — Ты разве не знаешь, что использовать руны в бою слишком опасно? Одна ошибка — и от тебя не осталось бы ни кусочка! — Но я же не ошибся, — я пожал плечами. — Вы же сами говорите: «Постоянная бдительность!», вот я и был… постоянно бдителен. Сколько бы я не говорил, что дракон мне ни капли не навредил, обеспокоенная МакГонагалл настояла на осмотре мадам Помфри. — Драконы! — возмущалась та, таща меня внутрь. Палатку разделили на два отсека. Сквозь занавески проглядывала тень Седрика. Он уже сидел. Слава богу, значит, ранение не опасно. Мадам Помфри осмотрела меня с ног до головы, всё время причитая: — В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого ещё приведут?! Тебе очень повезло, на тебе ни царапинки. Всë же минуту посиди спокойно, и можешь пойти узнать результат. Она вышла, и её голос донёсся из-за перегородки: — Диггори, как ты себя чувствуешь? Мне надоело сидеть. В крови всё ещё кипел адреналин. Хотел посмотреть, что происходит снаружи, но не успел — в палатку ворвалась Гермиона. — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово! — А что я? — улыбнулся. — Ты же накладывала руны! — Но всë равно! Ты же не знал, что они сработают, а так смело шëл навстречу дракону! Я так перепугалась, когда он изрыгнул пламя! — Я тебе доверяю, Гермиона, — серьëзно сказал я. — Я знал, что руны сработают. Тут Гермиона мгновенно подлетела ко мне и поцеловала в щëку. Моя кожа тут же вспыхнула, и я ещё долго ощущал приятные покалывания в месте, которого коснулись еë губы. Объявили результаты. Все судьи поставили мне высший балл. Правда, Каркаров долго о чëм-то размышлял. Однако, видимо, не нашëл, к чему бы придраться — пришлось тоже поставить десятку. А потом Бэгмен зачем-то снова собрал чемпионов в палатке — как сказал Чарли Уизли, хотел поговорить. Флёр, Седрик и Крам вошли все вместе. У Седрика одна сторона лица была густо намазана оранжевой противоожоговой мазью. — Молодец, Гарри, — улыбнулся он. — И ты молодец, — улыбнулся я в ответ. — Вы все молодцы! — ворвался в палатку Людо Бэгмен, на седьмом небе от счастья, как будто лично отнял у драконихи яйцо. — Я хочу вкратце изложить дальнейшие планы. До второго тура почти три месяца. Он состоится двадцать четвёртого февраля в девять тридцать утра. Но за это время вам будет о чём подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются… вот петельки. Внутри яйца ключ ко второму заданию. Он поможет вам подготовиться. Всё ясно? Уверены? Тогда отдыхайте! Я вышел из палатки. Гермиона, Невилл и даже Драко ждали меня снаружи, и мы, беседуя, зашагали к замку. Мне хотелось подробнее узнать, как перехитрили драконов другие чемпионы. Купа деревьев, за которой я впервые услышал драконий рык, осталась позади, и, откуда ни возьмись, выскочила ведьма в ядовито-зелёной мантии. Это была Рита Скитер. На нас нацелилось Прытко Пишущее Перо. — Поздравляю, Гарри! — сияя, сказала она. — Гарри, всего одно слово! Что ты чувствовал, оказавшись лицом к лицу с драконом? А результат ты считаешь справедливым? — Отвечу одним словом, — жёстко произнёс я. — До свидания! И я вместе с друзьями зашагал в замок.