Часть IV. Гарри Поттер и магический Турнир

Из-за шрама — из-за какого-то глупого шрама — всë пошло не по плану. Вообще-то, план был довольно прост. Я, только оказавшись на кладбище, должен был через монетки подать Ордену Тайн сигнал, а дальше просто тянуть время, ожидая ответа. В этот момент в Хогвартсе ШОТовцы должны были устроить что-то масштабное (пожар там какой-нибудь или потоп), чтобы зрители были вынуждены покинуть трибуны. Тем временем Орден Тайн занимался бы сооружением барьера вокруг того места, куда переносит портал при втором прикосновении. Мне бы тогда осталось только как-то вынудить Волан-де-Морта задеть меня в тот момент, когда Кубок вновь окажется у меня в руке. Мы бы переместились внутрь барьера, я бы смог выйти, а Тëмный Лорд — нет. Короче говоря, мы бы его поймали. Но нет, теперь так не получится. Я потратил слишком много времени из-за боли в шраме, и теперь я не был уверен, что смогу тянуть время достаточно долго. Да ещё и руки связаны, не пошевелиться. А раз так, то лучше уж упустить Волан-де-Морта вовсе, чем привести его в школу, полную детей. К тому же, там был абсолютно беззащитный Дадли. А ещё первокурсники (не ШОТовцы), которые ничем не лучше. Нет уж, я ни за что на такое не пойду. Но что мне тогда делать? Нужно было срочно что-то придумать. Что-то умное, даже гениальное… Только вот что? Окажись Гермиона на моëм месте, она бы поняла, как выбраться из ситуации. Она бы точно догадалась, как поступить. А я хоть и не дурак, но всë же не Гермиона, я не знал, что мне делать. Волан-де-Морт отвёл взгляд от меня и принялся осматривать собственное тело. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щёлочки, горели в темноте ещё пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперёд руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на окровавленного, лежащего на земле Селвина, ни на огромную змею, которая снова приползла и обвилась вокруг памятника со мной, привязанным к нему. Волан-де-Морт запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил её, а потом поднял и направил на Селвина. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника. Всхлипы и стоны стали громче. Волан-де-Морт поднял свои багровые глаза на меня и засмеялся пронзительным, ледяным смехом. Селвин обернул свой обрубок мантией, и теперь она блестела от пропитавшей её крови. — Милорд… — задыхаясь, простонал он, — милорд… вы обещали… вы же обещали… — Протяни руку, — процедил небрежно Волан-де-Морт. — Хозяин… спасибо, хозяин… Селвин протянул свой окровавленный обрубок, но Волан-де-Морт снова захохотал: — Другую руку, Селвин. — Хозяин, пожалуйста… пожалуйста… Волан-де-Морт наклонился над своим слугой, дёрнул вперёд его левую руку и одним движением задрал рукав мантии выше локтя. Я увидел на коже Чёрную Метку. Волан-де-Морт внимательно осмотрел Метку, не замечая громких всхлипов Селвина, которые уже превращались в судорожные рыдания. — Она снова здесь, — тихо произнёс он, — они снова её заметят… теперь мы посмотрим… теперь мы узнаем… И он прижал свой длинный указательный палец к Метке на руке Селвина. Шрам у меня на лбу снова обожгла боль, а от вопля Селвина зазвенело в ушах. Волан-де-Морт убрал палец, и я увидел, что Метка стала угольно-чёрной. С выражением злобного удовлетворения на лице Волан-де-Морт выпрямился и огляделся вокруг. — Сколько же их соберётся с силами и явится сюда, когда они почувствуют это? — прошептал он, запрокидывая голову и всматриваясь в звёзды. — И сколько окажется глупцов, которые решат держаться подальше отсюда? Он стал расхаживать взад-вперёд передо мной и Селвином, то и дело окидывая взглядом кладбище. Через минуту-другую он снова посмотрел на меня, остановился, и жестокая улыбка исказила его змееподобное лицо. Волан-де-Морт снова начал вести честолюбивый монолог, который, кажется, был обращëн ко мне. Но я не слушал — все мои мысли занимали попытки решить задачу, героем которой я вдруг оказался. Внезапно ночную тишину нарушил шорох развевающихся мантий. Среди могил, под огромным тисом, везде, где была тень, возникали фигуры волшебников. Все они были в масках, на головах у них были капюшоны. Один за другим они двигались к нам… медленно, осторожно, как будто не веря своим глазам. Волан-де-Морт молча стоял посреди кладбища и глядел на них. Наконец один из Пожирателей Смерти упал на колени, подполз к Волан-де-Морту и поцеловал подол его чёрной мантии. — Хозяин… хозяин… — пробормотал он. Остальные Пожиратели Смерти сделали то же самое. Один за другим они подползали на коленях к Волан-де-Морту и целовали его мантию прежде, чем подняться и отойти в сторону. Мало-помалу они образовали круг, внутри которого находились могила Тома Реддла, я, Волан-де-Морт и корчащийся на земле, всхлипывающий Селвин. В этом кругу были прогалины, как будто они оставили место для кого-то ещё. Но сам Волан-де-Морт, похоже, никого больше не ожидал. Он внимательно оглядел скрытые капюшонами лица и хотя никакого ветра не было, по кругу пробежал тихий шорох, как будто все стоящие в нём вздрогнули. — Добро пожаловать, Пожиратели Смерти, — тихо сказал Волан-де-Морт. — Тринадцать лет… прошло тринадцать лет со дня нашей последней встречи. И всё же вы ответили на мой зов будто это было вчера… значит, нас всех по-прежнему объединяет Чёрная Метка? Или нет? И вот снова он завëл речь, обращая еë то ко всем Пожирателям вместе, то к кому-то одному. Про меня он, кажется, вообще забыл. Краем уха я уловил прозвучавшие фамилии: Эйвери, Малфой, Макнейр, Крэбб, Гойл, Нотт… Слишком многие из них были мне знаком, слишком много их детей учились в Хогвартсе, в ШОТ. Нужно было действовать осторожно, чтобы не навредить им. Волан-де-Морт медленно шагнул вперёд и повернулся лицом ко мне. Он поднял палочку: — Круцио! Боль была совершенно невыносимой; кости, казалось, вот-вот расплавятся, а голова разлетится на куски; глаза бешено вращались в глазницах, и мне хотелось только, чтобы эта мука прекратилась… забыться… умереть… И вдруг всё кончилось. Я обессилено повис на верёвках, которыми меня привязали к могильному памятнику отца Волан-де-Морта. Передо мной, как в тумане, горели кроваво-красные глаза. Хохот Пожирателей Смерти оглушил меня. — Сами видите, глупо было считать, что этот мальчишка мог когда-либо быть сильнее меня, — произнёс Волан-де-Морт. — Но я хочу, чтобы никто больше не заблуждался по этому поводу. Гарри Поттер избежал смерти по счастливой случайности. И сейчас я докажу это, убив его прямо здесь, у вас на глазах, здесь, где нет ни Дамблдора, который помог бы ему, ни матери, чтобы снова умереть за него. Я дам ему шанс. Он сможет сражаться, и у вас не останется ни малейшего сомнения, кто из нас двоих сильнее. Потерпи ещё совсем немного, Нагайна, — шепнул он змее, и та заскользила по траве туда, где стояли Пожиратели Смерти и смотрели на нас во все глаза. — Отвяжи его, Селвин, и верни ему палочку. Селвин вытащил у меня изо рта кляп и разрезал верëвки. Страх прошëл вместе с болью. Я твëрдо встал на ноги, чувствуя лишь ледяную ярость, взял свою палочку из руки Селвина и, сделав пару шагов вперëд, громко произнëс: — Ты считаешь меня слабым мальчишкой? Я не мог себя видеть, но почему-то был совершенно уверен, что мои глаза на мгновение вспыхнули красным. Волан-де-Морт, как и некоторые Пожиратели, расхохотался. Остальные смотрели на меня с сомнением и опаской. — Тебя учили сражаться на дуэли, Гарри Поттер? — тихо спросил Волан-де-Морт. Его красные глаза горели во тьме. — Мы должны поклониться друг другу, Гарри, — сказал Волан-де-Морт, слегка склонившись. При этом лицо его всё равно было обращено ко мне. — Ну же, приличия надо соблюдать… Дамблдор был бы рад увидеть твои хорошие манеры… поклонись смерти, Гарри… Пожиратели смерти захохотали. Безгубый рот Волан-де-Морта растянулся в улыбке. Я стоял, выпрямившись, и холодно смотрел в красные глаза Тëмного Лорда. — Я сказал, поклонись, — повторил Волан-де-Морт и поднял палочку. — Империо! Я сбросил с себя заклятие, даже не шелохнувшись. Ярость придавала мне сил. Волан-де-Морт удивлëнно взглянул на свою палочку и повторил: — Империо! Пожиратели зашептались, а я продолжал стоять. — Ладно, — раздражëнно сказал Волан-де-Морт. — Обойдëмся без поклона. Круцио! Не знаю, смог ли бы я перетерпеть эту боль снова. Я отскочил в сторону, и красная вспышка пролетела мимо. Я вскинул палочку. — Тардус Мортем! — с моих губ сорвались слова тëмного проклятия, приносящего медленную смерть. Волан-де-Морт уклонился и удивлëнно посмотрел на меня. Пожиратели Смерти благоразумно отступили на шаг. — Малыш выучил взрослые слова, — посмеялся Тëмный Лорд, хотя в его глазах не было ни тени веселья. — Хорошо, давай играть по-взрослому. Только сейчас началось настоящее сражение. Мы с бешеной скоростью кидались заклятиями, даже с Томом Риддлом из дневника было не так сложно. Правда, тогда я был не один, а сейчас ещё и пытался не задеть Пожирателей. С другой стороны, мне уже не двенадцать лет, да и Волан-де-Морт явно поддавался, насмехаясь надо мной. Мне было уже совсем не до придумывания хитрого плана. В этой битве мне не победить. Оставалось только пытаться уйти отсюда живым. Но я не мог убежать, меня тут же настигнет заклинание Волан-де-Морта. Я даже не успевал использовать Манящие чары — стоило отвлечься хоть на секунду, и в меня уже летело такое тëмное проклятие, о каких даже не пишут в книгах. Уклоняясь от летящих в меня вспышек заклинаний, я, наверное, продемонстрировал чудеса акробатики. Повезло ещё, что я обладал рефлексами ловца, так что успевал среагировать. — Авада Кедавра! — Экспеллиармус! Вдруг у меня появилась идея. Я наткнулся на это заклинание ещё в прошлом году, причëм совершенно случайно, роясь в библиотеке штаб-квартиры Ордена Тайн. Тогда я посчитал его полезным и решил выучить. Как оказалось, не зря. — Нигебулус! — выкрикнул я. Мир словно погрузился во тьму. Я, Волан-де-Морт, Пожиратели Смерти — все потеряли возможность видеть и слышать. Правда, лишь на пару секунд, но мне было достаточно и этого. — Акцио Кубок! Я не слышал собственного голоса, казалось, из моего рта не вырвалось ни звука. На какой-то короткий миг я даже подумал, что заклинание не сработало. Тем не менее я ощутил, как Кубок коснулся моей руки. Действие моего заклинания прошло, и я услышал яростный вопль Волан-де-Морта в тот самый момент, когда почувствовал уже знакомый рывок под ложечкой. Портал сработал, и теперь в вихре красок и ветра я уносился с кладбища прочь.