Зверобой означает "враждебность"

— Это мотоцикл? Твой мотоцикл? —Северус стоит, опираясь на хлипкую оградку своего дома, и таращится на Сириуса и его железного коня. — Да! Я его несколько усовершенствовал, так что другого такого не существует, — Бродяга гордо выпячивает грудь. Возился он с этой жестянкой действительно долго, но собственный летающий мотоцикл того определенно стоил. Северус, к сожалению, не впечатлен настолько, чтобы сразу осыпать Сириуса вопросами, но его внимательный изучающий взгляд и приподнятые брови – достаточно показательны, чтобы гриффиндорец понял, что его старания оценили. — Я надеюсь, ты не рассчитываешь, что я поеду с тобой на этой штуковине, — замечает Северус, тыча пальцем в мотоцикл. — Что? Конечно же, мы поедем на нем! Северус хочет сказать что-то еще, но его прерывает шум на противоположном конце улицы. Они оба поднимают головы на звук. Сириус краем глаза замечает, как хмурится его парень. Высокий худой мужчина с грохотом швыряет пустую бутылку в мусорный бак и, пошатываясь, направляется прямо к ним. До того, как он успевает обратить внимание на Сириуса с мотоциклом, Северус шипит и накидывает на него цепочку медальона. — Я потом объясню, — сквозь зубы цедит он. Тем временем мужчина доходит до забора домика Снейпов и, подняв бровь, рассматривает девушку с мотоциклом. Потом цокает и кивает Северусу. — Если в ближайшие три года сделаешь меня дедом, домой можешь не возвращаться. И не забудь ей рассказать про свои фокусы до того, как заделаешь ребенка, — ухмыляясь, отец Северуса хлопает калиткой и скрывается где-то на заднем дворе, считая, что сын с девчонкой на мотоцикле больше не требуют его внимания. Синди, давившая смех изо всех сил, взрывается хохотом, как только мужчина пропадает из поля зрения. Северус только закатывает глаза и все-таки решается подойти к мотоциклу. — Поехали отсюда. — Будешь делать мне детей и рассказывать о своих фокусах? — ехидно щурится Синди, сквозь приступы смеха. Она крутит в руках подвеску медальона и играет бровями. Наверное, это могло выглядеть сексуально, если бы вторая рука не подтягивала джинсы, теперь великие в талии. — Только если ты найдешь, где нам жить. Сюда меня, как и было озвучено, не пустят, — скалится Северус. — Ла-адно, карапузы пока отменяются, — ржет девушка, устраиваясь на сиденье мотоцикла. Бродяга оборачивается на Северуса и широко улыбается. — Садись, детка, прокачку тебя с ветерком. — Еще раз так меня назовешь, и я убью тебя, — он шипит, но с опаской аккуратно садится, обхватывая Синди за талию. — Куда ноги девать? — Ставь за моими, — девушка вжимает газ и ликующе восклицает. Когда дом Северуса скрывается за соседскими заборами и кипарисами, он снимает медальон с Сириуса и крепче хватается за его плечи, когда они подпрыгивают на кочке. — Значит, из твоих родителей магл – отец? — спрашивает Сириус, сбавляя скорость, пока они едут по пустой дороге, которая должна привезти их в Лондон. — Да, а мама закончила Слизерин, — делится Северус. — Принц-полукровка, — вспоминает Сириус. — Так это была фамилия твоей матери! — Неужели я, по-твоему, настолько самовлюбленный кретин, чтобы без причины выбрать псевдоним Принц? — Северус возмущенно тыкает его под ребра. — Сначала так и решил, а потом уже не думал об этом, — Бродяга пожимает плечами. Зачем они выбрались в Лондон? Северус пообещал сходить с ним в маггловский кинотеатр. Хотя, если быть точнее, это Бродяга смог наконец уломать слизеринца. Сириус давно интересовался тем, как могут развлекаться магглы. В частности, фантастикой и фэнтези в их исполнении. Как можно снимать кино про далекое будущее или про магию и фантастических тварей, если нельзя их поймать или наколдовать? Они стояли у кассы и уже десять минут выпытывали у бедной студентки на подработке, что интересного она может посоветовать. Потому что оба до этого в кинотеатрах не были и, что сейчас крутят, не знали. Северус – в силу финансового положения и отсутствия интереса, Сириус – в силу стараний родителей отдалить его от жизни магглов. Выбор был так себе. Все еще крутили какой-то странный ужастик про парня, которому пришлось жениться по залету, или что-то такое. Сириус так и не разобрал, что пробубнила девушка в качестве описания. Еще был фильм про чудовище, которое кошмарило целый регион в выдуманном королевстве, и чувака, решившего с ним сразиться. И только-только вышедшая нашумевшая космическая эпопея. Почему, она называлась четвертой частью, хотя первых трех никто в глаза не видел, Сириус тоже не понял. Бродяга больше склонялся к фантастике, потому что решил, что магия в исполнении неволшебников его скорее расстроит, чем рассмешит. Северус категорически не хотел на фильм, где показывают недоношенных младенцев и несчастливый брак. Поэтому оставалась только первая-четвертая часть фильма про войны в галактике. — Черт, Лея такая классная, я бы ей вдул, — Сириус был под впечатлением от этой бесстрашной девушки. Она не была волшебницей, но так отважно сражалась за свободу и за Республику. — Кому ты ссышь в уши, ты бы вдул Люку, — не похоже, что Северуса задевают разговоры о гипотетических похождениях его парня. Он ухмыляется и делает вид, что смотрит вперед, но его взгляд периодически возвращается к Бродяге, следя за реакцией собеседника. — Не хочу душнить, но Люку я бы дал, — Сириус продолжает их шутливую пикировку, пока юные волшебники прогуливаются по улице в поисках местечка для перекуса. Услышав его, Северус сбивается с шага и удивленно таращится на гриффиндорца, останавливаясь посреди улицы. Сам Сириус не понимает, чем вызвал такой шок, поэтому вопросительно смотрит в ответ. — Ты серьезно? — медленно спрашивает Северус, изучая его цепким взглядом. Сириус только кивает, не совсем понимая суть вопроса. Слизеринец тоже только хмыкает и качает головой, не собираясь давать комментарии. Он еще раз проходится взглядом по Бродяге, внимательно осматривая с ног до головы. — Ну да, было бы глупо думать, что ты и где-нибудь тут не окажешься не таким как большинство, — бормочет себе под нос Северус, возобновляя их прогулку. — Подожди-подожди, ты что записал меня к тем ублюдкам, которые считают, что быть “снизу” — он изображает в воздухе кавычки и картинно морщится, — это унизительно и не круто для партнера независимо от пола? — Не заводись, — фыркает Северус. — Уже вычеркнул. Я при общении с вашей шайкой так решил, а потом уже не размышлял на эту тему. — Чтобы ты знал, я обижен до глубины души, — Сириус складывает руки на груди и дуется. Но довольно быстро находит, что можно вбросить Северусу в ответ. — К тому же, я видел тебя голым. Грех – не использовать по назначению такое хозяйство. — Что? Да ты… — Северус давится воздухом. О да, Бродяга абсолютно доволен произведенным эффектом. Северус покрывается румянцем от шеи до кончиков ушей и прибавляет шагу, отворачивать, а Сириус со смехом пускается его догонять. Это был классный день.

***

Сириус думал, что все сегодня до глубокой ночи будут на банкете у Малфоев, поэтому растерянно замер посреди лестницы, наткнувшись на Регулуса. Общаться с братом было неловко, хотя он был безмерно благодарен за то, что тот не рассказал родителям про его набег в канун Рождества. Регулус задумчиво склонил голову набок и изучал взглядом магловские шмотки Сириуса. На удивление, его лицо выражало скорее любопытство, чем отвращение. Это заставило Бродягу вспомнить свиток, который он случайно увидел у Северуса в сумке. — Увидел знакомое лицо? — это должно было звучать как насмешка, но получается жалко и с надеждой в голосе. Очевидно, Регулус не знает даже кто такие Deep Purple, не то что их лица. — Нет, просто подумал, что они выдают абсолютно хаотичный набор звуков, называя это музыкой, — брат не спускал с него глаз. — Как это можно слушать? Сириус вытаращился на Регулуса, будто тот превратился в единорога. Он не ослышался? Его брат, слизеринец до мозга костей, пробовал слушать маггловский рок? — У тебя отвратительный вкус в музыке, — не дождавшись от Сириуса ответа, он фыркает, продолжая заполнять неловкое молчание. — И в одежде, надо сказать, тоже. Нотки пренебрежения в его интонации возвращают Сириуса в реальность, помогая поверить, что это действительно Регулус, а не кто-то из его друзей под оборотным, решивший его разыграть. Бродяга моргает и переваривает ситуацию. Разговаривать на виду у портретов предков все равно, что помахать перед матерью флагом с надписью “Я, жалкий предатель, обожаю грязнокровок и магглов”, поэтому Сириус хватает брата за руку, тащит по лестнице и захлопывает за ними дверь своей комнаты. — А что бы ты порекомендовал? — интересуется он, усаживаясь на кровать. Регулус бегло осматривает его берлогу и садится в кресло, левитируя гору вещей с него на пол. — Свободные брюки с завышенной талией и рубашка с коротким рукавом смотрелись бы хорошо. Это не слишком отличается от одежды магов и не та рвань, в который ты таскаешься, — поучительно выдает он. — Это не имеет смысла, если я все равно выгляжу как маг, — усмехается Сириус. — Нет. У маггловских вещей другой крой и материал! — с жаром возражает Регулус. — И твои кожаные ботинки с этим ужасным драным свитером все равно к ним подойдут. А уж такое маги точно не носят. — Так это правда, ты ходишь на Маггловедение? — вдруг спрашивает Сириус. Лицо брата на секунду бледнеет, но потом он уходит в себя, словно о чем-то раздумывает. Сириус старается его не торопить, Регулус может ответить что-нибудь резкое и необдуманное, а сам Сириус обидеться и тоже кинуть что-нибудь злое. Так что лучше помолчать, потому что сейчас Бродяга отчетливо видит перед собой восстановление тоненькой ниточки, которая могла бы связать их снова. — Нет, я не хожу, — наконец медленно отвечает Регулус. — Это было собственное исследование. — Зачем? — удивляется Сириус. В этот раз Регулус только обиженно надувается и встает с кресла, сверкая сердитым взглядом. И он так сейчас похож на их мать, что Сириус внутренне съеживается, готовый к удару. Но вместо этого брат только тяжело вздыхает. — А вот подумай об этом сам на досуге, — фыркает он перед тем, как хлопнуть за собой дверью.

***

— Знаешь, я до последнего сомневалась. Звучало слишком невозможным: Сириус влюбился в тебя под оборотным, — Лили взмахивает руками, пытаясь показать, насколько была удивлена этой догадке. — Когда Сириус на Рождество спросил твой адрес, я бы не поверила ему, но что-то в нем было такое… Это казалось действительно важным для Сириуса. А потом Джеймс сказал мне, что Сириус встречается с какой-то девочкой из цветочного. Я была сбита с толку. А как же ты? И столько всего никак не складывалось в пазл. Почему оборотное так странно на тебе работает, почему вообще ты не прогнал или не сглазил Сириуса сразу, как он появился перед тобой. Зачем тебе было работать в цветочном под оборотным? — Мда, детектив из тебя никудышный, — усмехнулся Северус. — Эй, я первая из всех догадалась! Это должно дать мне дополнительный балл за сообразительность! — Это не ты догадалась, это Сириус перед тобой спалился, — Северус закатывает глаза, не желая отдавать победу в их споре. — Ну и как оно? Встречаться с самым завидным парнем Хогвартса? — глаза Лили сверкают от любопытства. На мгновение Северус хочет возмутиться, что он не одна из ее подружек и не собирается обсуждать с ней мальчишек, но с другой стороны, а какая разница, о чем они общаются с Лили? Да и Сириуса обсудить ему больше и не с кем. В конце концов, слизеринец приходит к максимально нейтральному ответу: вроде и тему поддерживает, но и ничего конкретного не раскрывает. — Понятия не имею, спроси у Сириуса при случае, — усмехается он. — Наверняка, все ему страшно завидуют. Лили смеется и толкает его локтем. Она качает головой и достает из корзинки еще один бутерброд с сыром. Северус уже наелся, поэтому он просто вытягивает ноги на стареньком покрывале и смотрит в небо. Посиделки с Лили у реки вызывают ностальгию по тем временам, когда они еще детьми сбегали сюда от всего мира и рассуждали о феях и волшебстве. — Ты думала, что будешь делать после Хогвартса? — сам Северус хотел варить зелья, но пока не представлял, как достать денег на стажировку у зельевара уровнем хотя бы чуть выше обычной посредственности. Чем известнее мастер, тем больше желающих и ценник за возможность поработать в звании подмастерья. А идти к тому, кто умеет меньше самого Северуса, слишком унизительно и бесполезно. — Я хочу остаться в мире волшебников, — задумчиво произносит Лили, растягиваясь на пледе и укладывая руки под голову. — Но не представляю, кем бы могла работать. Умереть под горой бумажек в Министерстве – самый унылый конец для волшебницы. Может быть, я могла бы продавать детям все для школы? Видеть счастливых маленьких магов было бы так славно. — Хочешь работать на Косой Аллее? Там постоянно толкотня и ажиотаж, — Северус фыркнул, вспоминая, как первый раз пошел с матерью за школьными принадлежностями. В то утро Элин безжалостно вытащила его из кровати в несусветную рань, чтобы прийти к самому открытию магазинов и, не дай Мерлин, не столкнуться ни с кем из знакомых. Учебники у Северуса были все от матери, но волшебную палочку и мантию им пришлось покупать новые. В ателье Элин лишь убедилась, что мантия ему как раз в плечах, и тут же сдернула ее с Северуса, приговаривая, что длину она потом и сама поправить может. При выборе палочки, мать постоянно крутила головой по сторонам, сканируя улицы и нервно кусая ноготь на большом пальце, пока будущий слизеринец пробовал делать пассы палочкой. После каждого взмаха следовал раздраженный вздох и вопрос, какая палочка будет следующей. Маленький Северус был очень увлечен магическими предметами и магами, свободно колдующими на улицах, но когда пришло время возвращаться, народу на улице заметно прибавилось. От пестрых мантий и летающих тут и там пакетов у Северуса закружилась голова, а Элин, как на зло, стала дергаться и постоянно подгоняла его. Поэтому Косая Аллея всегда ассоциировалась у него с суетой. — А ты мог бы работать в одной из лавок зельеваров, — мечтательно продолжила девушка, не обращая внимания на брюзжание друга. — Мы бы ходили вместе на обед и обсуждали смешные происшествия со своих смен. А на выходных с Джеймсом и Сириусом гуляли бы по Лондону. Я уверена, кроме Дырявого котла, есть много хороших мест. — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — возразил слизеринец. — Не существует такой вселенной, в которой мы с Поттером можем гулять по выходным по Лондону, — он скривился, представляя себе эту картину. — Ничего не мешает нам ее создать, — уверенно произнесла девушка. — Что ж, удачи тебе, — в этом пожелании Северус был даже искренен. Ему не хотелось бы видеть, как Сириус будет разрываться между ним и своим лучшим другом. Болтая о всяком, они просидели так, пока не стемнело. А потом от воды потянуло холодом, и налетели голодные комары, поэтому друзья, под ворчание Северуса о запрете на колдовство, свернули плед и отправились по домам.

***

Северус решил в августе подрабатывать у мадам Фриды. Деньги никогда не бывают лишними. К тому же, ради возможности не мелькать лишний раз перед пьяным отцом, он готов трястись каждый день в автобусе до Лондона, чтобы потом камином отправиться из Косой Аллеи в Хогсмид. Для родителей он работал в какой-то забегаловке на окраине в двойную смену. В общем, им было почти все равно, где Северус шатается целыми днями, пока тот не влипал в неприятности. Однако, неприятности имеют свойство случаться когда захотят и с кем захотят. В последнюю неделю мрачная атмосфера витала как будто над всем магическим миром. Северус не мог описать, как и почему чувствовал это. Но казалось, что даже его любимый кустик жасмина из цветочного магазина “У Фриды” погрустнел и пожух. Не то, что угрюмые люди, снующие туда-сюда по Косой Аллее. Когда это случилось, Северус сидел на остановке и ждал вечерний рейсовый автобус до Паучьего тупика. К нему подошел парнишка, раздающий газеты. Тонкий и долговязый, пацан выглядел так, будто его сейчас стошнит, и старался не смотреть на газету. — Эй, — сипло позвал он Северуса. — Помоги, а? Возьми пару штук и сожги потом у себя на заднем дворе. Мне все раздать надо, а их никто не берет. Северус недоуменно приподнимает бровь. Обычно газеты раздаются к середине дня. Что там такого напечатали, что от парня все шарахались, как от прокаженного. Он протягивает руку к газете и уже собирается прочитать заголовок, как парень быстро сворачивает ее пополам, картинкой внутрь. — Я серьезно, просто сожги это к чертям. Не знаю, чем думали журналисты, когда печатали такое, — с этими словами он сует бумагу Северусу и, кивая в качестве прощания, идет искать следующего несчастного. А Северус, хмыкнув, разворачивает газету, чтобы посмотреть, что так усиленно скрывал от него парнишка. На первой же странице заголовок гласит: “А кто же этот ты?” И сразу под ним фотография. Жуткая в своей омерзительности и жестокости. На ней в совершенно обычной гостиной, с занавесками в рюшечку, как у всех, все обои были в кровавых разводах. Посреди комнаты на люстре висел труп женщины с изуродованным лицом. Северус не был экспертом, но порезы на нем подозрительно были похожи на те, что сектумсемпра оставляла на мышах, намекая на магическое происхождение. На полу в странно скрюченной позе лежал мужчина с месивом вместо живота. На его лице застыли страх и отчаяние. И как уродливый завершающий штрих в гостиную была выволочена детская кровать. Слава Богу, что того, что внутри, видно не было. Огромная надпись кровью во всю стену только усиливала гнетущее ощущение ужаса. Ты следующий. Северус захлопнул газету и протер глаза рукой. Это черная магия. Он знает этот почерк, читал в книгах описания последствий применения различных заклятий для пыток. Кто бы это ни был, он имел доступ к древним темным книгам и ненавидел магглов. Слизеринец постарался припомнить, были ли еще такие статьи в последнее время. В газетах ничего не мелькало, но в подворотнях точно ходили слухи. Лишь бы мракоборцы поскорее разобрались с этим.

***

Регулус ждал, что Сириус подойдет к нему снова после их летнего разговора дома. Но легкомысленный старший братец как будто выкинул этот момент из головы или решил не углубляться в подробности. Регулус наблюдал за ним с начала учебного года. Сириус с Мародерами продолжал взрывать туалеты под младшеклассниками и колдовать сглазы на слизеринцев. Кроме этого, он один-два раза в неделю пропадал где-то в коридорах на верхнем этаже замка. В любом случае, ему было не до Регулуса. Хотя однажды он почти смог нагнать Сириуса, но начать разговор не удалось. Его непутевый брат плутал по коридорам Хогвартса, словно искал кого-то. Постоянно оглядываясь по сторонам, он что-то сжимал под мантией. Регулус подозревал, что это какое-то зелье или зверушка, которые окажутся за шиворотом у жертвы Сириуса. Гриффиндорец заглянул за очередной поворот, и его лицо просияло. Младший Блэк не хотел наблюдать за страданиями какого-то случайного бедолаги. Но интуиция, спавшая мертвым сном, когда он посещал прорицания, внезапно взвыла дурниной, подсказывая, что Регулус обязан прямо сейчас увидеть, что происходит за поворотом коридора. Ну и кто он такой, чтобы ее не послушать? За поворотом стоял Северус Снейп. Увидев его, Регулус даже немного разочаровался. Серьезно? О том, что его братец со своими друзьями воюет с этим слизеринцем, не знает только глухой или слепой. Ничего нового он здесь не… — Северус! Давно ждешь? — высокая девушка в гриффиндорском шарфе налетает на угрюмую фигуру Снейпа. — Как будто ты не знаешь, — ухмыляется тот и позволяет девушке повиснуть на нем, запустить руки в свои волосы и притянуть его для поцелуя. От вида этой картины Регулус выпадает в осадок. Весь Хогвартс знал, что он вздыхает по рыжей гриффиндорке, поэтому и конфликтует с Поттером. Но эта точно не рыжая. Подумать только, у Северуса Снейпа роман с такой шикарной девчонкой. Регулус со своего места видел ее только со спины, но рост, фигуру и копну густых черных локонов оценить успел. — Ты опять в этой уродливой юбке, — ехидно замечает Снейп. О Мерлин, кто так вообще разговаривает со своей пассией? Регулус уже приготовился смотреть, как его знакомый получает пощечину. Но девушка в ответ только хихикает и выставляет бедро в сторону на манер бывалой модели. — Не боишься, что меня уведет кто-нибудь, если я надену мини? — девушка хватает Снейпа за руку и пытается утащить дальше по коридору. — Мог бы бояться, что тебя уведет кто-нибудь, когда ты наденешь брюки, но я знаю, что ты слишком сильно со мной влипла, чтобы обратить внимание на кого-то другого, — слизеринец не сопротивляется. Странная фраза, вообще в целом их общение странное. Но кто Регулус такой, чтобы обсуждать и осуждать чужие заскоки? Тем более ему надо найти, куда делся Сириус.

***

— Кто-то проклял Алекса, — мрачно произносит Ремус. — Кто такой Алекс? — Сириус перестает пялиться в окно и переводит взгляд на друга. — Да и разве учителя не могут снять проклятие? — Пятикурсник с Пуффендуя, магглорожденный, — Лунатик садится на край сириусовой кровати и утыкается печальным взглядом в свои ладони. — Я слышал эту историю, — Джеймс перебирается к ним ближе и встает к окну. — Такого проклятия раньше никто не видел, стоит только ему взять в руки волшебную палочку, и бедняга сразу начинает задыхаться и покрываться ожогами. Профессор Макгонагалл решила, что кто-то зачаровал его палочку. Но когда он взял другую, кого-то из одноклассников, все повторилось. Точно прокляли именно его. — Это очень серьезно, — взволнованно выдыхает Сириус. От мысли, что он мог бы также лишиться возможности колдовать, становится дурно. — Того, кто это сделал, точно исключат, когда найдут. — Если найдут, — уточняет Ремус. — Профессора пока даже след обнаружить не могут. Сам Алекс тоже не знает, как мог подхватить проклятие. — Мы можем помочь! — загорается Джеймс. — Если с помощью Карты последить за ним и за тем, кто крутится вокруг него. Наверняка, виновник не может не наслаждаться своим детищем и периодически приходит посмотреть, как мучается парень. Идея Сохатого не гарантировала успех, но Мародеры решили по очереди дежурить у Карты, чтобы точно не пропустить никого подозрительного. Смена Бродяги была сразу после уроков. Первые дня два их наблюдений ничего странного не происходило. Алекс встречался с девушкой в библиотеке, видимо, делал письменные уроки, для которых не приходилось колдовать, а потом уходил в гостиную Пуффендуя или сразу к себе в спальню. Но после выходных в Хогсмиде, парень выглядел более взволнованно, чем обычно. И Бродяга был очень удивлен, когда Алекс в понедельник после уроков бодренько припустил на нижние этажи замка. В тот самый кабинет, где Бродяга с Северусом чаще всего устраивали мозговой штурм, когда создавали медальоны. Неужели? С замиранием сердца Сириус внимательно смотрит на карту и вздрагивает, когда видит имя своего парня рядом с проклятым Алексом. Зачем это нужно Северусу? Сириус не верил своим глазам, но этот несчастный Алекс теперь бегал в заброшенный кабинет зелий каждый вечер. Он сидел там где-то по часу, причем, иногда вместе с Северусом. Бродяга знал, каким злым и мстительным мог быть слизеринец, но не беспричинно жестоким. Он бы не стал проклинать и шантажировать кого-нибудь, а потом смотреть на его мучения. Что, что же их связывало? Сириус ломал голову всю неделю. Казалось, правильный ответ плавает где-то на поверхности, но как скользкая рыбка ловко уворачивается от Сириуса. На следующее утро Сириус сидел на первом уроке, пропуская мимо ушей слова профессора Бинса. Рука с пером бессмысленно выводила завитки на пергаменте. Бродяга не мог спросить у Северуса напрямую, поэтому оставалось только усиленно думать. Вдруг рядом кто-то тихо охнул. Соседка Лили порезала палец о страницу и теперь пыталась незаметно от профессора достать свою палочку, чтобы залечить порез. В этот момент Сириуса осенило. Кровь! Северус полукровка со Слизерина, он может пытаться помочь магглорожденному парню, потому как не разделяет взглядов сокурсников, но тесно с ними общается и может черпать у них знания о темных искусствах. Выходит, Северус разбирается в темной магии. Чтобы понять проклятие, надо знать, как их создавать, и понимать принцип работы. Бродяга задумчиво замирает на месте. Он ни разу не видел, чтобы Северус использовал темную магию. Все же в порядке? Все знают непростительные заклинания, но это не считается, пока их не применяют. По коже бежит неприятный холодок. Надо обязательно будет поговорить об этом с Северусом. Как хорошо, что другие Мародеры пока не в курсе, и слизеринец встречается с проклятым только во время дежурства Сириуса. Было бы очень хорошо, если бы они так и продолжили, но однажды за завтраком в Большом зале Алекс столкнулся с Северусом в самый неудачный момент. Мародеры как раз встали из-за стола и тоже направлялись к дверям. — Эй, что Нюниусу от него нужно? — напряженно спросил Джеймс. — Да просто мимо прошли, — фыркнул Бродяга, стараясь звучать как можно более отстраненным. Нет-нет-нет, только не сейчас, он еще не успел спросить об этом Северуса. И тут Алекс перестал удивленно хлопать глазенками на Северуса и воровато огляделся по сторонам, как будто проверял, не заметил ли кто-то посторонний их. А Северус помрачнел и нахмурился, он вздохнул и попытался как можно быстрее добраться до стола Слизерина. — Бродяга, это не просто прошли мимо! — Джеймс схватил друга за плечо и слегка встряхнул. — Он знает этого сального ублюдка. Это точно он! Попался. Сириус хотел возразить, но вовремя себя одернул. Это будет слишком подозрительно, если он сейчас начнет защищать слизеринца. Он не может так рисковать. Лучше предупредить Северуса и постараться не дать ему столкнуться с Мародерами. И, конечно же, Бродяга не успел. Джеймсу взбрело в голову разобраться со всем вот прямо сейчас, прямо сегодня. Поэтому во время обеденного перерыва воодушевленный Джеймс и желающие не ввязываться в это вообще Сириус, Ремус и Питер стояли около Темного озера напротив недовольного Северуса. Слизеринец сидел на своем любимом камне с блокнотом в руках. Увидев приближение гриффиндорцев, он сжал губы и сдвинул брови так низко, что казалось под ними почти не видно глаз. Северус достал палочку и поднялся с камня. — Экспеллиармус! — выкрикнул Джеймс, пытаясь выбить оружие из рук врага. Бродягу поглощает липкое и вязкое отчаяние, когда при виде этой сцены он чувствует, будто их всех забросило на пару лет назад. Нет! Чертов Джеймс! Сириус так старался, чтобы оставить это в прошлом. Он сжимает кулаки и старается успокоиться. Все в порядке, он сумеет все объяснить Северусу. Поступки Джеймса не должны так просто разрушить их отношения. Так ведь? Сириус делает глубокий вдох, возвращая внимание дуэли. В это мгновение Северус заносит палочку с таким угрожающим видом, что у Сириуса екает сердце. Он не слышит шипения слизеринца, произносящего заклинание, только видит его злой оскал. И до смерти пугается того, что сейчас с палочки его парня сорвется что-то очень темное. — Левикорпус! — Сириус реагирует быстро, прерывая колдовство Северуса. Тот удивленно моргает, ощущая, как земля уходит у него из под ног. Он бросает на Сириуса взгляд полный обиды. И Бродяга в ужасе понимает, что сделал. Мерлин, пусть только Северус не отвернется и не закроется от него, Сириус сможет все объяснить, если его станут слушать. Пожалуйста. — Ничего себе, Бродяга! — Джеймс восхищенно присвистывает, разглядывая Северуса, который висит вверх ногами и зло шипит. — Ей, Нюниус, теперь выглядишь не так важно, как когда проклинаешь младшекурсников? Сириус произносит контрзаклинание, не дожидаясь того, что еще скажет Сохатый, одновременно применяя левитацию, чтобы слизеринец не рухнул камнем, а мягко опустился на траву. — Джей, пойдем, это не он. — Ты шутишь что ли? Он все время терся вокруг, конечно же, чтобы следить, — Джеймс поворачивается к Северусу и сжимает кулаки. — Слышь, тварь, как снять это проклятие? Сириус хватает друга за руку, пытаясь не дать ему колдовать. Он взволнованно оглядывается на Северуса. Тот молчит. Слизеринец неспешно поднимается на ноги и стряхивает со своей мантии прилипшие соринки. Может показаться, что его лицо невозмутимо, но Сириус видит бледные поджатые губы. Замечает, как появляется складка меж бровей слизеринца. Он в бешенстве. — От твари слышу, — зло выплевывает Северус. Его ладонь сжимает палочку до побелевших костяшек. Скорее всего, с внутренней стороны останутся следы ногтей. Он стоит мрачной тенью и говорит тихо, но твердо. И все же бросаться заклинаниями Северус пока не спешит, к огромному облегчению Сириуса. — Почему-то, когда ты раскидывался сглазами направо и налево в младшеклассников со Слизерина, тебя не волновала моральная сторона вопроса. А тут вдруг, глядите, какой рыцарь выискался. — Проклятье, не позволяющие колдовать, намного серьезнее сглаза на чесотку! — Джеймс дергается вперед. Наверняка, он бы уже пустил в ход кулаки или палочку, если бы между ними не стоял Сириус. Похоже, Сохатый тоже это чувствует и пытается обогнуть друга. Сириус не успевает всего на секунду. Кулак Джеймса врезается в нос Северуса, и Бродяга слишком долго думает, кому же броситься помогать. Его потерянность очень мешает. Но, к счастью, Поттер ограничивается только одним ударом. —Тебе не кажется, что это уже двойные стандарты? — усмехается слизеринец, размазывая по лицу кровь, капающую из носа. — Ты ничем не отличаешься от меня, — Северус наслаждается тем, что выводит Джеймса из себя. В его темных глазах сверкает огонек горячего удовольствия. Ситуация становится все хуже, теперь Сириус уже не сможет оттащить Джеймса прочь, не вызывая подозрений. — Да как ты смеешь, урод… — Стойте! — отчаянный вопль прерывает Джеймса, и тот неуклюже замирает с поднятой палочкой. К ним подлетает Алекс, запыхавшийся и бледный. Он в панике смотрит на старшекурсников и, не раздумывая ни секунды, подлетает к Северусу. — Т-ты в порядке? — пуффендуец взволнованно машет руками, видя кровь на лице Северуса. — Я не могу тебя вылечить сейчас… Но ты и сам, наверное, справишься, да? Это… — Отвали, все нормально, — Северус морщится и хмуро смотрит на кровь, оставшуюся на ладони. Но досада на его лице быстро сменяется торжеством. — Видишь, Поттер, это не я его проклял. Он почти шипит эти слова. В сочетании с кровью на лице и черными глазами получается действительно устрашающее зрелище. Сириус чувствует, как по спине бегут мурашки. Раньше он бы не подумал, что Северус может его по-настоящему напугать. В гостиной Гриффиндора Мародеры расселись у камина, озадаченно пялясь перед собой. Сохатый укладывает подбородок на ладони и тяжело вздыхает. — Может быть, Снейп шантажирует Алекса? Типа тот должен убедить всех в его невиновности, если не хочет получить еще одно проклятие? — предложил Джеймс. — Алекс, скорее, выглядел злым на нас, а не испугавшимся Снейпа, — Ремус старался быть объективным. Никто не кинется первым делом спасать своего мучителя. — Если бы Алекс боялся Снейпа, он бы просто не стал вмешиваться. — Звучит разумно, — поддакнул Сириус. Он решил как можно меньше говорить и просто выражать согласие или несогласие, чтобы не сболтнуть лишнего. — Но это же Снейп! — Джеймс посмотрел на Питера в поисках поддержки. — Как он может быть тут не при чем?! Сириус пожал плечами. Он знал, что Северус тут явно при чем, но не со стороны зла. Но аргумент “Ребята, он не такой плохой, как мы думали, я героически вызвался это проверить” тут не канал. Иначе пришлось бы раскрывать, как именно Сириус устроил внеплановую проверку слизеринца. Их удручающее молчание прервала Лили, спустившись со стороны спален для девочек. Она радостно прощебетала что-то пожружкам, прощаясь с ними, и пристроилась рядом с Сохатым. При ней продолжать разговор о Снейпе никто благоразумно не стал.

***

Левикорпус прилетает в Сириуса сразу же, стоит только ему закрыть за собой дверь и предстать перед разъяренным Северусом. Гриффинорец провожает взглядом выпавшую из кармана мантии палочку и пытается собрать волосы и галстук, мешающие обзору. — Ты использовал мое заклинание против меня, псина блохастая! — Северус широко раздувает ноздри и из-под нахмуренных бровей таращится на Бродягу. Похоже, вопрос соблюдения авторского права волнует сейчас слизеринца больше, чем недавняя нападка Джеймса и то, что Сириус не встал на сторону своего парня. Сириус позволит себе расценить это как хороший знак. Его просто подняли ботинками кверху, а не четвертовали на месте, значит, он справится с ситуацией. — Теперь, когда я болтаюсь вверх тормашками, ты чувствуешь себя отомщенным? — он слегка улыбается, поднимая – или, в его положении, опуская – руки в примирительном жесте. — Северус, я испугался, что ты можешь наколдовать что-нибудь непоправимое. Мне показалось, что это самый безобидный способ остановить тебя. — Выдать Поттеру заклинание, которое не отменяется без знания контрзаклинания? — Северус приподнимает одну бровь, не сводя кончика палочки с гриффиндорца. — Действительно, безопаснее некуда, — язвительно хмыкает он. — Мы оба знаем, что принятие верных решений в критических ситуациях – не моя сильная сторона, — Сириус виновато пожимает плечами и начинает болтать ногами, пытаясь намекнуть слизеринцу, что его начинает подташнивать и хотелось бы уже вернуться на землю. — Ты простишь меня? — За то, что ты дал Поттеру мне вмазать? — хмыкает Северус, вопросительно приподнимая бровь. — Да, ты в целом постарался свести урон от этой стычки к минимуму, так что об этом я могу забыть. А вот о том, как ты вообще позволил им узнать, что я постоянно терся вокруг, ты мне еще, кажется, не все рассказал. Слизеринец делает едва заметный пасс палочкой, и Бродяга аккуратно переворачивается головой вверх, продолжая болтаться в воздухе. — Обалдеть, невербально! — он восторженно размахивает руками, глядя на Северуса. — Недавно научился? — Не уходи от темы, — фыркает тот. — Не выпытывай у меня то, о чем и так догадался, — Бродяга обворожительно улыбается, изображая, что наслаждается своим полетом по кабинету. — Это опять какой-то твой мародерский секрет? — слизеринец закатывает глаза и все-таки опускает Сириуса на землю. — Что ж, подозреваю, вы можете кого угодно найти в замке в любой момент. Осталось только понять, какие есть лазейки, чтобы скрыться от этого всевидящего взора. Сириус был очень благодарен своему парню за то, что тот уважал чужие секреты. Как оказалось. Если это были секреты дорогого ему человека. Если у Северуса было хорошее настроение. И если Сириус вовремя успевал отвлечь пытливую змеюку. Тогда Северус иногда мог благосклонно закрыть глаза на то, что теперь проворачивали Мародеры, даже когда было очевидно, что дельце не обошлось без таинственного артефакта или заковыристых чар. Так и сейчас Бродяге позволили ловко увернуться от вопроса о том, как Мародерам стало известно, что он знает Алекса и часто с ним общается. И Сириус уже собирался заключить Северуса в объятия и наконец поцеловать, когда ему в затылок неожиданно больно прилетел чей-то ботинок. — Вы решили теперь по-одному издеваться над Снейпом?! — Алекс стоял в дверном проеме, воинственно замахнувшись вторым своим ботинком. — Эй, если у меня отобрали магию, это еще не значит, что я теперь беспомощен! — Какого книззла? — Сириус зло посмотрел на вторженца, ощупывая шишку на голове. — Слышь, мелочь, свали куда-нибудь в туман. Не собираюсь я ни над кем издеваться. По-моему, это надо мной тут издеваются весь вечер. Северус за его спиной приглушенно фыркнул, пытаясь не выдать, что смеется. Алекс недоуменно хлопал глазами, осознавая, что Сириус действительно ни на кого не нападал. — Да ладно, — протянул пуффендуец, опуская ботинок. — Да ладно?! — Если хоть одна живая душа узнает, что ты нас тут видел, — угрожающе начинает Северус, — о помощи с проклятием можешь забыть. — Да я никогда! — парнишка тушуется под колкими черными глазами, но все равно любопытно разглядывает парочку. Он почти невозмутимо надевает один ботинок, потом подходит к ним и подбирает с пола второй. Все это время Алекс закусывает губы и украдкой смотрит на Сириуса. В конце концов он набирается смелости и оборачивается к Северусу. — Так ты для этого зелье изобрел? — все-таки Алекс краснеет, и становится понятно для какого такого “этого”, по его мнению, они используют зелья для смены пола. Вместо ответа Северус молниеносно кидает в пятикурсника силенцио и злорадно ухмыляется, когда тот начинает беззвучно хихикать и что-то пытаться сказать им. Развеселенный Алекс оставляет их наедине, специально хлопая дверью и громко топая. — Что это было? И откуда он знает про зелье? — Сириус склоняет голову набок, ожидая ответов. — Он познакомился со мной как с Сепией. А потом узнал меня в Хогвартсе, — пожимает плечами Северус. — Так на чем нас прервали?

***

— Почему Бродяга на карте вместе со Снейпом? — Джеймс протирает очки так, как будто это способно изменить имена на пергаменте. — Он же сказал, что у него свидание! Питер глубоко вздыхает и готовится ко взрыву, который гарантированно сейчас произойдет. Ремус ловит его взгляд и удивленно приподнимает брови. Бедняга, он всегда тяжело переносил ссоры друзей, а сейчас намечается кое-что очень крупное. — Сказал, но не уточнил с кем, — Хвост, честно, не хочет подливать масла в огонь, но правда рано или поздно все равно бы всплыла. Джеймс смеется, не понятно, наигранно или искренне. Потому что в глазах его читается недоверие вселенского масштаба. — Там гребанный слизеринец Северус Снейп! — он взрывается и отбрасывает Карту словно бесполезную дешевую бумажку. — Как это можно называть свиданием?! — Мы уже обсуждали слизеринцев в качестве вторых половинок, — осторожно замечает Лунатик. — Слизеринец – это еще не приговор. — А вот Снейп – уже да! — Джеймс кричит, закипая от негодования. Теперь Ремус тоже чувствует себя запертым в комнате с включенной бомбой. Тик-так, таймер запущен. Питер не застал ссору по поводу Сепии, но даже он понимал, что это были еще цветочки по сравнению с тем, что надвигается на их компанию сейчас. — Может быть, я бы еще хоть как-то это понял, если бы там была какая-то девчонка. Но этот! — разъяренный Сохатый вылетает из их спальни, собираясь нагрянуть в Выручай-комнату. — Неужели, ты знал? — неверяще спрашивает Ремус, глядя на спокойного Питера круглыми глазами. — Я тоже случайно увидел на Карте, — признается он. — И ты все это время молчал? — Не хотелось быть тем, кто раскроет портал в ад, — глядя вслед убежавшему Джеймсу, Хвост качает головой. — Бродяга совсем не умеет врать друзьям, мы бы в любом случае все узнали. — Надо его остановить, иначе кто-нибудь сегодня умрет, — Ремус бледнеет на глазах, но решительно бросается догонять друга. Ремус и Питер еще издалека слышат, как Джеймс ругается, разнося эхо по всему коридору. Выручай-комната занята и не пускает посторонних внутрь, поэтому Сохатому остается только гневно пыхтеть под дверями. — Выручай-комната, в которой они вдвоем, — он оборачивается к друзьям с выражением полной обреченности и непонимания. Кажется, будто весь его мир рухнул и перевернулся с ног на голову. Слишком много головокружительных новостей за один раз. Ремус и сам не понимает, как уложить в голове столько открытий. Сириусу нравятся парни. Сириус встречается со слизеринцем. Мало того, это Северус Снейп, который все это время взаимно на дух не переносил Мародеров. А Сепия? Сириус был так счастлив с ней и так ее добивался, не мог же он бросить ее ради внезапного романа со Снейпом… Ремус, пораженный догадкой, застывает на месте, невольно произнося удивленное “о”. Он переводит взгляд на Питера. — Сепия… — вопросительно шепчет он так, чтобы Джеймс их не услышал. Питер чуть не спотыкается на ровном месте. Его брови ползут вверх. Похоже, он не смотрел на ситуацию с этой стороны. Хвост едва заметно хмурится, что-то прикидывая в голове. — Возможно, — кивает он. — Не знаю, как они это провернули, но смахивает на правду. В этот момент дверь Выручай-комнаты распахивается и в коридор выходит смеющийся Бродяга, а за ним – улыбающийся Снейп. Они выглядят так, будто знают друг друга тысячу лет, будто это так естественно – тусоваться вместе. Ремусу кажется, что его память все это время была ненастоящей. Они – и вдруг враги? Такого просто не могло быть. — Ты в восторге от этого факта, — усмехается Сириус, оглядываясь на своего парня. — А когда еще у меня будет возможность… — слизеринец обрывает себя на полуслове, замечая их и с паникой осознавая присутствие Мародеров. — Черт. — Что ты сделал с Бродягой?! — Джеймс бросается на Снейпа, не задумываясь, и хватает его за мантию, в ярости встряхивая со всей силы. — Какие чары ты использовал?! — он кричит, но в его голосе угадывается отчаяние и паника. Джеймсу проще думать, что это черная магия, чем поверить в то, что Сириус мог так влюбиться. Они уже проходили через это. Печально, что люди не меняются так быстро. Джеймс еще не готов переварить ситуацию. — Я не применял никакой магии, — на удивление Снейп сохраняет спокойствие, режа воздух между ними ледяным тоном, в противовес взрывающемуся Джеймсу. — Что бы ты там ни придумал в своей тупой голове, Сириус сам этого хотел. Джеймс заносит руку, сжимая в кулак и собираясь ударить. Слизеринец раздраженно выдыхает и готовиться ответить или увернуться. Ремус грустно застывает в стороне, понимая, что ему не стоит впутываться в эту драку, у Сириуса хватит сил оттащить Сохатого, а Снейп не полезет сейчас драться. Он должен быть умнее этого. Но каково же его удивление, когда он слышит уверенный голос Сириуса, видит вспышку заклинания, и в следующую секунду обездвиженный Джеймс падает, не удерживая равновесие. Питер испуганно вскрикивает, пытаясь замедлить падение и смягчить удар о пол. — Это должен был сделать я. После такого он никогда тебя не простит, — Снейп разочарованно кривит губы и взъерошивает свои длинные волосы. — Нет, это должен был быть я, — Бродяга смотрит на всех них, держа палочку наготове. Он хмурится и расстроенно качает головой. — Иначе Сохатый никогда не поймет, что я серьезен. Он должен знать, насколько мне это важно. — Мы в заднице, — мрачно констатирует Снейп. — Как он вообще понял, что мы здесь? — он оборачивается и смотрит прямо на Ремуса, выглядя скорее заинтересованно. — Я облажался, прости, — Сириус виновато поджимает губы. — Забей, это все равно не продлилось бы вечно, — пожимает плечами Снейп. Сириус мгновенно вскидывается и поднимает на него почти дикий взгляд, бледнея на глазах. — Ты же не… — О Господи, нет! Я про нашу скрытность, — Северус выпаливает это ужасно быстро и неловко кладет руку на плечо Бродяги. — Я имею ввиду, один раз мы уже через разъяренного Поттера проходили. Это, конечно, катастрофа, но она была неизбежна, — он закатывает глаза так, славно эти двое уже тысячу раз обсуждали что-то подобное. — Проходили? Когда? — не удерживает удивленного возгласа Ремус. — Ну так в цветочном магазине, когда Джеймс сказал, что не потерпит… — начал было Бродяга, а потом запоздало охнул и замолчал. — Эээ, я хотел сказать… — Забей, уже поздно, — Снейп страдальчески закатывает глаза. — Сепия, — произносит он, подтверждая раннюю догадку Ремуса. Услышав это Джеймс, которого потихоньку начинает отпускать онемение, возмущенно мычит и пытается брыкаться. — Пока ты опять не придумал чего-нибудь, — угрожающе шипит Сириус в сторону лучшего друга, — Северус и я не пытались смеяться над вами. Это вышло случайно. И я до последнего вас отговаривал, если помнишь. — С ума сойти, — Ремусу хочется схватиться за голову и заевшей пластинкой спрашивать только одно “Как это все вообще случилось?”. То есть, у него получилось поладить с Се.. Снейпом под оборотным, но как Сириусу этого хватило, чтобы влюбиться? — Что ж, я тогда пойду к себе, — Снейп задумчиво оглядывает сначала Джеймса, затем взволнованных Ремуса и Питера. — Вам, похоже, есть, что обсудить. Бродяга смотрит на него взглядом побитой собаки, выброшенной под дождь ночью. Он дергается в сторону уже разворачивающегося слизеринца, но сдерживает себя в последний момент и остается стоять на месте. Снейп это замечает и возвращается, приобнимая Сириуса и похлопывая по плечу. — Серьезно? Они же твои друзья. Не сожрут же тебя? — ухмыляется он. — Вам нельзя разругаться, я не смогу потом это объяснить Лили, — под конец добавляет он и оставляет Мародеров в коридоре. — Знаешь, это вот вообще не помогло! — вдогонку кричит Бродяга. — Не ссы! — отзывается с другого конца Снейп и исчезает за поворотом. Ремус все еще не находит в себе сил переварить ситуацию. Снейп, обнимающий Бродягу, стоит перед глазами очень впечатляющим наваждением. Сепия, которая мечтательно рассказывала о том, как сошлась с Сириусом. Бродяга, бегающий на свидания с горящими глазами… Бегающий к Снейпу. — Сириус, — растерянно зовет он. Когда друг вопросительно смотрит прямо на него, слова встают комом в горле. Но у Лунатика получается продолжить. — Ты ведь счастлив? Это то, что ты искал? — Если Бродяга скажет нет, они будут искать, что это за приворот или проклятие. Обязательно его снимут. Они помогут другу в беде. Но если ответ будет да, то Ремус постарается принять этот выбор. В конце концов, не он ли убеждал Джеймса, что слизеринец – это еще не конец света? Бродяга, кажется, понимает, о чем думает Лунатик. Улыбается благодарно и солнечно. — Да. Черт возьми, да. Это именно то, что мне было нужно. — От ненависти до любви, да? — осторожно интересуется Питер. — Как ты вообще это понял? — Сначала мне было интересно. Потом у меня встал только от одного поцелуя, — что ж, в этом весь Сириус – он выложит все, как на духу, даже если окружающие не готовы были такое услышать. — Тогда я понял, что это судьба. Ремус чувствует, как горят щеки. О Мерлин, нет, он, определенно, не хотел это слышать. Отвлечься от смущения помогает трепыхающийся Джеймс. Он тоже не хотел этого слышать и возмущается так сильно, как только может через ослабевающие обездвиживание. Сириус хмуро смотрит на Сохатого. — Обещай, что не помчишься, выяснять с ним отношения, — он дожидается сердитого взгляда и закатывания глаз и снимает заклинание. — Будем считать, что это да. — Какого, сука, дементора, ты полез сосаться с ним?! — орет Джеймс, вскакивая с пола. — Он первый начал! — в тон ему огрызается Сириус. — Какого дементора, блять, он к тебе сосаться полез?! — А кто бы устоял?! — Я! Да кто угодно нормальный! Это двинутым надо быть, чтобы такое выкинуть. — Не называй Северуса двинутым! — Да я еще и не так этого слизняка могу назвать! Питер тяжело вздохнул и обреченно посмотрел на Ремуса. — Надо что ли заглушающее поставить, пока они не наорутся. — Да, хорошая идея, — кивнул Лунатик, доставая палочку. — Хоть не дерутся, и на том спасибо. — Думаешь, не дойдут до этого? Ставлю десятку, что без разбитых рож не обойдется.