Эденийский пирог

Полежав полчаса, Скарлет очнулась. — Где я? — Ты у нас, разлучница, — дерзко ответила ей синий ассасин. Багровая королева собралась с мыслями. — Хорошо. — Скарлет решила не обострять раньше времени. — Мы с тобой в равном положении, забыла? — Интересно, что сказал бы твой Ермак, который подобрал тебя? Вы с ним враждовали, когда ты получила статус полноценного ассасина Шао Кана. Тебя спасло то, что под конец ты вспомнила о нём. Скарлет помедлила. — Ты уходишь. Снова предложишь моему Лю Кану трепетно уединиться, — Китана расставила приоритеты, — так же трепетно я поступлю с тобой. Ты ни одному бойцу не будешь нужна. Кроме Шао Кана. С него станется. Или это для тебя новость? Не говоря ни слова, Скарлет унеслась прочь. — Слава Старшим богам, — вздохнула Китана. Ещё один камень свалился с души эденийки. — Позови Таню. — Лю, — Китана притормозила прыть Шаолиньского воина, её рука нежно тёрла и мяла его уздечку, — мне рассказывали о том, что у Тани отношения с Милиной… Может, исключить её из нашего спора? — К Соне Блейд я не пойду, «землянки» не в моём вкусе. — Он ласкал её клитор, гладил половые губы, которые сразу же набухли и приоткрылись… — Ну, слушай, никто тебя не просит ублажать Джеки, Соню и Кассандру, да и Джакс с Кейджем вряд ли по достоинству оценят твои поползновения. — Китана задвигала пальцами туда-сюда энергичнее, держа ствол Лю в постоянном напряжении. Прикрыв глаза, Избранный отдался ласкам своей любимой принцессы… Чуть оттеснив и раздвинув преддверие её лона, он аккуратно ввёл два пальца на глубину одной фаланги в хорошо знакомую и по-домашнему приветливую, влажную и слегка горячеватую глубину, ощущая еле заметный, но частый пульс… — Я хочу Дестини. — Он задумался. — Она ведь девушка одинокая, всё ищет. Давай поможем ей. Скарлет простит её и меня. — Я что-то не наблюдаю трепетных отношений между Дестини и Скарлет, — какие связывают меня с Джейд. Что с того, что они сошлись во время миссии землян на Плутоне? Это случайность. — Китана массировала Лю Кану по всей длине… К этой игре подключилась и вторая её рука. Эденийка сжимала и растягивала головку и тело, её длинные синие ногти доставляли Лю эстетическое удовольствие. — Дестини — запасной вариант, оставим на потом. — Ассасин подёргивалась от действий пальцев Избранного, которые заходили в неё уже во всю длину, разминая стенки «грота любви» и добираясь до шейки матки… — Мне все равно, Китана, кто в глубине души эта твоя Таня. От этого она не перестала быть твоей соотечественницей. Да, она тайно дружит с Милиной, — используем её как секретного информатора, чтобы держать эту вонючую Милину в установленных тобою рамках. — Рука Шаолиньского монаха выбралась из лона принцессы, он стал вдыхать запах её секрета… Закрыв от удовольствия глаза, он лизнул то, что оставила на его руке любимая женщина… — Ты уже сочишься, милая, — мечтательно сказал Лю. — Да и у тебя подтекает… — ласково отреагировала Китана. Она понюхала и лизнула предэякулят, который источал мужской запах и действовал на неё подобно лучшему афродизиаку… Китана медленно, грациозно опустилась на Лю Кана, её роскошная волна волос заслонила ему свет и ласкала его воображение неизменным запахом фиалки… — Чем больше я перебираю женщин, тем сильнее я тебя люблю, Китаночка… — Чем больше я перебираю мужчин, тем сильнее, крепче я тебя люблю, мой Избранный, — в тон ответила ему эденийка. — К Шинноку Скарлет! Всех в Преисподнюю! Такой, какая ты есть, я тебя люблю и хочу. — Они слились в трепетном поцелуе, который мог длиться долгие часы… Насладившись друг другом, Китана и Лю вновь перешли на пикантные темы. — Ты любишь смуглых больше, чем белых? — Больше всех я люблю тебя, Кити… И мне всё равно, какая ты. — А если бы я была безобразной, как Милина? Лю Кан замолчал. — Я так и знала… Ты меня не любишь… — Китана горько вздохнула и слезла с Лю. — Ну Кити… — Не трожь меня. — Она отмахнулась от него. — Уходи. Я тебя не держу. — Это твоё окончательное решение? Китана отвернулась, слёзы подступили к её глазам… Он хотел поцеловать её, но взамен получил такой удар веером, что чуть не лишился половины лица. Только молниеносная реакция спасла Воина Земного царства от чувствительного удара. — Вот как, значит, верно?! — Он устал прыгать перед этой эденийкой. «Вся в мать!» — сказал он себе. — Уйду к Тане. К Скарлет. Вернусь к Джейд. — Ну и слава Старшим богам, катись поскорей! — выкрикнула эденийская принцесса. Бросив Китану в одиночестве в их покоях, Лю пошёл искать Таню. Она была у себя. — С чем пожаловал, Лю Кан? — Пошли к Китане. — Нам с ней особо не о чем говорить. — Зато мне есть о чём с вами обеими поговорить. — Без шансов. — Ты лжёшь, Таня. Я чувствую, что ты мне поможешь. И Лю Кан рассказал жёлтому ассасину о споре с Китаной. Выслушав его, Таня закипела: — Сговорились?! — А что, если все узнают о ваших прелюдиях с Милиной? — Лю сразу взял быка за рога. — Не было у нас с ней ничего, мы просто дружили! — «Просто дружили»! Так тебе и поверили! Весь Внешний мир знает, что Милина отрабатывала на тебе свой язык, угрожая своей пастью, способной дробить черепа, — а потом потребовала от тебя то же самое. Когда Китана её резала, Милина заявила, что эденийки — проститутки. — Выйди, — велела Таня, — или моя… — Вот это уже деловой разговор, — Избранный перебил её. — Пошли со мной. А то все узнают, кто ты есть. — Лжёшь! — Таня вырывалась из его рук. — Милина подтвердила. — Нашёл кого слушать! — Длинный и раздвоенный язык, — Лю Кан подразнил Таню. — Не было такого! Шантажист из тебя посредственный! — Раскраснелась. Тебе понравилось? Зачем тебе такая «подружка»? Неужели она лучше меня? — Ты не в моём вкусе, мне нравятся… — …зубастые девушки-мутанты, — веселился Лю Кан. Таня вспыхнула. Она схватилась за клинки, дающее сил пламя охватило её тело… В воздухе запахло смесью лотоса и подсолнечника, Лю понял, что жёлтый ассасин потекла… Своим огнём он погасил её пламя. — Сдавайся. Пошли. — Он схватил эденийку за руку. — Плохая девочка Таня сегодня исправится! И я об этом позабочусь! Он бесцеремонно поволок Таню в их с Китаной опочивальню… Синей эденийки там не оказалось, ассасин снова куда-то унеслась… Зализывать свои душевные раны… — Если не желаешь быть грубо изнасилованной, — Лю Кан решил не канителиться с жёлтым ассасином, — отдайся мне, Таня. Я тебя давно хочу. — Он целился в её приоткрытые губы, уже истекающие соком их любви. Вздохнув, Таня позволила ему проникнуть в себя, нежная плоть тут же облегла его со всех сторон… А она ничего, подумал он. Как все эденийки. Хочет. Желает. Сопротивляется. Набивает себе цену. Расщелина, в которой, как ему говорили, побывали язык и пальцы Милины… Сейчас ему было на это плевать. На нём лежала эта смуглая красотка, своей смуглой кожей напоминающая Джейд, но с чёрными, как у Китаны, волосами… Забыв обо всём, не обращая внимания на длинные жёлто-оранжевые ногти, что оставляли на нём царапины, Лю провалился в этот буйный океан плотских утех, шепча имя Китаны. Услышав имя своей соперницы, Таня стала кончать… На неё это подействовало как красная тряпка на быка. Бурча себе под нос его имя, она впала в раж и яростно отдавалась Лю Кану… Оба не заметили, как вернувшаяся Китана опять самоудовлетворяется. Взяв Лю за руку одной рукой, другой синий ассасин возбуждала себя, отчего текла, сдерживая стоны, чтобы не выдать себя… Китана и Лю Кан кончили одновременно. Теперь синяя эденийка могла покричать всласть… Тане было всё равно, жёлтый ассасин опять ушла в себя… Крича от страсти теперь уже втроём, участники оргии забыли обо всём… — Как хорошо… О девочки… — Ты давно об этом мечтал, — ответили ему обе эденийки. — Как тебе Таня? — Синий ассасин страстно поцеловала Шаолиньского воина. — Она похожа на Джейд и на тебя, любимая, — признался он. — Два в одном, — засмеялась жёлтый ассасин, — почему ты не повторял имя Джейд? — Таня пристально посмотрела на Лю Кана взглядом ревенанта. — Забыл, — отшутился он. — Мы тебя накажем. Плохой мальчишка, — пообещала Таня. — Долг будущей супруге платежом красен, — засмеялась Китана. — Иди ко мне, мой Избранный… — Мои нежные и любимые эдениечки… Следующие три часа ассасины развлекались по полной программе. Перепробовав все позы, ненасытные «эдениечки» загнали Воина Земного царства до бессознательного состояния. Какой ни была бы выдержка у земных бойцов, а хорошее рано или поздно приостанавливается. Убедившись, что их мужчина отключился, эденийки сели и обнялись. — Давай мириться, Китан… — Таня медленно приходила в себя. — Мои предки уважали твоих. Я хочу восстановить справедливость… — Ей безумно захотелось выговориться. — Я устала от такой жизни… Хочу к вам обратно. — Вспомни, что меня ты отшвырнула, не глядя, предала нас с матерью… Я боюсь второго предательства, на которое способны вы с Милиной, — призналась синий ассасин. — Что мне сделать, Китана? — Бывшая соотечественница умоляюще ловила её взгляд. Китана не смотрела на соперницу. — Я подумаю, — бросила синяя эденийка. — Пока я не готова тебе ответить взаимностью. — Китана… — Таня встала на одно колено, протянула к ней руки. — Подожди… Дай мне шанс… Китана рывком подняла свою противницу. — Ау, войдите! — Она постучала пальцем по голове Тани. — С восприятием проблемы? Ответ ясен? Ещё раз: сегодня я не готова открыться тебе. Выйди. Всхлипывая, точно маленькая девочка, Таня убежала. — Может, дашь ей возможность исправиться, — робко предложил Защитник Земли. — Ты её пожалел?! — Ассасин с пол-оборота налетела на своего благоверного. — Так просто?! Иди к ней! Изменник. Китану словно подменили! Снова! — Опять? — уныло спросил Лю. — Что опять?! Иди приласкай её! Она лучше меня! И Китана выбежала вон, будто пол загорелся под её ногами… Пожав плечами, Лю отправился побродить по Эдену в одиночестве. Концентрация Шаолиня позволяла ему забыть о невзгодах…