drag me to hell

      — Мы должны позволить ей, — Вайш кивнул в сторону Малы, — убить его…

Повествование в главе продолжается от лица Киллиана.

      — Она на ногах не стоит, — я был возмущен. — Мы не можем это на неё повесить. — Можем, Киллиан, — он вздохнул, настаивая на своём, но не скрывая тоски во взгляде. — Ты не принадлежишь ни к одной из влиятельных семей, я не имею права вмешиваться в равновесие. Амала единственная, кому дозволено такое поведение, Джотсана на это не пойдет… даже если мы попытаемся её заставить. — Я боюсь за неё, Рэйтан, — бережно, боясь сделать лишнее движение, я прижал спящую у меня на руках девушку сильнее. — Она справится, у Амалы будет кольцо, — Вайш был чрезмерно уверен в своей правоте. — Как это работает? — я не мог позволить себе допустить ещё одну ошибку, теперь мне было необходимо знать, что она будет в безопасности. — Тёмная мать, кровь которой течет в женщинах рода Басу, может связаться с ними, надень любая из них это кольцо, — аватар, видимо, понимал, что на этот раз я не соглашусь так же просто, а потому объяснял. — Она поможет, Дубеи давно гневят богов. — А если нет? — мне нужны были хоть какие-нибудь гарантии. — Он связан, находится без сознания, в комнате, в конце концов, будем мы, — Рэйтан ходил по комнате из стороны в сторону, поглядывая на Амрита. — Он скоро очнется, мы не успеем подготовить Малу, — заканчивая фразу, я опустил взгляд на мирно спящую на моих руках девушку. — Вырубишь его ещё раз, — Вайш закатил глаза. — Можно подумать, тебе впервой. Не убей только. — Если бы не ты, я бы уже, — я приподнял бровь, а после тяжело выдохнул. — Мои действия сейчас? — Разбуди её, — аватар замер напротив нас. — И одень во что-нибудь… — Мала, — я мягко погладил её по плечу. — Где я? — приоткрыв глаза, спросила девушка полушепотом. — Мы в доме Дубеев, — одной рукой я убрал пряди её волос за уши, — и нам нужна твоя помощь. Вайш удалился в другой конец комнаты, более не мешая мне. — Я думала, всё уже закончилось… — в её голосе отчетливо слышалось отчаяние. — Почти, — я вздохнул, рукой приподнимая её подбородок и заглядывая в глаза. — Как оказалось, закончить всё можешь только ты. — Я? — не понимая своей значимости, Амала слегка отстранилась от меня. Хрупкая, слегка напуганная, но как всегда наполненная решимостью — её храбрость, казалось, могла бы завоёвывать города. — Ты… — я произнёс это с сожалением, желая не взваливать на неё эту ношу. Большая часть женщин, переживи они тоже самое, что она, и не задумалась бы о том, чтобы снова «рваться в бой». Но это, к счастью или сожалению, было не про мою Малу. Мягко убрав мою руку, она поднялась. Слегка пошатнувшись, потянулась и потёрла глаза руками, приходя в себе. Я засмотрелся на неё, пусть это было сейчас не к месту — изгибы моей жены не оставляли меня равнодушным и в такие моменты. Воспоминания о наших рутинных буднях навеяли улыбку, не удержавшись, я встал и обнял Малу со спины. Укрывая девушку в свои объятия, я вдохнул запах её волос, желая защитить от всего мира. Я чувствовал — мы принадлежим друг другу. Рэйтан, наблюдавший за нами из дальнего угла комнаты, не вмешивался, приглядывая за Амритом. Он ждал, у нас у всех не было выбора. Отступись мы сейчас, второго шанса убить молодого Дубея и поставить на место всю его семью он нам не предоставит. — Будь осторожна, не рискуй собой ради остальных. Что бы не случилось, мы найдем выход, — говоря шёпотом, я прижался щекой к её шее. — Я обещаю, — она повернулась ко мне лицом и, приподнимаясь на носочках, мягко коснулась моих губ. — Я не могу потерять тебя, — ладони легли на её щёки, большими пальцами я провёл по скулам и оставил ещё несколько поцелуев на лице. В ответ Мала только улыбнулась, прижалась ко мне так сильно, как это только было возможно. Я понял — если она не способна себя беречь, я сделаю это вместо неё, жизнь научила меня брать на себя ответственность. — Я оденусь? — она подняла на меня вопросительный взгляд. — Да… — я отпустил её, успокаивая себя тем, что чем быстрее мы покончим с этим, тем скорее окажемся дома и сможем забыть о произошедшем.

Повествование от лица Амалы.

      Улыбнувшись, будто на прощание, Киллиану, я подошла к шкафу, пытаясь отогнать мысли о том с чем нам очередной раз предстояло справиться. К счастью, одежда, которую я, сбежав, оставила здесь, никуда не делась — Амрит будто бы ждал моего возвращения. Но почему? Порой ненавидя свою склонность к анализу, я выстраивала логические цепочки, пытаясь понять причины произошедшего, мотивы поступков людей. И сейчас пазл в моей голове не складывался — я не могла объяснить себе что двигало моим «любимым» супругом. За спиной послышался хрип, я обернулась — Амрит зашевелился, приходя в себя. Мы потратили слишком много времени на нежности, нужно было спешить. Найдя в шкафу наименее сковывающую движения одежду, я облачилась в шёлковую двойку и смиренно, будто собираясь на собственную казнь, подошла к Рэйтану за инструкциями. — Что я должна сделать? — смотря на божество снизу вверх, я тяжело дышала. — Может быть, это моя судьба — жертвовать собой ради дорогих мне людей? — я верила, что даже если что-то пойдёт не так, всё было не зря. И даже погибнув, я сделаю всё, чтобы защитить Киллиана от гнева рода Дубеев. — Надеть кольцо, поддаться зову Тёмной Матери, — Вайш произносил слова так, будто занимался подобным изо дня в день. — И всё? — я, видимо, плохо соображала от усталости, раз ничего не понимала в происходящем. — Всё, — его голос звучал слишком уверенно. — И никаких подводных камней? — мне не верилось, а потому я продолжила допрос аватара. — Если поддашься её влиянию слишком сильно, сойдёшь с ума, — его голос даже не дрогнул, — но это маловероятно. — И ты хотел умолчать об этом? — стало страшно, поддавшись эмоциям, я ударила кулаком по стене рядом с нами, — ты должен предупреждать меня о таких вещах. — Знай своё место, госпожа Басу. Я охраняю порядок, а не служу представителем влиятельных семей, — его задела моя грубость. — Прости её, Рита-Шива, она устала и… имеет право на эту злость, — большие ладони Киллиана легли мне на плечи, защищая. — Последствия могут быть для неё серьёзными, может быть, найдём другой вариант? — Вы можете выбрать любой вариант, но справляться с последствиями будете самостоятельно, — Рэйтан, остыв, потёр переносицу. — Боги покарают за непослушание вас обоих, пойди вы другим путём. — Я поняла, Рита-Шива, прости мне мою дерзость, — в уголках глаз вдруг появились слёзы, которые я отчаянно пыталась сдержать. — Я сделаю всё, что смогу. С этими словами, чувствуя как Киллиан сжимает мои плечи, я протянула руку, желая получить злосчастное или спасительное кольцо. Время будто замедлилось, Рэйтан, не спеша, опускал кольцо в мои ладони. Меня бросило в жар уже тогда, когда он достал его из кармана пиджака. Вдыхая, я старалась контролировать происходящее — ощущения, которые я испытала тогда, в квартире Киллиана, отпечатались в моей памяти навсегда. Чем ближе кольцо оказывалось ко мне, тем хуже я себя чувствовала. Тело начинала бить мелкая дрожь, я чувствовала как трясутся мои руки. Страшно давило на виски, перед глазами расстилался туман — я почти не видела и уже ничего не слышала. Было страшно, но одновременно, словно предвкушая силу, что будет доступна мне с минуты на минуту, я всё больше наполнялась жаждой мести — голос в голове, пока ещё находившийся совсем далеко, скандировал: «уничтожь того, кто способен нести только боль». И тысячи других шёпотов неминуемо подхватывали: «он этого заслуживает». Они звучали так, будто хотели разорвать меня на части, а кольцо только коснулось моих ладоней. Не медля, на выдохе, почти в забытие, я надела его на безымянный палец и тут же схватилась руками за голову — её пронзила невыносимая боль. Энергия, пульсирующая внутри, многократно усилилась — мои вены набухли, глаза начали гореть, а в сознании закипала не свойственная мне жажда крови. Тело не двигалось, не откликаясь на попытки отдавать ему команды — теперь я чётко осознавала, что нечто куда более сильное может управлять мной, как куклой, а я здесь только в роли наблюдателя. Бояться было поздно, оставалось только принять. Падая на пол, мне хотелось хотя бы закрыть глаза, но она не позволила этого сделать. Происходящее походило на кинотеатр — фильм ужасов без возможности отвернуться. На четвереньках, хрипло смеясь, я добралась до уже пришедшего в сознание Амрита и, руками оперевшись о постель, смотрела на него сверху вниз. Он всё ещё был привязан к углу кровати, его глаза выдавали страх — молодой Дубей чувствовал кто сейчас нависает над ним. Ниже — я опустилась, вдыхая аромат его волос, ещё — языком провела по лбу, очертила скулу и изгибы ушной раковины, заставляя мужчину вздрогнуть. Правее от мочки — поцеловала щёку, подбородок и добралась до губ. Требовательный поцелуй — управляя моим телом, она сделала это почти насильно, я чувствовала сопротивление Амрита. Пламенный и дерзкий, таким должен стать его последний поцелуй… я знала, что сегодня всё закончится. Он тоже это знал, я чувствовала — видимо, мать не врала, говоря о нашей связи. Становясь ближе, я развела ноги и села к нему на колени, мгновенно ощутив напряжение в брюках мужа. Страсть захлёстывала с головой, руки обвили его шею, закопались в чёрные шелковистые волосы. Амрит наслаждался, а я впервые имела над ним такую, пусть и не собственную, власть. Вперёд-назад, мои бёдра двигались, заставляя молодого Дубея сгорать от желания в преддверии смерти… Я надеялась, что она не зайдёт слишком далеко — мысль о соитии на глазах у Киллиана вызывала жуткий дискомфорт, я не могла позволить ей причинить боль мужчине, которого я люблю. В глубине души я, ожидая любого исхода, дала себе обещание сопротивляться — мысли и мотивы Тёмной Матери были мне неизвестны, и всё же… это моё тело. Оторвавшись от губ, я прикусила мочку его уха, а после — туман начал сгущаться, меняя свой цвет на алый. «Убей» — хором твердили голоса, а она низко и раскатисто смеялась. Её хохот увлекал, завораживал… сводил с ума. Мыслям не было место в голове, всё занимал её безумный танец. Она играла с нами обоими — и со мной, и с Амритом. Мы были не больше, чем пешками. — Ты никогда не был достоин этой женщины. О чём ты думал, принуждая её? Брахман, знающий о ритуалах всё. Брахман, запятнавший честь всего рода. Брахман, забывший о богах, — Кали будто объясняла молодому Дубею чем он так разгневал небеса, что она самолично спустилась, чтобы казнить его. — От наших глаз не спрятаться за стенами и высокими заборами. Ты забыл о своём предназначении, ты перестал бояться и почитать богов, брахман… Готовое выполнить любое желание Матери тело дрожало от напряжения, а сознание медленно потухало… слушая её мантры, я полностью теряла контроль. — Амала, — послышалось вдалеке. Голос казался мне знакомым, но я не могла вспомнить кому он принадлежит. — Госпожа Басу, — голос, принадлежащий другой, более мощной энергии, будто пытался помочь, вырвать меня из лап Богини Кали. — Кто эти люди? Где я, что со мной происходит? — я не засыпала, и тем не менее, пребывала в забытие. Отвратительный металлический привкус привёл меня в чувство, он отрезвлял, но отвлекал от мыслей о зовущих меня голосах. Я вдруг почувствовала, как что-то тёплое растекается по груди, рукам, наполняет рот, а после — капает с подбородка. Амрит не кричал, не молил о помощи, не сопротивлялся. Единственное, что он смог сделать с достоинством — это уйти из жизни. Наверное боги сошли с ума, если молодому Дубею с самого начала был уготовлен такой путь — путь садиста, одержимого властью и богатством, мужчины, ищущего удовольствие в унижении других, брахмана, несущего лишь страдания. Теперь всё было кончено. Я больше не слышала смеха и кровожадных призывов — руки обняли ещё теплое тело мужчины, а я, пачкая волосы в крови, прижалась к его груди щекой и закрыла глаза. Тошнота подкатывала к горлу одновременно с тем, как силы медленно покидали меня — я поняла, что Тёмная Мать сжалилась и покинула данное ей тело самостоятельно. Слабость не позволяла открыть глаза. Кто-то, поняв, что ритуал окончен, снял с моего безымянного пальца кольцо. Сильные руки подняли меня, разделяя с уже мёртвым мужем. Неужели, убить его — моё предназначение? В какой степени жизнь, дарованная нам при рождении, предрешена ещё до нашего появления на свет? Играем ли мы роли, или можем выбирать собственный путь? Было ли это предопределено, или же выборы, сделанные мной, привели меня к тебе, я счастлива, что смогу прожить свой человеческий век рядом с тобой… — Киллиан, — с губ сорвался шёпот, пусть у меня и не было сил открыть глаза. — Тише. Береги силы, скоро мы будем дома, — с этими словами мужчина прижал меня к своей груди, а Рэйтан сжал наши руки, чтобы переместить. Покидать дом через дверь было очевидно плохой идеей — нам не было известно о количестве людей, пребывающих в нём на момент убийства главы рода Дубеев. — Они поймут, что его покарали боги, они знают, что он заслужил, — ожидая новостей о смерти Амрита Дубея на каждом интернет-портале, я верила в это всей душой. Вспышка, невесомость, дискомфорт — я чувствовала, что мы перемещаемся. Голова кружилась, меня жутко тошнило. И всё же, одна мысль о том, что скоро я снова буду дома, пусть я и покинула его не более, чем на сутки, заставляла меня улыбаться настолько сильно, насколько позволяло моё отвратительное самочувствие. Всего несколько секунд, и я уловила знакомый аромат спокойствия — мы снова в квартире Киллиана. — Спасибо, господин Вайш, — вышло очень тихо, однако, я не могла потерять сознание, не поблагодарив аватара за помощь. — Спасибо, госпожа Басу, — он сжал мои пальцы, словно выражая не меньшую благодарность, а затем отпустил руку. — Рэйтан, я… — хотел начать Киллиан, едва почувствовав под ногами пол. — Всё потом, позаботься о своей жене и, — он ухмыльнулся, — пока сохраню это в тайне. Просто позаботься о ней, наши дела мы решим потом. Лайтвуд кивнул, одновременно благодаря и прощаясь с Рита-Шивой, а после быстрыми шагами понёс меня в ванную.      

***

      Очнувшись уже на кровати, я помнила прошедшую ночь обрывками. Рядом, сидя на полу у постели, мирно дремал, видимо, не успевший принять душ, Киллиан. Голова была тяжёлой, ужасно хотелось кофе. Всё произошедшее теперь казалось приснившимся кошмаром. Вспомнив до ужаса мерзкий вкус крови, я вновь почувствовала тошноту. Организм до сих пор реагировал на вторжение Тёмной Матери и чрезмерную нагрузку, вызванную концентрацией не положенной человеческому телу силы. С большим трудом поднявшись с кровати, я почувствовала как ломит тело, и всё же, добраться до туалета было необходимо — едва перешагнув порог ванной комнаты, я собрала длинные волосы в кулак и в несколько шагов добралась до унитаза. Меня вырвало. — Блядство… — нажав на смыв, я облокотилась о холодную плитку и запрокинула голову, не вставая с пола. Ужасно хотелось, чтобы у подобных манипуляций не было последствий. — Всё в порядке? — Киллиан приоткрыл дверь. Видимо, услышал мои спешащие шаги. — В полном, бегу умываться, — я выдавила улыбку, приводя в норму сбившееся дыхание. — Пойдём, — он наклонился, вновь поднимая меня на руки. — Всё как ты любишь? — я рассмеялась. Мысль о том, что всё закончилось, ободряла меня. Теперь я знала — всё с чистого листа, я и мой господин Лайтвуд. — Всё как я люблю, — он поставил меня на пол у раковины и открыл холодную воду. — Я бы справилась… — его чрезмерная забота умиляла меня, заставляла чувствовать себя защищенной. — Мне не сложно, — он мягко собрал мои волосы, заплетая их в косичку. — Ты не спал всю ночь? — закончив водные процедуры, я повернулась к мужчине лицом. — Пустяки, будешь чай или кофе? — приподняв, он посадил меня на мрамор, служивший отделкой вокруг раковины, и положил ладони на бёдра. — Буду. Сделаю нам обоим, — я дотянулась до его щеки и провела ладонью. — Сходи пожалуйста в душ, тебе нужно отдохнуть. Достаточно жертв в этом месяце… — Милая, — Киллиан коснулся губами моего лба. — Точно лучше? — Точно, — с этими словами я спрыгнула на пол и подала ему чистое полотенце, лежавшее на полке. — Жду тебя на кухне. И пусть самочувствие походило на сильнейшее похмелье, которое я когда-либо испытывала, пока жила в Лондоне, что-то внутри меня ликовало так сильно, что для грусти совсем не оставалось места. Я отправила Киллиану воздушный поцелуй и покинула ванную комнату, нам так много нужно было обсудить…