Друг Ли Минхо

Хёнджин изучает список на зачисление — в нём ни одного женского имени. Зато есть одно знакомое: Хан Джисон. Парень смотрит в уже погасший экран телефона — прислушивается к голосам на кухне. Госпожа Хан пришла к ним в гости. Их матери быстро нашли в своих сыновьях подходящих соседей.

***

Джисон весь светится от счастья, когда загружает свой чемодан в машину госпожи Хван. Вот-вот должна начаться новая жизнь! Минхо взглядом прожигает спину Хвана. Он же знает, что это не его решение! Хотя от ревности Ли факты не спасают. Джисон улыбается Хёнджину. Тот ему в глаза даже не смотрит. При Минхо себе такое и в мыслях не стоит позволять. Хан занимает место позади, а Хёнджин спереди рядом с мамой. Хван кидает взгляд на машущего Джисону рукой Минхо. Блондину на прощание он не машет. Хёнджин прекрасно понимает, что из-за пассажира на заднем сидении, он с Ли ещё как может встретиться где-нибудь посередине учебного года.

***

«А ты красивый. У девчонок наверняка популярен». Хёнджин делает несколько штрихов карандашом на бумаге. «Красивый». Минхо тоже красивый. Хвану тяжело поверить, что на него ни одна девочка не заглядывалась. Характер у Ли, конечно, скверный. Поддерживать отношения с ним очень тяжело. Хотя ни он, ни Джисон даже не стараются. Они ни то лотерею выиграли, ни то были прокляты.

***

Первый классный час и знакомство с одногруппниками. У Хвана появляется нехорошее причувствие, когда список из лиц мужского пола подтверждается. И как его сюда вообще занесло?.. Он всю жизнь существовал в женском коллективе. Тогда, в средней школе, он дружил исключительно с одноклассницами. Потому что парни в его представлении способны только на соперничество и грубое отношение друг к другу. А девочки… Они помягче, подружелюбнее. С ними Хвану было намного комфортнее. Единственным парнем, с которым Хван хоть как-то контактировал, был Минхо. «Не советую тебе с ним связываться. Он друг Ли Минхо», — и блондину было комфортно это звание. Потому что оно защищало его от нападок и агрессии со стороны завистников и ненавистников. Хёнджин столько внимания от девочек в школе получал. Ещё бы они не бесились! Тогда в раздевалке, в их первую встречу, он смотрел на корёжащегося от боли одноклассника. Того самого, который несколько раз хватал парня за волосы, грозясь «отрезать лохмы». Какому обиженному ребёнку не понравится чувство торжествующей справедливости? Тогда же парни в школе начали распускать сплетни, что Хёнджин-то по парням, и с Минхо у него совсем не дружеские отношения. То-то он среди девчонок водится, но ни с кем романтические отношения не заводит. А даже если и начинал с кем-то встречаться, то быстро расставался. Видать, истинная природа всё покоя не давала. Так и родились сплетни о привилегированном Хёнджине, который трахается с Минхо ради статуса неприкосновенного. Одноклассниц это правда не останавливало. И девочек с параллели тоже. Хёнджин никогда не был груб к тем, кому отказывал. Он просто говорил: «Спасибо, что разглядела во мне что-то». И это заставляло девичьи сердца плавиться даже находясь во френдзоне. К последнему году обучения в школе, Хёнджин обнаружил себя в изоляции: парни его терпеть не могут, девочки пытаются строить с ним отношения только из любовного интереса. Сынмин, из желания мести Минхо, какое-то время перед глазами маячил. А сам Минхо… Хван не знает как именовать их странную связь. Очень жаль, что Хван упускает одного действительно искренне настроенного к нему человека. Хёнджин занимает свободное место за последней партой. Некто, подошедший секунд десять спустя, молча занимает стул рядом. Хван сам первый не здоровается. Слишком привык к тому, чтобы кто-то сам к нему проявлял интерес и инициативу. Так в первый учебный день он ни с кем и не познакомился. Хван смотрит на карту в телефоне. До нового места жительства можно доехать на трамвае. Хёнджин чуть видно закатывает глаза, когда к остановке подбегает Джисон. Хван хочет развернуться и пойти пешком в тот самый момент, когда двери трамвая открываются. От противоположного решения его останавливают только моросящий дождик и тот факт, что Хан его настигнет уже в квартире. — Хёнджин! — Джисон занимает место в транспорте рядом. — Давай в центр съездим? Город посмотрим? — В такую погоду? — Она с самого нашего приезда такая. — Не хочу. — Я думал, ты мне место займёшь, — обиженно жалуется Хан. Старший на это ничего не отвечает. — Зайдём в магазин? Мне мама немного денег перевела. Хёнджин на отвали угукает, смотря в окно на незнакомые ему дома.

***

У Джисона проблемы со сном. А у Хёнджина намечаются проблемы с длительным приёмом обезболивающих. А ещё с приездом Минхо. Может он просто нервничает именно из-за него, и тело потому реакцию выдаёт? Словно ревизорро приедет проверить качество выполняемых инструкций, которые даже не были оговорены? Вместо того, чтобы лечь спать, Хван берёт в руки скетчбук. Ломота в теле всё равно пока что не даст уснуть. Парень делает набросок сцены у себя из головы. Тот самый случай в школьной раздевалке. Хёнджина тогда повёл с собой один задиристый одноклассник. Наверное, хотел показать: что с Хваном может случиться, если тот будет продолжать уворачиваться от ударов и быть непокорным. Но среди шести человек не огрёб только Хёнджин. Хван познал насколько злорадство может быть сладким и приятным в тот момент, когда тот школьник постарше запустил пальцы в волосы корёжащемуся от боли обидчику. «А ты чего не убегаешь?» — Хван оторвать взгляд от этого зрелища не мог. Человек, который ничего о нём не знал, отомстил за него, сам того не зная. Так это и произошло: одноклассники разнесли сплетни не только о жуткой силе Минхо, но и о его преспешнике Хване, имеющему с ним связь. Больше напрямую до Хвана парни не доколёбывались. Из-за чего прекрасное лицо самого популярно мальчика в школе стало бесить их до скрежета в зубах ещё сильнее. «Добро пожаловать в изоляцию, дружище», — от косых взглядов Хван избавлен не был, зато больше никто из парней не прятал его вещи и не дёргал за волосы. Хван штрихует нереалистычные объекты на альбомном развороте. Никаких магических огоньков он не видел, но всё равно рисует. Потому что красиво и Хёнджину так нравится. Быть неприкасаемым ему нравится. Не обращать внимание на чужие выпады, выглядеть как хочется — тоже.

***

— Что за лохмы? Ты как девчонка, — тянет его за пучок волос сосед по парте. Нет, Хёнджин не вернулся назад во времени. Это действие происходит с ним прямо сейчас. Во взрослой жизни. В универе. Парни, сидящие спереди, смеются ему в лицо. Хван непонимающе мечется взглядом от одного одногруппника к другому. Какого чёрта?! В группе ни одной девушки. Кого они собираются делить и ревновать к нему?

***

Четырнадцатое сентября. Хёнджин соседа по квартире только на словах с днём рождения поздравил. Хотя бы счастья и здоровья пожелал что ли… Хван, на самом деле, ждал приезда Минхо. И нет, как оказалось, вовсе не из чувства страха. Он… по нему скучал? Нет-нет, что-то другое! Ли к Джисону приехал, а не к нему. Когда Минхо заходит посреди ночи и смотрит его рисунки, Хёнджин немного расслабляется. В понедельник, когда он снова придёт на пары, он осознает, что потерял свою единственную защиту. Минхо — локальная страшилка, не дошедшая до столицы.

***

Хёнджину жаль Хана. Честно. Тяжело видеть его таким потерянным и депрессивным. С ним точно что-то происходит. С поступлением в универ, Хван, кажется, потерял свою идентичность. Джисону плохо. Его соседу вообще-то тоже! Хан просит остаться в его комнате, чтобы заснуть. Единственный, от кого Хван получает внимание — это Джисон… Если он позволит Хану привязаться к нему. Или ещё хуже, если это произойдёт с Хёнджином… Он потеряет Минхо. Когда он приедет к Джисону в следующий раз… Он не сможет этого скрыть. Потому что Минхо всё чувствует. И он его за это не простит. Неприкосновенность Хвана через Ли — часть его личности, которая теперь, кажется, начала трещать по швам. Хван привык к чужим инициативам к его персоне. Но за пол месяца он не обзавёлся ничьими контактами. Отношения с несколькими парнями в группе начали накаляться. И дело всего лишь в стрижке?..

***

У Хёнджина руки трясутся и голос дрожит. Откликаясь на вакансию о подработке, он никак не мог предположить, что окажется в доме каких-то сказочно богатых персон. Дворецкий проводит его в кабинет хозяина убранства. На потолке огромная, кажется выполненная из чистого золота, люстра. Интерьер как в фильмах о какой-нибудь итальянской мафии… — Пожалуйста, присаживайтесь, — приглашает его на соседний диван мужчина. А сам встаёт с места, чтобы подойти к парню ближе. Хёнджин только успевает положить своё портфолио на стол. — Моё имя Уильям Бан, — жмёт ему руку мужчина. — Хван Хёнджин, приятно познакомиться, — называет своё имя блондин. Новый знакомый почему-то не сразу отпускает его руку. — У вас руки настоящего художника! — внезапно восклицает господин Бан, продолжая внимательно разглядывать длинные пальцы парня. — С-спасибо, я принёс несколько работ… — не успевает договорить Хван. — Прежде всего, нам требуется компаньон для моей дочери, — указывает мужчина рукой на сидящую напротив девушку. Морроу лишь глазами хлопает, ожидая каких-то приказов от отца. — У вас отличные внешние данные! Нам нужен человек, который будет хорошо смотреться с моей Лили на деловых встречах, — Хван встречается с девушкой взглядами. Та насильно тянет уголки губ наверх и как-то очень уж вымученно улыбается. Действительно ли Хёнджину подработку помогли найти внешние данные, а не скилл в рисовании — кто знает. У Бан, очевидно, какие-то свои особые цели. Словно вакансия была вовсе не на позицию художника.

***

За молчаливость и смазливое лицо, Хван получил прозвище «кукла». Ведь настоящие пацаны должны выглядеть чуть лучше обезьяны. Хван смотрит в зеркало. Ему всегда говорили, что он красив. Он буквально получал социальные профиты, благодаря внешности. Сейчас он получает презрительные взгляды и предвзятое отношение к своей персоне. По «совету» одногруппника, он отрезает волосы. Самостоятельно кромсает ножницами светлые пряди. Может так он перестанет быть неприятен другим. Хёнджин выходит из ванны и сталкивается с Ханом. Младший усталым взглядом смотрит на него. — Теперь ты похож на зэка, — Джисон, очевидно, имеет ввиду смену имиджа Хвана. — А со своими «космами» я на кого был похож? «На принца», — проносится ответ на вопрос в голове. Хван приходит на пары с изменённой стрижкой. Парни с предпоследней парты перешёптываются. Вот говорят, девушки — сплетницы. Женский коллектив — гадюшник. Лицемеры. Парни ничем не лучше. Так же перемывают окружающим косточки. Мерзко. Хёнджин направляется в конец аудитории, чтобы занять своё место. Его сосед демонстративно кладёт ногу на чужой стул. — Тут занято, — язвительно тянет звуки одногруппник. — Я состриг волосы. Что теперь со мной не так? — Дай-ка сюда свой телефон. — Зачем? — Откуда у студента, ездящего на трамвае и питающегося в столовке макаронами, деньги на новую дорогую технику? — Подарили, — аудиторию сотрясает истеричный хохот нескольких человек. — Ах-хах, слышали?! Ему подарили! Тот мужик, что подвёз тебя в прошлый раз на дорогущей машине?! — Хван молчит, дожидаясь момента, когда этим троим это всё надоест. О подарке он сказал чистую правду, хотя, действительно, не стоило этого делать. Хан наблюдает действие, дожидаясь момента, когда же Хёнджин обратит внимание на то, что тот вообще-то сидит один. Звонок на пару. Преподаватель ещё не пришёл. Стул всё ещё занят чужой ногой. Хван идёт по направлению к первой парте. И это вызывает у Джисона улыбку. Но Хёнджин проходит мимо Хана и покидает аудиторию насовсем.

***

— Я боялся, ты не придёшь, — встречает его в час ночи на пороге Хан. Он как собачка, услышавшая звук ключа в замочной скважине и подбежавшая встретить хозяина, по которому соскучилась. — Ты в порядке? Этот вопрос нужно задать Джисону. Лицо парня красное от слёз. — Ты плакал? — Очевидно, да, — как-то слишком быстро признаётся Джисон. — Я забыл выключить свет у себя в комнате или ты у меня был? — Я лёг на твою кровать. А свет горит… Без света я точно один не засну. — Ты лёг спать на мою кровать?.. — Да, — даже не пытается увиливать от ответов Джисон. — Это всё-таки у меня чердак потёк. Я всё думал, что это с соседями мне не повезло. Но я слышу звуки даже на улице и в универе. Хах, они и правда в моей голове. Вот неужели ты меня так сильно ненавидишь, Хёнджин? — пытается ухвататиться пальцами за чужие руки Хан. — Мы живём вместе. Учимся в одном универе. Но ты ко мне относишься так… Из-за Минхо, да? Или из-за того, что у меня проблемы с головой? — шмыгает носом Хан. — Как «так»? — вешает куртку на крючок Хёнджин. — Словно меня не существует. Хёнджин, что я должен сделать, чтобы ты проявил ко мне хоть каплю сострадания? Знаешь, вот те парни придурки ведь. Просто давай держаться вместе, а? — Давай спать. — Всегда это от тебя слышу. А ты потом вышвириваешь меня из своей комнаты. — У тебя своя есть. — Ещё и пропадать куда-то стал… — Я не должен тебе отчитываться. — Я просто волнуюсь… — За кого? За себя? — этого говорить точно было не нужно. Джисон снова начинает плакать. Хван никогда не сможет привыкнуть к его красным опухшим глазам. — Одному быть ещё страшнее… Я хотя бы знаю, что кто-то реальный в комнате есть. Кто-то помимо тех, кто скребёт порог моей комнаты и тех, кто шепчет что-то над ухом! — Джисон слабо бьёт Хвана по груди. — Придурок!.. — Хан хотел было добавить, что ненавидит его. Но на самом деле он ненавидит одиночество и своё безвыходное положение: сообщения от Минхо становятся всё короче, а признаться матери в своём состоянии — хуже смерти. Хёнджин сам понимает, что ведёт себя как мразь по отношению к соседу. И если раньше у него были отговорки… То разве они имеют на него воздействие сейчас? Хван берёт Джисона за руку и обнимает, давая выплакаться в рубашку. Погода за окном просто отвратительная.

***

Джисон как маленький ребёнок. Добился слезами своего. — Что конкретно ты слышишь? — Хёнджин не стал выгонять Хана из своей комнаты и позволил лечь с ним рядом. У старшего тоже нервы не к чёрту. — Шёпот, тихий стук, какое-то шебуршание… Я не уверен в природе этих звуков. Я сначала подумал, что в квартире тараканы. — Тараканы? Не видел, — немного сонно говорит Хван. — Хёнджин. — Что? — Можно тебя обнять? — старший ненадолго запинается в мыслях. — Это лишнее. — Ты прямо как Минхо… Такой же недотрога. — Минхо-то? — ухмыляется старший. — Он из тех кто сам всех трогает, — неожиданно для Джисона, даёт хоть какой-то развёрнутый комментарий Хёнджин о личности их общего знакомого. — Столько раз слышал о нём, что он парней за задницы хватает… Я же тоже парень… — Поверь, когда он за задницу хватает, это вообще не приятно. — А, то есть, тебя он тоже за задницу хватал?! — с некой ревностью спрашивает Джисон. Он давно задавался вопросом, почему Ли от любой тактильности к нему бегает. — Он всегда реагировал странно, если я хоть как-то с ним соприкасался. — Это потому что он тебя ценит. — Но ты же сказал, что он тебя трогал, — Хёнджин гасит вырывающийся смешок. — Да, именно… — мысль, которая ранее Хвану в голову почему-то не приходила. То есть, он ведь сам никогда не бегал за Минхо и не пытался с ним сблизиться. Просто даже такие отношения с ним были комфортны. Ведь они приносили друг другу пользу: Минхо защищал его, а Хёнджин крысятничал. Вот как с Сынмином в раздевалке, например… — У него такая манера общения… Но к тебе он совсем иначе относится. По-особенному, — Джисон молчит и никак не комментирует чужие слова. Погода сегодня и правда отвратительная.