Насилие-насилие-насилие не выйдет из моды

      Открыв глаза, Рюноске увидел перед собой потолок. Белый, чуть освещаемый лучами солнца, пробивающимися сквозь сомкнутые шторы. Выдохнув, он пролежал так ещё некоторое время, после чего медленно приподнялся, хватая телефон. Экран показал 6:43. Точно, зачем Акутагаве спать? Его организм сам решает, когда просыпаться, и плевать, что парень явно не досыпал уже долгое время, и будильник у него всегда стоит минимум на восемь тридцать. Сидев на кровати и приходя в себя, Рюноске услышал тихий шум, доносящийся из другой части квартиры. Это была Гин, уже собирающаяся в школу. Наконец поднявшись с кровати, Рюноске аккуратно застелил её, после чего лениво взял одежду и поплёлся в ванную. Прохладный душ явно помог взбодриться, чуть обжигая чувствительную кожу до мурашек. Чёрные как смоль волосы обвисли тонкими сосульками, но после того как Рюноске обтёр голову полотенцем, они приобрели менее жалобный вид. Закончив всё свои утренние процедуры, старший Акутагава наконец покинул ванную. Затем он проследовал на кухню, где Гин уже пила чай с печеньем.       - Доброе утро, - мягко произнесла та, глядя на ещё медлительного брата. - Прости, я тебе ничего не сделала. Не знала, во сколько ты проснёшься.       Акутагава на это лишь молча кивнул, налил в кружку воды и сел рядом.       - Ты сегодня до скольки? - непринуждённо спросил парень, откусывая печенье.       - Примерно до трёх, - с ходу ответила девушка, поднимая взгляд на брата. Вероятно, догадываясь, к чему он клонит.       - Отец приедёт к часу, верно? - после вопроса, от младшей Акутагавы последовал кивок.       - Не хочу если честно с ним тут находиться, - вскольз выдохнула девушка, отводя взгляд в сторону.       Оба слились в молчаливом понимании. Когда приезжал отец, оба старались резко сделать так, чтобы у обоих появились внезапные дела где-то за пределами дома. Чуть повременив, Рюноске вдруг произнёс.       - Можешь побыть со мной и Ацуши, пока мы занимаемся. Пока отец тут, делать проект здесь мы не можем, поэтому думаю... Сходить в какое нибудь тихое кафе, и немного поработать там. Ты могла бы посидеть с нами, чтобы не быть здесь одна с ним, - суть идеи нравилась и самому Рюноске, поэтому он надеялся, что и сестра на это согласится.       - Думаю, Накаджима тоже против не будет, - холодно добавил парень, прежде чем сестра успела что либо ответить.        Гин допила чай с характерным "сюрп" в конце, а после весьма радостно ответила.       - Я только "за"! Ацуши приятный человек, да и я как раз посижу, послушаю вас, хаха, - последнюю фразу девушка добавила не зря. После окончания школы, она тоже подумывала пойти в архитектурное, вслед за братом.       Чуть улыбнувшись, Рюноске кивнул Гин.       - Я тебе напишу, как только мы закончим. Ну или чуть раньше, ты могла бы сразу придти к месту встречи.       Девушка кивнула, оставляя это вопрос на размышление позже. Спустя ещё некоторое время, Гин начала уже собираться. Сделала тугой хвост на затылке, оставляя одну из прядок свисать на лицо. Чуть покрасилась, а именно нанося хайлатер, пудру, и рисуя аккуратные и тонкие стрелки над глазами. Белая медицинская маска на лице служила акссесуаром, нежели средством защиты от микробов. Девушка надела большеватую белую рубашку, а сверху чёрную жилетку. Чёрные широкие брюки на ремне, и ботинки. Естественно, сверху она накинула свою пальто, так как погода за эти холодные дни никак не менялась. Рюкзак у неё тоже был чёрный, достался от Рюноске. В этом образе Гин не выглядела как раньше. Не как хрупкая и милая девушка, а как достаточно жёсткая личность со сталью в глазах. Если была бы возможность посмотреть на "обеих" Гин одновременно, то наверное никто бы и не подумал, что это один человек. Привычка одеваться так в людных местах появилась пару лет назад. Так девушке было намного спокойнее. Никто не будет иметь к тебе лишних вопросов, если ты будешь выглядеть отчуждённо и даже опасно для общества, нежели если ты мягкая девушка, под юбку которой захотят посмотреть по десять раз за день.       - Давай, пока. Жду твоего сообщения, - улыбчиво произнесла девушка. Пусть под маской рта видно не было, Рюноске прочитал это по её весёлым глазам и чуть видным морщинкам около них. Он кивнул, а после добавил.       - Пока. Удачи, - и входная дверь заперлась, оставляя брюнета одного в квартире.       Тишина неприятно гудела и звенела в ушах, отчего Рюноске поспешил удалиться к себе в комнату, дабы заняться чем-нибудь. Сев на кровать, он вынул телефон и быстренько прошёлся по сообщениям. Накаджима ответил. Это одновременно радовало и удручало Акутагаву. Он вообще не понимал, что чувствует по отношению к Ацуши. Они терпеть друг друга не могли, когда пересекались в колледже, то сразу цапались как собаки. Однако сейчас, когда они провели всего пару дней вместе, даже не ввиде дружеских посиделок а скорее занятием учёбой, то Ацуши показался ему не таким уж плохим как раньше. Да, моментами он раздражает, но наверное со временем Рюноске перестанет замечать и эти мелкие моменты. При виде Ацуши он чувствовал необъяснимое желание...помочь? Да, наверное так. И Рюноске совершенно не понимал, что с этим делать.       Зайдя в чат, он прочитал предложение посидеть в библиотеке. Раз с ними будет Гин, которая пойти в их библиотеку в колледже она не сможет, да и Акутагавы уже решили сходить в кафе. Осталось сказать об этом Накаджиме.

Рюноске Акутагава

нет

7:28

      Брюнет ограничился этим сообщением, решая, что легче будет всё объяснить напарнику при встрече. И плевать, что Ацуши может расценить это "нет" по своему.       Отложив телефон, Рюноске выдохнул и поднялся с постели для того, чтобы достать какую-то книгу из своего шкафа. Заняться было нечем. Снова уснуть? Это уже навряд ли выйдет, да и Акутагава уже сходил в душ и прочие дела, а делать это сново после второго пробуждения не хотелось. Так парень коротал некоторое время, пока книга не наскучила. Не то чтобы она была неинтересной, просто нужного настроя читать у Рюноске не наблюдалось. Скучно. Очень скучно существовать одному. Акутагава любил одиночество, вы не подумайте. Оно даёт возможность настроиться, хорошенько обдумать долго терзающие тебя мысли, выплеснуть накопившееся наружу пока никто не видит, да и просто отдохнуть от шума и сумотохи, сопровождающей каждого человека на протяжении всей жизни. Однако. Иногда это одиночество давит, загоняет в угол, заставляет чувствовать себя беспомощным. Каким бы Рюноске не был резким и нелюдимым человеком, но в общении иногда нуждался и он. Да, у него была Гин, но они проводили вместе недостаточно время. К тому же, у Гин есть друзья. Что насчёт него самого? Единственный, с кем он сейчас общается, так это Ацуши, но его другом не назовёшь, это уж точно. Жалко. Пустота пронизывала его насквозь и неприятно обжигала все внутренние органы.       - Может, этот Ацуши не так уж и плох? - тихим голосом выпалил Акутагава в пустоту, а потом рассмеялся. Что за чушь он несёт? Ещё и спрашивает у стенки такие глупые вопросы. Или может, над ними правда стоит задуматься?       Следующие часы проходили весьма скучно. Он сново читал, затем сново перечитывал текста, заданные на дом, пытался искать дополнительную информацию по их проекту, но одному и этой тишине совсем не работалось. Даже успел немного прибраться, чтобы к призоду отца домой всё было идеально чисто. Тогда Рюноске решился заварить себе кофе и послушать музыку, может хоть так он скоротает время?       Он понял, что отдохнуть следующий десяток минут у него не получится, так как кашель начал разрывать его грудную клетку изнутри. Блядство. Как же он ненавидит это. Сначала он пытался подавлять его, но всё тщетно. Он сгибался пополам от боли изнутри. В ребрах уже ломило от нескончаемого кашля, а сил отпить кофе чтобы хоть как-то увлажнить горло не было. Акутагаве казалось, что ещё немного, и он выплюет свои кишки наружу и завалится мёртвой тушей прям здесь. Однако вскоре это прекратилось. Грудная клетка парня медленно вздымалась, все ещё немного побаливая. Дышать он старался ровно, ведь по опыту знает, что любой неверный вдох может спровоцировать новый приступ кашля. Когда всё улеглось, он устало-облегчённо вздохнул и принялся допивать кофе, вновь втыкая наушники и включая музыку. Рюноске любил слушать что-то глубокое. Это не обязательно мрачные песни, нет, просто в тексте обязан был быть непростой текст.       В мерном течении слов и мелодии, юноша погрузился в поток мыслей. Заебало. Как же он ненавидит свой хронический кашель, особенно когда он начинается в неподходящее время. Напрмер как вчера вечером, когда парень в компании своей сестры и одногруппника пили чай. Ещё и Ацуши пришлось это видеть. Больше всего Рюноске ненавидел, когда очередной приступ начинается в людных местах, например на паре, и приходится бежать из кабинета, лишь бы никто не слышал этого дущераздирающего кашля.       От раздумий о собственном недуге разболелась голова, и юноша наконец решился бросить эти мысли.       Наконец мучительные часы закончились, ведь, посмотрев на время, Рюноске понял что пора и ему собираться в колледж. Сегодня он надел чёрную рубашку с достаточно необычным, немного кружевным в районе груди воротом, заправил её в брюки, туго затянув их ремнём на талии. Таким образом можно было прекрасно рассмотреть худую талию Акутагавы. Что у Рюноске, что у Гин телосложение было аккуратным, изящным. С какой то стороны даже худощавым, но не настолько, чтобы это портило впечатление о них. У обоих были длинные пальцы, белоснежная кожа, прямые носы. Единственное что под глазами парня залегли тёмные полумесяцы, но и это по своему лишь подчёркивало тёмные глаза на бледной коже. Рюноске никогда не считал себя некрасивым, но и чего-то красивого он в себе не находил. А зря, ведь многие твердили ему о том, каким красивым он уродился.       Рюкзак у него тоже был чёрным, классическим. Интересно, как жил бы Рюноске, если бы этого цвета не существовало вовсе? Сложив нужные тетради, сменные кеды, опять же чёрные, бутылку воды, что была вечным спутником его жизни, он застегнул замок. Он не особо любил таскать с собой много лишнего, ведь потом в сумке будет бардак.       Расчесавшись и умывшись, он наконец поплелся в прихожую. Всё это уже было ежедневной рутиной, заученной, так что Акутагава даже не задумывался над своими действиями.       Зашнуровав ботинки и накинув плащ, парень схватил рюкзак и лёгким движением руки открыв квартиру, покинул её. Сегодня она пустовать не будет, учитывая даже то, что Акутагавы вернутся домой позже обычного. Рюноске вздохнул. Дверь наконец закрылась.