Обломки

"Северус? Северус!" Кровь брызнула повсюду, когда Северус Снейп убрал руку ото рта, чтобы жестом указать на входную дверь своего дома. "Кухня...кофф...буфет...кофф...зелье!" — задыхался он, махая забрызганной кровью рукой на входную дверь. Не говоря ни слова, Дэнни бросился внутрь, в то время как Снейп согнулся пополам в очередном приступе кашля. Гермиона почувствовала, как в ней поднимается паника и ужас, но не знала, что с собой делать — ее магия и ноги не работали, так что теперь она была абсолютно бесполезна для него. Он не мог умереть сейчас —не мог. В ее голове начали проноситься наихудшие сценарии: у Снейпа могло быть дегенеративное заболевание, у него могло быть какое-то смертельное проклятие, разъедающее его изнутри, она могла повлиять на его здоровье катастрофическим сочетанием материалов, с которыми она работала, когда портключ сработал… Все дальнейшие размышления были прерваны, когда Дэнни влетел через парадные двери, чуть не скатившись со ступенек крыльца, прежде чем броситься к Снейпу и сунуть ему бутылку темно-красного зелья. Он схватил ее и сумел перестать кашлять достаточно долго, чтобы прижать бутылку к губам и сделать большой глоток. Гермиона почти перестала дышать, когда он проглотил красную жидкость и резко вдохнула, когда Снейп прикончил содержимое бутылки и облегченно выдохнул. "Мне... мне жаль, что тебе пришлось это видеть", - тихо сказал Снейп, отводя взгляд и вытирая окровавленное лицо носовым платком. Извинялся? Он сожалел, что был болен и кашлял кровью? "Что все это значит? Что такое?Ты заболел?" - Спрашивала Гермиона, сжимая кулаки на коленях, чтобы они не дрожали. "Дэнни, уходи", - сказал Снейп, устало глядя на него. Не выказав ни малейшего протеста, Дэнни кивнул и поднялся на ноги, прежде чем скрыться из виду, оставив Гермиону сидеть в замешательстве. - В чем дело, профессор... Северус, - спросила Гермиона, на этот раз более мягко. Он откинулся на спинку кресла и положил локти на подлокотники, а все его тело, казалось, просело внутрь кресла. "Яд Нагини". Гермиона не могла не уставиться на него в шоке. Конечно, кто-то вроде Принца-полукровки мог сварить противоядие от яда Нагини; даже целителям Святого Мунго удалось раздобыть его, когда на Артура Уизли напали перед Департаментом тайн. Так что же изменилось на этот раз? Почему он не мог вылечить себя с помощью зелья, когда другие так легко вылечили Артура Уизли? "Есть противоядие", - медленно сказала Гермиона, собравшись с мыслями. Она ожидала, что он выдаст какой-нибудь саркастический комментарий о том, как она оскорбила его, предположив, что он не знал об этом, но Снейп просто кивнул и не посмотрел на нее. "В самом деле". "Но?..." "Но концентрация яда, которую она ввела в меня, была слишком высока, чтобы противоядие могло полностью уничтожить его". "Сделай что-нибудь покрепче". Как будто это была самая легкая вещь в мире. "Я не могу. У Нагини был не обычный змеиный яд." "Я не думаю, что Нагини была обычной змеей при любом напряжении воображения", - сказала Гермиона, нахмурившись. Казалось, это вызвало у него легкую улыбку, что немного обнадеживало. "Я еще не создал зелье, чтобы вывести его из моих внутренних органов", - сказал он. Он издал тихий, смиренный смешок, который Гермионе не понравился. "Все, что я могу сделать, это остановить его прогресс, когда он заходит слишком далеко, и исправить ущерб, который он наносит. Хотя я не могу сказать, что слишком старался вылечиться." Это был совсем не удовлетворительный ответ, и он только еще больше встревожил ее. "Но мистер Уизли..." — начала она, но была немедленно прервана. "Я уверен, вы знаете, что ядовитые змеи могут контролировать количество яда, которое они впрыскивают при укусе". Воспоминание о том, как Гарри был укушен Нагини в Годриковой лощине, внезапно пришло на ум — тогда она смогла исцелить его, используя только Эссенцию Диттани, и она никогда больше не думала об этом, потому что была так рада, что он все еще жив. "Артур Уизли должен был стать предупреждением. Но когда Нагини укусила меня…Я должен был умереть, - тихо продолжил Снейп. "Прошло несколько часов, прежде чем Минерва пришла за мной, что, должно быть, дало яду достаточно времени, чтобы осесть в моих органах. У меня было под рукой противоядие, но я не ожидал, что оно интегрируется так, как это произошло. Это почти как вирус ". К ужасу Гермионы, он начал смеяться, как будто все это не было проблемой, как будто у него был легкий случай драконьей оспы — по какой-то причине ее разозлило, что он просто так подрывает свое здоровье, особенно после того, как он зашел так далеко, что пережил рану на шее, нанесенную ядовитой змеей. Он осмелился бросить вызов смерти и каким-то образом удовлетворился "о-боже-я-умираю-и-кого-это-волнует?" Хмурое выражение на ее лице стало более заметным, когда она крепче сжала кулаки, а ее ногти впились в ладони. "Почему ты смеешься? Это твое здоровье!" "Это поправимо. Меня даже не должно было быть в живых, так что я возьму то, что смогу получить, - невозмутимо сказал он. В этот момент ее гнев становился обратно пропорционален тому, насколько сильно он заботился о ситуации — чем больше безразличия он проявлял, тем злее она становилась. "Но!..." "Ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы заняться серфингом?" "Не отклоняйся...подожди, что?" Он одарил ее самодовольной улыбкой после успешного срыва разговора — действительно, он был близок к крушению поезда — и, похоже, очень наслаждался видом ее озадаченного лица. "Я спросил, достаточно ли ты хорошо себя чувствуешь, чтобы заняться серфингом", - сказал он. "Ты можешь сидеть в совете директоров". "Ты уклоняешься!" "В самом деле". Какое-то мгновение они смотрели друг на друга, Гермиона молча ощетинилась от его дерзости, прежде чем он поднялся на ноги и решительно спросил: "Ты идешь или нет?" Она хотела продолжить спор, вырвать из него правду, но выражение его лица ясно давало понять, что он либо продолжит уводить разговор в сторону, либо просто отправится кататься на серфинге без нее. Разочарованная, Гермиона неопределенно указала на свои ноги. "Хорошо, но как, по-твоему, я смогу так плавать?" "Я не знаю". Она едва поняла, что происходит, когда он взял ее за руку и поднял, каким-то образом подвернувшись под ее руки, чтобы нести ее на спине, когда она испуганно пискнула. Она никогда не была поклонницей поездок на спине - ощущение, что ее несут, было неудобным и немного унизительным, — но, тем не менее, она цеплялась за него, боясь соскользнуть. - Ты ублюдок, Северус Снейп, - пробормотала Гермиона, хотя и не смогла сдержать легкой улыбки. "Поговорим о смене темы". "Невыносимая всезнайка", - сказал он, хотя в слишком знакомых словах не было злобы. То, как он это произнес, прозвучало почти как ласковое прозвище. "Просто веди себя тихо и держись". Его физическая сила была довольно впечатляющей и, конечно, не такой, какой она ожидала от него, поскольку он не только носил ее по дому, чтобы спрятать потертый лонгборд в кустах, но и нес доску так, чтобы она не волочилась по песку. Она чувствовала, как вздымалась его грудь, когда он шел по пляжу, и ослабила хватку, пытаясь отпустить, но он покачал головой и поднял ее повыше на своей спине. Если он вообще напрягался, таща ее и доску по рыхлому песку, его слегка затрудненное дыхание было единственным признаком. "Подожди, моя одежда! Твоя рубашка!" - Воскликнула Гермиона, когда Снейп начал заходить на мелководье и ее длинная юбка погрузилась в воду. Он слегка повернул голову, и она почувствовала, как он засмеялся, хотя из его рта не вырвалось ни звука. "Это всего лишь вода". Гермиона бессознательно задержала дыхание, пока они забирались все глубже и глубже на мелководье — вода не была холодной, но было так странно, что он это делал, — пока не дошло до того, что Снейп больше не мог ходить и вместо этого начал плыть, используя лонгборд для поддержки. Она инстинктивно усилила хватку, когда почувствовала, что его ноги оторвались от песка, и не могла не напрячься всем телом, когда он медленно оттолкнулся от берега. "Ты меня душишь". Она тут же ослабила свою мертвую хватку на его шее. "Прости", - смущенно сказала она. Он снова повернул голову, и она снова почувствовала, как его грудь дрогнула в беззвучном смехе. "Просто доверься мне". К тому времени, когда он, наконец, перестал двигаться вперед, берег, казалось, был далеко, а дом на берегу и деревья выделялись на фоне темно-синего неба, как очаровательная маленькая диорама. Он снял ее со своей спины и перекинул одну ее руку через доску, и она тут же вцепилась в доску так, словно от этого зависела ее жизнь. Но через мгновение она поняла, что даже с ее ненадежными ногами было довольно легко плавать в теплой океанской воде, и она издала радостный звук, прежде чем смогла остановить себя. Казалось, однако, что Снейп этого не заметил — он парил на другом конце, его подбородок покоился на доске, а глаза были мирно закрыты. Это, по правде, было достаточно спокойно для сна, когда океан мягко покачивал их взад и вперед в воде. Гермиона воспользовалась возможностью осмотреться и, к своему ужасу, быстро кое-что заметила. "Северус, здесь нет никаких волн. Вода плоская." Он даже не открыл глаза. "Действительно", - это было все, что он потрудился сказать. "Разве ты не брал меня сюда заниматься серфингом? Ты не можешь заниматься серфингом, если нет никаких волн". - Полагаю, что нет, - сонно ответил он. "Воспользуйтесь этой возможностью, чтобы перестать думать". "Перестать думать?" "Не думай. Не думай о своем здоровье, не думай о моем здоровье, просто... не думай. Это немного похоже на окклюменцию." Это была интересная мысль. Она заставила себя расслабиться и просто плыть вместе со спокойными волнами воды, изо всех сил выталкивая мысли из головы. Когда она сосредоточилась на ощущении воды на своей коже и на том, как ее тело плывет вдоль лонгборда, не прошло и минуты, как она тоже положила подбородок на доску, а в голове у нее было блаженно пусто. Это было так, как будто все ее заботы были смыты водой. Возможно, именно так Снейп смыл лета и годы боли и злобы, бесцельно дрейфуя в океане, как кусок плавучего дерева. Возможно, это был его способ показать ей. "Гермиона". Ее тело дернулось, когда она вышла из оцепенения, и она застонала от того, каким ярким казалось солнце. Она с любопытством посмотрела на Снейпа, как только ее глаза привыкли к свету, и обнаружила, что он перешел на другую сторону доски, так что они оказались лицом друг к другу. "Почему бы тебе не сказать Поттеру и Уизли, чтобы они навестили тебя? Насколько я их знаю, они, наверное, сходят с ума оттого, что понятия не имеют, где ты, - небрежно спросил он, стряхивая воду с лица. Гермиона подозрительно посмотрела на него. "Что вызвало это? Пригласить их сюда означает, что они могут столкнуться с тобой, - медленно произнесла она, нахмурившись. Это правда, что Гарри и Рон сходили с ума, не зная, где она и с кем она — она послала каждому из них по паре писем, в которых смутно выражалась ее безопасность с безымянным опекуном, и они оба ответили с таким неистовым желанием "спасти" ее, что это было так, как будто она была похищена самим лордом Волдемортом. "Как бы мне ни нравилась мысль о том, что они корчатся, они, вероятно, должны знать, что ты цела и невредима. И единственный способ убедить их в этом - это показать тебя." Хотя она ничего так не хотела, как увидеть своих лучших друзей, ей казалось неправильным позволять Снейпу выставлять себя напоказ ради нее. Он так долго жил в этом прекрасном уединении, и если визита Министерства было недостаточно, чтобы поставить его под угрозу, разрешение Гарри и Рону приехать могло все испортить. Он был так добр к ней и сделал так много — она не вынесет, если из-за нее он потеряет спокойную жизнь, которую так заслуживал. Если бы она действительно постаралась, то могла бы придумать множество причин, по которым Снейп хотел бы, чтобы Гарри и Рон приехали на его остров. Если она действительно рассматривала все возможности в области воображения, то Снейп вполне мог быть готов к какой-то мести, и вся эта история с тем, чтобы стать исправившимся человеком, могла быть сложной уловкой, чтобы заманить всю Золотую Троицу в отдаленное место. Но во время того, как она смотрела на мужчину, лениво плавающего в воде, когда она думала обо всем, что он сделал для них, пока она смотрела в его глаза, этого не могло быть. "Нет ... Я не думаю, что это хорошая идея. Это несправедливо по отношению к тебе." Он уставился на нее со странным, непроницаемым выражением на лице — она не могла сказать, собирается ли он смеяться, плакать или что-то еще. "Говорить о справедливости для кого-то вроде меня, - наконец сказал он, - абсурдно". Он сжал левый кулак, и ее глаза быстро скользнули вниз к предплечью, прежде чем она отвела взгляд, рассеянно глядя на бесконечное водное пространство вокруг них. Гермиона, конечно, и раньше смотрела на его руку, пытаясь увидеть, осталась ли там Темная Метка — она полностью исчезла, была стерта после поражения ее создателя. Было бы нелепо думать, что он мог просто забыть, как это жгло — как это звало его — как он решил принять это — как он связал себя с этими людьми. Но даже после всего этого, если бы не он, все—все было бы потеряно. И поэтому говорить о справедливости для такого человека, как он ... было совершенно справедливо. Поэтому она сделала единственную логичную вещь, которая пришла в голову в тот момент, и плеснула ему водой в лицо. "Для чего это было нужно?" - Пробормотал Снейп, слегка отрываясь от доски и стряхивая воду с глаз. "Вы говорите как болван, мистер Снейп. Десять очков со Слизерина." Выражение крайнего шока на его лице было бесценным. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы восстановить контроль над своим лицом, и когда он это сделал, он начал смеяться низким, тихим смешком. Она с удивлением наблюдала, как он медленно разразился смехом и ненадолго погрузился под воду, потеряв контроль, брызгая слюной и немного раскачиваясь, прежде чем ухватился за доску и удержался на ногах. "Впечатляет", - сказал он, положив подбородок на доску и тяжело дыша, глядя на нее сквозь завесу мокрых волос. "Жаль, что я ваша единственная аудитория для такой многообещающей новой карьеры стендапера". Гермиона фыркнула в воду, безуспешно пытаясь подавить улыбку. Она задавалась вопросом, было ли все это из-за этого; возможно, Снейп чувствовал себя плохо из-за того, что он был ее единственной компанией, пока она ждала возвращения своей магии и здоровья. Здоровье, да?.. Черт возьми, он пытается отвлечь меня. Внезапно все стало ясно. Он пытался отвлечь ее от очень тревожного факта, что он кашлял кровью по всему крыльцу, в то время как вирус-яд Нагини разрушал его внутренности. Она почти забыла, со всеми этими чудесными плаваниями в воде и всеми усилиями, которые он прилагал, чтобы Гарри и Рон приехали навестить его. "Почему бы нам не заключить сделку, Северус?" - сказала Гермиона, когда ей в голову пришла одна мысль. "Если ты дашь мне свои заметки о противоядии Нагини — я знаю, что они у тебя есть, — тогда я приглашу Гарри и Рона, чтобы рассказать им все шутки, которые я узнала от тебя". Если он не собирался утруждать себя лечением, она, черт возьми, была уверена, что попытается. "Ты не можешь варить зелья в таком состоянии", - сказал он, с сомнением глядя на нее. "И мои заметки не принесут тебе никакой пользы в этом отношении". "Я могу подготовить процедуру, когда смогу варить зелья, спасибо". Он мгновение смотрел на нее, и ненадолго она подумала, что он собирается разрушить ее прекрасный план, пока он не кивнул один раз. "Очень хорошо. Это сделка". И он скрепил сделку, плеснув водой ей в лицо. Гермиона намеревалась вынудить Снейпа отдать ей свои заметки о противоядии сразу же по возвращении на берег, но после того, как он вытащил их обоих из воды в насквозь промокшей одежде, он положил ее на теплый песок и удобно оставил там сушиться, пока убирал доску. К тому времени, когда она поняла, что он не вернется за ней, она была слишком уставшей, чтобы что-то с этим делать, и заснула на песке, все еще чувствуя, как океан качает ее взад и вперед. Ее тело было истощено после их небольшого путешествия в океан; после того, как они наконец пришли к соглашению, она попыталась немного поплавать и обнаружила, что ее ноги довольно хорошо слушаются в воде — во всяком случае, лучше, чем на суше. Так что последние полчаса или около того она провела, плавая кругами вокруг доски для серфинга, наслаждаясь упражнением, которое получила, просидев без дела целую неделю.

***

"... Я уже сказал, что это не проблема. Ты мне не сторож!" "Да ладно, становится все хуже…Что ты собираешься ей сказать?" "Это не твоя забота!" "О, приди в себя, крутой парень". Звуки соседнего спора медленно начали возвращать Гермиону к бодрствованию. Ей потребовалось несколько мгновений, прежде чем она пришла в себя достаточно, чтобы понять, что это был голос Дэнни, который она слышала, и что он, казалось, был очень обеспокоен чем—то, что ухудшалось - возможно, здоровьем Снейпа? "Конечно, ты вернулся сюда не только для того, чтобы приставать ко мне с расспросами о моем здоровье!" "Нет. Я поймал тех парней из Министерства с сегодняшнего утра, которые шныряли где-то поблизости. Я хотел, чтобы ты знал." При этих словах глаза Гермионы распахнулись. Солнце, стоявшее высоко над головой, было невыносимо ярким, и она вслепую извивалась на песке, пока ее глаза не привыкли к свету. Она тут же перевернулась, выпрямилась и обнаружила, что Снейп и Дэнни молча смотрят на нее с крыльца, почти как пара детей, пойманных с поличным с мячом, который разбил окно. "Что это за история с людьми из Министерства?" - резко сказала она, изо всех сил пытаясь подняться на ноги. "Нашел тех двоих, которые рыскали в той стороне", - сказал Дэнни, тыча указательным пальцем на север вдоль пляжа. "Я почти пропустил их, но хорошо, что этот придурок Ричард был в костюме. Увидел его, как только он оказался на открытом месте." "Чего они хотели?" спросила Гермиона, медленно направляясь к ступенькам крыльца. "Я спрятался и немного послушал их", - сказал Дэнни, держа в руках то, что Гермиона распознала как вариант Удлиненных ушей. "Ричард - идиот, но эта азиатка - не шутка. Я не думаю, что она ваш заурядный целитель...Она говорила о том, что у нее был приказ от какого-то парня Мэтьюза убедиться, что ты не тайно сотрудничаешь с американцами или что-то в этом роде ". "Я понимаю..." - Пробормотала Гермиона, нахмурившись. Маркус Мэтьюз был одним из высших чинов в Департаменте, и хотя она не слишком хорошо знала, в чем заключалась его работа, она знала, что он часто был вовлечен в вопросы секретности и безопасности. И, учитывая характер ее необычного ухода из Департамента, неудивительно, что Мэтьюз поспешил с такими выводами. "В любом случае, я бы присмотрел еще лакеев из Министерства", - сказал Дэнни, засовывая Удлинительные Уши в карман. "Я видел, как они уходили, но я не знаю, вернутся ли они, а мне нужно вернуться в Гонолулу и расписаться за партию драконьей печени". "Понятно. Спасибо, - сказал Снейп, кивая ему, когда он спрыгнул с крыльца. Он весело помог Гермионе подняться по ступенькам, прежде чем побежать на пляж, чтобы увеличить расстояние между ними, аппарируя со слабым хлопком. В первый день, когда они встретились, они обнаружили, что ее тело бурно реагировало на Появление и Исчезновение в непосредственной близости, так как она чуть не упала в обморок и потеряла сознание после его ухода в тот день. "Я говорил тебе, что это была плохая идея, что я остаюсь здесь ..." - Несчастно сказала Гермиона, согнувшись пополам и стряхивая песок с одежды и волос. Когда Снейп ничего не сказал, она подняла глаза и обнаружила, что он смотрит на нее с легким разочарованием. "Так легко сдаешься, Гермиона?" - беспечно сказал он. "Очевидно, отсутствие магии влияет на твои способности к рассуждению". "Что ты имеешь в виду?" "То, что я снял чары с дома, не означает, что я не установил их в окрестностях. Не волнуйся, они меня не увидят, - сказал Снейп. "Позор позволить двум дуракам из Министерства найти меня был бы слишком велик. Минерва никогда бы не дослушала меня до конца." "Понятно", - сказала Гермиона, чувствуя себя немного глупо. "В любом случае, у меня есть зелье, которым я должен заняться. Я скоро закончу, - сказал он и, не дожидаясь ее ответа, пронесся внутрь дома — если бы он был в своей одежде десятилетней давности, Гермиона была уверена, что его мантия развевалась бы за ним. Она могла бы почти увидеть их призрак, если бы действительно прищурилась. "Вы не возражаете, если я посмотрю ваши заметки о противоядии?" - весело спросила она, когда он пронесся мимо. Гермиона мгновение стояла безучастно, когда он проходил мимо, только ухмыльнувшись в ответ, прежде чем она заковыляла в дом за ним, схватившись за дверной косяк для поддержки, наблюдая, как он исчезает в коридоре. "Твои заметки! Пожалуйста? Алло?"