Доппельгангер

      Леонид с облегчением на душе сел в служебную машину - ну хоть за рулем он сможет посидеть в одиночестве, не деля ни с кем свои собственные мысли. Металлический кузов хоть и отделял его от внешнего мира в движимый кусок личного пространства, но насыщенный дорожный трафик все-таки не позволял сильно отрываться от общества, а потому можно было расслабиться и не ожидать появления двойников на пассажирских местах. Каневский властно взялся за баранку милицейской "копейки" и решительно нажал на педаль акселератора, в одно мгновение покинув двор родного отделения. - Чем славится туристическая Англия? Солдаты в огромных медвежьих шапках, часовая башня Биг-Бен, двухэтажные красные автобусы, телефонные будки... Пожалуй, есть и еще один знаменитый символ - черный кэб! Но примечательно лондонское такси не своими машинами, а талантливыми водителями - кэбби, ведь получить лицензию - все равно, что отучиться в университете... Таксисты должны сдать экзамены на знания всех улиц Лондона: а их, между прочим, почти тридцать тысяч! - Но ленинградские милиционеры дадут фору любому прославленному кэбби! Форсированные двигатели и юркие в рулежке машины-"догонялки" не помогут, когда не знаешь все закоулки и узкие дворики, через которые может в два счета увильнуть преступник. - Именно хорошее знание города не раз помогало товарищу Каневскому в поимке беглецов.       Леонид понял, что доехать до места бывшей стоянки "трабанта" спокойно не удастся. Он оглянулся назад и увидел на заднем диване трех знакомых товарищей. Вот-вот в их адрес могли бы посыпаться грубые реплики, но нужно было вернуть свой взор обратно на дорогу, что и поспешил сделать Каневский. Свернув через один из многочисленных питерских двориков, он наконец оказался на нужной улице - все-таки, широкие географические познания оказались очень кстати, ведь иначе пришлось бы долго петлять кругами по всему городу. Перед тем, как выйти из машины, Леонид обернулся: - Фух, их больше нет...       Задний диван никак не намекал на то, что всего-то мгновение назад тут сидели трое крепких мужчин: идеально упругая обивка, ни следа потертостей - словом, всё выглядело по-странному свежим и новым, будто бы только с завода. Может, и вправду что-то причудилось? Да, конечно, такое может только причудиться... Не через багажник же они отсюда сбежали! Господи, ну не всерьез же об этом рассуждать!       С легкой злобой, будто бы сжатый в пружинку, готовую в любой момент выстрелить, он хлопнул дверью и стремительно направился во дворик, где был угнан "трабби" простого советского офицера. Ленинград был одинаково щедр на красивые виды и для водителей, и для пешеходов - всё в этом городе было свое, уникальное: не бордюры, а поребрики, не подъезды, а парадные, не эстакада или просто какой-то там мост, а виадук! Можно безошибочно определить по речи гражданина, коренной он ленинградец или приезжий из другого города - стоит только спросить, что он предпочитает: шаверму или шаурму.       Во дворе еще издалека была видна какая-то возня: видимо, соседи повздорили, надо бы подойти немного ближе - вдруг удастся зацепить что-то полезное для следствия? - Товарищ, ну как же так?! Вы поставили свой, извиняюсь за грубость, металлолом на место моей ласточки! - Извольте, товарищ, но в нашем государстве земля принадлежит народу! Я имею право на этот клочок земли в той же мере, что и Вы. - Интересно, значит, получается! Я здесь живу уже двадцать пятый год, а права на парковочные места у нас с Вами одинаковые! Ну и новости! - Ладно, я переставлю свою машину, но знайте - Вы не правы! Только вот портить отношения со своими новыми соседями мне не хочется, потому и переставлю.       Леонид уже было хотел подойти, чтобы рассудить повздоривших соседей, но не мог поверить своим глазам - парковочную баталию устроили те самые товарищи-близнецы, а вовсе не жильцы дома. К дуэту по традиции присоединился третий: - Соседские споры из-за парковки. Только владельцы частных домов не сталкивались с подобной проблемой. Конечно же, весь двор общий, но согласитесь, разве не больно отдавать кому-то давно "насиженное" место? А с появлением многоэтажных "брежневок" задачу с вечерней парковкой автомобиля можно смело помечать звездочкой, как задачу повышенной сложности. Решить ее разве что посильно огромным очередям на покупку новеньких "москвичей" и "жигулей"!       "Ну точно! Машину могли угнать из-за того, что потерпевший с кем-то повздорил по поводу парковки! Да и версию такую подтверждает тот факт, что Лисин - товарищ в Ленинграде почти что новый, из Германии приехал недавно, недавно поселился в этом доме, с соседями как следует еще не подружился, да и в открытую поругаться не успел... Кто-то решил проучить его, но только незаметно!" - тут же пришло в голову Каневскому. Мнимые "помощники" хоть часто раздражали его, как тогда - в милицейской машине, но именно сейчас их "сценка" была крайне полезной. Маховик мыслительных процессов приобрел достаточный импульс, чтобы раскрутиться до рабочей частоты. Осталось только подключить к нему милицейскую чуйку.       "Надо бы только узнать конкретное место, где последний раз припарковался пострадавший" - продолжил рассуждения Леонид. Путь был только один - в квартиру товарища Лисина. Благо, номер квартиры был записан в деле. Не теряя время зря, он пошел в сторону нужной парадной: и тут удача была на его стороне, потому что судя по табличкам над каждой дверью, квартиры шли в строгом порядке, что было редкостью для старого фонда города, у которого всегда были проблемы с нумерацией. Войдя внутрь, Леонид сразу же почувствовал особенную атмосферу этих домов: хоть в парадной и был прокуренный воздух, местами сыпалась штукатурка, да и на стенах можно было прочесть совсем некультурные слова, в то же время разум поражало огромное пространство, которое ни за что не уместят "хрущевки" или "сталинки". На втором этаже располагалась нужная квартира. Дверь вписывалась в антураж окружающих интерьеров своей антикварностью: выглядела она потрепанно, но в ее внешнем виде явно прослеживался хороший вкус, рельефные квадратные рамки, вырезанные на темном дереве вкупе с тяжелой железной ручкой смотрелись весьма брутально, в отличие от современных аморфных дверей с дерматиновой обшивкой.       Дома у Лисина была только жена. Хозяин жилища был в это время на службе. Милая хозяйственная женщина сразу же предложила следователю кружечку горячего чая с мятными пряниками. Кушать хотелось безумно сильно, да и за кухонным столом разговоры всегда выходят куда душевнее и теплее - будет больше шансов провести детальный опрос. - Леонид Семенович, могу предложить Вам черный байховый - ну, со "слоненком", знаете такой? А еще есть грузинский, он "кирпичиком". Вам какой больше нравится?       Но ответ он дать не успел - вновь его прервали старые знакомые, уютно рассевшись напротив. - Чай со "слоном"! Желтая пачка чаю с нарисованным слоненком - настоящий синоним роскоши и комфорта на любой советской кухне. Настоящий индийский! Мало кто знает, что означает слово "байховый" в названии, но каждый знает, что байховый чай - высший класс, самый вкусный и дорогой... Мммм...       Тут первый товарищ сладко отхлебнул горячий напиток из маленькой изящной чашечки, громко прихлебывая и одобрительно покачивая головой - до чего же хороший все-таки "слон"! Но тут в чайную "агитацию" вступил второй товарищ: - Индийский-то, он, конечно, известнее и дороже, но по мне - плиточный чай из Грузии так же вкусен! Многие его еще называют "кирпичик" - а все из-за формы плитки, на которой вдобавок красуется рельефное название чайной фабрики и советский герб. (ну как же обойтись без герба?). Аромат у такого "кирпичика" слабый, зато вкус какой! У многих восточных народов такие прессованные чаи были даже чем-то типа валюты... Волшебная свежесть зеленого чая...       Второй, кажется, даже с большим удовольствием принялся пить содержимое своей чашки, еще ярче показывая степень своего удовольствия. Каждый старался в рекламе, как мог. - Леонид Семенович? Может, Вы пьете кофе? Но у меня есть только какао "золотой ярлык", если чай не хотите... Ну, так что Вам заварить? - Что? Ах, извините, я немного заработался, прослушал, что Вы говорили... Пожалуй, в этот раз попробую плиточный чай с пряниками. Ни разу такого не пил.       Второй победоносно ухмыльнулся и бросил свой взгляд на первого - он единственный в этом помещении будет допивать свой черный чай со "слоном", ведь большинство встало на сторону скромного "кирпичика", который был не менее вкусным, чем распиаренный чайный собрат. - Скажите, гражданка Лисина, кто-то еще есть сейчас дома? Может быть, в другой комнате или... В общем, чем больше людей дадут показания, тем лучше... - Нет, я дома одна. Муж ушел на службу, придет, наверное, только к ночи - у него стрельбы на полигоне до самого вечера. Ну я ему и говорила всегда: "Саша! Ну зачем тебе этот чертов автомобиль? Да еще и гнать его издалека по всей Европе! Мы же все равно никуда не ездим - у тебя круглые сутки то стрельбы, то построения, то полевые выходы куда-то в леса непонятные... Ты в военном "уазике" чаще катаешься, чем на этом "трабанте", так давай мы его моему отцу в деревню перевезем - он хоть там рассаду будет возить!", а он мне: "Люда, ну как ты не понимаешь! Это же память о службе моей! Пусть лучше он во дворе будет стоять, ну и правильно, что я на нем не езжу - нечего ему подвеску по советским дорогам портить!", ну вот и все - достоялся во дворе!       Леонид спросил про домашних не только ради дополнительных опросов, ему важно было знать другое: видит ли она то же самое, что и он? Как оказалось, мнимые товарищи распивали совершенно такой же мнимый чай и не докучали своими рассказами посторонним людям. Можно было продолжать работу. - Скажите, Людмила, а где конкретно стоял Ваш автомобиль в последний день перед угоном? У меня есть одна версия, ее нужно тщательно проверить... - Саша поставил ее перед самым входом в подъезд... Я ему еще тогда сказала: "ну что же ты делаешь? Вдруг соседи будут ругаться? Мы тут люди новые, распорядков соседских не знаем", он только отмахнулся и всё.       Людмила рукой показала Каневскому место, он немного ближе подошел к окну и увидел, что на том же месте сейчас расположилась чья-то новенькая "восьмерка" - явление рядовым советским человеком еще невиданное, задерживающее внимание у всех: от маленьких мальчишек на детской площадке и до взрослых мужиков, что рассматривали эти рубленые формы кузова как нечто инопланетное, особенно, после квадратных "жигулей". На такой работяга с завода ездить не мог... Был тут кто-то покруче... - Говорят, тольяттинскую "восьмерку" проектировали инженеры из самого "Порше"... - Даже привод передний... Космолет!       Товарищи еще не допили свой чай, наверное, вряд ли допьют, потому что за обсуждением технического новшества Волжского автомобильного завода притрагиваться к кружке никто банально не успевал. На их лицах блистал по истине детский восторг от увиденного на парковке. - Так, а Вы случаем не знаете, кто владелец того автомобиля? - "Восьмерка"-то? Кооператора какого-то местного. Он живет напротив нашей квартиры. Общается всегда дерзко, даже как-то хамски, а самое странное - всегда при деньгах. То кроссовки импортные купит, то спортивный костюм, курит исключительно "Мальборо", всё музыку иностранную слушает... Будто бы всё ему можно. Он тогда на Сашу и наругался, что там его место заняли - "нечего свое корыто тут ставить". - Надо бы его допросить... Спасибо Вам, Людмила, за оказанную помощь следствию! Ну а мне надо дальше работать. За чай, кстати, тоже благодарю!       Каневский пошел на выход вместе со своей "командой". Предстояла проверка местного коммерсанта на дорогом автомобиле. К сожалению, "Перестройка" породила не только честный бизнес частных кооператоров, но и новое пространство для криминала. Гражданин на "восьмерке" вполне мог оказаться рэкетиром или просто рядовым разбойником, что почувствовал власть над простыми людьми из рабочего народа.