Вытри слëзы, малыш Хуа

***

      Хуа Чэн вскоре успокоился и вытер с лица все слëзы. Совсем немного и возле храма покажется фигура в белых одеяниях и в круглом головном уборе «доули». Как раз к этому времени вход на территорию этого места был полностью обновлëн. Всё соответствовало так и самому храму, так и тому, кому там поклонялись. На нежных цветах, что олицетворяли Се Ляня, сидели бабочки, что олицетворяли его возлюбленного. Всë там было продумано до мельчайших деталей. Супруг демона даже спустя столько лет не уставал удивляться его гениальности и талантом.       Супруги часто вместе ходят в пещеру Тысячи Божеств, хоть зачастую Хуа Чэн не одобряет похода туда, говоря, что его супруг не должен видеть всë то, что его преданный верующий вылеплял долгие годы своими руками, стирая их в кровь.       Один раз, когда Хэ Сюань и Ши Цинсюанем приезжали к ним в гости (и да, они помирились, несмотря на то, что сделал Водный Гуль. Но за смерть брата Ши Цинсюань не простил его), Хэ Сюань поведал очень жуткую историю, которая связана с этой Пещерой Тысячи Божеств.

***

      — Он всегда был ненормальным. Но в тот день я его боялся больше всего. Я никогда не забуду того дня. — Хэ Сюань сделал глубокий вдох и продолжил: «Я всегда знал, что он страдает. Да, он добился бессмертия, да он стал непобедимым князем демонов. Но он даже не мог представить жизни без тебя. Всë это проклятое время он только запирался в этой пещере и сидел там часами, днями, неделями, месяцами, страдая по тебе. Ты даже представить не сможешь и половины того, что он там делал. Мне аж вспоминать страшно. Каждый грëбанный день, он проливал слëзы смотря на статуи, что вылеплял собственными руками стоя на коленях. Каждый грëбанный день я слышал его плач. Он был похож на ребëнка, у которого забрали любимую игрушку, но в разы хуже. Каждый раз заходя к нему я видел одни и те же картины. Первая: он лежит прямо в ногах у твоей статуи и спит. Прямо на коленях. Это такой позор, но каждый Божий раз я находил его в таком состоянии. Вторая картина была не лучше: сумасщедний лепил или выкалывал из камня или глины статуи, стирая свои пальцы в кровь, что уже была неживой. А третью картину я видел только один раз в жизни. Я надеюсь, что больше никогда еë не увижу.» ему явно было трудно говорить об этом, поэтому Се Лянь слушал, не перебивая.       — Я как обычно пришëл к нему, думая, что он опять уснул в непристойной для него позе, но то что я увидел... — выдержав паузу, он элегантно, но с дрожащими руками взял чашку с чаем отпив небольшое количество чая, поставив еë обратно на стол. Се Лянь тоже был в напряжении, он боялся услышать что-то жуткое о супруге. — Он как обычно стоял на коленях, но его руки были запачканы в крови намного больше, чем обычно. Его пальцы легли на твою скульптуру, а его лицо начало приближаться а твоему каменному. Он поцеловал еë... После этого, я дал себе обещание: «Без надобности к этому сумасшедшему не подойду... ».       —Спасибо, что рассказал, Хэ Сюань. Я поговорю с ним. — Со вздохом Наследный Принц опустил на стол чашу, из которой пил.       —Хоть он и твой супруг, уже явно не одно десятилетие, но немного остерегайся его. — Хэ Сюань поднялся из-за стола и позвав Ши Цинсюаня ушëл в неизвестном для принца направлении.

***

      После этого разговора, последовал разговор ещë тяжелее этого. Хуа Чэн рассказал, кем он был. Но это только укрепило отношения супругов. Всë, что не делается, всë к лучшему... Продолжение следует...