My Struggle

Первое, что Скалли почувствовала этим утром — странную расслабленность и полное нежелание открывать глаза. Приятная к телу ткань постельного белья нежно обволакивала, мягкий матрас словно оказывал сопротивление любой попытке спустить ноги на пол, а уютный запах дерева и тишина наполняли все органы чувств. Это было слишком хорошо… По-настоящему спокойно и умиротворяюще. Она готова была поддаться томной неге и поваляться в кровати с телефоном, листая ленту новостей. Но одного взгляда на экран хватило, чтобы всю расслабленность Даны как рукой сняло. 13:45 Она не помнила, когда последний раз просыпалась так поздно — жизнь доктора Скалли была распланирована, стояли будильники. Но сегодня даже он не смог пробиться к вымотанному вчерашними переездами и эмоциями сознанию. А ведь она приехала не ради этого. У них была важная задача, которую не мог сделать никто другой. И если корни нового расследования действительно уходили в давние дела, это могло привести их к самым неожиданным открытиям и результатам. Потому что за пятнадцать лет генетика сделала такой гигантский скачок, который сложно было представить в 2001-м году. Если те исследования были продолжены, им могло угрожать что-нибудь страшнее супер-солдат. С усилием, но Дана подняла себя из кровати, заглянула в ванную и, переодевшись в домашние штаны и поло, спустилась вниз. Ещё на лестнице её поймал аромат кофе. Уже не такой яркий, как если бы он был сварен только что, но всё ещё достаточно насыщенный. Он тянул на кухню, как магнитом, а там за кухонным столом был найден бодрствующий Малдер, уткнувшийся в ноутбук. Рядом с ним стояла полупустая чашка того самого кофе, лежали распечатки и блокнот с мало различимыми записями. — Доброе утро, док, — проговорил он, не отрываясь от чтения чего-то. В линзах его очков отражался светлый прямоугольник экрана. — Доброе утро, — улыбнулась Дана. Она налила себе кофе и заглянула в один из навесных шкафов. Сахар нашелся там же, где она его помнила. Здесь всё было так, как она привыкла. Это было так странно и одновременно приятно. — Давно встал? — Часов шесть назад. Решил прошерстить новостные сайты на предмет информации по этим взрывам. И залез на пару форумов наблюдателей за НЛО — нет ли с «той стороны» какой-то активности… — Прости, я не услышала будильник, — Скалли перехватила второй стул, придвигаясь к бывшему напарнику. — Нашёл что-то интересное? — Кое-что есть… Малдер сдвинул в сторону распечатки и вытащил карту. — Я отметил, где были совершены эти теракты. Оклахома, Иллинойс, Теннесси, Северная Каролина — два раза, Пенсильвания. Движение явно идёт на восток, приближается к нам. Но временные промежутки неравнозначные. Это не могла быть одна группа людей, путешествующая по штатам — соотношение времени, которое они могли затратить на путь, и разбег терактов не совпадает, даже с учётом подготовки на местах, — мужчина чуть сдвинул ручкой очки ближе к кончику носа, чтобы посмотреть поверх них на Дану. — Это намного более организованная группа, чем может показаться поначалу, Скалли. Они поддерживают связь между штатами. Но при этом у них всё равно должен быть какой-то центральный орган, который раздаёт указы. — Есть хоть что-то общее между теми центрами, которые уже взорвали? Что-то, что позволит нам определить следующие цели? — Возможно, что-то и есть, но… — Малдер развёл руками. — В открытых источниках об этом не говорится. Я ещё не приступал к поискам в «секретных материалах», хотел дождаться тебя, так как эти дела вели вы с Доггеттом… — На самом деле, — Дана вздохнула, вертя кружку в руках, — это не было как таковым делом. Поначалу — да, к нам обратился якобы муж многократно похищенной женщины, которая умерла после того, как родила инопланетного ребёнка. И врач, который её наблюдал… Им оказался доктор Паренти. Тот самый, к которому я обращалась, когда ты передал мне пробирку. Он вёл первую половину моей беременности. И я была в ужасе, Малдер. Я боялась, что ребёнок, которого ношу, может быть совсем не тем, что я о нём думала. Малдер вздохнул и поднял очки на чёлку, откидываясь на спинку стула. — Я представляю твой ужас, Скалли. Когда мы начали копать… Когда я потащил Джона по этим клиникам и то, что мы там видели… Я тогда не хотел ничего, кроме как узнать, что с ребёнком всё в порядке. Потому что масштабы опутавшей нас паутины действительно ужасали: ни одной безопасной больницы, ни дня без ощущения пристального взгляда на затылке… Никогда до этого не ощущал себя настолько загнанным в угол, а я должен был сделать всё, чтобы вы были в безопасности. — Я видела те эмбрионы в «Зевс Генетикс», это было… просто ужасно, — она тяжело вздохнула, делая глоток кофе и облизывая губы. — Но потом были скрининги, потом я сделала десятки УЗИ, чтобы убедиться, что ребёнок развивается без отклонений. Потому что тогда… — На мгновение Дана замолчала, словно подбирая максимально корректные слова. — Тебя вернули. И всё, что у меня оставалось — это наш ребёнок. И знаешь… Я много думала тогда, что если он — не результат экспериментов, не плод генной инженерии и заговора… то как это возможно? Мне даже пришла в голову одна совершенно бредовая мысль, но ты бы точно оценил её по достоинству, — она усмехнулась. — Какая? — Я снова и снова прокручивала в голове те события… Перед тем, как тебя забрали. И вспомнила, как ты упрямо твердил, что забирают лишь тех, кого уже похищали. Ты был в этом твёрдо уверен… И я подумала, быть может, чудо моей беременности именно в том, что ты — отец этого малыша. В том, что каким-то образом ты действительно раньше уже был похищен, просто не помнишь этого. И то, что сделали с тобой там — дало тебе какие-то преимущества… Дало организму то, что помогло мне зачать. Когда мы были вместе, — она покачала головой, усмехаясь. — Я знаю, как дико это звучит. Тем более от меня. Но я пыталась найти хоть какой-то ответ, который смог бы объяснить появление Уильяма и не дать мне сойти с ума от страха за него. И знаешь, когда я впервые увидела, как он сам запускает карусель над своей колыбелью, эта мысль уже не казалась мне такой бредовой. Но, судя по лицу сидящего рядом мужчины, он её выводы бредом не считал. — В твоих словах есть логика, Скалли, — медленно проговорил он. — Перед той роковой поездкой в Орегон… Мы со Скиннером встретились с Крайчеком и Маритой Коваррубиас. И именно он рассказал все подробности: что корабль в лесу под энергетическим полем, что инопланетный охотник подчищает тех людей, над которыми ставили опыты… — он поднял глаза на женщину. — Но тебя тогда не забрали, потому что ты была не у них. Не у инопланетян. Тебя забирало правительство для программы клонирования. Я знаю, Крайчек был тем ещё лжецом, но… — Малдер зажмурился. — После того похищения мне до сих пор иногда снятся сны, как кусочки воспоминаний. Мотнув головой, он открыл глаза и сделал глоток кофе. — Не знаю. Так или иначе, сейчас это уже неважно. Дело не во мне, а в том, что нам нужно найти зацепки в старых делах. Скалли тоже не хотела погружаться в истории прошлого больше, чем того требует дело, с которым им предстоит работать. — Да, конечно, — она кивнула. — Скажешь, откуда я могу начать? Где дела 2001 года? Малдер зашёл в базу оцифрованных дел и нашёл необходимую ветку. — После закрытия нашего отдела все нерешённые дела тоже маркировали графой «Х», но официально сюда не заносили. Так что нас ждёт ещё… — он перешёл в другую ветку и присвистнул, — 7 634 дела за период с 2001 по 2016. — Ты уверен, что у тебя хватит кофе? — хмыкнула Дана. — Махнемся ноутбуками? — Ага. Дана оставила кофе, бодро сбегав до спальни, и принесла оттуда свой ноут. Быстро ввела из несвязанных, на первый взгляд, цифр и букв пароль, в котором Малдер, слегка поиграв в анаграммы, легко мог узнать важную для них двоих дату рождения. Молча поменяв два устройства на столе местами, Скалли достала из портфеля блокнот с ручкой, а ещё футляр с очками, которые она всегда надевала при работе с компьютером. На несколько часов в доме по Уэлс-роуд повисла рабочая тишина. Сидя бок о бок, бывшие агенты Малдер и Скалли рыскали в поисках нужной информации, единые в своём порыве докопаться до истины. Будто ничего и не было… Мир изменился, его заполонили гаджеты и современные технологии, ритм жизни летел вперёд со сверхзвуковой скоростью. Но ничто не смогло стереть из памяти былые навыки агентов ФБР, жаждущих найти ответы на свои вопросы. Ноутбук Даны уведомил о входящем письме в начале пятого. — Скиннер отправил документы по телу, — бросив взгляд на адресата, произнёс Малдер и открыл письмо. Нахмурившись, Дана вынырнула из материалов дела о похищении ребёнка, которое изучала последние полчаса. — Дай мне… — придвинувшись чуть ближе, она коснулась Малдера плечом, заглядывая в развернувшееся окно почты. — Жертва Джейн Доу… На теле множественные следы осколочных ранений… Переломы с третьего по пятое ребро, перелом ноги… Гематомы внутренних органов. Но это не причина смерти. В организме был обнаружен карбоксигемоглобин в концентрации 83%, смерть наступила от острой дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточности, вызванной отравлением угарным газом. — Она задохнулась? — уточнил Малдер. — Да, — Скалли ещё раз прошлась взглядом по заключению судмедэксперта. — Вероятно, взрыв случился после того, как она устроила пожар в клинике. И по какой-то причине не успела уйти. Может быть, они просто хотели, чтобы всё выглядело естественно — пожар, начавшийся из-за короткого замыкания, неисправности в проводке… Он спровоцировал взрыв кислородных баллонов или запасов хлороводорода. — Вполне возможно. Нам в любом случае нужно провести повторное вскрытие тела. — Да, дождёмся, когда его доставят в Куантико, — женщина устало потёрла лоб, снова возвращаясь к своему экрану. — У тебя есть что-нибудь? — Нет. Одна девушка утверждает, что живёт в трёх милях от репродуктивного центра в Иллинойсе и что она видела в ночь теракта яркий свет, но её рассказ вызывает у меня большой скепсис. К тому же, ничего подобного больше не повторялось. Видимо, те, кто совершает эти вещи, всё ещё на нашей планете, — Малдер натянуто улыбнулся. Скалли невольно усмехнулась его неутешительному выводу. Малдер крайне редко был тем, кто первым отметает версию с пришельцами. — А я, кажется, нашла что-то… Но не уверена. Слишком мало данных, это дело совсем давнее — 2002 год. Оно было просто отложено в стол как бред сумасшедшей. Тем более, что у Ребекки Симмонс есть история наблюдения у психиатра и диагноз параноидальный психоз… — И что там у неё? Малдер вместе со стулом приблизился к Скалли практически вплотную, впиваясь взглядом в экран. — Ребекка Симмонс, 23 года. Жила в трейлерном парке в Тампе, Флорида. Сирота, никаких известных родственников. Заявляла, что её трижды похищали пришельцы. Использовала это как объяснение своего отсутствия на работе и пыталась добиться восстановления, устроила дебош в супермаркете «Суперсейвер» на Флетчер авеню. Утверждала, что после последнего похищения забеременела. Наблюдалась в местном госпитале у доктора Хэндрикса, он же провёл экстренное кесарево сечение из-за острой гипоксии плода. Ребёнок не выжил, но она утверждала, что слышала его плач и уверена, что его просто украли. — Сомневаюсь, что с таким диагнозом хоть кто-то её выслушал, — хмыкнул Малдер. — И я могу их понять… — покачала головой Скалли. — Выглядит так, будто очень одинокая девушка пыталась найти оправдания своей жизни и придать ей больший смысл. — Да уж… В деле есть какие-нибудь контакты? — Номер социального страхования и рабочий телефон… Но я бы на него не сильно рассчитывала. Нужно попробовать найти её врача. — Да. Вдруг после данного инцидента он резко пошёл на повышение в карьере и перешёл работать в один из наших взорванных центров, — саркастически отозвался Малдер. — Такой карьерный рост я бы назвала просто паранормальной удачей… — округлила глаза Дана, запрокидывая руки наверх и потягиваясь. — Для нас, — вздохнув, она сняла очки, чуть потирая переносицу. — Это мы надолго здесь завязнем… Как насчёт обеда? — Да, мне не помешает отвлечься. Паста? — Согласен. Женщина кивнула, с удовольствием поднимаясь со стула и снова потягиваясь по пути к холодильнику. Стулья в гостиной точно не были предусмотрены для многочасовых исследований, и она уже задумалась о том, чтобы бросить на них хотя бы парочку квадратных подушек с дивана. А ещё лучше — смягчить сидения и спинки пледами, которые когда-то здесь были. Всё на кухне было так, как она помнила. Так, как когда-то организовала для собственного удобства. И если поначалу это ощущалось слишком странно, то в какой-то момент Дана перестала обращать на это внимание и просто увлеклась готовкой. На плите кипело, шипело, шкварчало, наполняя дом ароматом спагетти, свежеобжаренного фарша и томатной пасты. Пока главное блюдо доходило до готовности, она успела нарезать салат и поставить чайник. — Освободи место на столе, — попросила она Малдера, доставая столовые приборы и тарелки. Мужчина, перехвативший у Даны её увлекательное исследование старых дел, встрепенулся и с негромким «Да, сейчас» принялся собирать раскиданные по столешнице бумажки, стараясь на ходу их хоть как-то систематизировать. То, что вышло по итогу, мало походило на обеденный стол. Скорее, на тот самый заваленный документами стол Малдера из кабинета в подвале, за которым им — чаще всего Скалли — приходилось есть, всё время думая о том, чтобы не испортить случайно какой-нибудь документ. Два ноутбука и стопки бумаг странно соседствовали с решительной попыткой женщины создать хотя бы подобие уюта. Слежавшиеся текстильные салфетки, на которые она поставила тарелки с горячей пастой и положила приборы, нашлись в одном из ящиков — и, судя по всему, кроме неё ими никто не пользовался. Ещё на одну она поставила пиалу с салатом и две чистых тарелки под него. Рядом с порцией Малдера — кружку чая со льдом, а себе стакан сока. Сам Малдер во всё это действо не вмешивался, предпочитая наблюдать со стороны, прислонившись к кухонной тумбе у холодильника. Внутри у него было тепло от того, что он видел. Забавно, как быстро привыкаешь к подобного рода проявлениям заботы. Когда кто-то готовит для тебя… А потом вы можете просто пообедать, сидя рядом и разговаривая. Это так быстро становится обыденностью, обесценивается, что, только теряя, начинаешь снова понимать, сколько на самом деле места в твоей жизни занимал человек. Как много в тебе он менял просто одним своим присутствием… — Садись, — Скалли удивлённо посмотрела на бывшего напарника, не понимая, почему он медлит. — У нас ещё столько работы… — А? Да, прости… Малдер занял один из стульев напротив тарелки и тут же воткнул вилку в пасту. — Ммм, Скалли… Твои кулинарные навыки стали намного лучше. — А твои навыки комплиментов всё ещё где-то на уровне средней школы, — беззлобно усмехнулась в ответ женщина. — Когда ты не знаешь — оскорбили тебя или похвалили. Малдер хрипло рассмеялся в бороду. О, он очень скучал по ней. Вот только наслаждаться призрачной идиллией было некогда. Скалли подгонял поначалу её личный интерес к этому делу. Но с каждым новым прочитанным листом, с каждым едким комментарием Малдера, отпущенным на цитаты из сканов, появлялось другое чувство. Казалось бы, давно утерянное и совершенно ненужное — азарт. Настойчивое и любопытное желание найти звенья и ниточки, связующие новые события с прошлым. Найти связи, которые только они смогут увидеть и понять. Поэтому, очень быстро покончив с обедом, Дана поспешила убрать посуду, чтобы снова заняться изучением материалов. К полуночи они нашли в архивах ещё четыре дела, схожих с Ребеккой Симмонс. Кроме неё, лишь одна девушка, Элизабет Нетчес, была не замужем. Остальные беременели, будучи в браке, однако за исключением этого все остальные детали были идентичными: утверждения о похищениях, беременности, которые проходили в целом неплохо, но уже перед самыми родами у девушек находили какие-то отклонения, по показаниям попадающие под экстренные кесарева сечения. И все четверо, судя по записям, родили мёртвых детей, на которых им даже не дали взглянуть по итогу. Последнее дело датировалось 2009-м годом. — Значит, эксперименты продолжались. В той или ной степени, — распечатав найденные материалы и рассовав их по папкам, проговорил Малдер. — И это только те дела, которые есть в архивах ФБР. А представляешь, сколько на самом деле могло быть подобных девушек, чьи заявления оказались выброшены в помойку местным шерифом? — Десятки, возможно, сотни… — Скалли со вздохом потёрла виски, продолжая смотреть на стопку бумаг перед ними. — Малдер, если это действительно так… Где все эти дети? Что с ними на самом деле? — Не думаю, что когда-нибудь мы узнаем об этом, Скалли, — мотнул головой мужчина. — О том, живы ли они вообще… Время затёрло подступы к ним. Сейчас эти дела дают нам лишь косвенное подтверждение о том, что генетические эксперименты по гибридизации не закончились с уничтожением Синдиката или же смертью старого курящего ублюдка. Они продолжились, и с развитием биологических технологий за последние годы стали лишь изощрённее. Кто знает, может быть, эти дети были не настолько удачливыми, и из-за ужасных генетических мутаций их просто «вывели из уравнения». — Нужно больше доказательств, — твёрдо заявила Дана, встречаясь взглядом с мужчиной. — Нам нужно найти этих женщин, осмотреть. И их врачей. Если хоть один из них будет связан с взорванными клиниками — это уже что-то. Но даже если нет, нужно найти на них всё, что возможно, — она постучала ручкой по блокноту. — Мне нужен номер агента Эйнштейн. — Я думаю, он есть у Скиннера. Скалли посмотрела на часы в углу экрана ноутбука и только вздохнула. — И он не будет рад слышать меня в такое время. Впрочем, как и агент Эйнштейн. — Давай дождёмся утра. Я надеюсь на то, что к тому времени тело нашей Джейн Доу уже доберётся до Куантико. Что-то мне подсказывает, что если мы заявимся с этими папками к нашей доблестной «молодой гвардии», они нас даже слушать не станут. Но если мы найдем то, на что я рассчитываю, мы сможем привязать эти дела к тем, в которых мы участвовали сами в 2001-м, и раскрутить их на дополнительные проверки. — Да, ты прав, — она кивнула, но всё равно потянулась к своему ноутбуку, пододвигая его ближе. — Отправлю ему письмо. Если завтра не получится добраться до тела, я хотя бы запрошу у агента Эйнштейн всё, что они смогут выдать на этих врачей и женщин. Малдер с минуту наблюдал за тем, как она нервно печатает, а потом протянул руку и сжал её прохладную дрожащую ладонь, отрывая на мгновение. — Скалли… Мы разберёмся с этим. Взгляд женщины скользнул по экрану, опускаясь на их руки, словно пытаясь что-то увидеть в этом жесте. Она мягко развернула ладонь в его руке, соприкасаясь подушечками пальцев — так медленно и осторожно, будто делала это впервые. Малдер перехватил её второй рукой и легко поцеловал кончики пальцев. — Спасибо, — тихо выдохнула Дана, переводя взгляд на лицо мужчины и оставляя его гадать, за что именно она ему на самом деле благодарна. За поддержку и уверенность в этом деле, всколыхнувшем слишком личные воспоминания. За готовность снова нырнуть в этот чёрный омут, который мог начать разрушать его изнутри. Или же за этот невинный, но такой ценный жест, отзывающийся теплом в груди. Но он не стал уточнять. Просто улыбнулся и, сжав напоследок её руку, отпустил, выбираясь из-за стола и пытаясь размять затёкшее из-за постоянного сидения на одном месте тело. Она всё-таки дописала письмо Скиннеру и запросила контакты агентов, а ещё намекнула, что есть основания полагать, что их догадки были верны, но для этого необходимо больше информации. И почти громко захлопнула крышку ноутбука, когда письмо ушло. — Думаю, на сегодня хватит. — Свяжемся сами завтра с самого утра со Скиннером. Выясним, как у них продвигается расследование. — Угу. Скалли тоже поспешила встать со стула, потягиваясь и разминая шею. Отошла на кухню, чтобы наполнить себе стакан водой, прежде чем подняться наверх. И уже ступив ногой на лестницу, остановилась. — Малдер, тебе точно… Удобно здесь? Кровать большая и если нам завтра снова придётся ехать, лучше хорошо выспаться. Бывший напарник, только-только взявший с кухни непочатый пакет семечек и двинувший к своему дивану перед телеком, замер и быстро-быстро заморгал, обрабатывая пришедшее от Скалли предложение. — То есть… Ты приглашаешь меня в постель? Снова этот удивлённый и как будто несерьёзный тон. Потребовалось усилие, чтобы не пожалеть о собственных словах и ответить, сохраняя всё то спокойствие, на которое она была способна. — Это ведь наша постель. Хмыкнув, Малдер скинул зашуршавший пакет на кофейный столик, но всё же решил оставить его там в одиночестве, направляясь вслед за Скалли наверх. Входить в спальню в этот раз было для неё не таким испытанием. Их день вместе сгладил странность происходящего. Продуктивный, полный единодушия и всё ещё почти пугающего, но одновременно очень родного уюта в бытовых мелочах. — Ты пойдёшь в душ? — спросила Дана, доставая из шкафа свою пижаму. — Ага. Голос Малдера зазвучал прямо за её спиной, а над головой вытянулась длинная рука, стягивающая с полки чисто бельё. — Я быстро, — кинул он и скрылся в ванной за закрывшейся дверью. Скалли поставила стакан на тумбочку возле своей половины кровати, вспомнила, что телефон остался внизу и вернулась за ним, по пути погасив свет в гостиной и прихватив с полки вдоль одной из стен томик Блейка. Когда она вернулась, вода в ванной уже стихла, но дверь всё ещё была закрыта. Лишь едва слышно было, как течёт тоненькая струйка в раковину и что-то периодически стучит плоским пластиковым звуком о фарфоровый край. Скалли не то чтобы торопилась, хотя понимала, что может и уснуть за книжкой, если кое-кто решил устроить себе ночное спа. Но не стала торопить мужчину, усаживаясь на кровати и открывая «Песни познания». Впрочем, Малдер и тут умудрился справиться довольно быстро, выходя из ванной весьма посвежевшим и абсолютно чисто выбритым. — Путь свободен, — пошутил он, двумя руками указав на ванную комнату, и прошлёпал к кровати, заваливаясь на свою привычную половину. Женщина отложила книгу, с удивлением проводив его взглядом. Без этой растительности на лице он выглядел куда моложе. И привлекательнее, что уж греха таить. Но эту мысль было лучше оставить при себе. Дана тоже не стала задерживаться в ванной дольше необходимого. Под тёплой водой её ещё сильнее разморило, поэтому к моменту возвращения в комнату она откровенно зевала. Свет на тумбочке она погасила раньше, чем села на кровать и нырнула под одеяло. Расслабленная усталость делала своё дело, как и мантра, которою она повторяла пока принимала душ и чистила зубы — «в этом нет ничего странного». Между ними оставалось около фута свободной простыни, а лежащий на спине и заложивший одну руку за голову Малдер, кажется, вообще успел уснуть, пока она занималась в ванной своими делами. Только дыхание было обманчиво быстрым. — Я тут, знаешь, о чём подумал? — ожидаемо бодрым, хоть и негромким голосом спросил он в воздух, когда Дана улеглась. — О чём? — она обняла подушку, удобнее устраиваясь на боку. — Как не хватает в этом деле «Одиноких Стрелков». Они бы за считанные часы нашли всю нужную нам информацию. И даже больше, — мужчина фыркнул. — Сейчас есть достаточно хороших хакеров, но ребята… Ребята всё же были лучшими. Дана вздохнула, задумчиво поглаживая складки на одеяле. — Когда я впервые их встретила… Думала, что эти трое просто одержимые фанатики с жуткой паранойей. Но они действительно знали своё дело. — И были тремя одержимыми фанатиками с жуткой паранойей, здесь ты вообще нигде не промахнулась!.. Скалли засмеялась. — И, тем не менее, я готова была доверить им самое ценное, что у меня было. — Да, у Фрохики тоже хранились копии видеокассет с моей порно-коллекцией, — не унимался Малдер. Смех Даны стал громче. — Удивительно, как он не завещал похоронить эту ценность вместе с ним. — Ну, тогда в Арлингтоне было бы не три, а четыре дырки в земле. — Малдер… Бывший напарник ещё раз хохотнул и наконец успокоился. — Ладно тебе. Они бы посмеялись над моими шутками тоже. — Наверняка, — улыбнулась Скалли. Вздохнув, она чуть подбила подушку и наконец-то закрыла глаза. — Спокойной ночи, Малдер. — Да… Спокойной ночи, Скалли. Тишина не обрушилась на неё как тяжёлый камнепад, не придавила к постели. В этот раз женщина не чувствовала себя буквально обязанной заговорить, чтобы молчание между ним не висело так напряжённо. Возможно, причиной тому была их общая усталость, притуплявшая остальные ощущения. А может быть, просто этот день. Так похожий на их прежние дни вместе, такие давние, что они казались Дане лишь частью истории. Когда они ещё работали вместе, когда понимали друг друга с одного взгляда, продолжали шутить и подкалывать, но чувствовали полное и безоговорочное доверие. Когда его объятия были для неё самым безопасным в мире местом. Это оставалось частью их прошлого — прекрасного и недостижимого. Сейчас, спустя столько лет и событий, уже глупо было надеяться, что они не изменились настолько сильно, чтобы это сохранить. Что всё, что у них было, осталось таким же ценным для обоих. В который раз они походили этот путь? Когда после долгого расстояния вокруг столько всего изменилось, но страшнее всего было вдруг обнаружить, что изменились и они сами, их чувства друг к другу, их взаимопонимание. Так уже было, когда Малдер вернулся из мёртвых, обнаружив себя отцом ещё не рождённого младенца, но пропустив слишком много. Когда он нашёлся в Маунт Уэзер после своего вынужденного бегства и снова должен был принять на веру её решения и поступки. У них получалось тогда. С трудом, с неловкими шутками и осторожными жестами, но они снова и снова искали путь друг к другу. Удача третьего приключения? — Малдер… — она выдохнула его имя едва слышно. Но с другой стороны кровати ответа не последовало. Обычно больше других терзаемый бессонницей, на этот раз он уснул быстро и крепко как никогда. И после мимолётного разочарования, что её попытка ещё одного шага навстречу провалилась, она почему-то испытала облегчение. Всё это ещё было странно и сложно. Им нужно время.

***

Первым звуком следующего утра стала не приятная тишина или щебетание птиц за окном, и даже не мелодия будильника, а раздирающая и настойчивая вибрация телефона. Хотя это оказалось не самым странным ощущением. Было очень тепло, и она чувствовала источник этого самого тепла — мужчину, который лежал за её спиной. Она слышала его спокойное, размеренное дыхание, ощущала приятными мурашками на шее, а ещё тяжесть руки на своей талии. Эти объятия были настолько родными, настолько комфортными, что больше всего ей сейчас хотелось просто отключить назойливый телефон и дождаться будильника… Продлить приятное чувство единения. Но не многие могли звонить ей ранним утром, и в том наверняка была весомая причина. Скалли потянулась за телефоном, даже не пытаясь поднять голову с подушки. Ей не хотелось разрушать этот момент окончательно и бесповоротно. Даже ради звонка Скиннера, который точно был важным. — Слушаю, — негромко проговорила Дана. — Тело неизвестной в Куантико. Я отправил туда агента Эйнштейн. И вам тоже следовало бы поторопиться, — коротко и по-деловому отрапортовал Скиннер и тут же отключился. Где-то на середине его монолога Малдер за её спиной вздрогнул и проснулся. Тяжесть руки, чуть погодя, тоже исчезла. Он приподнялся на локте, моргая спросонья. — Что сказал Скиннер? — Неизвестную доставили в Куантико, — она повернулась на спину, зажмуриваясь и потирая глаза. — Агент Эйнштейн уже выехала. Малдер лишь промычал, выбираясь из кровати и скрываясь в ванной. Скалли отложила телефон, потягиваясь и не без сожаления глядя на пустую половину кровати. Она и забыла, как это приятно, когда ты просыпаешься не одна. И не просто после «удачного свидания», а с по-настоящему родным тебе мужчиной. Пока ванная была занята, она спустилась на первый этаж, поставила чайник и достала продукты для завтрака. Ничего изощрённого — яйца, бекон, сыр и йогурт, который вчера она так и не съела, увлечённо нырнув в работу после первой же чашки кофе. — Скалли, бросай всё! Перехватим что-нибудь по дороге. Сбежавший с лестницы второго этажа Малдер был полностью одет и готов ехать хоть сейчас. Дана замерла с рукой на дверце шкафчика, когда собиралась достать чашку. Красноречивый взгляд женщины и её вздох вряд ли возымели на её бывшего напарника хоть какой-то эффект. Захлопнув шкафчик, Скалли отключила плиту, на которой уже грелась сковородка. — Мне нужно собраться, — категорично заявила она. — Я буду благодарна, если ты возьмёшь мой йогурт и нальёшь кофе в термос. Третий ящик слева. — Скалли, ты прекрасно выглядишь! — выпалил он, влетая в кухню и ныряя за термосом. — Только давай быстрее! Она слишком хорошо знала этот его взгляд… Горящий, почти восторженный. И эту его готовность сорваться по следу, ведущему один бог знает куда. Это было одновременно прекрасно и пугающе. Это оказывалось то, почему с самого начала она пошла за ним. И снова готова была идти. — Пятнадцать минут, — отозвалась она, бегом отправляясь на второй этаж. Но не в ванную, а взять ключи от машины, чтобы вытащить кофр, приготовленный как раз на случай их участия в расследовании. Скалли уверенно уложилась в заявленное время, спускаясь на первый этаж ровно через четверть часа — с едва заметным макияжем, в идеально посаженном деловом костюме и с убранными в строгий гладкий хвост волосами. — Ты за рулём, — она перебросила мужчине ключи, на ходу забирая у него термос с бутылочкой йогурта и хватая со стола блокнот с записями по найденным делам. — Мм, агент Дана Скалли снова в деле, — не преминул сострить Малдер перед тем, как запрыгнуть во внедорожник. Сегодня явно случится что-то весьма интересное.